§ 3. Юридическая ответственность сотрудников уголовно-исполнительной системы

В рамках Концепции развития уголовно-исполнительной систе­мы России до 2020 г. предполагается реализация комплекса мер по искоренению коррупции и должностных злоупотреблений в уголов­но-исполнительной системе, определение в качестве приоритета в работе по предупреждению нарушений противодействия злоупо­треблениям в сфере закупок для нужд уголовно-исполнительной системы, незаконному содействию в условно-досрочном освобож­дении и коррупционному содействию в незаконном доступе в места лишения свободы предметов, как разрешенных, так и запрещенных к использованию.

Совершение противоправных деяний работниками уголовно-ис­полнительной системы России является связующим звеном и опре­деляющим фактором в применении определенных мер ответствен­ности (наказания), предусмотренных за совершение дисциплинар­ных проступков, административных правонарушений и уголовных преступлений^[92].

В российском законодательстве закреплены основные виды юридической ответственности, к которой могут быть привлечены граждане: уголовная, административно-правовая, дисциплинарная, гражданско-правовая и материальная.

Уголовная ответственность. Одним из наиболее стро­гих видов ответственности, к которому может быть привлечен со­трудник, является уголовная ответственность.

Российским законодательством предусмотрена уголовная от­ветственность, наступающая в случае совершения преступления, которым признается виновное общественно опасное действие (без­действие), предусмотренное УК РФ под угрозой наказания. Приме­чательно, что к уголовной ответственности может быть привлечено только физическое лицо.

Отличительной особенностью данного вида ответственности является наличие правовых последствий в виде судимости в тече­ние определенного срока после привлечения к ней. Порядок при­влечения к уголовной ответственности урегулирован УИК РФ. При этом УК РФ определено, что признать виновным в совершении пре­ступления может только суд.

Сотрудники уголовно-исполнительной системы, как и осталь­ные граждане Российской Федерации, в равной степени могут быть привлечены к уголовной ответственности. Однако в силу наличия определенного правового статуса и постоянной воспитательной ра­боты и правового воспитания, сотрудники осведомлены о возмож­ности привлечения к уголовной ответственности и наступающих правовых последствиях. Поэтому сотрудниками совершаются, как правило, типичные преступления, характерные занимаемой долж­ности.

Вопросам привлечения сотрудников уголовно-исполнительной системы к уголовной ответственности посвящена статья С. А. Хох- рина, в которой рассматриваются типичные преступления, совер­шаемые сотрудниками уголовно-исполнительной системы в разрезе основных служб исправительного учреждения^[93].

Как отмечает автор, общую характеристику преступлений, со­вершаемых сотрудниками, необходимо рассматривать непосред­ственно по категориям основных частей и служб в исправительных учреждениях. На основе полученных статистических данных была построена таблица 1, где рассматривались все службы, входящие в структуру исправительного учреждения, а также все преступления, совершенные сотрудниками за период с 2005 по 2014 год.

Таблица 1

Количество преступлений, совершенных сотрудниками, распределенное по уголовным статьям и основным отделами службам исправительных учреждений в 2005-2014 гг.

Проведенный анализ показывает, что максимальное количество преступлений (47,9 % от общего числа совершенных сотрудниками исправительных учреждения) составляют преступления коррупци­онной направленности¹.

К коррупционным преступлениям относятся: злоупотребление служебным положением (ст. 285 УК РФ), дача взятки (ст. 290 УК РФ), получение взятки (ст. 291 УК РФ), превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ), коммерческий подкуп (ст. 204 УК РФ). Коррупционными преступлениями могут быть и иные деяния, свя­занные с иным незаконным использованием физическим лицом своего должностного положения. Такая неопределенность обуслов­ливает различные подходы авторов к определению конкретных составов преступлений, относящихся к категории коррупционных преступлений^{[94] [95].}

Однако, рассматривая непосредственно составы преступлений, мы пришли к выводу о том, что наиболее распространенными пре­ступлениями, совершаемыми сотрудниками уголовно-исполни­тельной системы, являются преступления, направленные на здоро­вье населения и общественную нравственность. Общее количество зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 228 УК РФ, составило 27,61 %. При этом наибольшее количество указанных преступлений, как видно из приведенных данных, совершили со­трудники отделов безопасности и режима в исправительных учреж­дениях и следственных изоляторах. Доля совершенных ими пре­ступлений составила 57,55 % от общего количества преступлений. Второе место по фактам совершения данного преступления занима­ют сотрудники отделов охраны - 16,27 % преступлений. Третьими являются сотрудники отделов воспитательной работы с осужден­ными - 9,39 % данных преступлений. Остальные отделы совершают в среднем не более 1 % данных преступлений^[96].

Рассматривая преступления коррупционной направленности, было выявлено, что наибольшее распространение получили престу­пления, предусмотренные ст. 290 и 291 УК РФ. Данные преступле­ния занимают 19,5 % и являются вторыми после незаконного приоб­ретения, хранения, перевозки, изготовления, переработки наркоти­ческих средств, психотропных веществ или их аналогов. Лидером совершения данного преступления также являются сотрудники отделов безопасности, они совершают порядка 33,25 % данных пре­ступлений.

Такие преступления, как злоупотребление должностными пол­номочиями и превышение должностных полномочий (ст. 285 и 286 УК РФ), составили соответственно 8,94 и 14,45 % преступлений. Возглавляют список отделы безопасности, которые совершают 41,45 и 48,71 % указанных преступлений. Вторыми являются сотрудники других служб, которые совершают 17,66 и 19,23 %. Данные престу­пления имеют стабильные показатели и среди других служб, однако максимально это относится к тем подразделениям, которые непо­средственно работают с осужденными. Категорию преступлений, подпадающих под ст. 160 и 293 УК РФ, чаще всего совершают лица, относящиеся к другим службам. По нашему мнению, сюда относят­ся сотрудники, которые занимаются производством в исправитель­ных учреждениях, именно данная категория совершает более 67 % данных преступлений.

Как показала практика, преступления против жизни и здоровья, предусмотренные ст. 105-109 УК РФ, а также преступления, пред­усмотренные ст. 111-112 УК РФ, не являются распространенными и составляют не более 1 % от общего числа преступлений. При этом максимально эти преступления совершают сотрудники отделов ох­раны, специального назначения и оперативных отделов. Такая же ситуация и по количеству преступлений против общественной без­опасности (ст. 213 УК РФ) и против собственности (ст. 158 и 163 УК РФ), рассматриваемые преступления даже в совокупности состав­ляют менее 1 % от общего количества преступлений.

Особо хотелось бы отметить преступления, квалифицирующие­ся по ст. 264 УК РФ. Данные преступления не являются распростра­ненными и не превышают 4 %, однако совершаются сотрудниками всех представленных отделов и служб. Что, естественно, по нашему мнению, является тревожным сигналом.

В рамках изучения объективности статистических данных был проведен опрос по фактам совершения преступлений сотрудника­ми.

- убийство без отягчающих и смягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105 УК РФ) - 9,81 %;

- убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ) - 0,71 %;

- умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ) - 17,9 %;

- умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ) - 5,41%;

- причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ) - нет данных;

- побои (ст. 116 УК РФ) - 11,54 %;

- мошенничество (ст. 159 УК РФ) - 7,13 %;

- вымогательство (ст. 163 УК РФ) - 1,5 %;

- хулиганство (ст. 213 УК РФ) - 10,96 %;

- незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества (ст. 228 УК РФ) - 55,3 %;

- злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) - 29,4 %;

- нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 285.1 УК РФ) - 17,4 %;

- нецелевое расходование средств государственных внебюджет­ных фондов (ст. 285.2 УК РФ) - 21,6%;

- превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) - 29,4 %^[97].

Как видно из полученных данных, сотрудники нечасто сталки­вались с преступлениями против жизни и здоровья, совершаемыми сотрудниками. В период своей службы с данной категорией пре­ступлений столкнулись не более 16,2 % от общего числа опрошен­ных. По мнению С. А. Хохрина, это говорит о неосведомленности респондентов по фактам совершения преступлений сотрудниками исправительного учреждения. Совершенно другая картина склады­вается при изучении количества фактов совершения преступлений, относящихся к категории коррупционных. В своей практике с дан­ной категорией преступлений столкнулись более 53,2 % от общего числа опрошенных.

Интересно, что с таким преступлением, как незаконные приоб­ретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркоти­ческих средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содер­жащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества (ст. 228 УК РФ), в своей практике столкнулись 55,3 % ре­спондентов. Однако статистические результаты показывают, что данное преступление регистрируется в гораздо меньшем объеме, чем по опросу сотрудников.

Подводя итоги, можно сделать следующий вывод: максималь­ное количество преступлений от общего числа совершенных со­трудниками исправительных учреждений деяний относится к пре­ступлениям коррупционной направленности. Однако, рассматривая непосредственно составы преступлений, мы пришли к выводу, что наиболее распространенными преступлениями, совершаемыми со­трудниками уголовно-исполнительной системы, являются престу­пления, направленные на здоровье населения и общественную нрав­ственность. При этом наибольшее количество указанных престу­плений, как видно из приведенных данных, совершили сотрудники отделов безопасности и режима в исправительных учреждениях и следственных изоляторах.

Адм инистративно-правовая ответственность. Помимо уголовной ответственности сотрудники уголовно-испол­нительной системы привлекаются к административной ответствен­ности. Российское законодательство предусматривает администра­тивную ответственность, которая наступает в случае совершения административного правонарушения, под которым понимается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ¹ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. Указанные пра­вовые акты являются основными источниками, устанавливающими административную ответственность физических и юридических лиц, совершивших административные правонарушения.

Однако административная ответственность, как и другие виды ответственности, не совершенна. Так, ни один из источников ад­министративной ответственности не содержит норм-определений (дефиниций), которые бы раскрывали понятие административной ответственности или административной ответственности лиц, име­ющих специальные звания.

Как отмечает А. В. Каляшин, в КоАП РФ закреплены два сле­дующих правовых режима административной ответственности со­трудников УИС:

1. В ч. 1 ст. 2.5 КоАП РФ закреплен особый режим привлечения сотрудников к административной ответственности. Так, за совер­шение административных правонарушений, за исключением пред­усмотренных в ч. 2, сотрудники органов и учреждений уголовно-ис­полнительной системы несут дисциплинарную ответственность в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регламентирующими прохождение службы и их статус. Указанное позволяет говорить о фактической замене сотрудникам административной ответственно­сти на дисциплинарную при совершении отдельных видов правона­рушений.

2. В ч. 2 ст. 2.5 КоАП РФ предусмотрен общий режим (условия) привлечения к административной ответственности сотрудников органов и учреждений уголовно-исполнительной системы^{[98] [99]. Так, сотрудники за административные правонарушения, предусмотрен­ные ст. 5.1-5.26, 5.45-5.52, 5.56, 6.3, 7.29-7.32, гл. 8, ст. 11.16 (в части нарушения требований пожарной безопасности вне места военной службы (службы) или прохождения военных сборов), гл. 12, 15 и 16, ст. 17.7, 18.1-18.4, 19.5.7, 19.7.2, 19.7.4 и ст. 20.4 (в части нарушения требований пожарной безопасности вне места военной службы (службы) или прохождения военных сборов) КоАП РФ несут адми­нистративную ответственность на общих основаниях.}

Исходя из правого положения административную ответствен­ность сотрудников уголовно-исполнительной системы можно поде­лить на следующие два вида:

1. Административная ответственность сотрудников уголов­но-исполнительной системы на общих основаниях (общеграждан­ская), то есть они выступают в роли общих субъектов администра­тивной ответственности. Например, за нарушение правил дорожно­го движения, требований пожарной безопасности вне места службы; за административные правонарушения в области налогов, сборов и финансов, невыполнение законных требований прокурора, следова­теля, лица, производящего дознание, или должностного лица, осу­ществляющего производство по делу об административном право­нарушении и др.

2. Административная ответственность сотрудников уголов­но-исполнительной системы в соответствии с нормативными пра­вовыми актами, регламентирующими порядок прохождения служ­бы в ФСИН России в ее учреждениях и органах и их правой статус, то есть они выступают в роли особых субъектов административной ответственности. Ответственность обусловлена особыми признака­ми правового положения - наличием специальных званий у субъек­та административной ответственности (например, при совершении мелкого хулиганства (ст. 20.1), стрельбы из оружия в не отведенных для этого местах (ст. 20.13) и др.).

Таким образом, административную ответственность сотрудни­ков уголовно-исполнительной системы можно определить как при­менение в установленном законом порядке в целях защиты прав и законных интересов физических и юридических лиц специально уполномоченными государственными органами и должностными лицами в пределах их компетенции, предусмотренных федеральны­ми законами, установленных государством мер административного наказания к сотрудникам учреждений и органов ФСИН России за совершение административных правонарушений в соответствии с положениями ст. 2.5 КоАП РФ^[100].

За виновно совершенные административные правонарушения действующим законодательством предусмотрены разнообразные виды административных наказаний. Согласно закону администра­тивное наказание является установленной государством мерой от­ветственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых право­нарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами (ст. 3.1 КоАП РФ). Нормативные положения об административном наказании изложены в гл. 3 КоАП РФ. Исходя из особенностей службы, а также нецелесообразности применения ряда администра­тивных наказаний и в соответствии с законом к ним не применяется административный арест. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 3.9 КоАП РФ административный арест устанавливается и назначается лишь в исключительных случаях за отдельные виды административных правонарушений и не может применяться к лицам, имеющим специ­альные звания, в том числе к сотрудникам уголовно-исполнитель­ной системы.

Таким образом, сотрудники уголовно-исполнительной системы могут привлекаться к ответственности как на общих основаниях, так и с определенными особенностями ввиду наличия определенно­го правового статуса.

Дисциплинарная ответственность. Сотрудники за совершение различных правонарушений, в зависимости от тяжести совершенного ими деликта, могут привлекаться ко всем вышеука­занным видам ответственности. Однако в процессе службы веро­ятность привлечения сотрудника к дисциплинарной ответствен­ности гораздо выше. Подтверждением тому служит устойчивая тенденция высокого уровня служебных проступков среди личного состава уголовно-исполнительной системы. Среднее количество на­рушений служебной дисциплины с каждым годом растет. Так, на примере УФСИН России по Вологодской области за последние три года отмечается стабильно высокий уровень нарушений служебной дисциплины (в 2014 г. было допущено 602 нарушения, в 2015 г. - 591 случай, в 2016 г. - 587 случаев). Как отмечается в информационных письмах за указанный период, 85 % от всех совершенных проступ­ков составляют нарушения исполнительской дисциплины.

Необходимо учитывать и латентность проступков. Многие уче­ные отмечают, что количество невыявленных нарушений составля­ет более 50 % от общего числа нарушений. Объясняется это тем, что сотрудник при поступлении на службу приобретает специфический правовой статус, который помимо прав и законных интересов закре­пляет ограничения, запреты и обязанности сотрудника, за неиспол­нение или ненадлежащее исполнение которых наступает дисципли­нарная ответственность.

Правовая база, регламентирующая порядок привлечения со­трудников к дисциплинарной ответственности, представлена:

- законом Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»;

- Трудовым кодексом Российской Федерации;

- Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации;;

- Инструкцией о порядке применения Положения о службе в ор­ганах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и ор­ганах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 06.06.2005 № 76;

- Инструкцией об организации и проведении служебных про­верок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом ФСИН России от 12.04.2012 № 198.

Дисциплинарная ответственность сотрудников в общем виде предполагает назначение в соответствии с нормативно-правовыми актами, регулирующими прохождение службы в уголовно-испол­нительной системе, установленных дисциплинарных взысканий за совершение дисциплинарного проступка (неисполнение или ненад­лежащее исполнение сотрудником уголовно-исполнительной систе­мы возложенных на него обязанностей).

В соответствии со ст. 38 Положения о службе в органах вну­тренних дел за нарушение служебной дисциплины на сотрудников могут налагаться следующие виды взысканий: замечание, выговор, строгий выговор, предупреждение о неполном служебном соответ-

ствии, понижение в должности, снижение в специальном звании на одну ступень, лишение нагрудного знака, увольнение. В ведом­ственных учебных заведениях, кроме перечисленных, применяются взыскания в виде назначения вне очереди в наряд по службе, а так­же отчисления из учебного заведения. За коррупционные проступки предусмотрено увольнение в связи с утратой доверия.

Процедура привлечения сотрудника уголовно-исполнительной системы к дисциплинарной ответственности будет рассмотрена в третьей главе учебного пособия.

Гражданско-правовая и материальная ответ­ственность. Сотрудники уголовно-исполнительной системы привлекаются также к материальной ответственности. Она выпол­няет правовосстановительную функцию и наступает за должност­ной проступок, который причинил материальный ущерб органам государственной власти (в том числе ФСИН России). Материаль­ная ответственность состоит в возмещении виновным сотрудником причиненного им имущественного ущерба или вреда. Сама по себе материальная ответственность не исключает привлечения виновно­го лица и к дисциплинарной ответственности.

Возмещение материального вреда носит компенсационный иму­щественный характер и обусловлено уменьшением стоимости по­врежденной вещи, снижением или утратой дохода (например, когда осужденный получил травму и не мог выйти на работы), возникно­вением расходов и т. д. К моральному вреду в аспекте рассматри­ваемой темы относятся действия (бездействие) сотрудника уголов­но-исполнительной системы, связанные с применением мер безо­пасности, направленные на умаление достоинства личности или причинение человеку страданий, в связи с посягательством на его достоинство^[101].

Определение размера ущерба при причинении вреда сотрудни­ками уголовно-исполнительной системы при применении мер без­опасности не носит специфического характера и осуществляется в общем порядке, однако это не говорит об отсутствии проблем при определении размера ущерба в рамках конкретного дела. Таким образом, рассмотренные особенности гражданско-правовой ответ­ственности сотрудников за вред, причиненный при применении фи­зической силы, специальных средств и оружия, имеют свою специ­фику и ряд проблемных аспектов.

Так, В. А. Поникаров указывает, что в настоящее время в пени­тенциарной системе отсутствует конкретная как ведомственная, так и федеральная (для военнослужащих был принят соответствующий специальный Федеральный закон от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О мате­риальной ответственности военнослужащих», но этот нормативный акт не распространяется на сотрудников уголовно-исполнительной системы) специальная законодательная процедура привлечения к материальной ответственности лиц, допустивших нарушения в хо­зяйственной деятельности уголовно-исполнительной системы^[102].

Ранее действовал Приказ МВД СССР от 05.04.1984 № 70 «О ма­териальной ответственности военнослужащих, начальствующего и рядового состава за ущерб, причиненный государству». Он был при­нят в соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 13.01.1984 г. и распространялся на сотрудников уголовно-испол­нительной системы.

Указ Президиума Верховного Совета СССР был отменен Феде­ральным законом от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О материальной ответ­ственности военнослужащих». Приказ МВД СССР от 05.04.1984 № 70 в уголовно-исполнительной системе применять нельзя, вви­ду того что он был принят собственно на основе указа Президиу­ма Верховного Совета СССР, который отменен федеральным зако­ном. Следовательно, процедуры привлечения к материальной от­ветственности в уголовно-исполнительной системе отсутствуют, а иные ведомственные акты в данной области общественных отноше­ний остаются несовершенными и противоречивыми.

Выход из сложившейся ситуации - это принятие на федераль­ном уровне закона «О службе в уголовно-исполнительной системе», а также специального федерального нормативного акта, регулиру­ющего привлечение к материальной ответственности работников правоохранительных органов, в том числе сотрудников пенитенци­арной системы, как это сделано в отношении военнослужащих¹.

Сотрудники уголовно-исполнительной системы несут граждан­ско-правовую ответственность в общем порядке, если ущерб нане­сен определенным материальным и нематериальным ценностям не во время исполнения своих служебных обязанностей. Однако в силу специфики правового статуса существуют определенные особенно­сти при привлечении сотрудника уголовно-исполнительной систе­мы к гражданско-правовой ответственности во время исполнения им своих обязанностей, предписанных нормативными актами, ре­гулирующими прохождение службы в уголовно-исполнительной системе. Одной из таких особенностей является возмещение вреда, причиненного при применении мер безопасности.

Сотрудники уголовно-исполнительной системы относятся к категории должностных лиц, и в случае причинения вреда с при­менением физической силы, специальных средств и оружия они становятся специальными субъектами правовых отношений. Вред, причиненный физическим лицам противоправными действиями или бездействием сотрудников уголовно-исполнительной системы, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном законодатель­ством Российской Федерации.

Как отмечает М. Ю. Конарев, ГК РФ предусматривает возмож­ность возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью гражда­нина, а также морального вреда в случаях неправомерного примене­ния мер безопасности (вред, причиненный правомерными действи­ями, подлежит возмещению в случаях причинения при пресечении террористического акта)^{[103] [104].}

Неправомерным применением физической силы, специальных средств и оружия следует считать несоразмерно поставленной за­конной цели большее оказание сотрудниками уголовно-исполни­тельной системы принудительного физического воздействия на подозреваемых, обвиняемых, осужденных или иных лиц, а равно объекты окружающего пространства, характеризующегося исполь­зованием индивидуальных умений и навыков, специальных средств и оружия, состоящих на вооружении у сотрудников, а также их поражающих свойств. К случаям неправомерного применения мер безопасности сотрудниками уголовно-исполнительной системы от­несены также случаи применения ими любых подручных средств в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости при отсутствии специальных средств или оружия.

При правомерном применении мер безопасности сотрудники уголовно-исполнительной системы причиняют телесные повреж­дения и иной физический вред подозреваемым, обвиняемым, осу­жденным или иным лицам, ограничивают их права и свободы в соответствии с требованиями действующего законодательства Рос­сийской Федерации, приказов и инструкций ФСИН России. Случаи применения физической силы, специальных средств и оружия со­трудниками рассматриваются как случаи правомерного их приме­нения, если они обусловлены исполнением законных обязанностей в рамках должностных полномочий или наличием обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Одной из особенностей возмещения вреда при неправомерном применении мер безопасности сотрудниками уголовно-исполни­тельной системы будет определение надлежащего ответчика в ходе гражданского процесса, поскольку сотрудник, являясь непо­средственным субъектом спорных правоотношений, осуществляет свою деятельность в Федеральной службе исполнения наказаний. Так, в рамках дела о причинении вреда гражданско-правового ха­рактера сотрудником при применении физической силы, специаль­ных средств, оружия или любых подручных средств ответчиком в суде будет ФСИН России, юридическим интересом которой будет доказывание правомерности применения мер безопасности своим сотрудником. В случае, если такая правомерность будет доказана, сотрудник не вступает в процесс и освобождается от ответствен­ности. Если будет доказана неправомерность действий сотрудника при применении мер безопасности, то в соответствии со ст. 1069 ГК РФ причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Россий- ской Федерации. При этом ФСИН России будет вправе переложить ответственность на соответствующего сотрудника в порядке ре­гресса¹.

Разделяя в целом предложенную И. С. Кокориным квалифика­цию случаев наступления гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный применением физической силы, специальных средств и оружия сотрудниками ОВД, расширим охватываемый им субъект. Так, ответственность за вред, причиненный примене­нием физической силы, специальных средств и оружия сотрудни­ками уголовно-исполнительной системы, наступает: а) по правилам ст. 1069 и п. 2 ст. 1070 ГК РФ при незаконном причинении вреда;

б) по правилам ст. 1079 ГК РФ, когда вред причинен отдельными видами специальных средств и оружия, подпадающих под понятие источника повышенной опасности^{[105] [106].}

Порядок определения правомерности в аспекте причинения вреда сотрудниками уголовно-исполнительной системы при приме­нении мер безопасности характеризуется соответствием действий данных лиц требованиям законодательства Российской Федерации и правовых актов ФСИН России.

Вред, причиненный сотрудниками уголовно-исполнительной системы при применении физической силы, специальных средств, оружия и иных подручных средств, в рамках гражданских правоот­ношений дифференцируется на материальный и моральный.

Таким образом, сотрудники уголовно-исполнительной системы могут быть привлечены ко всем видам юридической ответственно­сти, которые закрепляет современное законодательство. Порядок привлечения сотрудников к изученным видам ответственности зависит от того, исполнял ли сотрудник во время совершения пра­вового деликта обязанности, предписанные службой, или нет. Как правило, в случае, когда сотрудник находится не при исполнении должностных обязанностей, порядок привлечения ко всем видам ответственности является общим, как и для остальных категорий граждан. Однако при исполнении должностных обязанностей при­обретаемый правовой статус сотрудника предполагает определен­ные особенности при привлечении его к юридической ответствен­ности. Иными словами, сотрудник приобретает статус специально­го субъекта возникающих правоотношений.