§ 1. Основы адвокатской правозащитной деятельности в аспекте реализации государственной правовой политики

Традиционным и приоритетным направлением правозащитной профессиональной деятельности адвоката в российском судопроизводстве принято считать защитную (правозащитную) функцию. Согласно ст.

Изучение нами материалов уголовных дел также показало, что обвинительные заключения, так же как и постановления о привлечении в качестве обвиняемого, во многих случаях составляются юридически безграмотно, поэтому понять их содержание не всегда может даже юрист. Задача адвоката - оценить качество этих документов, дать доктринальное толкование применяемых норм права и настоять на том, чтобы сотрудники правоохранительных органов дали необходимые пояснения.

Обвиняемому должно быть обязательно разъяснено, в чем состоит существо предъявленного ему обвинения и какие нормы Уголовного кодекса предусматривают ответственность за совершенные им действия.

Положение обвиняемого во многом зависит и от того, какую позицию - активную или пассивную - занимает адвокат, выступающий на стороне обвинения. Это касается, в частности, тех случаев, когда адвокат участвует в деле как представитель потерпевшего - юридического лица. Имеют место случаи, связанные с так называемыми заказными делами об экономических преступлениях, когда правомерность претензий потерпевшего не

подтверждается достаточными доказательствами или представлены заведомо ложные сведения о юридическом лице и причинении ущерба его имуществу.

Причинами, вызывающими нарушения конституционных прав в судопроизводстве, чаще всего являются: несовершенство уголовного и уголовно-процессуального законодательства, а также практика его применения. Так, анализируя вопросы, связанные с применением меры пресечения в виде заключения под стражу, Г.М.

Источник многих проблем - нечеткие формулировки норм УПК. Необходимо совершенствовать процессуальное законодательство, с тем, чтобы ни одно его положение не могло быть истолковано двояко. Рекомендация, согласно которой все нормы УПК следует толковать системно, на практике не выполняется, так как для многих правоприменителей это слишком сложная задача.

На основании анализа научной литературы и экспертных позиций мы остановились на нескольких группах переменных (в сносках приведены примеры исследований, в которых раскрывается значимость таких переменных).^[35]

Второй подход работает скорее с бюрократическими категориями контроля качества, проверки и т.п. «В системе судебных инстанций, образованных в целях пересмотра судебных актов в арбитражных судах РФ, апелляция наряду с кассацией и надзором призвана проверять правильность рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции и при наличии оснований должна сама устранять допущенные нарушения. Апелляция

является одним из способов проверки судебного акта в полном объеме, т.е. касающейся как установления фактических обстоятельств, так и правильности применения закона.

Такая проверка проводится по имеющимся в деле материалам, а также по дополнительно представленным (и принятым при соблюдении соответствующих условий) доказательствам».^[36] Не исключено, что именно в связи выбором одной из двух моделей могут возникнуть серьезные внутренние противоречия в сообществе общественных контролеров. Возможен и другой вариант, что обе модели окажутся востребованными, каждая на своем участке - например, «корпоративная» модель может лучше подходить для общественного контроля за закрытыми учреждениями, а «неформальная» - для контроля за структурами, значимыми для повседневной жизни граждан.

Сторонники обеих моделей признают, что для успешной работы в рамках общественного контроля нужны как профессиональные специалисты, так и массовое участие рядовых граждан, но по-разному представляют их отношения. «Корпоративная» модель предполагает, что основную работу выполняют профессионалы, а обычные граждане привлекаются на подсобные роли, например, как информаторы или участники групп поддержки. «Либертарианская» модель предлагает другой порядок: активные граждане в случае необходимости нанимают специалистов-экспертов. Различия между активистами общественного контроля и обычными гражданами видятся, по большей части, в том, что общественные контролеры получают информацию из первых рук, непосредственно в контролируемых структурах, а рядовые граждане - по рассказам, фильмам, газетным статьям, нередко искажающим реальное состояние дел.

Другое различие видится в том, что граждане сталкиваются с правоохранительными органами в единичных случаях, нередко болезненных,

их восприятие оказывается более эмоциональным и фрагментарным, тогда как активисты рассматривают деятельность правоохранительных органов в целом, на основе более объективной информации, их представления носят более системный характер. Надо отметить, что в этом вопросе нет четкой зависимости с предпочтениями в пользу «корпоративной» или «неформальной» модели общественного контроля. Нельзя уверенного сказать, что сторонники профессионального контроля (первая модель) склонны преувеличивать разницу между активистами и рядовыми гражданами, а сторонники широкого участия, наоборот, преуменьшать - материалы опроса не позволяют однозначно сделать такой вывод.

Не исключено, что именно в связи выбором одной из двух моделей могут возникнуть серьезные внутренние противоречия в сообществе общественных контролеров. Возможен и другой вариант, что обе модели окажутся востребованными, каждая на своем участке - например, «корпоративная» модель может лучше подходить для общественного контроля за закрытыми учреждениями, а «неформальная» - для контроля за структурами, значимыми для повседневной жизни граждан.

Правовая политика, являясь частью социальной политики и комплексной системой, с одной стороны, сконцентрирована и определенным образом отражает социально-экономические явления общества, с другой стороны - сама, являясь сложным социальным явлением, оказывает воздействие на все стороны многогранного процесса обеспечения охраны порядка в государстве и обществе и реализацию мер борьбы с преступностью. В этой связи различают содержание правовой политики, ее формирование и реализацию.

Правотворчество не является единственной формой реализации адвокатами правовой политики. Правотворческая деятельность в определенной степени носит первичный характер по отношению к другой форме реализации правовой политики - правоприменению. В то же время и правоприменение оказывает воздействие на процесс формирования

уголовной политики. Так, например, оказывая квалифицированную помощь и применяя отдельные нормы УК в их новой редакции, адвокаты достаточно часто обнаруживают отсутствие соответствующих изменений (применительно к указанным статьям), внесенных в УПК и УИК РФ, и выступают с инициативой внесения необходимых поправок в соответствующие нормативно-правовые акты.

Федеральная палата, обобщив поступившие из адвокатских образований предложения, направляет их соответствующие Комитеты по законодательству, в рамках которых работу по формулированию поправок уже ведут депутаты при самом активном участии представителей Совета ФПА.

На уровне правоприменения роль адвоката в реализации государственной правовой политики не менее (а возможно, и более) значима. Конечно, адвокат не наделен официальным правом применения правовых норм к лицам, совершившим преступления. И в этом отношении его участие в правоприменении весьма специфично. Но по своей природе адвокат призван содействовать участникам правоотношения (и лицу, совершившему преступление, и потерпевшему) в реализации их прав, основным из которых, вне сомнений, выступает право на юридическую помощь.

Граждане как отдельные люди подчинены государственной власти и повинуются ей.

Антонио Грамши по-новому взглянул на государство, под которым обычно понимается как политическая общность (или диктатура, или аппарат принуждения, призванный сформировать народную массу в соответствии со способом производства и экономикой данного момента), а не как равновесие политической общности и общности гражданской (или как гегемония одной социальной группы над всей национальной общностью, осуществляемая

через посредство так называемых негосударственных организаций вроде церкви, профсоюзов, школ и т.д.).

Судебная реформа идет медленно и непоследовательно. Не решены многие проблемы организации и деятельности судей. Так, например, закрепленный в Конституции РФ принцип несменяемости судей (ст. 121), не обеспечен соответствующими механизмами ответственности, что в итоге ведет к росту внутрикорпоративной солидарности судей и их клановости в отрыве от общественных интересов и основной функции - осуществления правосудия. Оставляет желать лучшего морально-нравственный облик и поведение судей, являющиеся проявлением недостаточности, а порой и отсутствия должного контроля со стороны судейского сообщества. Кроме того, одной из самых острых в судах Российской Федерации является проблема сроков рассмотрения уголовных и особенно гражданских дел. Слишком длительные судебные процессы подрывают доверие общественности к судам, а оно необходимо для осуществления надлежащего правосудия. Охарактеризованное положение объясняется явной перегрузкой судов, а соответственно и мест лишения свободы, что ведет к серьезным нарушениям прав и свобод человека и гражданина, снижению престижа суда. Все это требует ускорить проведение качественной реформы судебной системы, с тем чтобы обеспечить:

а) каждому заинтересованному лицу реальную возможность защитить свои права и свободы или охраняемые законом интересы в суде;

б) получение квалифицированной юридической помощи, гарантированной ст. 48 Конституции РФ;

в) максимальную приближенность судов к населению;

г) правильное и единообразное применение федерального законодательства на всей территории России;

д) вынесение законных и обоснованных решений, их обжалование и (в случае нарушения закона) отмену;

е) исполнение вступивших в законную силу судебных постановлений;

ж) повышение уровня профессиональной подготовки судей и сотрудников аппарата судов;

з) повышение статуса и роли суда в обществе и государстве, в частности, для этого необходимо:

- исключить существующую практику поверхностной реализации функции по приему от претендентов на занятие вакантной должности судьи документов, их анализа и проверки;

- разработать закон о специальной проверке кандидатов в судьи, в целях предупреждения проникновения в судейское сообщество представителей организованных преступных групп, сект и т.д.;

- урегулировать процедуру замещения одним мировым судьей другого на период отсутствия последнего;

- обеспечить реальное функционирование механизма проверки жалоб и заявлений на мировых судей в рамках дисциплинарного производства;

- установить надлежащую процедуру рассмотрения дел, обеспечивающую доступность суда для всех заинтересованных лиц, возможность равноправного участия сторон в состязательном процессе;

- сформировать судебный корпус, способный по своемумировоззрению, образованию, нравственным, волевым и иным качествамвыполнять возложенные на него обязанности.

Ни для кого не секрет, что в нашей стране идет процесс, который эксперты называют национализацией элит. Тот, кто желает связать свою судьбу с государственной службой должен быть готов к контролю со стороны общества и государства и к выполнению жестко регламентированных требований (не иметь собственности, банковских счетов, ценных бумаг, подтвердить свои доходы и расходы и т.п.). Таким образом, качественное функционирование организационно-правового механизма, как видится, зависит от определенной последовательности факторов: развитость государства и гражданского общества - обеспеченность прав и свобод человека и гражданина - минимизация (снижение)

вероятности нарушений прав и свобод человека и гражданина (стремление к достижению состояния ненарушаемости прав и свобод человека и гражданина).

В этой цепочке, безусловно, усматривается проявление государственности, понимаемой как гарантированность жизнеспособности государства и общества и защищенность прав и свобод человека и гражданина посредством возможностей государственной власти.

Традиционным и приоритетным направлением правозащитной профессиональной деятельности адвоката в российском судопроизводстве принято считать защитную (правозащитную) функцию.

Согласно ст. 49 Конституции РФ, каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Изучение нами материалов уголовных дел также показало, что обвинительные заключения, так же как и постановления о привлечении в качестве обвиняемого, во многих случаях составляются юридически безграмотно, поэтому понять их содержание не всегда может даже юрист. Задача адвоката - оценить качество этих документов, дать доктринальное толкование применяемых норм права и настоять на том, чтобы сотрудники правоохранительных органов дали необходимые пояснения.

Обвиняемому должно быть обязательно разъяснено, в чем состоит существо предъявленного ему обвинения и какие нормы Уголовного кодекса предусматривают ответственность за совершенные им действия. Положение обвиняемого во многом зависит и от того, какую позицию - активную или пассивную - занимает адвокат, выступающий на стороне обвинения. Это касается, в частности, тех случаев, когда адвокат участвует в деле как представитель потерпевшего - юридического лица. Имеют место случаи, связанные с так называемыми заказными делами об экономических преступлениях, когда правомерность претензий потерпевшего не

подтверждается достаточными доказательствами или представлены заведомо ложные сведения о юридическом лице и причинении ущерба его имуществу.

Причинами, вызывающими нарушения конституционных прав в судопроизводстве, чаще всего являются: несовершенство уголовного иуголовно-процессуального законодательства, а также практика егоприменения. Так, анализируя вопросы, связанные с применением мерыпресечения в виде заключения под стражу, Г.М. Резник сделал вывод, что «проблемы не столько в законодательстве, сколько в практике, которая очень сильно разошлась и с УПК, и с международным правом». В настоящее время суды удовлетворяют 92% ходатайств следователей об избрании этой меры пресечения и 98% ходатайств о ее продлении.

Источник многих проблем - нечеткие формулировки норм УПК. Необходимо совершенствовать процессуальное законодательство, с тем, чтобы ни одно его положение не могло быть истолковано двояко. Рекомендация, согласно которой все нормы УПК следует толковать системно, на практике не выполняется, так как для многих правоприменителей это слишком сложная задача.

Не исключено, что именно в связи выбором одной из двух моделей могут возникнуть серьезные внутренние противоречия в сообществе общественных контролеров. Возможен и другой вариант, что обе модели окажутся востребованными, каждая на своем участке - например, «корпоративная» модель может лучше подходить для общественного контроля за закрытыми учреждениями, а «неформальная» - для контроля за структурами, значимыми для повседневной жизни граждан.

Сторонники обеих моделей признают, что для успешной работы в рамках общественного контроля нужны как профессиональные специалисты, так и массовое участие рядовых граждан, но по-разному представляют их отношения. «Корпоративная» модель предполагает, что основную работу выполняют профессионалы, а обычные граждане привлекаются на подсобные роли, например, как информаторы или участники групп

поддержки. «Либертарианская» модель предлагает другой порядок: активные граждане в случае необходимости нанимают специалистов-экспертов. Различия между активистами общественного контроля и обычными гражданами видятся, по большей части, в том, что общественные контролеры получают информацию из первых рук, непосредственно в контролируемых структурах, а рядовые граждане - по рассказам, фильмам, газетным статьям, нередко искажающим реальное состояние дел.

Другое различие видится в том, что граждане сталкиваются с правоохранительными органами в единичных случаях, нередко болезненных, их восприятие оказывается более эмоциональным и фрагментарным, тогда как активисты рассматривают деятельность правоохранительных органов в целом, на основе более объективной информации, их представления носят более системный характер. Надо отметить, что в этом вопросе нет четкой зависимости с предпочтениями в пользу «корпоративной» или «неформальной» модели общественного контроля. Нельзя уверенного сказать, что сторонники профессионального контроля (первая модель) склонны преувеличивать разницу между активистами и рядовыми гражданами, а сторонники широкого участия, наоборот, преуменьшать - материалы опроса не позволяют однозначно сделать такой вывод.

Сторонники обеих моделей признают, что для успешной работы в рамках общественного контроля нужны как профессиональные специалисты, так и массовое участие рядовых граждан, но по-разному представляют их отношения. «Корпоративная» модель предполагает, что основную работу выполняют профессионалы, а обычные граждане привлекаются на подсобные роли, например, как информаторы или участники групп поддержки. «Либертарианская» модель предлагает другой порядок: активные граждане в случае необходимости нанимают специалистов-экспертов. Различия между активистами общественного контроля и обычными гражданами видятся, по большей части, в том, что общественные контролеры получают информацию из первых рук, непосредственно в контролируемых

структурах, а рядовые граждане - по рассказам, фильмам, газетным статьям, нередко искажающим реальное состояние дел.

Другое различие видится в том, что граждане сталкиваются с правоохранительными органами в единичных случаях, нередко болезненных, их восприятие оказывается более эмоциональным и фрагментарным, тогда как активисты рассматривают деятельность правоохранительных органов в целом, на основе более объективной информации, их представления носят более системный характер. Надо отметить, что в этом вопросе нет четкой зависимости с предпочтениями в пользу «корпоративной» или «неформальной» модели общественного контроля. Нельзя уверенного сказать, что сторонники профессионального контроля (первая модель) склонны преувеличивать разницу между активистами и рядовыми гражданами, а сторонники широкого участия, наоборот, преуменьшать - материалы опроса не позволяют однозначно сделать такой вывод.

На основании вышеизложенного в настоящей главе сделаем следующие выводы.

Во-первых, сама возможность осуществления государством охранительной функции зависит от существования эффективной системы материально-правовых норм, предусматривающих юридическую ответственность за совершение противоправных деяний. Особое значение в такой системе имеют правовые нормы, охраняющие интересы общества и государства от преступных посягательств как наиболее опасных проявлений антисоциального поведения и являющиеся источником правовой политики.

Во-вторых, квалифицированный характер правозащитной деятельности адвоката предполагает следующие признаки: а) соответствие деятельности по оказанию юридической помощи закону; б) соразмерность действий по оказанию юридической помощи обстоятельствам дела и нормам права; в) своевременность действий по оказанию юридической помощи (т.е. оказание необходимой в конкретной ситуации юридической помощи).