<<
>>

§ 2. Историческая эволюция компетенции Европейского Союза в области защиты прав потребителей.

Первое предложение ст. 1 Договора о ЕС (далее – ДЕС)38 гласит:

«Настоящим Договором Высокие Договаривающиеся Стороны учреждают между собой Европейский Союз (далее именуемый «Союз»), которому государства-члены предоставляют компетенцию для достижения своих общих целей».

В юридической литературе существует несколько подходов к определению понятия «компетенция».

Применительно к органам государственной власти российская наука конституционного права определяет данную категорию как «совокупность полномочий в установленной сфере деятельности»39.

Применительно к международным организациям компетенция определена профессором А.Я. Капустиным как «круг вопросов, которыми надлежит заниматься международным организациям» 40.

По мнению профессоров С.Ю. Кашкина и А.О. Четверикова:

«Компетенция Европейского Союза имеет государственно-подобный характер в том смысле, что включает в себя широкий спектр властных прерогатив по управлению обществом. К ним относятся в том числе издание законодательных актов, административных и юрисдикционных (судебных) актов»41. По нашему мнению, широкий круг властных полномочий – единственный признак компетенции Европейского Союза, указывающий на ее государственно-подобный характер.

Исходя из смысла параграфа 1 статьи 1 ДЕС, ЕС получает свою компетенцию от государств-членов, которые посредством подписания учредительных договоров наделяют его определенными полномочиями для

38 Treaty on European Union (Consolidated version 2012) // OJ C 326, 26 Semteber 2012. – p. 13-368

39 Варлен М.В., Дорошенко Е.Н., Зенкин С.А. и др. Конституционное право: учебник для бакалавров. (отв. редактор В.И. Фадеев). М.: Проспект, 2013 – с. 367.

40 Капустин А.Я. Компетенция международных организаций. // Международные организации. — М.: РУДН, 1994 г. - с. 69-85.

41 Европейский Союз: основополагающие акты в редакции Лиссабонского Договора с комментариями. Отв. редактор: Кашкин С.Ю. – М.: ИНФРА-М, 2010 г. – с. 97

достижения общих для государств-членов целей.

Международные договоры, несомненно, имеют первостепенное значение для содержания компетенции ЕС. Как отмечает профессор И.И. Лукашук международным договорам «всегда принадлежала важная роль в формировании международного права…Усложнение задач международно- правового регулирования обусловило дальнейшее усиление роли договоров… Характерная черта современного международного права – рост числа и значения многосторонних договоров…»42. Если говорить о ЕС, то международные договоры определяют пределы компетенции ЕС и являются учредительными актами, на основании которых функционируют институты и органы ЕС, а также создается вторичное право. Считаем возможным согласиться с мнением профессора Л.М. Энтина, который отмечает, что

«Одна из важнейших особенностей европейского права состоит в том, что сфера его предметного применения строго лимитирована действующими учредительными актами. Любая национальная система права носит абсолютно универсальный характер. Нормами национального права регулируются все виды правоотношений, возникающих на территории данного государства, нормами европейского права регулируются лишь те области общественных отношений, на которые распространяется юрисдикция европейских сообществ»43.

В связи с наличием описанных выше особенностей в статье 5 ДЕС

государства-члены устанавливают основные принципы, в соответствии с которыми ЕС осуществляет делегированные ему полномочия:

1.

Принцип наделения компетенцией.

М.Л. Энтин, раскрывая смысл принципа наделения компетенцией, указывает на иное его название – «принцип передачи (делегирования) полномочий», а также раскрывает сущность самого принципа следующим

42 Лукашук И.И. Международное право. Общая часть: учеб. для студентов юрид. фак. и вузов. М.: Wolters Kluwer Russia, 2010. - с. 113.

43 Энтин Л. М., Наку А. А., Водолагин С. В. и др. Европейское право: Учебник для вузов. / Моск. гос. ин-т МО (ун-т) МИД РФ, Ин-т европейского права // Рук. авт. кол. и отв. ред. Л. М. Энтин. М.: НОРМА-ИНФРА, 2000 г. - с. 107.

образом: «Союз может действовать только в рамках полномочий, переданных ему государствами-членами»44.

А.О. Четвериков в свою очередь отмечает, что «название данного принципа призвано указать на происхождение компетенции Союза: она имеет производный характер, так как получена от государств-членов, которые посредством заключенных ими Договоров передали в ведение ЕС часть своих суверенных и иных прерогатив…»45.

Таким образом, принцип наделения компетенцией дает возможность

ЕС действовать только в пределах, установленных государствами-членами в учредительных документах.

2. Принцип субсидиарности.

Закрепленный в ст. 5 ДЕС принцип субсидиарности гласит: «…Союз в сферах, которые не относятся к его исключительной компетенции, действует лишь тогда и в такой степени, в какой цели предполагаемого действия не могут достаточным образом быть достигнуты государствами-членами на центральном, региональном или местном уровне, но ввиду масштабов или последствий предполагаемого действия, могут быть лучше достигнуты на уровне Союза».

Как справедливо утверждает А.Я. Капустин: «Субсидиарность, таким образом, являлась принципом, регулирующим компетенцию, совместно осуществляемую государствами-членами и Европейским сообществом. Отсюда становилось ясно, что в сферах исключительной компетенции не могло быть никакой субсидиарности, более того оно обязано было осуществлять свою компетенцию самостоятельно и в полном объеме»46.

Важно отметить, что применительно к политике защиты прав

потребителей, которая в настоящее время в соответствии со ст. 4 ДФЕС

44 Трыканова С.А., Энтин М.Л., Орина И., Энтин Л.М. Актуальные проблемы европейского права – М.: Флинта: МПСИ, 2011г. - с. 129.

45 Европейский Союз: основополагающие акты в редакции Лиссабонского Договора с комментариями. Отв. редактор: Кашкин С.Ю. М.: ИНФРА-М, 2010г. – с. 173.

46 Право Европейского Союза : учебник для вузов / Е. С. Алисиевич, В. Д. Бордунов, В. В. Долинская и др.; под. ред . А. Я. Капустина. М. : Издательство Юрайт, 2013. – с.62.

относится к совместной компетенции ЕС, принцип субсидиарности применялся еще до своего появления в Договоре о ЕС. Например, в Плане действий по защите прав потребителей 1990-1992 годов47 Европейская комиссия под заголовком «Принцип субсидиарности» указала:

«Практическая политика защиты потребителей должна эффективно приводиться в жизнь государствами-членами на основании постоянного управления и контроля за безопасностью, информированностью и компенсацией, которые адаптированы к каждому уровню нужд. Это будет нереальным и недостижимым проводить такую многоуровневую политику на уровне Сообщества». В данном случае Сообщество (ныне Союз) указывает на невозможность проводить такую политику без поддержки государств- членов.

Таким образом, Сообщество установило необходимость дополнительного (субсидиарного) участия Европейских сообществ в проведении практической политики защиты прав потребителей. Этот тезис в дальнейшем был подтвержден при распределении сфер компетенции Лиссабонским договором, в котором защита прав потребителей была отнесена к совместной компетенции Европейского Союза и государств- членов.

3. Принцип пропорциональности.

В соответствии с п. 4 ст. 5 ДЕС «содержание и форма действий Союза не выходят за рамки того, что необходимо для достижения целей Договоров».

Как отмечает профессор Л.М. Энтин: «Пропорциональность в данном случае - это сбалансированность целей и действий Сообществ и Союза. Следование принципу пропорциональности направлено одновременно на защиту основных достижений Сообществ (aсquis communautaire),

47 Three Year Action Plan Of Consumer Policy In The Eec (1990 - 1992)
/* Com/90/98final */ [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://eur-lex.europa.eu/legal-

content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:51990DC0098&qid=1404031403827&from=EN. Дата обращения:

11.03.2012 г.

получивших свое отражение в праве, и на поддержание институционального равновесия»48.

Раскрытие сути принципов субсидиарности и пропорциональности производится в Протоколе «О применении принципов субсидиарности и пропорциональности».

М.М. Бирюков утверждает, что «ст. 5 ДЕС ставит окончательно все точки над «i» по вопросу о степени ограничения суверенитета государств- членов в новом ЕС»49.

Мнение М.М. Бирюкова поддерживает и развивает профессор С.Ю. Кашкин, который указывает, что «все три рассмотренных принципа признаны Лиссабонским договором в качестве основополагающих принципов компетенции Европейского Союза в целом»50.

С момента основания Европейских сообществ государства-члены

принимали во внимание проблемы защиты прав потребителей, которые могут возникать в процессе экономической интеграции.

Необходимо отметить, что становление компетенции Европейского Союза в области защиты прав потребителей – это процесс, состоящий из нескольких этапов. Эти этапы очевидно взаимосвязаны с этапами развития самого Европейского Союза. Периодизацию этапов становления Европейского Союза проводили многие теоретики европейского права51, также в российской юридической научной литературе присутствует

48 Европейское право. Право Европейского Союза и правовое обеспечение защиты прав человека» / Рук. авт. колл. и отв. ред. д.ю.н., проф. Л.М. Энтин. - 2-е изд., пересмотр. и доп. М.: Норма, 2005. - с. 128.

49 Бирюков М. М. Европейское право: до и после Лиссабонского договора: Учебное пособие. – М.: Статут,

2013. – с. 90.

50 Право Европейского Союза: учебное пособие Кашкин С.Ю., Четвериков А.О., Калиниченко П.А. и др. Право Европейского Союза: учебное пособие (отв. ред. С.Ю. Кашкин). - 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2011 г. – 274 с.

51 Подробнее см.: Марченко М.Н., Дерябина Е.М. Право Европейского Союза. Вопросы истории и теории: учеб. пособие. – М.: Проспект, 2010 – с. 165; Европейское право. Право Европейского Союза и правовое

обеспечение защиты прав человека: учебник / рук. авт. кол. и отв. ред. Л.М. Энтин. – 3-е изд., пересмотр. и доп. – М.: Норма: ИНФРА-М, 2013. - с. 33; Бирюков М.М. Европейское право до и после Лиссабонского договора. М.: Статут, 2013. - с. 13-48; Жбанков В.А. Эволюция компетенции Европейского Союза и ее отражение в европейском праве: автореф. … дис. канд. юрид. наук. – М.: МГЮА им. О.Е. Кутафина, 2009. - с. 14.

периодизация этапов развития потребительского законодательства52, однако периодизация этапов становления компетенции ЕС в области защиты прав потребителей в научной литературе отсутствует.

Разработанная нами периодизация становления компетенции ЕС в сфере защиты прав потребителей состоит из трех этапов.

Рассматривая первый - начальный этап развития Европейского Союза, необходимо подчеркнуть, что Договор о Европейском экономическом сообществе (далее – Договор о ЕЭС), подписанный шестью странами- основателями в 1957 году, установил общую цель для государств-членов ЕЭС создать экономическое пространство, свободное от границ.

В Договоре о ЕЭС 1957 года потребитель упоминался в следующих пяти случаях:

1. в рамках сельскохозяйственной политики (разд. 2 гл. 2 Договора о ЕЭС 1957 года):

· одной из целей общей сельскохозяйственной политики провозглашалось гарантировать поставки продовольствия потребителям по разумным ценам; (ст. 39).

· в ст. 40 устанавливалось, что общий сельскохозяйственный рынок исключает любую дискриминацию потребителей или продавцов в рамках Сообщества. Однако в данном контексте употребление термина

«потребители» – это, как нам представляется, синоним термина

«покупатели», то есть лица, приобретающие товары либо услуги, а не потребители в том смысле, который вкладывается в это понятие в законодательстве о защите прав потребителей.

2. В разделе, посвященном конкуренции, потребители упоминаются в качестве заинтересованной стороны.

· Согласно ст. 85, которая была посвящена картельным

52 Подробнее см.: Защита прав потребителей финансовых услуг / М.Д. Ефремова, В.С. Петрищев, С.А. Румянцев и др.; отв. ред. Ю.Б. Фогельсон. М.: Норма, Инфра-М, 2010. – с. 112. Проведенная периодизация состоит из трех этапов: прединтервенционного, интервенционного и постинтервенционного.

соглашениям, одним из условий отсутствия в соглашении между предпринимателями картельного сговора являлось наличие выгоды для потребителей от действия в рамках товарного рынка такого соглашения. По нашему мнению, закрепляя такое положение в Договоре о ЕЭС, государства- члены Европейского Союза признавали, что фактор наличия выгоды именно для потребителей являлся основополагающим с точки зрения антимонопольного законодательства, и вытеснял возможный неблагоприятный эффект от картельных соглашений для других предпринимателей.

· Ст. 86, которая была посвящена злоупотреблению доминирующим положением, выделяла одним из факторов такого злоупотребления ограничение выпуска, продажи и технического развития, с неблагоприятными последствиями для потребителей. Анализируя эти положения также важно отметить особую заботу государств-членов Европейского Союза о благополучии потребителей, которая на рассматриваемом этапе развития компетенции ЕС в области защиты прав потребителей достигалась с помощью положений антимонопольного законодательства.

· Ст. 92, регулировавшая предоставление государственной помощи, характеризовала социальную помощь (то есть помощь, которая выведена из-под общего запрета государственной помощи) как «помощь, предназначенную для индивидуальных потребителей». По нашему мнению здесь стороны, формулируя статью, имел в виду потребителей социальной помощи, а не потребителей в смысле, который вкладывается в это понятие потребительским правом.

В Договоре о ЕЭС также содержалось важное положение, наделявшее Совет ЕЭС полномочиями осуществлять сближение законодательства государств-членов по любым вопросам, относящимся к общему рынку:

«Совет, постановляя единогласно по предложению Комиссии, издает

директивы для сближения таких законодательных и административных положений государств-членов, имеющих прямое воздействие на создание и функционирование Общего рынка» (ст. 100).

Отметим, что правовые акты, изданные Советом на первом этапе формирования компетенции в сфере защиты прав потребителей, в качестве основания принятия (или legal base – правовая основа) предусматривали именно ст. 100 Договора о ЕЭС. Важно также обратить внимание на формулировку статьи, в которой заложена соответствующая компетенция Совета – на первом этапе документы в сфере защиты прав потребителей принимались членами Совета единогласно, что давало каждому государству- члену право вето в отношении издаваемых актов.

Помимо ст. 100 Договор о ЕЭС содержал ст. 235, которая также давала возможность издавать акты без наличия прямого указания на соответствующую сферу деятельности в Договоре о ЕЭС. В соответствии со ст. 235 в случае необходимости принять меры в рамках функционирования общего рынка, направленные на достижение одной из целей формирования Сообщества, при условии, что соответствующие полномочия не были предоставлены институтам ЕЭС учредительным договором, Совет, принимая решение единогласно, по предложению Европейской Комиссии и после проведения консультаций с Европейский Парламентом, принимает необходимые меры.

На современном этапе развития Европейского Союза аналогичное положение содержится в п. 1 ст. 352 Договор о функционировании Европейского Союза (далее кратко – ДФЕС). Формулировка новой статьи была изменена: круг вопросов, относительно которых может применяться ст. 352, шире, так как в статье уже нет указания на необходимость достижения цели в рамках внутреннего рынка, а указано, что любая цель договора может быть достигнута с помощью применения указанной статьи.

На первом этапе становления компетенции Европейского Союза в области защиты потребителей были приняты первые законодательные акты,

в дальнейшем отнесенные к деятельности ЕС в области защиты прав потребителей.

В основном принимаемые на первом этапе акты можно отнести к институту защиты здоровья и безопасности потребителей. К ним относятся Директивы, посвященные сближению законодательств в области продуктов питания, пищевых красителей и кормов для животных, которые принимались Советом в период с 1963 по 1974 гг.53.

В 1968 году Европейская Комиссия официально выделяла в качестве

отдельной сферы деятельности защиту прав потребителей, создав административное подразделение по защите прав потребителей в Генеральном директорате по конкурентной политике.

Главы государств-членов и их правительств на Саммите в Париже в 1972 году определили необходимость координации действий во всех социально-экономических сферах, в том числе и в области защиты прав потребителей. Отметим, что документ, принятый по итогам Саммита 1972 года, указывал на защиту потребителей в рамках социальной политики государств-членов.

Далее в 70-е – 80-е годы были приняты акты, направленные на осуществление правового регулирования вопросов ветеринарии, производства и продажи текстильных изделий и других промышленных

53 Среди них следующие:

1. Директива о сближении законодательств государств-членов относительно красителей, использующихся в продуктах питания. (Council Directive on the approximation of the rules of the Member States concerning the colouring matters authorized for use in foodstuffs intended for human consumption // OJ 115, 11 November 1962.- p. 2645–2654)

2. Директива Совета 66/401/ЕЭС от 14 июня 1966 года о торговле семенами кормовых растений. (Council Directive 66/401/EEC of 14 June 1966 on the marketing of fodder plant seed // OJ 125, 11 July 1966. - p.

2298–2308)

3. Директива Совета 66/402/ЕЭС от 14 июня 1966 года о торговле семенами зерновых культур (Council Directive 66/402/EEC of 14 June 1966 on the marketing of cereal seed // OJ 125, 11 July 1966.- p. 2309–2319).

4. Директива Совета 68/193/ЕЭС от 9 апреля 1968 года о торговле материалом для вегетативного размножения лозы (Council Directive 68/193/EEC of 9 April 1968 on the marketing of material for the vegetative propagation of the vine. // OJ L 93, 17 April 1968.- p. 15–23).

5. Директива Совета от 30 июня 1969 года о торговле семенами масличных и волокнистых растений (Council Directive of 30 June 1969 on the marketing of seed of oil and fibre plants. // OJ C 66, 8 June 1974.- p. 43– 54).

6. Директива Совета 71/118ЕЭС от 15 февраля 1971 года о проблемах здоровьем, влияющих на торговлю свежим мясом домашней птицы (Council Directive 71/118/EEC of 15 February 1971 on health problems affecting trade in fresh poultrymeat. // OJ L 55, 8 March 1971. - p. 23–39).

товаров54.

Эти правовые акты касались проблем, входящих в сферу защиты прав потребителей, что послужило основой для понимания необходимости сближения законодательств государств-членов ЕЭС.

Несмотря на то, что компетенция ЕЭС не менялась до вступления в силу Единого европейского акта в 1987 г., в 1975 году институты ЕЭС приняли политическое решение о превращении защиты прав потребителей в самостоятельную сферу деятельности этой интеграционной организации. 14 апреля 1975 года Совет в своей резолюции55 впервые утвердил на уровне ЕЭС принципы защиты прав потребителей, информационной политики, а также провозгласил необходимость осуществления действий, утверждения принципов и достижения целей, которые поставлены предварительной программой Европейского экономического сообщества по защите потребителей и информационной политике56 1975 года (далее – Предварительная программа 1975 года).

Отметим, что за прошедшие десятилетия приоритеты Европейского Союза по отношению к потребителям остались неизменными, заложенными еще в предварительной программе 1975 года.

В 1981 году за предварительной программой последовала Резолюция Совета о второй программе ЕЭС о защите потребителей и информационной

54 Среди них следующие:

1. Директива Совета 66/404/ЕЭС от 14 июня 1966 года о торговле лесным репродуктивным материалом (Council Directive 66/404/EEC of 14 June 1966 on the marketing of forest reproductive material // OJ 125, 11 July 1966. - p. 2326–2332).

2. Директива Совета 71/307/ЕЭС от 26 июля 1971 года о сближении законодательств государств- членов в отношении наименований текстильных изделий (Council Directive 71/307/EEC of 26 July 1971 on the approximation of the laws of the Member States relating to textile names. // OJ L 185, 16 August 1971. - p. 16–26).

3. Директива Совета 72/211/ЕЭС от 30 мая 1972 года в отношении скоординированной статистики бизнес-цикла в отношении промышленности и малых предприятий (Council Directive 72/211/EEC of 30 May 1972 concerning coordinated statistics on the business cycle in industry and small craft industries. // OJ L 128, 3 June 1972. - p. 28–29).

55 Council Resolution of 14 April 1975 on a preliminary programme of the European Economic Community for a consumer protection and information policy // OJ C 92, 25 April 1975. - p. 1

56 Preliminary programme of the European Economic Community for a consumer protection and information policy. // OJ C 92, 25 April 1975. - p. 2–16.

политике57.

Эти резолюции Совета не подлежали обязательному исполнению со стороны государств-членов и органов ЕЭС. Подробно программы действий ЕС в сфере защиты прав потребителей будут рассмотрены нами в третьей главе настоящего исследования, однако в целях всестороннего изучения исторического аспекта формирования компетенции ЕС в сфере защиты прав потребителей мы считаем необходимым отметить, что на первом этапе развития компетенции ЕС в области защиты прав потребителей программы действий оказали решающее влияние на дальнейшее формирование правового регулирования общественных отношений в сфере защиты прав потребителей.

Итак, на первом этапе – этапе становления ЕЭС – компетенция в области защиты прав потребителей еще не выделялась в качестве самостоятельной сферы компетенции ЕЭС. Вместе с тем институты ЕЭС были наделены полномочиями принимать законодательные акты по отдельным аспектам защиты прав потребителей, в частности, в рамках общей сельскохозяйственной политики, защиты конкуренции и в контексте сближения национальных законодательств.

Наличие этих полномочий позволило на политическом уровне (в резолюциях Совета и программах действий) провозгласить защиту прав потребителей в качестве особого направления Европейской интеграции и особой сферы деятельности ЕС, а также принять в форме директивы первые обязательные акты по вопросам защиты прав потребителей.

Вторым этапом в формировании компетенции в сфере защиты прав потребителей (1987 – 1993 гг.) стало принятие Единого Европейского Акта58 (далее - ЕЕА) в 1986 г. Подписание ЕЕА стало первым крупномасштабным внесением изменений в Договором о ЕЭС.

57 Council Resolution of 19 May 1981 on a second programme of the European Economic Community for a consumer protection and information policy. // OJ C 133, 3 June 1981. - p. 1–12.

58 Single European Act (1986). OJ L 169, 29 June 1987. (Resolution on European Union and The Single Act // OJ C 120, 20 May 1986. - p. 96).

Профессор М.М. Бирюков связывает принятие ЕЕА со следующим: «В конце 1970-х – начале 1980-х гг. в общественном мнении доминировало скептическое отношение к интеграции. Этот период западные журналисты окрестили эпохой «евросклероза». Ренессанс интеграционной политики связывают с именем известного политического деятеля Франции Жака Делора, который возглавил Комиссию ЕС в июле 1984 г. Он решил оживить проект создания единого внутреннего рынка, предусмотренного Римским договором 1957 г».

Ст. 13 четко определила цели подписания ЕЕА, которые заключались в

создании Внутреннего рынка. При этом в ЕЕА определяются конкретные сроки создания внутреннего рынка – 31 декабря 1992 года. Внутренний рынок определялся в документе как «пространство без внутренних границ, на котором обеспечивается свободное движение товаров, услуг, лиц, капиталов, в соответствии с условиями учредительных Договоров» (Договора о ЕЭС в редакции ст. 13 ЕЕА).

Кроме этого Единый европейский акт упростил процедуру принятия решений Советом по вопросам законодательства, связанных с устранением всех барьеров при обмене рабочей силой, товарами и услугами в рамках Европейского сообщества. На основании новой ст. 100 (а) Договора о ЕЭС гармонизация стала осуществляться квалифицированным большинством. Таким образом, с момента вступления в силу ЕЕА государства-члены более не имели право вето при принятии Советом актов в сфере защиты прав потребителей, а права Европейского Парламента были расширены.

Итак, в рамках второго этапа развития компетенции ЕС в области защиты прав потребителей, связанного с заключением ЕЕА в 1986 г., соответствующие вопросы по-прежнему не выделялись в отдельную сферу европейской интеграции. В то же время включение в учредительный договор о ЕЭС ст. 100а (ныне ст. 114 ДФЕС), посвященной сближению законодательств государств-членов в целях создания единого внутреннего рынка, позволило институтам ЕС упростить процесс издания

законодательных актов о защите прав потребителей за счет отмены права вето государств-членов на издание подобного законодательства.

Третий этап становления компетенции ЕС в области защиты прав потребителей (конец ХХ – начало XXI вв.) - это подписание Маастрихтского договора в 1993 году, учредившего Европейский Союз, а также Амстердамского и Ниццкого договоров. Отметим, что Маастрихтский договор содержал поправки в Договор о ЕЭС, который был переименован в Договор об учреждении Европейского сообщества. В нем впервые появилась отдельная статья, посвященная политике защиты прав потребителей. Ст. 129 (а)59 закрепила за Европейским Сообществом законодательную компетенцию в области защиты прав потребителей.

Появление такой статьи в Договоре об учреждении Европейского Сообщества - это один из самых значимых моментов развития деятельности ЕС в области политики защиты прав потребителей. Такой серьезный шаг был подкреплен появлением в ст. 3 Договора об учреждении Европейского Сообщества дополнения относительно деятельности ЕС в области защиты прав потребителей. В редакции Маастрихтского Договора ст. 360 устанавливала, что деятельность ЕС должна включать в себя «содействие в укреплении защиты прав потребителей».

Создание новой сферы компетенции, безусловно, явилось новеллой в праве ЕС. Однако если внимательно рассмотреть положения ст. 129 (а) Договора об учреждении ЕС, то становится очевидным наличие связей с положениями, которые существовали ранее. Ст. 129 (а), согласно которой Сообщество обязано «внести свой вклад в достижение высокого уровня защиты потребителей с помощью (а) принятия мер в соответствии со ст. 100 (а) в целях завершения построения внутреннего рынка, (b) действий, которые поддерживают и дополняют политику защиты потребителей,

59 В действующей редакции учредительных документов ЕС это статья 169 Договор о функционировании Европейского Союза (Рим, 25 марта 1957 г.) (в редакции Лиссабонского договора 2007 г.). Консолидированный текст. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

60 Treaty establishing the European Community (Consolidated version 1992) // OJ C 306, 17/12/2007, p. 1–229.

проводимую государствами-членами в целях защиты здоровья, обеспечения безопасности и соблюдения экономических интересов, обеспечение достаточной информационной поддержки потребителей» перекликается с основополагающими целями, закрепленными в предварительных программах 1975 и 1981 годов.

Отметим, что ссылка на ст. 100 а в ст. 129 а является логичной, так как и до момента закрепления компетенции ЕС в сфере защиты прав потребителей в Договоре о ЕЭС принятие нормативных актов в этой сфере осуществлялось на основании указанной статьи.

Важным для анализа эволюции компетенции ЕС в области защиты прав потребителей являлось изменение в порядке принятия решений институтами ЕС: ст. 189 Договора об учреждении Европейского Сообщества в редакции Маастрихтского договора предусмотрел совместное принятие решений Европейским Парламентом и Советом. В свою очередь ст. 189 b, отсылка к которой содержалась в ст. 100 а, установила процедуру совместного принятия решений Европейским парламентом и Советом, при которой каждый из указанных институтов осуществляет свои полномочия при принятии решений относительно политики защиты прав потребителей.

Статья 129 (а) предоставляла возможность государствам-членам ЕС участвовать в правовом регулировании защиты потребителей. Согласно п. 3 ст. 129 (а) ЕС сохранял за государствами-членами ЕС право усиливать принятые Европейским Союзом защитные меры, однако, такие меры должны соответствовать учредительным договорам и должны быть доведены до сведения Европейской комиссии. Таким образом, было установлено следующее разграничение компетенции в области защиты прав потребителей между Европейским Союзом и государствами-членами: ЕС устанавливает минимальные защитные меры, которые должны быть имплементированы в национальное законодательство. При имплементации и последующем правовом регулировании защиты прав потребителей государства-члены имеют право ввести более строгие меры, доведя их до сведения Европейской

комиссии. В случае, если такие меры не будут соответствовать учредительным договорам, Европейская Комиссия уведомляет об этом государство-член, которое в свою очередь отменяет либо приводит их в соответствие. По мнению английского профессора С. Везерилла, с которым мы считаем нужным согласиться, такие несоответствия могут быть вызваны ограничением свобод передвижения, которые являются основой общего рынка61.

Важно отметить, что на рубеже 80-90-х годов в ЕС было принято

большое количество правовых актов в области защиты прав и экономических интересов потребителей. К таким правовым актам относятся, например:

1. Директива о защите потребителей в сфере определения цены на предлагаемый потребителю товар (1998/6/EC)62;

2. Директива о пакетных туристических предложениях (90/314/EEC)63;

3. Директива о таймшерах (94/47/EC)64;

4. Директива об обеспечительных мерах, используемых для защиты интересов потребителей (98/27/EC)65;

5. Директива о несправедливых условиях договоров с потребителями (93/13/EEC)66;

6. Директива о некоторых аспектах продажи товаров потребителям и о связанных с такой продажей гарантиях (1999/44/EC)67;

7. Директива о защите потребителей в отношении удаленных

61 Weatherill St. EU Consumer Law and Policy / Elgar European Law, 2005. - p 17.

62 Directive 98/6/EC of the European Parliament and of the Council of 16 February 1998 on consumer protection in the indication of the prices of products offered to consumers. // OJ L 80, 18 March 1998. - p. 27–31.

63 Council Directive 90/314/EEC of 13 June 1990 on package travel, package holidays and package tours. OJ L 158, 23 June 1990. - p. 59–64.

64 Directive 94/47/EC of the European Parliament and the Council of 26 October 1994 on the protection of purchasers in respect of certain aspects of contracts relating to the purchase of the right to use immovable properties on a timeshare basis // OJ L 280, 29 October 1994. - p. 83–87.

65 Directive 98/27/EC of the European Parliament and of the Council of 19 May 1998 on injunctions for the

protection of consumers' interests // OJ L 166, 11 June 1998. - p. 51–55.

66 Council Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumer contracts // OJ L 95, 21 April 1993. - p. 29–34.

67 Directive 1999/44/EC of the European Parliament and of the Council of 25 May 1999 on certain aspects of the sale of consumer goods and associated guarantees // OJ L 171, 7 July 1999. - p. 12–16.

продаж (97/7/EC)68;

8. Директива о договорах, условия которых обсуждались с потребителем вне помещений для осуществления предпринимательской деятельности (85/577/EEC).

Такое активное развитие правового регулирования защиты экономических интересов потребителей по нашему мнению свидетельствует о том, что ЕС стал уделять больше внимания развитию политики защиты прав потребителей в целом. Как уже было отмечено нами при анализе первого этапа становления сферы компетенции ЕС в области защиты прав потребителей, до 80-х годов большая часть актов принималась в отношении защиты здоровья и безопасности потребителей, так как эта сфера компетенции развивалась совместно с сельскохозяйственной политикой, которая на момент создания Европейских сообществ считалась одной из важнейших сфер компетенции ЕЭС.

Дальнейшее развитие компетенции ЕС в области защиты прав потребителей было связано с подписанием Амстердамский договора69 и Ниццкого договора70, изменивших Договор об учреждении Европейского Сообщества и Договор о ЕС.

В отношении деятельности ЕС в области защиты прав потребителей Амстердамским договором государства-члены добавили в ст. 129 (а) относительно того, что «требования о защите потребителей должны приниматься во внимание при определении и имплементации других политик ЕС». По нашему мнению, это положение определяло приоритетное место политики защиты потребителей среди основополагающих сфер компетенции ЕС. Кроме того это положение указывает на наличие влияния политики защиты потребителей на принятие решений в других сферах

68 Directive 97/7/EC of the European Parliament and of the Council of 20 May 1997 on the protection of consumers in respect of distance contracts // OJ L 144, 4 June 1997. - p. 19–27.

69 Treaty of Amsterdam (was approved by the European Council held in Amsterdam on16-17 June 1997 and signed on 2 October 1997. // OJ C 340, 10 November 2012. - p. 16.

70 Treaty of Nice (was signed by European leaders on 26 February 2001 and came into force on 1 February 2003). // OJ C 80, 10/03/2001, p. 1–87

компетенции ЕС.

Также отметим, что одним из важных документов, появившихся на третьем этапе становления компетенции ЕС в области защиты прав потребителей, стала Хартия Европейского Союза об основных правах71 (далее – Хартия), которая была провозглашена в качестве рекомендательного акта в Ницце в декабре 2000 года. Ст. 38 Хартии под названием «Защита потребителей» установила, что «политика Европейского Союза должна гарантировать высокий уровень защиты потребителей». Это положение Хартии перекликается со ст. 3 Договора об учреждении Европейского Сообщества и таким образом дало дополнительные гарантии соблюдения прав потребителей в ЕС.

Ниццкий Договор 2001 г. не внес изменений в раздел «Защита потребителей», но изменил его номер и номер статьи. С момента вступления в силу Ниццкого Договора защита прав потребителей как отдельная сфера компетенции Европейского Союза была закреплена в статье 153 раздела 15 Договора об учреждении ЕС72.

По нашему мнению третий этап стал важнейшим событием в

становлении компетенции Европейского Союза в сфере защиты прав потребителей.

Со вступлением в силу Маастрихтского Договора государства-члены Европейского Союза наделили ЕС компетенцией в сфере защиты прав потребителей, которая теперь существует независимо от процессов гармонизации и сближения законодательств государств-членов и развития европейской интеграции в других сферах.

71 Charter of Fundamental Rights of the European Union. // OJ C 326, 26 October 2012. - p. 391-407.

72 Treaty establishing the European Community (Consolidated version 2002). // OJ C 325, 24/12/2002, p. 1–184

<< | >>
Источник: Арабей Елизавета Андреевна. ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ЕЯТЕЛЬНОСТИ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА В ОБЛАСТИ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ. иссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва, 2014г.. 2014

Еще по теме § 2. Историческая эволюция компетенции Европейского Союза в области защиты прав потребителей.:

  1. §2. Источнике вые базы правовых систем стран Европы
  2. §1. Понятие антимонопольного правового регулирования и особенности исторического развития его содержания в Европейском Союзе
  3. §3. Роль Европейского Союза в развитии двустороннего и многостороннего межгосударственного сотрудничества в области защиты конкуренции
  4. § 4. Современное состояние принципа диспозитивности и перспективы развития
  5. Терминологический словарь
  6. Глава I. Личность как субъект социальных и государственно-правовых отношений
  7. 10.2. Основные изменения в праве стран Запада и Японии Общая характеристик современного права
  8. ЗАРОЖДЕНИЕ ПРОИЗВОДСТВЕННОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА
  9. ОКТЯБРЬ: “ОДНОРОДНОЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО” C ПОЗИЦИЙ ПРОЛЕТАРСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ
  10. СОДЕРЖАНИЕ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. § 2. Историческая эволюция компетенции Европейского Союза в области защиты прав потребителей.
  13. § 2. Программы действий Европейского Союза в области защиты прав потребителей.
  14. ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
  15. 2 Уголовно-правовая охрана конкурентных отношений в зарубежном законодательстве
  16. §1. Понятие антимонопольного правового регулирования и особенности исторического развития его содержания в Европейском Союзе
  17. §3. Роль Европейского Союза в развитии двустороннего и многостороннего межгосударственного сотрудничества в области защиты конкуренции
  18. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
- Европейское право - Международное воздушное право - Международное гуманитарное право - Международное космическое право - Международное морское право - Международное обязательственное право - Международное право охраны окружающей среды - Международное право прав человека - Международное право торговли - Международное правовое регулирование - Международное семейное право - Международное уголовное право - Международное частное право - Международное экономическое право - Международные отношения - Международный гражданский процесс - Международный коммерческий арбитраж - Мирное урегулирование международных споров - Политические проблемы международных отношений и глобального развития - Право международной безопасности - Право международной ответственности - Право международных договоров - Право международных организаций - Территория в международном праве -
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -