Прекращение условия необходимой обороны

Как уже было сказано выше, наличность посягательства определяется двумя моментами - начальным и конечным. О первом мы уже высказались. Теперь нам предстоит выяснить, когда данное условие необходимой обороны прекращается.

Если следовать этому определению, то нельзя причинять вред посягающему после того, как само посягательство уже закончено. По этому пути пошел и Пленум Верховного Суда СССР. В своем постановлении № 14 от 16 августа 1984 г. в п. 5 он указал, что «действия оборонявшегося, причинившего вред посягающему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как

посягательство было предотвращено или окончено, и в применении средств защиты явно пропала необходимость».1

При прекращении посягательства оно уже не считается наличным и тем самым прекращается право на необходимую оборону, ибо причинение вреда нападающему уже не пригодно для защиты конкретного правового объекта. Но в п. 5 того же постановления сказано, что «состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент его окончания».2

Некоторые юристы не разделяют мнение Пленума при решении этого вопроса. Они считают, что центр тяжести переносится с объективного на субъективный момент, а это, в свою очередь, может на практике применения законодательства о необходимой обороне привести к ошибкам.

уже окончилось». Здесь, как нам кажется, следует согласиться с мнением профессора Т.Г. Шавгулидзе, который заметил: «Вопрос об ответственности лица, причиняющего вред нападающему после прекращения посягательства, по нашему мнению, должен рассматриваться в зависимости от того, какая вина ложится на «обороняющегося» в том, что он не заметил момента окончания посягательства. Если лицо не знало и не могло знать, что посягательство уже закончилось, тогда в действии «обороняющегося» нет вины и тем самым отсутствуют и основания для установления уголовной ответственности. В тех случаях, когда лицо не замечает, что посягательство прекратилось, однако должно было и могло не допускать такую ошибку, данное лицо отвечает за неосторожное причинение вреда. Если же субъект знает, что посягательство прекратилось и, тем не менее причиняет вред нападающему, то он должен отвечать за умышленное причинение вреда». С теоретической точки зрения автор, безусловно, прав. На практике же выяснение конкретного состояния обороняющегося и направленность его умысла при причинении вреда посягающему после того, как само посягательство уже было прекращено, вызывает большое затруднение. Как правило, правоохранительные органы квалифицируют данные действия как совершенные умышленно либо с превышением пределов необходимой обороны, о чем речь пойдет ниже.

Таким образом, возникновение и прекращение состояния необходимой обороны полностью зависит от начала и окончания общественно опасного посягательства, наличие которого со своей стороны находится в зависимости от наличия реальной опасности для охраняемого уголовным правом объекта, и очень важно правильно применять данные правила в судебной практике во избежание судебных ошибок.

Так, органами предварительного следствия Баеву А. было предъявлено обвинение в умышленном убийстве Родионова, совершенном с особой жестокостью. Краснодарским краевым судом Баев А. оправдан за отсутствием состава преступления. Судом установлены следующие обстоятельства убийства. 2 июля 1993 г. Баев А. со своим несовершеннолетним братом Баевым Д. пришли в гости к Родионовым (к их двоюродной сестре - Наталье и ее мужу). Родионов находился в нетрезвом состоянии, употреблял спиртное и предлагал Баеву А. выпить. Однако Баев А. пить отказался и, обратив внимание, что у сестры на лице следы побоев, стал выяснять причину их происхождения. Муж Родионовой не отрицал, что избил жену и начал нецензурно оскорблять ее, ударил по лицу. Баев А. пытался остановить Родионова, но тот стал оскорблять его, заявляя, что Баев А., видимо, сожительствует с сестрой, поэтому и защищает ее. Затем он схватил Баева А. за волосы, свалил на пол, начал бить его головой о пол. Наталья Родионова и Баев Д. оттащили Родионова от брата. Тогда Родионов набросился на Баева А. с кухонным ножом. Последнему удалось выхватить нож из рук Родионова и нанести ему множество ударов в различные части тела, в том числе, в сердце, от чего Родионов скончался.

Суд не согласился с квалификацией действий Баева А., данной органами предварительного следствия и признал, что убийство Родионова он совершил в состоянии необходимой обороны. В кассационном протесте государственный обвинитель поставил вопрос об отмене оправдательного приговора. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 января 1995 г. оправдательный приговор оставила без изменения.

Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, Баев А. находился в состоянии необходимой обороны от нападения Родионова, сопряженного с насилием, опасным для жизни Баева А. Родионов совершил

нападение в состоянии алкогольного опьянения, с применением ножа, был агрессивен. Баев А., по заключению экспертов, в этот момент находился в состоянии аффекта и не имел возможности точно оценить обстановку.

Проанализируем дело Баженова, рассмотренное народным судом Ленинского района г. Тамбова (судебной коллегией по уголовным делам Тамбовского областного суда приговор оставлен без изменения). Он был признан виновным в убийстве Дутова, совершенном при превышении пределов необходимой обороны, при следующих, как указано в приговоре, обстоятельствах. Вечером 5 апреля 1992 г. Баженов, имея при себе табельное оружие - револьвер системы «Наган», самостоятельно покинул пост и пришел в ресторан «Центральный» г. Тамбова. Вместе с находившимися в ресторане посетителями он танцевал. Во время очередного танца не установленный следствием гражданин, находясь сзади Баженова, набросил ему на шею удавку и начал душить. Одновременно с этим кто-то завернул ему за спину левую руку, а другое, не установленное органами следствия лицо, пыталось вытащить из кобуры револьвер. Препятствуя завладению оружием, Баженов дотянулся рукой до спускового крючка и с целью привлечения внимания работников милиции произвел выстрел в пол. Однако и после выстрела указанные лица не отказались от своего преступного намерения и продолжали удерживать его сзади. Баженову удалось вырвать револьвер у нападавших и освободиться от удавки. В это время он увидел перед собой ранее неизвестного Дутова, который сделал атакующее движение в его сторону. Восприняв действия Дутова как продолжение преступного посягательства по завладению оружием, Баженов

с близкого расстояния выстрелил ему в голову, причинив смертельное ранение.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений в отношении Баженова и прекращении дела производством за отсутствием в его действиях состава преступления, считая, что Баженов находился в состоянии необходимой обороны и ее пределов не превысил.

Исследовав фактические обстоятельства происшедшего, суд правильно указал в приговоре, что Баженов воспринял действия Дутова как реально направленные на завладение револьвером и поступал исходя из сложившейся ситуации. Вместе с тем, признавая Баженова виновным в превышении пределов необходимой обороны, суд сослался на то, что средства защиты превышали средства нападения Дутова, поскольку в руках у потерпевшего ничего не было. Между тем, рассматривавшие настоящее дело суды не дали надлежащей оценки тому обстоятельству, что перед производством выстрела Дутов сделал угрожающее движение в направлении Баженова. По заключению судебно-медицинского эксперта, выстрел в Дутова мог быть произведен в упор или с дистанции, близкой к «упору», то есть в тот момент, когда потерпевший находился в непосредственной близости от Баженова. В этих условиях действия Дутова Баженов воспринял как агрессивные, направленные не только на завладение оружием, но и на применение насилия, опасного для его жизни и здоровья, которому он только что подвергался со стороны нескольких лиц. Действия Баженова по существу являлись продолжением отражения нападения лиц, пытавшихся завладеть его оружием.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что Баженов находился в состоянии необходимой обороны от преступного посягательства, которое представляло реальную и непосредственную угрозу для его жизни и здоровья.