Французскій федерализмъ.

I. Федерализмъ гугенотовъ. — II. Федеративная теорія Бодена. — III. Федерализмъ въ XVIII вѣкѣ. — IV. Федерализмъ въ эпоху рево­люціи. — V. Областной федерализмъ и автономизмъ въ XIX вѣкѣ.

I.

Франція издавна является классическимъ образцомъ унитарнаго государства и правительственной и администра-

тивной централизаціи. Ея политическая исторія, въ особен­ности новаго времени, чужда какихъ бы то ни было феде­ративныхъ образованій. Несмотря на это, а можетъ быть, и именно поэтому, вопросы федерализма издавна привлекали вниманіе французскихъ политическихъ мыслителей; но такъ какъ эти вопросы нисколько не связаны во Франціи съ непосредственной практикой политической жизни страны, то они пе выходили изъ области чисто теоретическихъ кон­струкцій и выясненія политическаго значенія федеральныхъ формъ. Какъ практическое теченіе, федерализмъ если и возникалъ во Францію, то лишь какъ протестъ противъ чрезмѣрной централизаціи и какъ крайняя форма политиче­скаго децентрализма, да еще федерализмъ играетъ видную роль въ области французскихъ соціальныхъ теченій, на­чиная отъ соціалистовъ-утопистовъ, и черезъ Прудона среди современныхъ синдикалистовъ.

Несмотря на незначительное практическое осуществленіе федерализма въ политическихъ учрежденіяхъ Франціи, фран­цузская политическая мысль оказала не разъ рѣшающее влія­ніе на конструированіе юридической природы федеральныхъ соединеній. Федеративная теорія Бодена установила впервые юридическое отличіе федеральнаго государства отъ конфеде­раціи государствъ. Въ связи со взглядами Монтескье тео­рія эта во многомъ опредѣлила федеративныя воззрѣнія авто­ровъ Федералиста. Въ XIX вѣкѣ Токвилль предложилъ теорію дѣлимости суверенитета, которая долгое время была господствующей при юридическомъ конструированіи природы федеральныхъ государствъ.

Какъ мы сказали, французская исторія почти не знаетъ примѣровъ федеративныхъ соединеній, даже въ раннія эпохи. Правда, изъ свидѣтельствъ Юлія Цезаря можно, повидимому, заключить, что древняя Галлія знала нѣкоторое федератив­ное объединеніе государствъ. Въ своихъ запискахъ о Галль­ской войнѣ онъ говоритъ, напр., что послы различныхъ галльскихъ республикъ просили его, чтобы онъ позволилъ имъ созвать общее собраніе всей Галліи. Верцигеториксъ имѣлъ планъ соединить въ конфедерацію всѣ галльскія государства, установивши общій сеймъ Галліи. Но это общеніе галльскихъ племенъ было чисто случайнымъ, вы­званнымъ войною съ римлянами, и никакой постоянной фе­деративной организаціи между ними не было¹).

Средневѣковая политическая организація во Франціи знала, конечно, федерализмъ на почвѣ обще-европейскаго феодализма и партикуляризма^[36][37]). Франкская имперія при Меровингахъ объединяла подъ общимъ скипетромъ фран­ковъ, баварцевъ, швабовъ и др., сохранявшихъ свое соб­ственное правительство и устройство. Однако очень скоро,

подъ вліяніемъ войнъ и образованія единой національности, Франція вышла изъ средневѣковаго федерализма и сдѣ­лалась унитарнымъ и даже централизованнымъ государ­ствомъ.

Но въ то время, какъ Франція централизовалась, воз­никъ въ ней, какъ протестъ неумершихъ еще мѣстныхъ вольностей, федерализмъ, главнымъ образомъ на почвѣ каль­винизма. Кальвинизмъ вездѣ, куда опъ проникалъ, ока­зывался благопріятствующимъ факторомъ для развитія фе­дерализма. Такое вліяніе его объясняется тѣмъ, что цен­тральной идеей кальвинистовъ о церковномъ и политиче­скомъ устройствѣ была идея договора.

Идея свободнаго договора лежитъ въ основаніи церковно­политическихъ воззрѣній самого Кальвина. Первоначальная церковная ячейка, конгрегація образуется свободно изъ вся­каго соединенія вѣрующихъ людей, собравшихся во имя Божіе. Объединеніе отдѣльныхъ конгрегацій въ единую національную или всемірную церковь возможно лишь на основахъ феде­ративнаго устройства. Во главѣ каждой конгрегаціи должна стоять preslyterorum collegium. Надъ отдѣльными церквами долженъ стоять съѣздъ священниковъ, presbyterorum syno­dus, соборъ представителей отдѣльныхъ общинъ^[38]).

Идея договорнаго образованія общей власти переноси­лась кальвинистами съ церковнаго устройства и на обще­политическое. Повсюду, гдѣ торжествовалъ кальвинизмъ, торжествовалъ и федеративный принципъ политическаго устройства. Такъ это было въ Нидерландахъ и въ Сѣвер­ной Америкѣ.

Неудивительно, что среди соціально-политическихъ дви­

женій Франціи въ XVI вѣкѣ именно гугеноты обнаружили сильное тяготѣніе къ федеративному политическому идеалу.

До XVI вѣка Франція была еще государствомъ съ сильно децентрализованной властью. Большая часть про­винцій, составившихъ Францію, представляли собою от­дѣльныя, независимыя цѣлыя, пользующіяся самымъ широ­кимъ самоуправленіемъ, въ области какъ управленія, такъ и суда. Жители провинцій смотрѣли на себя, какъ на чле­новъ отдѣльныхъ независимыхъ частей, а на жителей дру­гихъ хотя бы и сосѣднихъ провинцій, какъ на отдѣльныя націи ¹). Въ этомъ заключалось основаніе для возникновенія въ подходящій моментъ федералистической реакціи противъ попытокъ централизаціи. Во время возстанія гугенотовъ послѣ Варѳоломеевской ночи, они въ своей внутренней ор­ганизаціи прибѣгли къ федеративному способу управленія. Таковъ, напр., былъ уставъ управленія провинціи Восточнаго Лангедока, выработанный на собраніи въ Нимѣ въ 1573 г.

Гугеноты имѣли цѣлую іерархію религіозныхъ собраній, служившихъ, чтобы группировать ихъ силы, начиная съ консисторій и кончая національнымъ синодомъ, съ провин­ціальными коллоквами и синодами, въ качествѣ посред­ствующихъ инстанцій. Политическая организація тоже осу­ществлялась ими на федеральныхъ началахъ. „Съ одной стороны, говоритъ Вейль, каждый городъ организовалъ свое мѣстное управленіе; съ другой стороны, сторонники рефор­маціи на югѣ выработали планъ провинціальнаго союза, который, много разъ исправленный, сдѣлалъ возможнымъ созданіе истиннаго правительства. Сохранять и развивать го­родскія и областныя свободы было однимъ изъ постоянныхъ пріемовъ гугенотовъ. Многія общипы, обычно очень по­слушныя, воспламенялись, какъ только возникалъ вопросъ объ ограниченіи ихъ избирательныхъ правъ или прерога­тивы ихъ магистратовъ"^[47][48]).

Относительно рѣшающей роли федерализма въ борьбѣ гугенотовъ хорошо писалъ еще Сисмонди: „Во всѣхъ гра­жданскихъ войнахъ гугенотовъ во Франціи, можно при­знать героическія усилія конфедеральной власти противъ власти центральной. Когда гугеноты подсчитали себя, они скоро убѣдились, что они составляютъ лишь очень ни­чтожное меньшинство въ націи. Но это меньшинство, не имѣвшее ни столицы, ни арсеналовъ, ни казны, ни арміи, славно защищалось въ теченіе семи гражданскихъ войнъ, такъ какъ оно было живымъ повсюду, такъ какъ убійство вождя не убивало его, такъ какъ пораженіе не отдавало его столицы, такъ какъ вторженіе никогда не достигало тѣхъ мѣстъ, гдѣ засѣдали его совѣты.

войнъ, партія гугенотовъ сплотилась вокругъ Генриха IV и прикрылась королевскимъ знаменамъ; она дала востор­жествовать принципу законности, отдавши себя подъ по­кровительство короля; нб она потеряла свое существованіе со своей побѣдой. Отказъ отъ конфедеративнаго духа былъ для нея губительнѣе двадцати пораженій"^г).

Слѣды болѣе или менѣе ясно выраженнаго федера­лизма находимъ мы во всѣхъ важнѣйшихъ произведеніяхъ гугенотской литературы, и у Готмапа, и у Дюплесси-Морнэ, и у продолжателя Кальвина Теодора Бэза.

Уже Базъ, въ приписываемомъ ему памфлетѣ D и droit des magistrate sur leurs sujets, полагалъ, что во всякомъ благоустроенномъ государствѣ центральная суверенная власть должна находить себѣ сдержку въ про­тивостоящей ей самостоятельной мѣстной власти^{[49][50][51][52][53][54][55]}).

Знаменитый „монархомахъ" Гетманъ въ федеральномъ собраніи отдѣльныхъ штатовъ видѣлъ наилучшую гарантію народной свободы и взывалъ къ примѣрамъ древней кон- федеральной Галліи, греческихъ амфиктіоній, ахейскаго со­юза и Римско-германской имперіи, какъ къ наиболѣе раз­умнымъ образцамъ народнаго правленія^[56]).

По этимъ сопоставленіямъ съ перваго взгляда, повиди­мому, можно было бы предположить, что генеральные штаты, которымъ долженъ принадлежать суверенитетъ во Франціи, по мысли Готмана должны были носить федеральный характеръ. Однако далѣе онъ говоритъ и о собраніяхъ въ Лакедемонѣ и объ англійскомъ парламентѣ. Онъ не различалъ генераль­ныхъ штатовъ, какъ федеральнаго собранія, и штатовъ, какъ представительства единаго народа.

Въ приписыванномъ ему революціонномъ памфлетѣ, Reveille-matin des franςais, Готманъ болѣе опре­дѣленно становится на федералистическую точку зрѣнія. Единственное средство спасенія и торжества для протестан­товъ вообще и въ частности для кальвинистовъ въ феде­раціи.

s*assemblassent en un certain temps de Γannee. Laquelle coustume a aussi este autrefois en usage entre plusieurs autres nations. Premierement en notre ancienne Gaule, que nous avons monstre ci desus, par temoignages extraits des Commentaires de Cesar, avoit este administree par un commun Parlement des plus notables choisis et deputez par le peuple. Mais pour- autant qu’il est ici question d’un Royaume, Test une chose assez cogune, que le Parlement des Amphictijons, fut institue par le Roy Amphictyon, fils de Deuculion (ainsi qu’en font foij Suidas et quelques autres) et que aux Ther- mopyles s’assembloient a un temps prefix de Γannee les deputez des douze Citez et Provinces de la Grece, pour deliberer en commun, des matieres d’importance, et affaires concernant Γestat du Royaume et de la chose publique; a raison de quoi, Ciceron Γappelle Γ assemble© commune; Pline Γassemblee publique ou generale de la Grece. Cette mesme prudence eurent les Alemans en establissant Γestat de ΓEmpire d’Alemagne; ou ΓEmpereur represent© le gouvernement de Monarchie, les princes, d’Aristo- cratie: et les ambassadeurs et deputez des villes retiennent Γapparence de Democratic, c^,est-a-dire de Γestat populaire. F. Hotoman, La Gaule Fr a n 9 о i s e, ch. X (Estat de France sous Charles IX, t. II, cτp. 427 и сл.).

1) Et pourceque la ligue du Pape, du roy d’Espagne, et de tous les catholiques Romains, et la particulieι e intelligence qui est entre ΓEmpereur et ses deux gendres Rois, ne tendent qu^,a exterminer tous ceux qui βe sont

до французскихъ гугенотовъ, то авторъ памфлета Reveille­matin предлагалъ имъ планъ строго проведеннаго само­управленія и автономіи отдѣльныхъ городовъ и общинъ, объединенныхъ федеративнымъ союзомъ. Каждый городъ и каждая община должны сорганизоваться самостоятельно и выбрать изъ своей среды правительственную власть, на­чальника военныхъ силъ и представителя исполнитель­ной власти и совѣтъ двадцати четырехъ. Но на этомъ самоорганизація не должна остановиться. Нужно объ­единить всѣ города. Это объединеніе у ахеянъ соверша­лось такимъ образомъ, что собирались власти, всѣ прави­тельствующія лица in corpore соединенныхъ городовъ и рѣ­шали дѣла сообща. Готманъ находитъ этотъ способъ хоро­шимъ, но неудобнымъ и невыполнимымъ для французскихъ гугенотовъ; онъ долженъ быть замѣненъ федеральнымъ со­браніемъ представителей городовъ, рѣшающихъ дѣла по

retirez de Γobeissance de ΓEglise Romaine; S*il est ainsi que Jesus Christ n’a qu’une Eglise, dont la pluspart des Allemagnes, d’Angleterre, d’Escosse, Danemark, Suede, Norvege, Pologne, Suysse, et generalement tous ceux qui font vraye profession de ΓEvangile pour toute la terre, sont les membres: s’il est ainsi, tous d’un corps, membres Γun de Γautre, selon Γintention du Seigneur, que distribue une mesme vie a tous les serviteurs d’un maistre, sujets et soldats d’un Roy et Capitaine Jesus Christ, qui n’a point fait de difference ou distinction des nations en la communication de son salut eter- nel. Qu’ils sont ensemble la maison du Seigneur, edifice sur le fondement des Prophetes et Apostres, en un temple Sainct, duquel Jesus Christ est la maistreβse pierre du coing. Et si derechef il est ainsi, que les bras, les mains, les jambes, et les pieds d’un mesme corps doyvent service au chef, et particulierement, secours les uns aux autres: Que les Princes, Princesses et Potentate qui a constituez sur les pays cy dessus nommez, qui se disent de ΓEglise chrestienne, avisent de s’employer tous, a composer d’un coste les differens qu’en particulier les uns d’eux ont avec les autres, et d*autre part, a traicter entr’eux tous, chaudement (sans marchander a qui commen- cera, a recercher les autres, car cela n’est point de ΓEsprit de Dieu) et par bonne negociation, une ligue generale, d’eux, leurs sujets, et pays- pour se maintenir les uns les autres, s’opposer aux entreprises de ΓAnte- christ et sbs supposts; Reveille-matin des franφaiθ et de leurs voisins (par Eusebo Philadelphe Cosmopolite), Edinbourg, 1574, cτp. 139—141.

большинству голосовъ и выбирающихъ изъ своей среды главнаго начальника всей конфедераціи¹).

Наибольшей популярностью среди памфлетовъ той эпохи пользуется произведеніе, авторомъ котораго въ настоящее время считается Дюплесси-Морнэ, Vindiciae contra ty­rannos (1579) или, во французскомъ изданіи, De la puis­sance 16gitime du prince.

Этотъ памфлетъ обыкновенно считается проникнутымъ федеральнымъ духомъ. Объ этомъ говорилъ Бодрильяръ, и за нимъ повторяетъ Гирке ^[57][58]). Однако при ближайшемъ раз­

смотрѣніи такое утвержденіе оказывается не совсѣмъ вѣр­нымъ. Ставя вопросъ о томъ, можно ли сопротивляться тирану угнетающему народъ, и отвѣчая на этотъ вопросъ утвердительно, Морнэ спрашиваетъ однако, неужели это право на сопротивленіе принадлежитъ каждому частному лицу, и неужели каждый отдѣльный индивидъ имѣетъ право на это. Отвѣтить утвердительно на такой вопросъ, значило бы стать на вполнѣ анархическую точку зрѣнія. Морнэ не идетъ такъ далеко, и право на сопротивленіе признаетъ только за народомъ, находящимъ себѣ выраженіе въ представителяхъ власти¹).

Право на сопротивленіе принадлежитъ представителямъ власти, какъ выразителямъ народнаго суверенитета, и только, а не потому, что народъ понимается, какъ федеративное со­глашеніе отдѣльныхъ общинъ или провинцій ^[59][60][61]).

Даже меньшинство народа можетъ воспротивиться без­божнымъ приказамъ тирана. Не требуется, чтобы весь на­родъ въ цѣломъ оказалъ сопротивленіе. Вѣдь народъ не въ цѣломъ даетъ клятву въ вѣрности Богу, но каждая часть, каждая обіцина, представленная магистратомъ во время принесенія присяги. Такъ какъ каждый городъ обязался, то каждый имѣетъ право выполнить свое обязательство, ка­ково бы ни было поведеніе короля и остальнаго народа. Отдѣлиться въ этомъ случаѣ отъ націи, нарушившей клятву, значитъ покинуть общество разбойниковъ ¹).

Морнэ постоянно говоритъ о двоякомъ союзѣ: о союзѣ государя и народа съ Богомъ и союзѣ государя съ на­родомъ, и называетъ послѣдній союзъ конфедераціей, но онъ нигдѣ не говоритъ о союзѣ-договорѣ частей народа (общественномъ договорѣ), благодаря которому составляется народъ какъ цѣлое. Народъ, повидимому, не понимался имъ какъ союзное образованіе^{[62][63][64][65]}). Для своей цѣли, онъ не различалъ устройства германской федераціи отъ англій­скаго или французскаго государства⁸). Идея его — про­тивопоставить стремленію монарха къ автократизму и абсо­лютизму право народа, народный суверенитетъ. Народный же суверенитетъ выражается черезъ власть народныхъ со­браній, народныхъ представителей.

Федеративный моментъ у Дюплесси-Морнэ былъ лишь въ томъ, что онъ не требовалъ единогласнаго рѣшенія на