Убежище

Едва ли, наверно, требуется, продолжая рассмотрение права в современную эпоху, приводить в данном месте иные оптимистические свидетельства его роли в жизни и судьбе людей. Думается, приведенные выше данные являются уже достаточными для того, чтобы перейти к принципиальной стороне проблемы, связанной с парадоксами и противоречиями современного общественного развития.

Но один пункт, хотя бы в самом кратком виде, нужно все же обозначить. Тем более что он сопряжен с широко распространенными и по ряду позиций вполне обоснованными представлениями о праве как явлении из области криминальных проблем – социального института, связанного чуть ли не исключительно с борьбой с преступностью. Этот пункт заключается в том, что именно право в условиях граждан-

ского общества (и тем более в сложной обстановке его формирования)

является у б е ж и щ е м д л я ч е л о в е к а.

тельства, что к этому времени основные условия и факторы естественного, частноправового развития общества оказались в России, как это и планировали коммунисты, «до основания» разрушенными, изничтоженными строем коммунизма. И это при вдумчивом, основательном научном подходе к сложившейся ситуации требовало не стремительного рывка в процветающий капитализм, а в первую очередь аккуратного восстановления условий и факторов нормального, естественного частноправового развития – воссоздания производительной, пусть пока мелкой и средней, частной собственности, элементов конкуренции, предпринимательского дела, формирования хотя бы первичных элементов гражданского общества.

А вот теперь (в связи с только что сказанным) – о наиболее существенном просчете. О наиболее роковой причине неудач.

На мой взгляд, главная причина неудачи идущих в нашей стране реформ наряду с упречным пониманием либерализма вообще и отсутствием действительно научного подхода к реформам – это н е д о о ц е н к а п р а в а.

Это значит, что в России не оказалось необходимой социально-правовой основы для сколько-нибудь существенных, действительно демократических преобразований, для свободной частнособственнической, конкурентной цивилизованной («рыночной») экономики. Той основы, которая выражается как раз в фактическом прочном утверждении в реальной жизни современного гражданского законодательства, построенного на частном праве.

Ибо к 1991–1992 гг. хотя и было издано несколько «рыночных» законов, но вся укорененная в реальном бытии махина огосударствленной экономико-социальной системы сохранилась, да еще с добавлением – продажа существующих богатств. Когда же в 1994–1996 гг. Гражданский кодекс России (в двух основных своих частях) вступил в силу, он уже не сыграл (и не мог сыграть при отсутствии на то твердой государственной и общественной воли) той роли, которая уготована ему историей и самой логикой формирования современного гражданского общества.

297

Тайна и сила права

Слова об «убежище» представляют собой своего рода знак служения права конкретному человеку в его сложной, полной превратностей и бед жизни, знак защиты от бед, проистекающих от его же, человека, творения, призванного по своей глубокой сути быть стражем людских интересов, – государства, самой мощной в обществе силы. Ибо именно государственная власть, нередко вопреки своему истинному предназначению, обрушивает на человека самую страшную, неотвратимую беду – государственный произвол, своеволие, порядки расправ, бесчинства чиновников, государственного терроризма1.

А вот в условиях развитой юридической системы гражданского общества человек именно в праве (притом, конечно же, в праве человека) может найти – коль скоро такое право действительно утвердится в обществе – надежное у б е ж и щ е от социальных невзгод, от насилия и произвола, в том числе самого страшного – государственно-

го насилия и произвола.

О рассматриваемой стороне гражданского предназначения права с ударением приходится говорить потому, что в современных условиях жесткие и решительные акции государственных инстанций (фактически приводящие к произволу, нарушениям прав человека) подчас обосновываются необходимостью обеспечения в обществе дисциплины и порядка, освящены святым делом – борьбой с преступностью, особенно в ее наиболее злостных и коварных разновидностях – с организованной преступностью, коррупцией, терроризмом.

Да, юридические институты призваны создавать надлежащие, благоприятные условия для профилактической и карательной деятельности правоохранительных государственных органов. Но не меньшая их миссия – обеспечивать эту деятельность с максимальным учетом прав людей. И в связи с этим создавать такие гарантии прав человека (в том числе подозреваемых в преступлениях, подследственных, под-

1 Не скрою, автору этих строк существо положения об «убежище» как своего рода знаке служения права человеку подсказал писатель, гулаговский мученик и гуманист Ю. Домбровский. Его роман «Факультет ненужных вещей», потрясающий рассказ об ужасах гэбистских застенков, о всеохватывающем страхе людей, низости и изуверстве служителей сталинской «юриспруденции», подлости и коварстве попранной «Фемиды», казалось бы, так и должен бы быть обозначен как повествование о подноготной сталинского тоталитарного режима. А вот сам автор в одном из интервью о сути своего романа совершенно неожиданно сказал, что это – роман о праве. Писатель устами одного из героев романа говорит, что именно при сталинском режиме «право – факультет ненужных вещей» – не нужных при тоталитаризме. И заключает словами, полными глубокого смысла и тревоги: «Во всей нашей печальной истории нет ничего более страшного, чем лишить человека его естественного убежища – закона и права. Падут они – и нас унесут с собой».

298

Глава десятая.

судимых), которые бы позволяли любому лицу «спрятаться» от произвола, найти именно в праве охранителя и защитника, быть уверенным в том, что при любом повороте событий (даже при признании его виновным в судебном порядке) он будет защищен от расправы, других проявлений произвола.

Вот и получается, что право человека самой системой правосудия, строгих процессуальных процедур, недопустимости применения вне этого государственного принуждения, порядком опротестования и обжалований, презумпцией невиновности и других развитых и отработанных юридических форм и конструкций призвано создать барьер непробиваемой защиты, огражденности человека от насилия и произвола. А с учетом неотделимой от истинного права социальной солидарности – защиты от превратности судьбы обездоленного человека.

Думается, наряду с впечатляющей ролью права в сфере современной экономики именно характеристика развитых юридических систем как надежного убежища для человека является, как показывает практика передовых демократических стран, важнейшим показателем достигнутой ими ступени цивилизационного развития.