БЛИЖАЙШИЕ СОЦИАЛЬНО-ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ КОРНИ ДИСТИНКТИВИЗМА И АНТИНОМИЗМА

Раздвоение познания, разрывающее совершенно неразрыв­ные моменты мышления, рассекает, убивает и как бы растаски­вает на части также и живое диалектическое противоречие. «Ча­стичному человеку» эта категория кажется «не работающей», «устаревшей» вместе со всем классическим философским насле­дием.

С одной стороны, в так называемом готовом знании, где гос­подствует омертвляющий результаты исследований механиче­ский рассудок, в роли законов познания представляются законы языковых операций, и среди них — «принцип непротиворечиво­сти». Фетишизация «языка науки» приводит к тому, что этот принцип кажется уже не тем, чем он в действительности являет­ся, — не просто терминологическим условием выражения мысли, ее внешнего предметного выполнения, а чем-то гораздо боль­шим — законом самого познающего мышления как такового, чуть ли не самым основным его законом.

С другой стороны, кажущийся иррациональным творческий процесс оказывается населенным «изгнанными» из сферы рас­судка противоречиями. При этом противоречию часто действи­тельно приходится играть разрушительную роль, поскольку сложившийся формализм старого научного знания превращает­ся рассудком из предпосылки получения нового знания в тормоз на пути процесса открытия и для совершения последнего неред­ко требуется буквально «взламывать» этот формализм. Такую негативную роль противоречие выполняет в форме антиномии, сущность которой, однако, представляется чем-то совершенно чуждым всему формальному и рассудочному, а так как рацио­нальное сливается с рассудочным, то также и чуждым всему ра­циональному. Антиномия представляется иррациональной.