Проблема никуда не денется

Проблема практического и идейного наследия приватизационных сделок сама по себе «не рассосется». Даже если нефть будет стоить двести долларов за баррель. Она останется и при негативном сце­нарии, если нефть существенно упадет в цене, а все несогласные и недовольные дружно потянутся за рубеж.

Избежать возможных уже в краткосрочной перспективе соци­ально-экономических потрясений либо существенно смягчить их удастся, если руководство страны наконец-то решится на серьез­ные меры по легитимации собственности производственного на­значения, приватизированной по предварительному, эксклюзив­ному — как многим это было ясно с самого начала — сговору за­интересованных лиц.

Конечно, определенных институциональных и политических проблем при этом не избежать. Но у государства есть достаточно рычагов, чтобы с ними справиться. Особых, непреодолимых тех­нических преград на этом пути я не вижу: выяснить, кто был вы­годоприобретателем той или иной сделки, не так уж сложно, осо­бенно при наличии политической воли и более или менее «до­бровольного» согласия самих субъектов соответствующих сделок. Тем более что добрая половина из этих лиц уже и так в том или ином виде подверглась экспроприации. Рассчитать же адекват­ную сумму компенсации на основе предварительно выработанных и принятых критериев — задача, с которой вполне может спра­виться группа квалифицированных экспертов.

Неубедительными и, мягко говоря, ошибочными выглядят ссылки апологетов нечестной приватизации на то, что она, мол, проводилась в соответствии с действовавшими на тот момент за­конами. Мы хорошо помним и то, как писались те законы и ука­зы, и то, что принимались они не в интересах большинства, а под растущие аппетиты бандитского капитализма, вскоре ставше­го олигархическим с благословения тогдашних идеологов это­го процесса.

Еще менее состоятельны попытки различных ангажирован­ных и добровольных защитников олигархического бизнеса, не­когда «сорвавшего банк» в игре в «поддавки» с государством, «за­болтать» принципиальную проблему пространными сентенци­ями о том, что любая собственность священна и если поставить под сомнение правомерность приватизации крупной собственно­сти, то пострадают также многочисленные владельцы приватизи­рованных малогабаритных квартир в панельных хрущевках и дач­ных шести соток.

Между тем в стране нет проблемы легитимации такой собст­венности. Есть определенные трудности с соблюдением права на нее в реальной жизни и защитой его в судах. Но само по себе пра­во частной собственности в обществе сомнению не подвергает­ся, поскольку злоупотреблений со стороны подавляющего числа граждан — непосредственных выгодоприобретателей от привати­зации такого рода собственности не было. Подобные полемиче­ские «хитрости» крайне правых, представляющих интересы круп­ного бизнеса, шиты белыми нитками и призваны запутать либо за­пугать рядовых граждан с целью привлечения их голосов на свою сторону в ходе политической борьбы.

Нечего также опасаться и традиционному мелкому предпри­нимательству: право собственника распоряжаться своим магази­ном или парикмахерской всерьез никем не оспаривается, тем бо­лее что в большинстве случаев там и распоряжаться-то особенно нечем. Не случайно ведь, что такой бизнес способен выживать при любой власти и даже в отсутствие таковой.

Другое дело — крупные предприятия. Их владельцы, по опре­делению, зависят от власти и ее решений. Для того чтобы они мо­гли заниматься частным бизнесом с прицелом на длительную пер­спективу, вкладывать силы и средства в его развитие и модерниза­цию, необходимо точно знать: кто и на что имеет право и будет ли это право признаваться властью и обществом через пять, десять или тридцать лет?

При этом речь идет не только и не столько о формальном пра­ве. На бумаге можно записать все что угодно, но если это право не подкрепляется практикой отношений, то грош ему цена. Единст­венная действительная гарантия — это сила инерции обществен­ного сознания, которое признает (или не признает) за конкрет­ными гражданами их естественное и неоспоримое право распо­ряжаться тем или иным имуществом. Понятно, что важная роль в процессе легитимации принадлежит власти, которая своим дей­ствием или бездействием во многом формирует сознание общест­ва, хотя и не может при этом определять его всецело.