Историческія условія и явленія, содѣйствовавшія успѣху Московской централизаціи.—Владычество татаръ.—Вліяніе византійскихъ воззрѣній.—Личныя овойства и качества великихъ князей Московскихъ.—Содѣйствіе духовенства.—Содѣйствіе служилыхъ людей.—Содѣйствіе ЗЕМЩИНЫ.

Установивъ понятіе о Московскомъ періодѣ исторін русскаго права, отмѣтивъ характеристическія особенности

его и его предѣлы—мы естественно должны прежде всего разсмотрѣть вопросъ о возникновеніи единодержавнаго Московскаго государства, изученіе правовой жизни котораго составитъ предметъ нашихъ занятій.

Начало усиленія великаго княженія Московскаго, а вмѣстѣ съ тѣмъ и успѣхъ дѣла Московской централизаціи, обусловливались воздѣйствіемъ весьма различныхъ историческихъ явленій и, прежде всего, стоятъ въ весьма lHbCHOft связи съ покореніемъ русской земли татарами.

Что касается до вопроса о силѣ вліянія оказаннаго владычествомъ татаръ на измѣненіе различныхъ сторонъ и отношеній древне-русской государственной жпзни, то мы вамѣтимъ что по отношенію къ этому вопросу господствуютъ въ русской исторической литературѣ два крайнія и совершенно противоположныя воззрѣнія. Нѣкоторые изслѣдователи иди вовсе не придаютъ никакого 8наченія владычеству татаръ по отношенію въ ивмѣненію строя русской государственной жизни, или-же признаютъ за этимъ влады- [1]

*геОтвомъ .intnt, самое ограниченное вліяніе. Такъ извѣстны# русскій историкъ С. M. Соловьевъ проводитъ мысль о самой незначительной степени вліянія татаръ ва развитіе русской государственной живни, заявляя что вліяніе ихъ отразилось на послѣдней не сильнѣе вліянія Половецкаго ([2]).

Костомаровъ, признавая за татарами рѣшительное вліяніе на измѣненіе хода древне-русской государственной жиэни, полагаетъ даже будто самая единодержавная исамодержав- ная власть царей Московскихъ была ничѣмъ инымъ, какъ продолженіемъ изчезнувшей власти хановъ ордынскихъ, полагаетъ будто государи Московскіе, свергнувъ ихъ владычество, перенесли на себя, по отношенію къ русской землѣ, всю сумму самодержавныхъ правъ, которою пользовались до тѣхъ поръ ханы. Если не безъ основанія могутъ быть оспариваемы воззрѣнія первой категоріи, то не съ меньшимъ основаніемъ могутъ быть подвергнуты критикѣ и воззрѣнія второй категоріи. Власть царей Московскихъ нель8я признать продолженіемъ власти хановъ ордынскихъ, нельзя считать ее порожденіемъ ига татарскаго. Владычество татаръ способствовало развитію самодержавной власти государей Московскихъ—объ этомъ не можетъ быть и спора—но оно способствовало толкко развитію ея,-самая-же идея самодержавія государственной власти существовала въ русской землѣ еще за-долго до погрома татарскаго.

Будучи впервые навѣяна византійскими воззрѣніями, принесенными греческимъ духовенствомъ еще въэпоху крещенія русской земли, идея самодержавія государственной власти неоднократно проявлялась въ сознаніи нѣкоторыхъ князей русскихъ. Намъ йввѣстны стремленія Андрея Boro- лгобскаго, желавшаго основать неограниченное единодержавіе въ землѣ Ростовско-Суздальской, желавшаго, по внра-

женію лѣтописца: „единъ быти властель въ русской землѣв« Санъ учредитель царскаго достоинства въ Россіи, грозный Царь Іоаннъ IV Васильевичъ, признавал себя государеиъ вполнѣ самодержавнымъ, ставитъ въ образецъ власти своей не власть хановъ ордынскихъ, но самодержавную власть императоровъ римскихъ и ссылается на авторитетъ библіи.

Вторично удалось византійскому вліянію оваэатьсодѣй* ствіе развитію въ русской землѣ идеи самодержавія—уже въ государствованіе В. К. Іоанна HI Васильевича, послѣ бра* ва послѣдняго съ греческою царевною Софіею Палеологъ, такъ каьъ этотъ союзъ привлекъ .къ Московскому двору множество грековъ, пришедшихъ вслѣдъ за своею царевнокн Ивъ дошедшихъ до нашего времени отрывковъ изъ слѣдственнаго дѣла о Иванѣ Берсенѣ и Ѳеодорѣ Жареномъ, бывшихъ представителями придворной партіи противниковъ новаго, Московскаго порядка вещей,—изъ этихъ отрывковъ видимъ мы, что эти лица придаютъ сейчасъ упомянутому событію важное вліяніе на измѣненіе направленія русской государственной жизни: яКакъ пришла сюда матиВеликаго Князя Беликая Княгиня Софія съ вашими Греки, говорилъ Ив. Берсень Максиму Греку, такъ ваша землязамѣшалася и пришли нестроенія великіе, какъ и у васъ во Царѣгоро- дѣ при вашихъ царѣхъи.. . „Здѣсь у насъ старые обычаи Князь Великій перемѣнилъ; ино ва насъ которого добра чаяти?“—продолжаетъ Берсень и ваконецъ еще болѣе уясняетъ свою мысль: „нынѣ деи Государь запершися самъ третей у постели всякіе дѣла дѣлаетъи (1). Такимъ образомъ Византія является источникомъ, изъ котораго неоднократно переносима была въ русскую жизнь идея единодержавія и самодержавія государственной власти. Если-бы источникомъ самодержавія былъ примѣръ самодержавія хановъ ордынскихъ, TO ИЗЪ УСТЪ 0НП08ИЦІ0НН0Й придворной партіи того временинавѣрное раѳдался-бы уворъ Московскимъ государямъ въ подражаніи иновѣрцамъ, поганымъ, что должно быдо представляться уму современнаго русскаго человѣка несравненно бодѣе непозволительнымъ, нежели заимствованіе обычаевъ и государственныхъ началъ отъединовѣрныхъ съ вами грековъ.

Цо если не татарское владычество былонепосредствен- нымъ источникомъ, непосредственною причиною внесенія въ русскую жизвь идеи о самодержавіи государственной влаг сти, если онр было лишь средствомъ, инпудьсомъ къ дальнѣйшему развитію уже существовавшаго сознанія о ея самодержавіи,—то въ чемъ-же выравилось это содѣйствующее, это развивающее вліяніе его?

Сейчасъ лишь видѣли мы, что идея самодержавія государственной власти занесена была въ русскую землю еще за-долго до покоренія ея татарами, что еще до этого покоренія даетъ замѣтить себя въ дѣятельности, въ политикѣ нѣкоторыхъ князей русскихъ ясное стремленіе къ приложенію этой идеи въ практической жизни. Ho всѣ стремленія подобнаго рода не только не могли въ то время увѣнчаться успѣхомъ, но не могли даже вполнѣ ясно и последовательно проводиться, такъкакъ они шли въ разрѣзъ со всѣми основными началами государственной и общественной жиз- вд, не могли примириться съ господствовавшими въ ней договорными отношеніями. Что-бы проложить себѣ путь къ самодержавію, княжеская власть должна была-бы убить автономію воли народной, должна была-бы искоренить вѣчевое устройство, стѣснявшее слишкомъ широкое распространеніе абсолютной воли ея. Ho такая смѣлая задача не подъ силу была удѣльнымъ князьямъ русскимъ. Трудно сказать, уда- лас’ь-ли бы она имъ когда нибудь, и, если бы удалась, то цѣною какихъ трудовъ и цѣною какой крови, если-бы не подоспѣла къ нимъ ва помощь внѣшняя сила. Этоювнѣшнею силою явилось татарское завоеваніе вообще и сила хановъ ордынскихъ въ частности. Сдѣлавъ русскую землю своимъ улусомъ, ханы ордынскіе не вступали въ непосредственныя отношенія къ самому народу. Посредниками между собою и русскимъ народонаселеніемъ поставили они князей русскихъ, получившихъ такимъ образомъ характеръ какъ*бы намѣстниковъ ханскихъ. Для полученія стола князю не ёА- чѣмъ уже было заботиться о согласіи съ народонаселеаіемъ; главною задачею для него сталозаручиться расположеніемъ и милостью хана, азатѣмъ добыть отъ него ярлыкъ на княженіе.

Такимъ-то образомъ преобразовалась удѣльно-вѣчевая Русь въ единое самодержавное Московское государство и таково было содѣйствіе оказанное татарскимъ владычествомъ развитію и примѣненію въ дѣйствительной жизни сознанію о самодержавности государственной власти, сознанію занесенному въ русскую землю еще въ самомъ началѣ развитія исторической жизни ея.

• Указавъ на владычество Татаръ, какъ на одну изъ важнѣйшихъ причинъ способствовавшихъ усиленію власти великихъ князей Московскихъ, а слѣдовательно и способствовавшихъ дѣлу Московской централизаціи, переходимъ къ указанію другихъ причинъ, обусловливавшихъ собою это явленіе.

Изъ этихъ причинъ прежде всего укажемъ мы на личныя свойства и качества великихъ князей Московскихъ,

Въ эпоху владычества татарскаго, какъ замѣтили мы это уже выше, имѣть въ своемъ обладаніи стольный городъ Владиміръ, а вмѣстѣ съ тѣмъ* имѣть и преобладающее, значеніе 'въ средѣ остальныхъ князей русскихъ, могъ лишь тотъ князь, который умѣлъ угождать ханамъ ордынскимъ, которому удавалось войти къ нимъ въ милость. Для достиженія послѣдней цѣли нужно было обладать особеннаго рода лов- костью,особеннагорода изворотливостью,нерѣдко приходилось даже жертвовать чувствомъ самолюбія. Князья Московскіе поняли необходимость обладать этими свойствами—и нельзя не замѣтить что они вполнѣ усвоиваютъ ихъ себѣ, присоединяя къ нимъ крайнюю осторожность, терпѣливость, HO вмѣстѣ съ тѣмъ и крайній утилитаризмъ своей политики. Рядъ князей Московскихъ, въ совершенствѣ обладавшихъ указанными качествами истойко преслѣдовавшихъ указанныя черты политики сдѣлалъ то, что Москва, бывшая во второй половинѣ XIll вѣка бѣднымъ и едва примѣтнымъ удѣльнымъ городкомъ, въ полвѣка съ небольшимъ поднялась до степени самаго могущественнаго и вліятельнаго русскаго княженія. Ботъ какъ характеризуетъ историкъ нашъС Соловьевъ личность князей Московскихъ: „Всѣ они похожи другъ на друга, въ ихъ безстрастныхъ ликахъ трудно уловить историку характеристическія черты каждаго; всѣ они заняты одною думою, всѣ идутъ по одному пути, идутъ медленно, осторожно, но постоянно, неуклонно; каждый ступаетъ шагъ впередъ передъ своимъ предшественникомъ, каждый приготовляетъ для своего преемника возможность ступить еще шагъ впередъ*. Однимъ изъ важнѣйшихъ условій для пріобрѣтенія княземъ ханскаго расположенія и ярлыка на великое княженіе—была уплата имъ значительнаго явыхода“, т. e. дани ордынской. Такъ, во время соперничества изъ-за великаго княженія князей Михаила Ярославина Тверскаго и Юрія Даніиловта Московскаго, ярлыкъ на великое княженіе получилъ послѣдній вслѣдствіе того обстоятельства, что онъ въ состояніи былъ посулить Ордѣ большую сумму выхода, нежели Тверской князь: яоже ты даси выходъ болши князя Михаила Тверскаго, и мы тобѣ княженіе великое дадимъ*—не стѣсняясь говорили ему вельможи татарскіе.

И такъ, кромѣ указанныхъ нами выше качествъ, для того чтобы имѣть успѣхъ въ Ордѣ, необходимымъ является также обладаніе болѣе или менѣе значительными матеріальными средствами. Этою необходимостью объясняется еще одна весьма любопытная черта характера князей Московскихъ—непомѣрное стремленіе къ пріобрѣтенію и накопленію матеріальныхъ средствъ, стремленіе къ наживѣ, въ скопидомству. Возможность увеличивать казну свою особенно широко открывается для великихъ князей Московскихъ съ того времени, когда они дѣлаются посредниками между Ордою и другими кпяженіями русскими по сбору и уплатѣ дани. Дѣло въ томъ, что первоначально дань ордынская взымалась Ордою черезъ посредство ея чиновниковъ и откупщиковъ; HO вскорѣ подобный способъ сбора дани замѣняется инымъ. Выходъ ордынскій платитъ за всю русскую землю великій князь Московскій непосредственно самъ, единолично, а затѣмъ уже отъ себя раскладываетъ сумму его на отдѣльныя княженія русскія. Подобный способъ уплаты выхода представлялся удобнымъ и выгоднымъ для князей русскихъ, такъ какъ онъ освобождалъ ихъ отъ необходимости имѣть личныя и непосредственныя сношенія съ Ордою, которыя весьма нерѣдко представлялись опасными, трудными и всегда унизительными для самолюбія. Этотъ способъ уплаты выхода былъ выгоденъ и для хановъ, такъ какъ имъ приходилось имѣть дѣло съ однимъ лицемъ, причемъ нечего было опасаться недоимокъ и сопротивленія со стороны pyc- скаго населенія. Ho всего болѣе выгоднымъ представлялся новый способъ уплаты выходадля самихъ князей Московскихъ, тавъ какъ имъ представлялась полная возможность требовать съ русскихъ князей выхода большаго сравнительно съ тѣмъ, который они на самомъ дѣлѣ вносили за нихъ въ Орду. Такимъ образомъ представительство по взносу выхода давало князьямъ Московскимъ обильный и непрерывный источвикъобогащенія. Нельзя съ точностью опредѣлить когда возникло оно впервые, но обыкновенно относятъ начало этого представительства къ эпохѣ княженія Ивана Даніиловича Калиты. Накопляя въ рукахъ своихъ значительныя матеріальныя средства, князья Московскіе не оставляли ихъ мертвымъ капиталомъ, но обращали ихъ на покупку городовъ, селъ и земель у сосѣднихъ съ ними удѣльныхъ князей. Эти прикупныя земли, указываемыя въ духовныхъ грамотахъ князей Московскихъ подъ названіемъ „прикуповъ“ или япримысловъ“, постепенно округляли и увеличивали территорію великаго княженія Московскаго, и тѣмъ самымъ содѣйствовали возвышенію могущества и преобладанія его.

Указавъ на владычество Татаръ и на личныя свойства и качества князей Московскихъ какъ на двѣ весьма вліятельныя причины возростанія могущества Москвы, а вмѣстѣ съ тѣмъ и успѣшнаго хода дѣла Московской централизаціи, мы должны замѣтить что дѣлу послѣдней оказывали въ значительной степени вспомоществованіе всѣ вообще классы русскаго населенія, именно духовенство, служилые люди и люди земскіе, какъ городскіе, посадскіе, такъ и сельскіе.

Мы знаемъ уже, что вмѣсТѣ съ христіанскою религіею, занесены были къ намъ греческимъ духовенствомъ и византійскія воззрѣнія на существо и значеніе государственной власти. Изъ устъ этого пришлаго духовенства, а затѣмъ и изъ устъ воспитаннаго въ его духѣ p/сскаго духовенства, впервые раздалось въ русской землѣ ученіе о божественномъ происхожденіи монархической власти. Духовенство стремится поставить вопросъ > о происхожденіи этоЙ власти на почву теологическую, старается внушить какъ самимъ князьямъ, тавъ и подвластному имъ населенію убѣжденіе въ томъ, что князья призваны управлять народомъ волею Высшаго Божества; что они являются представителями Его воли, что неповиновеніе князю является слѣдовательно ослу-

Г

Щаніемъ противъ Божественной воли. Въ осяоваше проао- вѣди своей кладетъ духовенство извѣстное мѣсто изъпосла- нія къ Римлянамъ Св. Апостола Павла: „Всякая дута влаС- темъ придержащимъ да повинуется: нѣсть бо властьаще не отъ Бога, сущія-же власти отъ Бога учииевы суть: тѣмъ же противляйся власти, Божію повелѣнію противляется®. Въ этомъ-же духѣ должны быть понимаемы слова древнерусскихъ епископовъ: „ты еси ноставленъ на

кА&нь злымъ®,—которыми они убѣждали Владиміра прибѣгнуть къ смертной казни для искорененія разбоевъ. Такимъ образомъ, подъ вліяніемъ проповѣди духовенства, развивается мало но малу въ русской землѣ взглядъ на Божественное происхожденіе княжеской власти, взглядъ на князя какъ яа помазанника, на избранника Божія на землѣ, взгдядъ который вполнѣ отразился въ словахъ Ипатьевскаго лѣто- нисца о великомъ кцязѣ Андреѣ Боголюбскомъ: „князь бо se тунѣ носитъ мечь (т. e. обладаетъ властью), Божій бо слуга есть®. Слѣдствіемъ направленной въ такомъ духѣ про- повѣди духовенства оказалось то, что князья русскіе пришли къ сознанію о необходимости тѣснаго союза съ духовною властью, о необходимости искать поддержку въ ея авторитетѣ для преслѣдованія ими такого рода цѣлей, при Ирѳблѣдованіи которыхъ труднымъ казалось имъ расчвтн- вать на содѣйствіе со стороны населенія, со стороны земщины. Этотъ расчетъ былъ совершенно вѣренъ: духовенство нредставляло значительную нравственную силу, пренебрегать которою казалось князьямъ невыгоднымъ. И вотъмнвидимъ что князья стараются пріобрѣсти расположеніе духовенства, для чего оказываютъ euy большой почетъ, жалуютъ ему множество земель, освобождаютъ недвижимыя имущества его отъ различнаго рода тягостей и повинностей, предоставляютъ ему право собственнаго суда и, вообще, надѣляютъ это сословіе громадными привиллегіями. Московскіе князья были слишкомъ ловки и дальновидны чтобы не понять тѣхъ благопріятныхъ результатовъ, какіе могли возникнуть для нихъ ивъ тѣснаго союза съ духовною властью; отсюда возникаетъ еще одна черта политики ихъ—стремленіе сдѣлать Москву центромъ церковной іерархіи, придать ей значеніе центра нравственно-религіозной жизни русскаго народа. Изъ русской исторіи извѣстно, что это стремленіе было вполнѣ увѣв- чаио успѣхомъ уже въ княженіе Ив. Дан. Балиты, шпоро- му, еще за годъ до пріобрѣтенія великокняжескаго титула, удалось убѣдить Св. митрополита Петра перенести свою святительскую каѳедру изъ Владиміра въ Москву и тѣмъ разомъ поднять этотъ городъ на степень духовно-религіознаго центра русской земли. Переселяясь въМоскву, митрополитъ Петръ вполнѣ сознавалъ всю важность этого факта, вполнѣ сознавалъ услугу оказываемую имъ князьямъ Московскимъ и то значеніе которое должна была получить Москва, вслѣдствіе перенесенія въ нее митрополичьей каѳедры. He даромъ Никоновская лѣтопись влагаетъ въ уста митрополита слѣдующее предрѣченіе будущаго значенія Москвы: „Градъ сей славенъ будетъ во всѣхъ градѣхъ русскихъ, и святители поживутъ въ немъ, и взыдутъ руки его наплещи врагъ его и прославится Богъ въ немъ, аще-же и мои кости въ немъ положени будутъ“.

Бъ изслѣдованіи своемъ „0 недвижимыхъ имуществахъ духовенства“ (1), В. Милютинъ не безъ основанія проводитъ взглядъ, чтб централизація русской земли подъ властью Москвы представлялась желательною и выгодною въ главахъ духовенства, такъ какъ она была связана съ матеріальною выгодою его. Недвижимыя имущества духовенства представлялись ' разсѣянными по отдѣльнымъ княженіямъ русскимъ, вслѣдствіе чего духовенство одного удѣльнаго княжества, при безпрерывныхъ междукняжескихъ распряхъ и усобицахъ, не только встрѣчало важныя затрудненія въ управленіи своими вотчинами находившимися въ предѣлахъ другаго, враждебнаго съ первымъ, удѣльнаго княженія— но всегда могло опасаться даже за совершенную потерю этихъ вотчинъ. Весьма естественно, что это шаткое положеніе недвижимой собственности духовенства, обусловливаемое раздѣленіемъ русской земли на удѣлы,—должно было вселить въ немъ желаніе видѣть всю русскую землю под- вдастпою одному государю. Видя возростающее могущество Московскаго княженія, видя далѣе богатство, тактъ и ловкую политику князей Московскихъ, духовенство рано сознало, что если кто изъ князей русскихъ и окажется въ состояніи объединить подъ своею властью раздираемую и [4] внутренними и внѣшними бѣдствіями русскую землю, TO конечно легче всего могутъ достигнуть этого внязья Московскіе—и вотъ одна и8ъ весьма вѣроятныхъ цричинъ расположенія въ вимъ духовенства.

Какъ^ы то ни было, но ужевскорѣ по перенесеніи въ Мосвву митрополичьей ваѳедры, высшая духовная власть является тѣсною союзницею веливихъ внязей Московскихъ, и своимъ авторитетомъ дѣятельно помогаетъ послѣднимъ въ дѣлѣ достиженія ими единодержавія, обращая духовное оружіе свое противъвсѣхъ враговъинедоброжелателей Московскихъ. Такъ, извѣстно что во время борьбы Ив съ Тверсвимъ княземъ Александромъ Михаиловичемъ, когда послѣдній уврылся во Псвовѣ, митрополитъ Ѳеогностъ, преемникъ Св. Петра, затворяетъ всѣ Псковскія церкви для того что-бы принудить Псковичей выдать Александра Михаиловича. Къ подобной-же мѣрѣ, по повелѣнію митрополита, прибѣгаетъ въ 1365 г. и Св. СергЫу желая привести Н.-Новгородъ въ послушаніе великому князю Московскому Дмитрію Ивановичу. Бъ виду надеждъ возлагаемыхъ на вел. кн. Московскихъ по отношенію въ освобожденію русской земли изъ подъ владычества татарскаго, придаетъ имъ духовенство значеніе хранителей и ревнителей Православной Христіанской вѣры, чему соотвѣтствовали и слѣдующіе эпитеты: „благовѣрный", „0 Свя- тѣмъ Дусѣ возлюбленный", „православный", „благочестивый", „христолюбивый",—которыми щедро надѣляло оно вел. князей Московскихъ. Вслѣдствіе этого грѣхомъ, преступленіемъ противъ православной вѣры,объявляетъ духовенство не только ослушаніе великимъ князьямъ Московскимъ со стороны массы простаго населенія, но даже и со стороны другихъ веливихъ и удѣльныхъ внязей. Въ 1447 r., въ эпоху борьбы в. к. Василія Василіевича съ Дмитріемъ Юрьевичемъ Шемякою, русское духовенство написало къ послѣднему соборное Посланіе, въ которомъ увѣщевало его покориться в. в. Московскому, проводя мысль, что освобожденіе русской земли изъ подъ власти татаръ свяёано съ единодержавіемъ Василія Васильевича; въ случаѣ ослу- щанія, духовенство угрожаетъ Шемякѣ церковнымъ проклятіемъ. Подобно этому, въ половинѣ XY вѣка, митрополитъ Іона, въ посланіи своемъ къ Псковичамъ, увѣщеваетъ ихъ пребывать въ вѣрности и въ послушаніи вел. внязю Московскому; подобно-же этому, въ послѣдней четвер-

я XV вѣка, митрополитъ Геронтій угрожаетъ Вятичамъ церковнымъ отлученіемъ въ томъ случаѣ, если они не покорятся великому князю Іоанну III Васильевичу. Много можно- бы было привести и еще примѣровъ подобнаго рода,ш> вѣроятно и указаныхъ будетъ достаточно для того что-бы увидѣть то весьма значительное содѣйствіе и сочувствіе, воторыя оказывало русское духовенство великимъ князьямъ Московскимъ въ дѣлѣ достиженія ими единодержавія и самодержавія въ русской землѣ.

Далѣе дѣлу Московской централизаціи оказывалъ въ значительной степени содѣйствіе и служилый классъ. Изъ исторіи удѣльно—вѣчеваго періода извѣстно, что въ ѳтомъ періодѣ княжеская служба зиждилась на исключительно договорномъ началѣ, не нося обязательнаго характера; каждый воленъ былъ служить или не служить, и затѣмъ важдыЙ воленъ былъ служить тому князю,, которому желалъ, такъ что переходъ служилаго человѣка со службы одного князя на службу другаго не только не считался преступленіемъ, измѣною, но былъ явленіемъ вполнѣ обыкновеннымъ. Весьма етесгвенно, что лучшія силы страны стремились ва службу князей наиболѣе богатыхъ и значительныхъ, такъ какъ служба послѣднимъ представлялась особено выгодною. Всѣдствіе этого, когда на сѣверо-востокѣ русской земли начало быстро возвышаться молодое и вліятельное княженіе Московское, средства котораго были настолько значительны, ЧТО ОНО было ВЪ СОСТОЯНІИ щедро B08- награждать службу ему,—то это княженіе быстро начало привлекать къ себѣ лучшія служилыя силы земли. He говоря уже о томъ, что служилымъ людямъ представлялась надежда доставить себѣ хорошее обезпеченіе службою богатому княженію Московскому, мы можемъ допустить здѣсь и другой матеріальный расчетъ съ ихъстороны: подъ авторитетомъ князей Московскихъ легче было имъ сохраниѵь право собственности своей на различнаго рода недвижимыя имущества, нежели подъ авторитетомъ другихъ князей русскихъ. Извѣстно, что во времена усобицъ, между удѣльными князьями былъ весьма обыкновеннымъ обычай захватывать земли служилыхъ людей противной стороны, а такъ какъ при большемъ или меньшемъ равенствѣ силъ воюющихъсторонъ самый исходъ распри представлялся весьма часто сомнительнымъ, то слѣдовательно и служилые люди каждаго изъ враждующихъ княженій всегда могли опасаться за нейару- шимость своего права собственности. Большею безопасностью пользовалось право собственности служилыхъ людей находившихся на службѣ Московскихъ князей. Москва представлялась самымъ сильнымъ, самымъ могущественнымъ княженіемъ русскимъ, притомъ княженіемъ пользовавшимся поддержкою Орды. Въ случаѣ столкновений ея съ другими княженіями русскими, всѣ шансы побѣды клонились въ ея сторонѣ,—а слѣдовательно и на сторонѣ Московскихъ служилыхъ людей должно было быть больше увѣренности въ сохраненіи правъ собственности на земли находившіяся даже въ предѣлахъ воюющаго съ Москвою княженія, не говоря уже объ имуществахъ которыми владѣли они въ предѣлахъ Московскаго княженія. Къ этому, чисто матеріальному, побужденію служить князьямъ Московскимъ присоединялось и другое, не мепѣе сильное побужденіе—сохранить личную безопасность свою отъ угрожавшаго ей насилія побѣдѣтелей—татаръ, такъ какъ Москва пользовалась расположеніемъ и покровительствомъ хановъ Ордынскихъ.

И дѣйствительно, мы видимъ что въ теченіи всей эпохи Московской централизаціи не прерывается огромный наплывъ на службу великихъ князей Московскихъ служилыхъ людей изъ другихъ княженій и областей русскихъ. Да и сами государи Московскіе, сознавая всю выгоду проистекающую для политики ихъ изъ подобнаго порядка вещей, сами стараются о привлеченіи на службу свою лучшихъ служилыхъ силъ изъ другихъ областей русскихъ, для чего охотно жалуютъ подобныхъ эмигрантовъ вотчинами и помѣстьями и предоставляютъ имъ различнаго рода льготы и преимущества.

Возростающее могущество и значеніе Москвы привлекали на службу ея лицъ не только изъ различныхъ русскихъ областей и княженій, но оно привлекало на Московскую службу и татарскихъ выходцевъ, и польско-литовскихъ выходцевъ, и выходцевъ изъ всѣхъ почти западноевропейскихъ государствъ.

Изъ современныхъ свидѣтельствъ лѣтописцевъ и различнаго рода другихъ историческихъ источниковъ видимъ мы, что самый успѣхъ Московскаго государства въ покореніи себѣ отдѣльныхъ русскихъ княжествъ и областей, всегда обусловливался въ весьма значительной степени тѣмъ обстоя* тельствомъ, что оно въ массѣ служилыхъ людей послѣднихъ всегда находило себѣ приверженцевъ которые, въ критическую минуту борьбы, въ большемъ количествѣ передавались на Московскугосторону. Такъ въ 1486 r., во время осады Твери в. к. Иваномъ III Васильевичемъ, изъ осажденнаго города передались въ нему внязья и бояре Тверскіе ибили ему челомъ что-бы онъ принялъ ихъ въ службу свою. ТакЪ въ 1447 г. Дмитрій Шемяка, освободивъ изъ плѣна мать в. в. Василія Васильевича Софію, отправилъ ее въ Москву събояриномъМих. Ѳед.Сабуровымъ и сомногимидѣтьмй боярскими; всѣ эти лица, исполнивъ свое порученіе, ужене возвращались къ своему князю, но остались служить в. к. Московскому. Bo время похода Ивана III Васильевича подъ Новгородъ, безпрестанно приходили къ нему бить челомъ въ службу многіе служилые люди Новгородскіе. Количество ихъ было такъ значительно, что при приводѣ 18 янв. 1478 г. къ крестному цѣлованію умиротворенныхъ Новгородцевъ, послѣднихъ заставляли между прочимъ присягать и въ томъ, что они не станутъ мстить яни какою хитростью* Новгородскимъ боярамъ и дѣтямъ боярскимъ, которые служатъ великому князю. Такъ въ 1398 r., во время войны в. к. Василія Дмитріевича съ Новгородомъ изъ за Двинской области, на сторону Москвы передались Новгородскіе Двинскіе воеводы. Равнымъ образомъ въ 1391 r., измѣною своему князю, оказалъ в. к. Василію Дмитріевичу услугу при завоеваніи H. Новгорода Нижегородскій бояринъ Василій Румянецъ.

Такимъ-то образомъ постепенно образовался вокругъ великихъ князей Московскихъ сильный и многочисленный служилый классъ, вмѣщавшій въ себѣ лучшія служебныя силы русской земли, классъ въ весьма значительной степени обусловившій собою усиленіе Московскаго государства и успѣхъцентрализаціи. Въ своемъ мѣстѣ разсмотримъ мы, какими средствами воспользовалось Московское государство для прикрѣпленія къ себѣ крѣпкими узами этого класса.

Нельзя наконецъ не согласиться и съ тѣмъ положеніемъ, что дѣло объединенія русской земли было въ интересахъ и самихъ земщинъ, ,т. e. городскихъ, посадскихъ, и сельскихъ людей, что и земскіе классы населенія содѣйствовали дѣлу московской централизаціи. Интересъ земщинъ въ успѣхѣмосковскоЙцентрализаціиобусловливается главнымъ образомъ тремя причинами. Первая изъ нихъ заключается въ тѣхъ невыгодныхъ экономическихъ условіяхъ, въ которыя поставлены * были земскіе классы при безпрерывныхъ междукняжескихъ войнахъ и усобицахъ, совершенно парализовавшихъ развитіе древне-русской промышленно-экономической жизни. Земскіе люди хорошо поиимали что эта сторона жизни ихъможетъполучить правильное развитіе лишь при мирномъ внутреннемъ состояніи страны; а такъ какъ это внутреннее мирное состояніе страны находилось въ связи съ объединеніемъ русской земли подъ одною общею государственною властью, и такъ какъ Московское великое княженіе казалось единственно способнымъ дости- гнутьподобнагообъединенія,—то отсюда понятнымъ дѣлается сочувствіе земскихъ классовъ дѣлу Московской централизаціи.

Вторая причина сочувствія земщинъ дѣлу Московскихъ великихъ князей отчасти уже знакома намъ: она совпадаетъ съ одною изъ причинъ эмиграціи въ Москву служилыхъ людей другихъ русскихъ областей—это стремленіе земскихъ людей оградить отъ насилія татаръ личную и имущественную безопасность свою. Москвапользовалась расположеніемъ Орды, Московская территорія была болѣе обезпечена отъ ея насилій сравнительно съ другими областями русской земли—слѣдовательно находиться въ подвластности Москвѣ было выгоднѣе, нежели находиться въ подвластности одному изъ другихъ княжествъ русскихъ.

Третья причина заинтересовавшая земщины въ дѣлѣ Московской централизаціи, есть причина чисто духовная,— это стремленіе земскихъ людей сохранить въ чистотѣ и неприкосновенности національность и православную вѣру свою. Эта третья причина особенно сильно и замѣтно заявляла себя въ средѣ Новгородской земщины. Дѣло въ томъ, что подъ конецъ самостоятельнаго существованія Новгорода, многіе значительные люди Новгородскіе, желая сохранить древнюю вольность города своего, вступили въ переговоры съ Литвою, думая найти въ ней защиту отъ притязаній великаго князя Московскаго. Сношенія съ Литвою показались многимъ Новгородцамъ опасными для чистоты національности и православія, чему не мало способствовали и внушенія Московскаго правительства и духовенства; это повело къ образовавію въ Новгородѣ партіи Московскихъ приверженцевъ, предпочитавшихъ передаться великому князю Московскому, нежели измѣнить національности своей и православію. Исторія свидѣтельствуетъ намъ, что эта Московская партія много способствовала покоренію Новгорода Москвою.

Въ такомъ видѣ представляются намъ условія и историческія явленія, np9 взаимодѣйствіи которыхъ развивалось и успѣшно завершилось дѣло централизаціи, приготовившее почву для исторической жизни объединеннаго Московскаго государства.