<<
>>

Природа механизма обеспечения национальной безопасности и методологические подходы к определению его понятия

Комплексное исследование вынесенной в заголовок настоящей главы проблемы требует изложения авторского подхода к понятию «обеспечение», поскольку оно является стержневым в словосочетании «обеспечение национальной безопасности» и употребляется именно в его прямом смысле как «обеспечивать».

Это важно, ибо нередко в научной литературе понятие «обеспечение» употребляется в ряду с другими, такими (иногда в качестве синонимов), как правовая защита, охрана и т.п. Несколько подробнее остановимся на этой проблематике.

Так, по мнению С.С. Алексеева, «защита права - это государственно­принудительная деятельность, направленная на осуществление «восстановительных» задач, а именно на восстановление нарушенного права, обеспечение исполнения юридической обязанности»[370].

В свою очередь, Н.С. Малеин полагает, что «защиту права образует система юридических норм, направленных на предупреждение правонарушений и устранение их последствий»[371]. В последующих трудах по данной проблематике ученый уточняет свою позицию: «под защитой права понимаются меры, предусмотренные в законе на те случаи, когда право уже нарушено (меры юридической ответственности и иные санкции - меры защиты)». При этом автор предлагает различать понятия охраны и защиты прав. Охрана прав, с его точки зрения, - более широкое (по сравнению с

защитой) понятие и включает все юридические правила по поводу определенного блага[372].

Наряду с этим, термин «правовая защита» также имеет различные толкования в юридической литературе, и рядом авторов правовая защита понимается как деятельность уполномоченных органов, направленная на восстановление нарушенных прав и законных интересов.

К примеру, З.В. Ромовская определяет правовую защиту как «реализацию избранной правоприменительным органом меры государственного принуждения, которая невозможна помимо деятельности специальных государственных или общественных органов»[373].

Здесь правовая защита увязывается только с государственным принуждением.

Л.Н. Завадская считает, что «правовая защита есть деятельность определенных органов, направленная на восстановление нарушенных или оспариваемых субъективных прав, охраняемых законом интересов»[374]. А в этом случае автор демонстрирует деятельностный подход.

В свою очередь, О.В. Иванов, Б.Ю. Тихонова под правовой защитой понимают «применение юрисдикционным органом специальных мер, направленных на обеспечение управомоченному лицу реальной возможности осуществления его права»[375]. С нашей точки зрения, данная позиция, хоть и отражает некоторые существенные признаки правовой защиты, все же не охватывает всего содержания рассматриваемого феномена, отличается узостью его толкования.

Как справедливо отмечает А.В. Стремоухов, «сейчас, как никогда ранее, необходима целостная, единая теория правовой защиты человека,

которая могла бы стать основой для правозащитного законодательства РФ и исследования проблем охраны и защиты прав человека во всех отраслях на­уки». По его мнению, правовая защита человека не сводится к простому сложению охраны прав и защиты прав; она выходит за рамки и того и другого явления и приобретает свои уникальные свойства[376].

В целом же ученые рассматривают правовую защиту не только как деятельность компетентных органов, направленную на устранение препятствий в реализации правового статуса личности, восстановлении нарушенных прав и обязанностей и наказании виновных за правонарушение, но и деятельность самого лица, то есть самозащиту прав.

Считаем, что такой подход вполне оправдан. Действительно, и в этом мы согласны с М.В. Мархгейм, самозащита, как конституционный вид деятельности, осуществляется лицом в незапрещенных для этого формах, актуализирует выполнение соответствующими государственными органами вмененных им обязанностей[377].

Думается, что мнения ученых относительно соотношения понятий «правовая защита» и «правовая охрана» можно условно разделить на две большие группы.

Представители первой группы, отождествляя охрану и защиту, мотивируют это отсутствием существенной разницы в содержании данных понятий и нацеленностью наделения правом и его восстановления на охрану

3

от потенциального или совершенного нарушения[378].

Другая позиция, состоящая в разграничении данных понятий, основывается на различиях в целях и основаниях применения соответствующих мер. Так, целью охраны является не только пресечение правонарушений, но и обеспечение прав и законных интересов субъектов. Своим основанием правовая охрана имеет закрепленные в действующих нормах права и свободы, поэтому она осуществляется постоянно. Основанием же правовой защиты является совершение неправомерного действия в отношении охраняемого правом объекта[379]. Соглашаясь с представителями второго направления, уточним: правовая охрана осуществляется на постоянной основе, а правовая защита используется при угрозе или непосредственном нарушении прав, свобод и законных интересов различных субъектов.

С нашей точки зрения, определение обеспечения следует начать с толкования значения самого слова «обеспечить». Толковый словарь С.И. Ожегова так определяет значение данного слова: 1) процесс снабжения кого- либо чем-либо в необходимом (достаточном) количестве; 2) возможность сделать что-либо реальным, выполнимым, действительным[380].

Таким образом, «обеспечение» следует рассматривать как процесс, гарантирующий эффективное выполнение задач для достижения определенных целей. В результате, предлагается определять категорию «правовое обеспечение» как научно обоснованную, последовательную систему правовых и иных средств, при помощи которых гражданское общество и государство осуществляют воздействие на общественные отношения, исходя из очередности задач, возникающих перед обществом, и целей, которые они преследуют.

При этом следует уточнить, что мы понимаем под иными средствами.

Так, давая характеристику механизму обеспечения реализации закона, В.И.

Гойман включает в его состав две группы: неправовых и специально­юридических средств[381]. Следуя такому подходу, мы разграничиваем в понятии правового обеспечения систему правовых и иных средств. Система правовых средств, по сути, представляет собой правовое регулирование посредством специально-юридических средств (нормотворчество, правореализация, правоприменение, средства индивидуальной правовой регуляции, меры принудительного и поощрительного характера). Группу иных средств составляет ряд обеспечительных мер: материально­технического, организационно-управленческого, кадрового, идеологического характера.

Безусловно, что для обеспечения национальной безопасности особое значение имеет эффективное функционирование соответствующего механизма, включающего в себя устойчивое действие нормативно-правовой основы, так и организационную деятельность системы органов государственной власти и управления, призванных осуществлять функции государства в данной сфере.

Надо подчеркнуть, что правовую основу структурирования и взаимодействия элементов государственного механизма составляет действующее законодательство, разграничивающее институциональные сферы и закрепляющее их соотношение, а также определяющее юридический статус государственных органов и должностных лиц, очерчивающее пределы их компетенции, круг функциональных обязанностей и полномочий в рамках системы национальной безопасности.

При этом реализация функций в сфере обеспечения национальной безопасности, осуществление деятельности по основным стратегическим направлениям обеспечивается за счет консолидации усилий и ресурсов органов государственной власти, институтов гражданского общества,

направленных на отстаивание национальных интересов Российской Федерации путем комплексного использования политических, организационных, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер, разработанных в рамках стратегического планирования в Российской Федерации[382].

Исследование данного механизма создает теоретико-методологические предпосылки для решения важной научной и прикладной проблемы - оптимизации законодательства, правоприменительной практики в целях повышения эффективности функционирования непосредственно механизма обеспечения национальной безопасности.

В этом плане весьма интересным представляется суждение Е.В. Киричек следующего содержания: «Глобализация и иные объективные условия существования предъявляют новые требования к национальной безопасности современной России. Вопросы обеспечения национальной безопасности никогда не относились к сугубо академической проблематике, однако их последовательное научное разрешение всегда имело существенное методологическое значение для политической системы общества. Мы обращаем внимание на тот факт, что многое из того, что имеет отношение к обеспечению национальной безопасности, в большей степени находится в процессе теоретической разработки, нежели практического претворения в жизнь. Безусловно, каждая страна, как живой организм, жаждет качественных перемен, однако в современных условиях для этого нужен не только проект эффективной и действенной системы, но и эффективный механизм воплощения его в жизнь»[383].

Со своей стороны особое внимание обратим на понятие механизма обеспечения национальной безопасности, подразумевая при этом механизм правовой. С учетом этого подхода и начнем анализ его природы.

Уместно упомянуть, что в юридической науке уже разработано понятие механизма правовой безопасности как «комплекса юридических средств, применяемых последовательно и взаимосвязанно государственными органами, организациями и гражданами в целях достижения состояния защищенности правовой системы общества. Ядром механизма правовой безопасности выступает юридическая деятельность, направленная на обеспечение сохранности основных правовых параметров, ценностей и принципов правовой системы, на выявление и нейтрализацию угрожающих ей вредоносных природных и иных факторов окружающей среды, на предупреждение правонарушений и иных правовых аномалий, способствующих возникновению и (или) развитию правовой энтропии»[384]. Однако, общетеоретический анализ природы, понятия, содержания и т.п. этого механизма практически отсутствует.

Продолжая разговор по обозначенной проблематике, скажем о том, что понятие «механизм» с этимологической точки зрения означает внутреннее устройство, совокупность состояний и процессов, составляющих какое-либо явление, устройство для передачи и преобразования, представляющее собой систему тел (звеньев), в которой движение одного или нескольких тел (ведущих) вызывает движение остальных тел системы[385].

В свою очередь, юридическому пониманию природы механизма как такового может способствовать и обращение к опыту других наук.

Так, в экономической науке под рыночным механизмом понимается «совокупность организационных структур и конкретных форм функционирования (подчеркнуто нами - авт.) рынка, методов управления и правовых норм, с помощью которых производители (продавцы) и

потребители (покупатели) учитывают и используют конкретно

складывающуюся на рынке обстановку (конъюнктуру рынка)»[386].

В политологической науке, оперируя понятием механизма политического, под последним понимается «система действий политических институтов и организаций, предназначенная для преобразования свойств, характеристик, других параметров общественного (социального, экономического, собственно политического) развития в требуемом направлении»[387].

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что главное назначение механизмов вообще (пока безотносительно к механизму правовому, в том числе и механизму обеспечения национальной безопасности) состоит в достижении с помощью различных средств, методов и способов в соответствии с определенной процедурой соответствующих целей.

Так, юридическая наука использует понятие «механизм» для обозначения функционирования и развития различных правовых явлений. В частности, распространение получили такие понятия, как «механизм правотворчества»[388]; «механизм формирования правомерного поведения»[389]; «механизм правового регулирования»[390]; «юридический механизм управления»[391]; общий механизм действия права[392] и некоторые другие[393].

Следовательно, при наличии достаточного числа модификаций правовых механизмов в общетеоретической и отраслевой юридической литературе, логично было бы предположить наличие единой теории (концепции) правовых механизмов. Однако такая теория пока отсутствует, не разработаны как ее методологические основы, так и единый научный инструментарий. В то же время необходимость выделения исследования правовых механизмов в самостоятельное научное направление давно назрела, и об этом отмечается в юридической доктрине[394].

Безусловно, правовой механизм является сложным системным образованием, включающим в себя компоненты как социального, юридического, так и политического характера. Элементы данного механизма находятся во взаимодействии друг с другом и характеризуются соподчиненными организационными связями, при этом, в целом, составляя органически взаимосвязанную систему.

Изучение работ по данной проблематике[395] показывает, что в целом в основе теории правовых механизмов лежат две основные концепции:

- концепция механизма действия права (включая теорию механизма правового регулирования общественных отношений);

- концепция механизма государства (организационного механизма).

Рассмотрим данные концепции подробнее.

Предварительно заметим, что категория «механизм правового регулирования» (далее: МПР) является фундаментальной общетеоретической категорией и своего рода методологической основой для отраслевых юридических наук в изучении специальных механизмов.

В этом плане следует согласиться с таким высказыванием Ю.Г. Арзамасова и Я.Е. Наконечного о роли механизма правового регулирования: «базовое понятие «механизм правового регулирования» стало теоретической основой, определенной «стартовой площадкой» для осуществления исследований механизмов правового регулирования различных отраслей и институтов права и отраслей законодательства»[396].

В контексте комплексности нашего исследования продуктивной представляется и позиция К.В. Шундикова, согласно которой изучение механизма правового регулирования представляет собой «особый аспект исследования права и правовой системы общества в целом, рассмотрение их в определенной относительно автономной плоскости - под углом зрения их практической работы, функционирования»[397].

Соответственно, возможен вывод о возможности формирования понимания роли права как активного регулятора жизни социума, раскрытия значения данной категории как средства решения социальных проблем.

Надо сказать, что идея о наличии в праве самоорганизованных механизмов и воздействии права на общественные отношения была выдвинута еще в 50-е годы ХХ века в трудах Н.Г. Александрова[398], Л.С. Явича[399]и некоторых других ученых.

В дальнейшем она была воспринята и получила свое развитие в работах С.С. Алексеева, А.М. Витченко, В.М. Горшенева, В.П. Казимирчука, А.В. Малько, В.М. Сырых, К.В. Шундикова и других.

Ю.Г. Арзамасовым даже предложена своеобразная периодизация эволюции теории (концепции) механизма правового регулирования. По его мнению, целесообразно выделить следующие этапы: 1) разработка теории

норм права, теории юридических фактов, теории правовых отношений; 2) опубликование монографии С.С. Алексеева «Механизм правового регулирования в социалистическом государстве» и ее обсуждение; 3) появление исследований отраслевых механизмов правового регулирования; 4) разработка самостоятельной теории правовых средств[400].

Следует обратить внимание, что к настоящему времени в правопонимании сложилось два основных аспекта - юридический и социальный.

Суть юридического аспекта (подхода) заключается «в раскрытии взаимосвязи прав и обязанностей в общественной жизни, определения сути правового порядка, форм и средств его обеспечения»; социального - в исследовании места и роли права в общественной жизни, его обусловленности социально-экономическими факторами, потребностями отдельных социальных групп и населения в целом[401].

Так, В.М. Сырых обращает внимание на существование юридического механизма правового регулирования (совокупность правовых средств, применяемых в рамках отдельных стадий процесса правового регулирования (правотворчества, правореализации и государственного принуждения), и социального механизма правового регулирования (правовые нормы, иные правовые явления, а также социальные факторы, оказывающие на них позитивное либо негативное воздействие, связанные причинно-следственной связью)[402].

Теперь более подробно рассмотрим понятие «механизм правового регулирования» с точки зрения названных выше подходов.

В рамках юридического подхода наибольшее распространение получила инструментальная теория права (инструментализм),

родоначальником которой является С.С. Алексеев. Согласно его определению, под механизмом правового регулирования понимается взятая в единстве система всех правовых средств, организованных последовательным образом, посредством которой обеспечивается правовое воздействие на общественные отношения[403].

При этом С.С. Алексеев не включает в понятие МПР деятельность компетентных органов, направленных на реализацию права, а считает, что лучше обозначать ее термином «структура правового регулирования»[404]. В одной из работ более позднего периода он оставил данное определение МПР без изменения, указав, что оно охватывает комплекс фрагментов правовой действительности, относящихся к догме права, т. е. комплекс последовательно связанных правовых средств, и в этом отношении МПР имеет инструментальный характер[405]. Таким образом, ученым здесь во главу угла ставятся правовые средства.

Возможно также согласиться с мнением В.Б. Исакова о том, что МПР - это технологическая схема, зная которую, юрист может представить себе, какие этапы пройдет процесс воплощения нормы права в жизнь, какие остановки и сбои могут произойти в этом процессе, а значит - в состоянии предложить научно обоснованный план повышения эффективности правового регулирования за счет укрепления его основных звеньев[406]. Ученый рассматривает МПР как процесс, с чем мы согласны.

Характерно, что названный подход был воспринят впоследствии многими учеными.

Так, С.А. Комаров сущность механизма правового регулирования видит в результативном, нормативно-организационном воздействии на

общественные отношения всей системы специальных правовых средств, так и иных правовых явлений[407]. В этом случае автор в МПР включает не только правовые средства, но и иные правовые явления (к сожалению, не называет их).

В.К. Бабаев механизм правового регулирования определяет как совокупность юридических средств, при помощи которых осуществляется правовое регулирование[408]. То есть автор солидарен по существу с мнением С.С. Алексеева.

Аналогичное определение дает В.К. Русинов, подчеркивая при этом

3

системный характер совокупности юридических средств[409].

По А.В. Малько, МПР представляет собой систему правовых средств, организованных наиболее последовательным образом в целях преодоления препятствий, стоящих на пути удовлетворения интересов субъектов права. Автор также выделяет три признака МПР: цель, средства достижения цели и результативность[410].

Таким образом, характерной методологической чертой инструментального подхода является использование понятия «правовое средство» (правовой инструмент).

Отметим, что в науке высказан ряд определений понятия «правовое средство», однако общим для них является то, что под правовыми средствами понимается определенная совокупность правовых установлений (инструментов), «воплощающих регулятивную силу права»[411],

удовлетворяющих интересы субъектов права и обеспечивающих достижение

социально полезных целей[412], «реальное функционирование которых приводит к практическому осуществлению объективного и субъективного права, его претворению в жизнь, достижению конечного социально-экономического результата»[413].

Надо сказать, что инструментальный подход часто применяется и в отраслевых юридических исследованиях, поскольку в целом ориентирован на юридическую практику и эффективность правового регулирования.

Однако, заметим, существуют и работы, в которых инструментальная ценность права недооценивается или вообще воспринимается в негативном свете. Например, С.П. Нарыкова считает, что самым неприятным итогом доминирования широко представленного в общей теории права инструментального подхода к исследованию правового механизма, наметившегося на уровне отдельных положений, является тенденция возврата к хорошо известному восприятию права в качестве средства, устанавливаемого и охраняемого господствующим классом (в современной трактовке - государством в лице политических элит), т. е. политического

3

средства[414].

Возражая такому суждению, скажем, что инструментальная ценность права состоит не в его политической обусловленности, а в использовании его как мощного инструмента (механизма) регулятивного воздействия, обеспечивающего с помощью юридических средств четкость, определенность, контролируемость достижения целей социального развития.

В качестве некоторого промежуточного итога отметим, что МПР является частью правового регулирования, которое, в свою очередь, является результатом реализации специально-юридических функций права: регулятивной и охранительной.

Соответственно, МПР является: а) системой специально-юридических средств воздействия права на определенный вид общественных отношений; б) «ориентиром», «схемой», «алгоритмом» правотворческих субъектов; в) инструментом защиты права, т. е. включает не только регулятивные, но и охранительные средства.

С точки зрения социологического подхода, основы которого были заложены в 70-е годы ХХ века В.П. Казимирчуком, нормативные предписания законов направлены на оформление социального поведения на всех уровнях его действия - от общества в целом до конкретной личности[415].

Данные социальные уровни права предлагается считать ключевыми звеньями социального механизма его действия, поскольку именно здесь происходит перевод правовых установлений в социальную практику, то есть в реально складывающиеся на их основе правоотношения. Элементами (этапами) механизма социального действия права становится доведение правовых норм и предписаний до всеобщего сведения, или до сведения узкой социальной группы, на которую распространяется исключительное действие правовой нормы, постановка в нормативном правовом акте социально полезной цели, социально-правовой контроль [416].

Вместе с тем, несмотря на устоявшийся подход к инструментальному и социологическому пониманию механизма правового регулирования в качестве основных методологических подходов, можно констатировать наличие и иных (субсидиарных) аспектов.

Так, по мнению С.С. Алексеева, психологический аспект механизма правового регулирования представляет собой проекцию способов правового регулирования на психологическую сферу личности. Ценность психологического аспекта механизма правового регулирования, по мнению

ученого, может быть проанализирована через призму использования таких правовых средств как обязывание, дозволение и запрет[417].

Полагаем, что выбор той или иной методологической концепции, которой следует руководствоваться при анализе механизма правового регулирования, обусловливается спецификой самого предмета регулирования, т.е. особенностей регламентированной группы общественных отношений, а также тех целей, которые ставит перед собой исследователь.

Такой подход дает основание считать, что механизм обеспечения в сфере национальной безопасности следует рассматривать в специально­юридическом аспекте, предполагающем исследование взаимодействия основных правовых элементов, с помощью которых обеспечивается правовое воздействие на общественные отношения в этой сфере. Этот аспект охватывает весь комплекс средств, весь юридический инструментарий, работающий в процессе правового регулирования, и определяет нормативно­правовую основу функционирования механизма обеспечения национальной безопасности, основные средства и способы реализации соответствующих мероприятий.

В то же время, инструментальная основа, несмотря на всю свою значимость, не может быть единственной и определяющей в составе механизма обеспечения национальной безопасности; важное (если не сказать, определяющее - авт.) место принадлежит также механизму государства, обеспечивающему организационно-функциональную (институционно­функциональную) основу реализации деятельности государства, в том числе и в сфере национальной безопасности.

В самом общем виде относительно механизма государства отметим, что в настоящее время в юридической науке существует множество теорий,

среди которых наибольшее распространение получили: узкий, широкий и функциональный подходы к определению государственного механизма[418].

Узкий подход к определению механизма государства предполагает отождествление понятий «механизм государства» и «государственный аппарат». К примеру, В.М. Сырых механизм государства определяет как совокупность государственных органов, осуществляющих государственную власть и обеспечивающих реализацию функций государства[419].

С точки зрения широкого подхода, механизм государства включает в себя, помимо государственного аппарата, материальные придатки. В частности, М.И. Байтин под механизмом государства понимает «пронизанную едиными законодательными принципами, основанную на разделении власти, располагающую необходимыми материальными придатками систему государственных органов, посредством которых осуществляются задачи и функции государства»[420].

Также отметим и так называемый «функциональный» подход к рассмотрению механизма государства. Например, по Э.П. Григонису механизм государства - это функционирование системы органов государства в их взаимосвязи и взаимодействии[421].

В науке высказана и точка зрения о том, что механизм государства есть совокупность государственных органов, предприятий и учреждений в состоянии динамики[422].

Систематизируя данные подходы и преломляя их к предмету нашего исследования, можно сделать следующие промежуточные выводы:

- деятельность всех государственных органов, входящих в механизм государства, должна быть законной, то есть соответствующей положениям Конституции Российской Федерации и других законов;

- в механизме государства в качестве структурных элементов можно выделить: государственные органы, учреждения, организации, предприятия, материальные средства, вооруженные силы, в совокупности составляющие структуру механизма государства, основанную на определенной иерархии;

- элементы структуры механизма государства находятся во взаимосвязи и взаимодействии;

- каждый из государственных органов, составляющих единый государственный механизм, наделен определенными полномочиями, в рамках которых реализуются функции и задачи государства.

Обобщая сказанное выше, в целях выработки общих методологических основ для определения сущности и содержания механизма обеспечения национальной безопасности, считаем необходимым выделить следующие концептуальные положения.

Во-первых, механизм обеспечения национальной безопасности следует рассматривать как единую систему юридических средств (инструментов) и институтов, обеспечивающих, с одной стороны, эффективное правовое воздействие на общественные отношения в целях их упорядочения, и, с другой стороны, функционирование государственных и других органов для их оптимизации и охраны.

Во-вторых, что касается структуры (состава) механизма обеспечения национальной безопасности, то его составные части имеют различные наименования: элементы, стадии, звенья, этапы и т.д. Причем, каждое из этих понятий имеет свое, определенное значение. Так, говоря о структуре рассматриваемого механизма, называть его «стадии» (этапы) - означает «отмечать периоды в развитии, последовательно сменяющие друг друга». В свою очередь, «элементы», равно как и «компоненты», «звенья», должны

указывать на составные части, признаки в содержании рассматриваемого понятия, но они не подчеркнут их сменяемости, динамики.

Следовательно, при характеристике структуры механизма обеспечения национальной безопасности методологически верным представляется использование системного - статического и динамического подходов для исследования его структурных элементов.

В-третьих, с точки зрения статического подхода, в механизм обеспечения национальной безопасности входят такие элементы, как юридические нормы; правовые отношения; акты реализации прав и обязанностей, акты применения права; система государственных органов, цели, задачи, способы, основные направления обеспечения национальной безопасности и другие.

В-четвертых, согласно динамическому подходу, механизм обеспечения национальной безопасности включает в себя определенный набор стадий.

Таковы природа механизма обеспечения национальной безопасности, а также методологические подходы к определению его понятия, позволяющие непосредственно перейти к рассмотрению всего круга вопросов относительно понятия механизма обеспечения национальной безопасности и его структуры (состава); это будет сделано в следующем параграфе.

1.2.

<< | >>
Источник: ЧАПЧИКОВ СЕРГЕЙ ЮРЬЕВИЧ. КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И МЕХАНИЗМ ЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ: ТЕОРЕТИКО ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Курск - 2018. 2018

Еще по теме Природа механизма обеспечения национальной безопасности и методологические подходы к определению его понятия:

  1. §1. Понятие и сущность безопасности личности в аспекте общего понятия безопасности.
  2. § 3. Понятие и содержание механизма реализации прав и свобод человека и гражданина
  3. глава II. Война, мир и безопасность в гендерном измерении
  4. § 1. Роль права в обеспечении охраны окружающей среды и экологической безопасности при пользовании недрами
  5. § 2. Понятийный аппарат охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности и его значение в сфере недропользования
  6. ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ. СУЩНОСТЬ И СОДЕРЖАНИЕ, ПОНЯТИЕ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРАВА
  7. Теория административной деликтологии на этапе научного осмысления: логико-гносеологический анализ, понятие принципы, функции, методологические основы
  8. § 1. Понятие, основные предпосылки и факторы конституционализации российской судебной системы
  9. § 2. Правовая природа и понятие права на общее землепользование
  10. § 1.1 Правовые избирательные стандарты новых технологий голосования: понятие и содержание
  11. 2.1. Понятие, признаки и структура организационно-правового механизма обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
  12. § 3.2. Институт международного контроля как элемент институционального механизма обеспечения выполнения обязательств по международным договорам
  13. § 3.1. Международное полицейское сотрудничество в механизме реализации задач уголовной политики
  14. Становление и развитие понятия «национальная безопасность»
  15. Доктринальные подходы к определению понятия национальной безопасности
  16. Сущность, содержание национальной безопасности и ее цели
  17. Виды национальной безопасности во внутригосударственной сфере[268]
  18. Природа механизма обеспечения национальной безопасности и методологические подходы к определению его понятия
  19. Некоторые направления оптимизации механизма обеспечения национальной безопасности
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -