Несостоявшийся удар

События 19–21 августа 1991 года в Москве получили и ныне получают разные оценки и характеристики.

Понятно, что здесь, как и при оценках любых крупных событий, имеющих для истории «поворотное» значение, не обходится без крайних суждений, односторонних личностных взглядов.

Хотелось бы и мне поделиться одной версией, которая, кажется, еще нигде не обсуждалась.

Мне представляется односторонним и опрометчивым мнение, в соответствии с которым «путчисты» (ныне почти сплошь занимающие видные посты в тех или иных политических институтах) намеревались вернуться к классическому сталинско-брежневскому режиму, хотя они, быть может, больше, чем кто-либо, осознавали, что азиатско-коммунократический строй, «разбавленный демократией», – образование слабо работоспособное, исторически обреченное.

Мне представляется, что «путчисты» наряду с решением персонально-политических проблем (связанных с личностью Б. Ельцина) смирились, а быть может, и настроились на плавный переход к номенклатурному государственному капитализму, который сохранил бы руководящие позиции правящей политико-хозяйственной элиты. А в связи с этим, как мне думается, основной удар «путчистов» был нацелен на «стихию», «спекулянтов», «кооператоров», «дезорганизаторов» – тех, кто на самом деле представлял собой все более расширяющийся слой новых свободных собственников, формирующих ли-

берально-рыночную экономику.

Кто знает, не состоит ли глубинная подоплека всего «августовского путча» в том, чтобы вместе со срывом заключения Союзного договора, решением персонально-политических проблем разрубить гордиев узел экономического развития, когда два пути реформирования экономики застыли в зыбком равновесии и следовало со всей определенностью решить перспективу экономического развития, а отсюда – судьбу реформ вообще?

Августовский путч (1991 года) сорвался.

И если верны предположения о его глубинной экономической подоплеке, то, выходит, и намечавшиеся здесь расчеты не состоялись.

457

Идеология перестройки. 1992–1995 гг.

Но я никак не могу найти ответа на другой вопрос. Почему, спрашивается, после августа 1991 года демократы (если они и впрямь демократы) не воспользовались ситуацией и почему не получило развития либерально-рыночное направление, рассчитанное на широкий слой мелких и средних собственников? Ведь основные устои коммунистической системы после провала путча и действий российских властей, имеющих характер контрпереворота, рухнули: окончательно лишилась своей «руководящей роли» КПСС, вышли из ее прямого подчинения силовые ведомства, лишились диктаторских функций административно-чиновничьи учреждения. Словом, в сентябре – ноябре 1991 года было возможно снять все преграды для развития малого и среднего бизнеса во всех его формах, дать широкий простор быстрому формированию широкого слоя новых собственников – производителей.

Почему же этого не произошло? Неужели «путчисты» добились своих целей: и подписание Союзного договора сорвали, и в конечном счете реализовали свою потаенную задумку – победу номенклатурного госкапитализма? Такое предположение подтверждается многими данными, прежде всего стихийно прошедшей после августовских событий номенклатурной приватизацией.