<<
>>

§ 1. Понятие и содержание уголовного правотворчества

Правотворчество в нашей стране, если его определить в самом общем виде, представляет собой постоянный процесс разработки и нормативного закрепления отражающих волю советского народа правил поведения, процесс, обеспечивающий развитие и совершенствование советского права и отдельных его отраслей.

Правотворчество является естественной предпосылкой осуществления необходимого и достаточного правового регулирования общественных отношений. Оно определяет содержание, методы и пределы такого регулирования. Конечным его результатом являются новые (измененные или уточненные) правовые предписания, воплощенные в тексте правовых норм, иными словами, законодательные, или шире — нормативные новеллы.

Уголовное правотворчество, в свою очередь, представляет собой длительный процесс разработки уголовно-правовых норм, который завершается изменением либо принятием новых уголовных законов. Оно выступает как механизм учета практических потребностей и использования достижений науки уголовного права и иных юридических наук для создания (изменения) текстов уголовных законов и их отдельных частей (разделов, глав, статей, частей статей).

Процесс уголовного правотворчества тесно связан с развитием уголовно-правовой науки и практики. Значительная часть исследований завершается формулированием предложений о совершенствовании уголовного закона. Участвуют в этом процессе и практические работники, сталкивающиеся с трудностями применения тех или иных уголовно-правовых норм. В то же время уголовное правотворчество имеет свою специфику в общей системе уголовно-правовых исследований. Назовем некоторые его особенности.

Прежде всего перед разработчиком уголовно-правовой новеллы возникает ряд дополнительных задач, которые могут быть не ре-

шены в процессе предшествующих научных исследований (например, проблемы согласования новеллы с действующим законодательством, анализ ресурсной обеспеченности, расчет последствий и др.). В ходе правотворчества меняются организационные формы работы. Наконец, резко повышается ответственность за результаты научной деятельности.

Такая характеристика дает лишь общее представление об уголовном правотворчестве. Более детальное представление о нем может быть получено на основе изучения реального состояния и осуществления правотворчества, его отражения в юридических исследованиях.

В советской юридической литературе всегда уделялось самое пристальное внимание теоретическим и практическим аспектам правотворчества в целом и уголовного — в частности. Опубликованы важные данные о его социальной значимости, его организационных основах и содержании, истории принятия общесоюзных и республиканских уголовных законов. В области общей теории права глубокие теоретические и весьма полезные в практическом аспекте исследования правотворчества проведены С. С. Алексеевым, О. А. Гавриловым, В. Н. Кудрявцевым, А. В. Мицкевичем, И. С. Самощенко, А. С. Пиголкиным, С. В. Полениной, Ю. А. Тихомировым, Р. О. Халфиной и другими учеными. Уголовное правотворчество как социальный процесс и его история нашли отражение в трудах 3. А. Астемирова, Г. А. Ахмедова, А. Бабаева, С. В. Бородина, Л. М. Брайнина, Е. В. Болдырева, Б. В. Здравомысло-ва, В. М. Галкина, П. С. Дагеля, И.

М. Гальперина, В. И. Иванова, В. Н. Кудрявцева, В. И. Курляндского, С. Г. Келиной, О. Ф. Шишова, А. М. Яковлева и других криминалистов.

В работах, посвященных вопросам уголовного права, показано, что уголовное правотворчество представляет собой относительно самостоятельный элемент социального регулирования, цели, содержание и формы которого исторически обусловлены объективными социальными закономерностями, складывающейся на каждом данном этапе развития общества конкретно-исторической обстановкой. Советские криминалисты в связи с этим обосновали принципиальную необходимость планирования уголовного правотворчества, а также необходимость совершенствования его организационного и информационного обеспечения.

Во многих исследованиях советских ученых глубоко и конкретно раскрывается воздействие на правотворчество объективных и субъективных, долговременных и скоропреходящих, глубинных и поверхностных социальных факторов. На материалах анализа отдельных уголовно-правовых институтов и норм выявляются причины их принятия, показывается значимость для уголовного пра-чотворчества учета социальных потребностей и интересов всего об-

щества. В литературе содержится также целый ряд выводов, имеющих значение для решения многих других научных и научно-практических правотворческих задач.

Изучение истории уголовного законодательства раскрывает размах процесса уголовного правотворчества, его включенность в общесоциальные процессы. В частности, значительный интерес представил анализ влияния на него общественного сознания, включая общественное мнение. Известно, что сейчас в процесс создания новых уголовных законов все шире включаются самые различные социальные группы, которые выражают общие и собственные, специфические, профессиональные, региональные, возрастные и иные интересы. Хотя большинство граждан не формулируют собственных предложений по этим вопросам, они различными способами высказывают свое мнение, что в значительной степени определяет формирование позиции государственных органов. Поэтому в ряде работ приведены важные данные о состоянии общественного мнения по вопросам уголовно-правовой борьбы с преступностью. Они подлежат обязательному использованию в процессе уголовного правотворчества, в том числе и для предупреждения негативных последствий искаженного представления о целях уголовного закона.

Вместе с тем представление об уголовном правотворчестве как о реальной осуществляемой ранее или сейчас деятельности составляется на основе изучения текстов уголовного закона, взятых в их динамике, и собственно процесса правотворческой деятельности (формирование и внесение предложений, их юридико-техническая разработка и другие этапы).

Начнем с таких количественных характеристик уголовного правотворчества, как его объем и интенсивность. Они могут быть показаны через количество уголовно-правовых новелл в целом или принимаемых в определенный период.

В литературе были опубликованы различные результаты подсчета изменений, внесенных в действующее уголовное законодательство. Ряд интересных сведений по этому вопросу, полученных на основе собственной методики, приводит С. Г. Келина. В частности, она сообщает, что если взять УК РСФСР, то «из 63 статей, образующих его Общую часть, подверглись изменениям и дополнениям 26, в их числе на базе общесоюзного законодательства было включено семь новых статей (ст. 71, 241, 242, 46', 50', 53' и 532) и 13 статей были изменены... Если учитывать только новые уголовно-правовые нормы, включенные в Особенную часть УК РСФСР (а их число на 1 января 1979 г. составляло 49), то к области общесоюзных актов относятся 29 (что составляет около 59,1% всех дополнений), а к области дополнений в масштабах Российской Федерации — 20 (т. е. 40,9% всех новых норм)»1.

9

В свою очередь Ю. Блувштейн и А. Пиворюнас на основе собственной методики подсчитали количество изменений Уголовного кодекса Литовской ССР, состоящих в увеличении числа запрещенных деяний. Они утверждают, что «в результате изменений и дополнений, внесенных в Особенную часть УК Литовской ССР за период с 1961 по 1982 г., общее число видов деяний, предусмотренных главами II—X УК, возросло более чем на 500, или на 24%. Наиболее интенсивный рост имел место среди деяний против порядка управления (число составов увеличилось почти на 70%), хозяйственных преступлений (55,8%), преступлений против общественного порядка и общественной безопасности (48%), преступлений против правосудия (21,2%)»2.

Г. 3. Анашкин считает, что, «внесенные в Основы уголовного законодательства и УК союзных республик новеллы позволяют рассматривать принятые государством меры как новый важный этап дальнейшего совершенствования советского уголовного законодательства». Он приводит также количественные данные, которые не исчерпывают всех происшедших изменений: в 118 статей Особенной части УК РСФСР были внесены изменения и дополнения Указом Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г.; в санкции 94 норм УК РСФСР внесены коррективы, касающиеся исправительных работ (в десяти статьях УК эта мера наказания введена дополнительно, а во многих статьях предусмотрена возможность назначения исправительных работ на срок до двух лет); в УК РСФСР в редакции, действовавшей до 1 января 1983 г., штраф был указан в санкциях 62 норм, а новым законодательством он введен дополнительно в 26 нормах и в 43 нормах размер его увеличен. О масштабах правотворчества свидетельствуют и такие данные Г. 3. Анашкина: Особенная часть УК РСФСР 1926 года предусматривала исправительные работы в санкциях около 90 норм, а УК РСФСР в редакции 1983 года — 182 нормы3.

Достаточно убедительно характеризуется объем уголовного правотворчества в период 1982—1983 гг. применительно к Общей части уголовного законодательства и в монографии Е. В. Вороши-лина, Б. В. Здравомыслова, А. В. Кладкова, изданной Всесоюзным юридическим заочным институтом 4.

Процесс совершенствования уголовного законодательства продолжается и поныне. Активно решаются задачи более полной охраны распределительных отношений, усилена борьба с пьянством и алкоголизмом, внесены новые изменения в институт условно-досрочного освобождения от наказания и замены наказания более мягким (ст. 53, 531 УК РСФСР).

Надо указать также, что объем уголовного правотворчества может иллюстрироваться и данными об интенсивности работы по подготовке текстов уголовных законов. В этой связи отметим, что

10

в последние годы проведена важная работа по созданию концептуальной модели социалистического уголовного кодекса: «Эта концептуальная модель должна представлять собой научный прогноз будущего развития советского социалистического уголовного права. Вместе с тем, разработка теоретической модели УК даст возможность ученым быть готовыми к тому, чтобы в случае необходимости предложить соответствующие научные рекомендации законодательным и правоохранительным органам по конкретным вопросам уголовного законодательства» 5.

Имеющаяся в уголовно-правовой литературе характеристика уголовного правотворчества должна дополняться и развиваться в процессе дальнейших его исследований. Поэтому следует предпринять попытку выделить те характеристики правотворчества, которые не отражены в уголовно-правовой литературе, что даст возможность сформулировать некоторые проблемные ситуации, определяющие направленность дальнейшего исследования уголовного правотворчества.

Первая проблемная ситуация состоит в необходимости исследовать все направления уголовного правотворчества: выявить их во взаимосвязи, чрезвычайно важной для понимания тенденций развития уголовного законодательства.

Нужно отметить, что специалисты в области уголовного права вообще не очень часто используют понятие «уголовное правотворчество». Речь, как правило, идет о криминализации (декриминализации) и пенализации (депенализации) деяний. Указанным направлениям уголовного правотворчества посвящено больше всего публикаций. При этом криминализация понимается либо как объявление преступлениями определенных опасных для общества действий — установление уголовно-правовых запретов 6, либо как общее расширение возможностей применения уголовной ответственности.

Пенализация отграничивается от криминализации. Ее содержание довольно удачно определяет А. И. Коробеев: «Под пенализа-цией, — пишет он, — мы понимаем процесс определения характера наказуемости деяний, а также их фактическую наказуемость, т. е. процесс назначения уголовного наказания в судебной практике. Иными словами, пенализация есть количественная сторона криминализации, ее показатель, мерило»7. Правда, автор, на наш взгляд, напрасно здесь снижает самостоятельность пенализации, оассматривая ее как количественную сторону криминализации.

И. М. Гальперин дает следующее определение депенализации, обоснованно возражая против ее смешения с декриминализацией. По его мнению, депенализация представляет собой отказ государства от реакции на преступное поведение лишь в форме наказания 8.

11

Именно в рамках криминализации проводится структурный анализ уголовного правотворчества, результаты которого опубликованы в уголовно-правовой литературе. Так. А. И. Коробеев пишет, что криминализация, если ее рассматривать в динамике — как процесс, «включает в себя ряд стадий: сбор информации о распространенности новых видов общественно опасных деяний; анализ их экономической, социальной, социально-психологической и криминологической обусловленности; прогнозирование последствий криминализации; принятие решения о целесообразности признания деяния преступным и уголовно наказуемым; формулирование уголовно-правовой нормы; издание нормы»9. В этих же пределах (т. е. в рамках криминализации) обычно подчеркивают специфику собственно законодательной деятельности; выделяют этап научной разработки, который предшествует началу законодательного процесса 10.

Развитие и совершенствование уголовного закона не сводятся к криминализации, декриминализации, пенализации и депенализа-ции. Наряду с достижением этих целей уголовное правотворчество направлено и на решение иных задач: на достижение большей стройности и внутренней согласованности уголовного кодекса; на повышение информативности диспозиции закона и тем самым усиление его воспитательного воздействия; на обеспечение большей точности формулировок при сохранении воли законодателя относительно пределов действия и степени ответственности, а также на решение ряда иных вопросов.

Если мы обратимся к практике как основе всякого научного исследования (в данном случае — к практике уголовного правотворчества), то увидим, что, например, в 1982 г. законодатель совершенствовал уголовное законодательство по следующим направлениям: а) криминализация отдельных деяний; б) изменение санкций, которое не сводилось только к пенализации; в) уточнение понятийного аппарата, вызвавшее затем дискуссии в уголовно-правовой литературе.

Г. 3. Анашкин выделяет четыре таких направления изменений уголовного законодательства, внесенных Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г.: 1) дополнительно введена новая статья 1882; 2) некоторые статьи дополнены новыми частями, усиливающими ответственность за совершение преступлений при квалифицирующих обстоятельствах; 3) внесен ряд уточнений в диспозиции отдельных статей; 4) изменены и дополнены санкции и.

Другие авторы в результате анализа изменений и дополнений уголовного закона, проведенных за 1981—1982 гг., условно разделяют их на 4 группы: 1) направленные на усиление ответственности за преступления, представляющие повышенную общественную опасность либо в связи с их тяжестью, либо в связи с относительной распространенностью, а также в отношении лиц, неоднократно совершающих преступления, либо не делающих для себя выводов в случае применения к ним за первое преступление мер, не связанных с лишением свободы, осужденных условно, освобожденных условно-досрочно от дальнейшего отбы-

12

вания наказания и т. п.; 2) направленные на дальнейшее смягчение ответствей-ности за деяния, опасность которых незначительна, и отражающие идею гуманизации советского уголовного права; 3) служащие целям приведения терминологии уголовного закона в соответствие с другими законодательными актами; 4) позволяющие обеспечить в более полном объеме индивидуализацию наказания 12. rS? '?'?•**

Вторая проблемная ситуация состоит в том, что уголовное правотворчество рассматривается и анализируется обычно в связи с созданием собственно уголовно-правовых законодательных актов. Между тем важнейшее практическое значение имеет и такое направление уголовного правотворчества, как разработка актов, которые определяют по существу содержание уголовно-правовых норм, но не включаются в уголовное законодательство. Эта проблема возникает наиболее очевидно в связи с использованием бланкетных диспозиций.

Возможны споры о пределах и целях этого направления. Представляется вполне естественным, чтобы нормы, которые во многом определяют содержание уголовного закона, развивались в русле уголовного правотворчества, а не в отрыве от него. Известно, что ряд предложений такого характера уже был внесен в уголовно-правовой литературе 13.

Третья проблемная ситуация состоит в том, что в силу такого многообразия уголовного правотворчества следует наряду с разработкой его методологических основ, определением целесообразности принятия тех или иных конкретных законодательных уголовно-правовых решений уделять значительно больше внимания организационным, организационно-правовым, технико-юридическим и иным аспектам и сторонам советского уголовного правотворчества. Далеко не все эти проблемы должным образом решены на практике и даже не во всех случаях они подготовлены наукой для такого решения.

С учетом сказанного представляется целесообразным: во-первых, дать общесоциальную характеристику процесса уголовного правотворчества, т. е. рассмотреть его место в социальной системе, его роль и значение; во-вторых, обосновать научную корректность и необходимость признания уголовного правотворчества целостным, относительно самостоятельным социальным процессом; в-третьих, охарактеризовать структуру этого процесса и обрисовать содержание основных элементов этой структуры, с тем чтобы определить на этой основе его границы и место уголовного правотворчества в системе социального и социально-правового регулирования.

К- Маркс писал: «Законодатель ... не делает законов, он не изобретает их, а только формулирует, он выражает в сознательных положительных законах внутренние законы духовных отноше-

13

ний» 14. Из этого положения вытекает наличие двух взаимосвязанных сторон правотворчества. Первая состоит в« обусловленности правотворчества объективной реальностью, в воплощении объективных закономерностей бытия, реализуемых социальной практикой в правовых нормах. То есть объективная сторона правотворчества 15.

В приведенном высказывании К. Маркс подчеркивает колоссальную значимость гносеологической стороны деятельности законодателя, его статус субъекта социального отражения. Законодатель должен познать внутренние законы духовных (и, конечно, материальных) отношений; выделить необходимое ему, т. е. то, что должно быть учтено им, ибо познаваемый предмет бесконечен; адекватно выразить отраженное в сознательных положительных законах. Это—вторая, субъективная сторона уголовного правотворчества. Она реализуется в социальном познании и получении на этой основе специфического духовного продукта, который воплощается в уголовно-правовых текстах, выраженных в нормативной форме или в форме теоретических (доктринальных) суждений.

Обе выделенные стороны присущи правотворчеству в любой общественно-экономической формации, но в условиях социалистического общества они принципиально специфичны по своей природе и закономерностям проявления. Объективная потребность в правовом регулировании, а тем самым в правотворчестве, создается необходимостью ликвидации эксплуататорских классов и обеспечения функционирования социалистической системы, ее направленностью на строительство социализма и коммунизма, высокой организованностью, стабильностью и устойчивостью общественных отношений; требованием реального осуществления подлинной справедливости 1в. В эксплуататорских же формациях правотворчество порождено непримиримостью социальных противоречий.

Резко отличается в различных общественно-экономических формациях и способ социального отражения объективных потребностей, познания воли господствующего класса и перевода этой воли в юридические формулы. Ф. Энгельс писал: «Общественные силы, подобно силам природы, действуют слепо, насильственно, разрушительно, пока мы не познали их и не считаемся с ними. Но раз мы познали их, поняли их действие, направление и влияние, то только от нас самих зависит подчинять их все более и более нашей воле и с их помощью достигать наших целей» 17. Далее Ф. Энгельс отмечал, что объективные силы при социализме «поступают под контроль самих людей» 18.

Только в условиях ликвидации эксплуатации человека человеком открывается возможность свободного выражения, а затем и истинного — научного отражения классовой и общенародной воли, обусловленной познанными законами общественного развития.

14

Природой социализма обусловлено то, что весь путь формирования всенародной воли, ее социального познания и создания права должен и может быть: а) научным; б) коллективным; в) организованным и управляемым; г) контролируемым со стороны общества; д) эффективным.

Такие свойства процесса правотворчества носят объективно-субъективный характер. Они воплощают в себе (во всяком случае, в определенной части) не только реальное, сущее, но и должное, желаемое. Это проявляется в каждой «клеточке» правотворчества. Законодательная новелла лишь при поверхностном и непрофессиональном знакомстве с ней может быть расценена как результат внезапного озарения, неожиданно и быстро найденного решения. Почти каждый законодательный акт в действительности имеет длительную историю, неотделимую от истории общества и развития общественного сознания, основывается на социальной психологии.

Новым правовым предписаниям, даже если их новизна исчерпывается оригинальностью законодательной техники, предшествует глубокое изучение соответствующих общественных отношений экономистами, философами, социологами, юристами, историками. Академик В. Н. Кудрявцев отмечает: «Нельзя, конечно, отрицать субъективный, волевой характер отдельного законодательного решения. Такой акт „может быть" и „может не быть". Но взятые в целом, исследуемые в рамках определенного исторического периода и в пределах конкретной социально-экономической формации, эти отдельные произвольные акты обнаруживают объективную закономерную обусловленность, указывают на ведущие тенденции в развитии законодательства. Только при таком подходе можно указать на характерные черты исследуемого законодательства, увидеть его историческую обусловленность» 19.

Поэтому прежде чем стать содержанием закона, нормативные предписания, как правило, длительное время обсуждаются общественностью и учеными. Именно в процессе широкого обсуждения они преобразуются в формулы различного регулятивного значения. Сложность поиска и формулирования уголовно-правовых суждений и предписаний в значительной мере усиливается социальной значимостью правотворчества, иными словами, той социальной ответственностью, которая лежит на участниках уголовного правотворчества.

Изменения уголовного законодательства, как правило, затрагивают наиболее важные права и интересы общества, отдельных социальных групп и личностей. Поэтому правотворчество, так же как и сложная система связанных с ним властеотношений, постоянно находится в центре идеологической и политической борьбы. Они активно исследуются наукой (и не только правовой), крайне за-

15

интересованно обсуждаются различными социальными группами. Уголовное правотворчество играет важную роль во всех общественно-экономических формациях. Его направленность, цели, содержание, формы осуществления правотворческого процесса, т. е. воплощение своей воли в закон, выступают в эксплуататорском обществе предметом самой острой классовой борьбы. Нередко они используются как «один из способов искаженного освещения социальных институтов, сокрытия их классового существа»20. В социалистическом обществе процесс уголовного правотворчества также носит политический характер, хотя он перестает быть объектом классовой борьбы. Причина в том, что процесс уголовного правотворчества реализует уголовную политику, а его результаты представляют собой важнейшие средства регулирования общественных отношений.

Именно учет сложности и значимости процесса уголовного правотворчества приводит к необходимости устанавливать «общие, социально обусловленные тенденции и закономерности правотворческого процесса, его связь с социально-экономическими, классовыми, идеологическими и иными социальными характеристиками общества данного типа», показывать «исторически обусловленные содержательные характеристики этого процесса, его пределы и границы» 21.

Таким образом, огромная социальная значимость, интеллектуальная сложность и иные отмеченные выше черты правотворчества как процесса развития и совершенствования уголовного законодательства сами по себе определяют подход к его рассмотрению. Иными словами, содержательные черты уголовного правотворчества обязывают рассматривать его как относительно самостоятельное социально-правовое явление, сложную предметно-деятельную систему, которая обеспечивает действенность и эффективность уголовно-правового регулирования общественных отношений.

Эти же реальные явления определяют границы и содержание процесса правотворчества. В юридической литературе при принципиальном единстве взглядов имеются и различия в определении границ процесса правотворчества (а соответственно и уголовного правотворчества). Здесь можно выделить несколько позиций.

Одни правоведы включают в понятие правотворчества все сложные процессы, предшествующие решению о подготовке проекта нормативного акта; потребности в правовом регулировании тех или иных видов общественных отношений; направление и характер регулирования. Они трактуют правотворчество как основное, начальное звено механизма правового регулирования 22. При этом некоторые полагают, что правотворчество не включается в механизм правового регулирования, так как осуществляется до самого процесса правового регулирования23.

16

При другой трактовке правотворчества, как завершающей и конститутивной стадии формирования права24, дается следующая формулировка этого понятия: «объективно обусловленная, завершающая процесс формирования права государственная деятельность, в результате которой воля господствующего класса (трудящихся под руководством рабочего класса — в социалистическом обществе) возводится в закон, в юридические нормы»25. Процесс правотворчества охватывает подготовку проекта нормативного акта, его предварительное обсуждение, подготовительную работу, которая проводится в связи с проектом нормативного акта. Наконец, некоторые авторы включают в понятие правотворчества только процесс издания нормативных актов 26.

На первый взгляд в устранении этих непринципиальных расхождений может сыграть известную роль конвенциональный подход, т. е. договоренность об объеме и значении понятия. Но главный путь все же в том, чтобы правильно понять реальное содержание и структуру сложившегося процесса уголовного правотворчества.

Обратимся вначале к выявлению содержания уголовного правотворчества. А. С. Пиголкин, а вслед за ним С. С. Алексеев отмечают, что оно представляет собой сложную систему организационных действий, технологию создания нормативно-правового акта, состоящую из последовательных операций, в результате осуществления которых в правовую систему вливается новый официально действующий акт27. Вопросы профессиональной юридической деятельности подробнее всего рассматриваются специалистами в области уголовного процесса и криминалистами. С этой точки зрения анализируются проблемы доказывания, выдвижения версий, криминалистического планирования, деятельности по квалификации преступлений ит. п.28

Применительно к уголовному правотворчеству такая характеристика, по нашему мнению, недостаточна, а в некоторых отношениях и не вполне точна, что проявляется в ряде аспектов.

С одной стороны, содержание уголовного правотворчества охватывает: а) подготовку союзного или республиканского целостного нормативного акта — отдельного уголовного закона, Основ уголовного законодательства, уголовного кодекса; б) разработку отдельной уголовно-правовой нормы или группы норм, которые включаются в действующий законодательный акт в качестве отдельного раздела, отдельной статьи, части (частей) статьи; в) разработку содержательных или терминологических изменений частей законодательного акта, которые не приводят к включению в него самостоятельного текста, например, изменение санкций уголовно-правовой нормы.

17

С другой стороны, правотворческая деятельность, направленная на создание уголовно-правовых предписаний, должна быть непременно организационно оформлена лишь в известной части, на завершающем этапе либо этапах (например, законодательная инициатива, опубликование закона и т. д.). В то же время известно, что граждане могут вносить предложения о совершенствовании того или иного закона от своего имени. Эти предложения — поскольку они отражают актуальное состояние общественного сознания и интересы трудящихся — учитываются компетентными государственными органами. Но их внесение вполне добровольно, оно специально никем не организуется в прямом смысле слова. Здесь осуществляется свободное волеизъявление трудящихся. При этом далеко не все вносимые предложения (в частности, об усилении мер уголовной ответственности, введении нового уголовно-правового запрета) соответствуют правовым доктринам и не всегда определяются развитыми в науке концепциями. Напротив, нередко правоведы и граждане, не имеющие специальной юридической подготовки, расходятся во мнениях по ряду вопросов.

Так, Г. Ш. Лежава в книге «Общественное мнение и преступление» отмечает: «...уровень карательных притязаний (т. е. обычно потребности в совершенствовании уголовного закона. — Н. А.) населения может быть: а) завышенным; б) заниженным; в) адекватным. При этом критерием для характеристики уровня карательных притязаний населения выступает законодательное определение видов и пределов наказаний за совершение того или иного преступления» 29.

Конечно, поступление многих предложений по одному и тому же вопросу (как, например, в отношении уголовной ответственности за ведение паразитического образа жизни, за хулиганство и т. п.) обычно объясняется постановкой социально важной проблемы в партийных решениях, в выступлениях руководителей партии и государства. Но называть поступление предложений трудящихся следствием организационно оформленной деятельности, по нашему мнению, было бы совершенно неправильно. Это относится и к предложениям научных работников. Хотя такие предложения могут быть внесены в ходе организационно оформленной деятельности, они нередко возникают как самостоятельная задача, спонтанно: при решении более общих научных задач, при подготовке диссертаций, монографий, проведении других научных исследований, при осуществлении преподавательской деятельности и т. п.

Следовательно, в значительной части осознание уголовно-правотворческого интереса, потребности в совершенствовании уголовного законодательства, в формулировании и проработке мнений и предложений организуется лишь в самом широком понимании этого слова и реализуется как свободная инициатива трудя-

18

щихся, отражающая демократические начала государственного и общественного устройств.

Возражение против ограничения правотворческой деятельности организационно оформленными актами — не дань полемике с нашей стороны. Его основаниями являются: во-первых, объективная необходимость использовать все возможности правотворчества в условиях социалистического общества, если нужно, частично вводя его в организационные рамки (например, путем создания банков внесенных предложений, оценки причин внесения повторных предложений и т. п.); во-вторых, происходящее на современном этапе дальнейшее развитие форм и совершенствование методов участия трудящихся во всех направлениях борьбы с преступностью (в данном случае — в уголовном правотворчестве), что представляет собой одно из существенных проявлений демократических начал политической жизни.

Говоря о правотворческой деятельности в сфере уголовной политики, следует указать на ее сложность и одновременно неоднородность. Начинается она с формулирования правовых идей, которые отражают интересы личности, группы, общества, но в своей основе она строится на тонкой юридико-технической работе по переводу социальных потребностей в уголовно-правовые предписания, когда социальное ощущается как данность, а правовое выходит на первый план. Все это означает разработку структурных моделей правотворческой деятельности.

В содержание правотворческой деятельности входят, по нашему мнению: —

формирование и закрепление в общественном сознании вы водов о необходимости, целях и путях развития и совершенство вания уголовного закона в результате осознания и обсуждения со ответствующих потребностей различным образом: на неформаль ной основе, а также организованно — в государственных и обще ственных структурах, средствах массовой информации, научных учреждениях и научной печати; —

проявление нормативно урегулированной или неформальной инициативы, направленной на принятие новых либо изменения (со вершенствования) действующих уголовно-правовых норм и актов, их обеспечивающих, которая осуществляется путем внесения пред ложений в органы, уполномоченные на подготовку или принятие закона; передача предложений для всеобщего обсуждения через каналы средств массовой информации, сообщение о них на раз личного рода профессиональных и непрофессиональных собрани ях, в научной литературе; —

собственно разработка уголовно-правовых предписаний, ко торая ведется на основе оценки эмпирической информации, полу ченной в ходе социально-правовых исследований, и состоит в фор-

19

мулировании уголовно-правовых текстов или их изменений (в том числе модельных правовых актов) путем использования различных приемов юридической (законодательной) техники и т. д.; —

подготовка нормативных актов (изменений в них), тесно связанных с уголовным законом, направленная на обеспечение не обходимой степени соответствия (подчинения) уголовному закону содержания неуголовно-правовых нормативных актов; —

обсуждение проектов уголовно-правовых норм, которые на ходятся в разной степени готовности (такое обсуждение включает в себя оценочные действия, подготовку альтернативных предложе ний, собирание, оценку и количественное измерение контрпредло жений и дополнительных предложений, создание организационных, информационных и иных условий для обсуждения текстов проектов и т. д.); —

рассмотрение и окончательная оценка проекта закона в ка честве подготовленного к принятию, его опубликование и обеспе чение проведения экспертного анализа проектов, оценки и воле изъявлений управомоченных на то лиц по поводу проекта и т. д.; —

внутреннее согласование уголовного законодательства.

Все перечисленные виды деятельности являются специфичными, независимо от того, осуществляются они профессионалами или непрофессионалами. Методика и техника интеллектуально-предметной уголовно-правотворческой деятельности — объект особого разговора. Здесь же нужно выделить те факторы, которые порождают и определяют эту специфику. На наш взгляд, к ним относятся: 1) роль уголовного закона и последствия его применения, которые могут носить желательный и нежелательный, ожидаемый и неожиданный характер; 2) особая острота санкций уголовного закона, которая определяет его значение как средства регулирования общественных отношений; 3) пристальный интерес общества в целом и отдельных групп населения к проблеме совершенствования уголовного закона, роль правосознания в его развитии и изменении; 4) демократические начала разработки и оценки социального значения советских уголовно-правовых норм; 5) необходимость переработки огромнейшего объема информации и использования большого социального (индивидуального и группового) опыта; 6) сложность применения юридической техники, трудность возникающих мыслительных задач и т. д.

Приведенное нами описание видов мыслительной правотворческой деятельности лучше всего соотносится с конкретным процессом создания отдельной уголовно-правовой нормы или института. Например, его можно охарактеризовать применительно к институту условно-досрочного освобождения с обязательным привлечением к труду (ст. 50 УК РСФСР).

20

На практике высказывались соображения (в частности, лицами, связанными с исполнением наказания в виде лишения свободы) о необходимости введения стимулов к исправлению и перевоспитанию лиц, осужденных к лишению свободы. Эта же идея обстоятельно обсуждалась на страницах юридической печати. На протяжении довольно длительного времени вносились предложения о введении института такого рода.

Наконец, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 марта 1964 г. «Об условном освобождении из мест лишения свободы осужденных, вставших на путь исправления, для работы на строительстве предприятий народного хозяйства»30 такие стимулы начали вводиться. С учетом накопленного опыта их применения и полученных результатов система стимулов к исправлению и перевоспитанию осужденных к лишению свободы лиц была усовершенствована и развита Указом Президиума Верховного Совета СССР рт 8 февраля 1977 г. «О внесении изменений и дополнений в уго-ювное законодательство Союза ССР»31 путем включения в Осно-!Ы уголовного законодательства Союза ССР и союзных респуб-1ик ст. 442 об условном освобождении из мест лишения свободы : обязательным привлечением осужденного к труду.

В соответствии с этим «к совершеннолетним трудоспособным лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы, за исключением осужденных, отбывающих наказание в колониях-поселениях для лиц, совершивших преступления по неосторожности, а также в колониях-поселениях, если дальнейшее исправление и перевоспитание таких лиц возможно без изоляции от общества, но в условиях осуществления за ними надзора, может быть применено условное освобождение из мест лишения свободы с обязательным привлечением осужденного к труду в местах, определяемых органами, ведающими исполнением приговора» (ст. 532 УК РСФСР).

Как уже отмечалось, можно с различных сторон и разными подходами изучать уголовное правотворчество. Так, полезным является последовательное выделение и изучение стадий правотворчества. Практическое значение имеет конкретный анализ отдельных его направлений, например, криминализации и декриминализации. Необходимо для нужд практики также выявление внешних связей правотворчества и других его аспектов. Все эти подходы будут в той или иной степени использованы в данной работе.

Однако по практическим соображениям, кроме указанных выше направлений, которые уже разработаны в советской юридической литературе и широко применялись при изучении уголовного правотворчества, мы попытаемся обсудить данный процесс и с иных точек зрения. Здесь следует прежде всего рассмотреть как объект исследования и практического совершенствования структурную мо-

21

дель уголовного правотворчества, в которой выделяются три главных элемента (часть которых уже характеризовалась выше): правотворческая интеллектуальная, мыслительная деятельность — содержание уголовного правотворчества; его организационно-правовые формы; его участники.

Вместе с тем в правотворческой деятельности можно выделить и вспомогательные (в литературе их иногда называют обеспечивающими) ее виды. Их реализация имеет целью совершенствование и развитие всего уголовного законодательства, а не отдельных его институтов. В числе таких направлений деятельности мы выделяем: мероприятия по созданию организационных структур, которые осуществляют правотворческую деятельность, координируют и контролируют ее; планирование, информационное и научно-методическое обеспечение правотворчества и некоторые другие.

Полученная выше характеристика правотворческой деятельности позволяет исследовать ее также с иных (кроме указанных) позиций. В частности, в правотворческой деятельности целесообразно выделить ее этапы или стадии, которые могут быть разграничены по последовательности работ, по характеру решаемых в ходе правотворчества мыслительных задач, по юридическому зна-'чению выполняемых действий и т. д. Так, говоря о законодательном процессе, Ю. А. Тихомиров выделяет следующие шесть его стадий: прогнозирование и планирование законодательства; внесение предложений об изменении закона; разработку концепции закона и подготовку законопроекта; специальное и общественное обсуждение проекта закона; рассмотрение и принятие закона; опубликование закона и вступление его в силу32.

Практическое значение имеет выделение планируемых и непла-нируемых элементов в правотворческой деятельности.

Смысл выделения всех этих элементов состоит в том, чтобы подчеркнуть сложность уголовно-правотворческой деятельности, ее многоаспектный характер, представить эту деятельность как объект управления. Ибо уголовное правотворчество, обеспечивая эффективность уголовного законодательства, само нуждается в интенсификации, в развитии организационно-информационной базы, усилении интеллектуального потенциала. Управление каждым его элементом может осуществляться путем изучения криминологической обстановки, состояния и структуры преступности, распространен ных стереотипов поведения (включая, к примеру, стандарты потребления); обеспечения соответствующих органов научным зна нием объективных потребностей, которые сказываются как на пра воприменительной деятельности, так и на правосознании граж дан.

Чтобы быть успешной, подобная работа должна опираться на огромнейшую информационную базу, которая пока еще не всегда

22

находится в достаточно удовлетворительном состоянии. В связи с этим справедливо замечание В. Н. Кудрявцева, что «научные основы правотворческой деятельности предполагают предварительное изучение всех этих общественных процессов; теоретическое, в том числе математическое, моделирование новых форм; проведение возможных локальных экспериментов или сравнительно-правовых исследований для определения предполагаемых результатов принятия норм; наконец, изучение эффективности закона или правового института после введения его в действие»33. Аналогичная мысль была высказана ранее И. М. Гальпериным, который, касаясь лишь одного направления уголовного правотворчества (а именно принятия решения о введении уголовной ответственности), указывал на необходимость решения целого ряда сложных задач, состоящих в анализе социальной действительности (причем приведенный перечень автор также не считал исчерпывающим) 34.

Действительная, а не мнимая реализация всех этих и связанных с ними задач требует развития широкого государственного подхода к правотворчеству. Узкопрофессиональный подход к правотворческой деятельности как совокупности юридико-технических процедур не обеспечит запросы законодателя. На его основе нельзя раскрыть социальную роль уголовного правотворчества как средства реализации демократических начал советского общества и осуществления правового регулирования во всем его объеме.

Таким образом, уголовно-правотворческая деятельность способствует повышению позитивного регулирующего (охранительного и стимулирующего) потенциала уголовного закона через правильное определение его возможностей, сферы, средств воздействия на поведение людей. Она должна рассматриваться с широких социальных позиций. В чем это проявляется конкретно? Уголовное правотворчество представляет собой одно из действенных средств обеспечения оптимального регулирования общественных '.? отношений, способ формирования и выражения народного волеизъявления. Оно существенно влияет на развитие научных, социальных элементов обыденного правосознания, является весьма значительным стимулом развития уголовно-правовой науки, потребителем ее результатов и достижений.

Изложенные соображения о содержании правотворчества и его отдельных элементов позволяют нам проанализировать и его место в процессе формирования права. Эта проблема имеет важное значение. Прежде всего, ее исследование позволяет подчеркнуть иной аспект уголовного правотворчества, его целенаправленность, его политический характер.

Формирование права рассматривается некоторыми учеными как процесс, в результате которого в действующую юридическую си* стему вводятся новые, а также изменяются или отменяются уже

23

существующие юридические нормы и, по-видимому, полностью отождествляется с процессом правообразования. В частности, такую позицию занимают С. С. Алексеев и А. В. Мицкевич35. Правотворчество же понимается вполне определенно — как завершающая стадия формирование права.

На наш взгляд, используя понятие «формирование права», следует учитывать, что наиболее адекватно оно характеризует соотношение субъективного и объективного в развитии законодательства и права. При этом упор делается на роль объективных факторов, на выявление зависимости права от глубинных социальных процессов. Можно сказать, что понятие формирование права отражает системно высший уровень его развития, как бы «очищенный» в известной степени от роли случайного.

Развивая эту точку зрения, отметим, что использование термина меры социальной защиты на определенном этапе развития советского уголовного законодательства имеет значение для истории правотворчества. Но вряд ли оно существенно для раскрытия закономерностей формирования права. Мы полагаем, что данный термин не отражал конкретно-исторической обстановки, а тем более природы социалистического общества, его противоречий, его закономерностей.

Именно поэтому понятие правотворчества охватывает формы деятельности, которая осуществляется людьми в процессе познания объективной действительности и поиска средств ее (действительности) регулирования. Формирование права, включая в себя правотворчество, отражает закономерности социального развития, которые определяют тип права, характер правовой системы, основные начала той или иной правовой отрасли.

Социалистический тип права сформировался в условиях новой общественно-экономической формации. Основой его создания и развития был переход средств производства в руки трудящихся, завоевание политической власти, а затем победа социалистических общественных отношений в экономике и политике. При этом правотворчество как понятие более узкое и в то же время качественно более насыщенное, отражает активность процесса больше, чем понятие формирование права (правообразование) 36. И в этом смысле можно было бы, пожалуй, точнее сказать, что правотворчество является субъективным условием формирования права, возникая и сопровождая его (формирование) так, как общественное сознание сопровождает общественное бытие.

При таком подходе становится более очевидной необходимость раздельного, а затем уже и комплексного исследования процессов формирования права и правотворчества. Так можно ярче выявить объективную обусловленность правотворчества и права как его результата, выяснить познавательные возможности правотворче-

24

ства как формы социального отражения, более глубоко изучить механизм зависимости права и правотворчества от закономерностей общественного развития.

Определенное значение имеет сопоставление правотворчества с правосознанием, во всяком случае — с его динамической стороной, которая связана с выработкой суждений и оценок. На наш взгляд, некоторые моменты правосознания и правотворчества либо совпадают, либо весьма тесно переплетаются между собой. Формирование правосознания в целом и отдельных его элементов может составлять предпосылки правотворчества, а иногда и его органическую часть. Но в правосознании есть много элементов, которые не имеют отношения к правотворчеству. Они связаны, в частности, с правоприменительной деятельностью, проявляются в оценках действующего права, отношении к нему. В то же время и правотворчество далеко не полностью лежит в сфере правосознания, хотя профессиональные познания здесь играют весьма значительную роль.

<< | >>
Источник: Н. Б. АЛИЕВ. Теоретические основы советского уголовного правотворчества. Издательство Ростовского университета, 132 с.. 1986

Еще по теме § 1. Понятие и содержание уголовного правотворчества:

  1. § 3. Место принципа публичности (официальности) в системе принципов уголовного судопроизводства
  2. 1.2. Развитие уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за вымогательство и шантаж в законодательстве России
  3. §1. Понятие и содержание международно-правового механизма, регулирующего трудовую миграцию
  4. 1.3. Основные понятия уголовно- процессуальной науки
  5. ПОНЯТИЕ, ЗНАЧЕНИЕ И НОРМАТИВНОЕ ЗАКРЕПЛЕНИЕ ПРИНЦИПОВ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССА
  6. 2. Понятие права
  7. § 1. ПОНЯТИЕ ПРИНЦИПОВ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ
  8. § 1. Понятие и содержание уголовного правотворчества
  9. § 3. Совершенство и эффективность уголовного закона
  10. § 1. Предмет и система теории уголовного правотворчества
  11. § 3. Принципы уголовного правотворчества
  12. § 1. Социальное развитие и уголовный закон
  13. § 1. Приемы разработки изменений в уголовном законодательстве
  14. § 2. Формулирование целей уголовно-правовых норм
  15. Лекция 20. Правотворчество.
  16. Понятие правового института. Его структура
  17. § 1.2. Понятие и особенности уголовно-правовой характеристики незаконного корпоративного захвата (рейдерства).
  18. ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ. СУЩНОСТЬ И СОДЕРЖАНИЕ, ПОНЯТИЕ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРАВА
  19. ГЛАВА 4. ПРОБЛЕМЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ЗАКРЕПЛЕНИЯ И ПРИМИНЕНИЯ ПРИЗНАКОВ, ДИФФЕРЕНЦИРУЮЩИХ УГОЛОВНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -