Выбор пути

Постижение права. – Уроки Истории. – Альтернатива

Постижение права. Противоборство «двух философий» по вопросам права на российской земле ставит каждого из нас, каждого российского гражданина перед необходимостью ясно представлять себе оптимальный результат правового развития России, что и делает каждого из нас, каждого гражданина участником происходящих здесь событий.

вовое просвещение», а п о с т и ж е н и е п р а в а.

Почему «постижение»?

По крайне мере, по двум причинам.

Прежде всего общество призвано «постигнуть» право в самом точном, строгом смысле слова. Постигнуть – в смысле понять, открыть для себя, отбросив примитивные, упрощенные, чисто внешние представления. Точно так же, как постигают истину, ту или иную ценность

(как, быть может, постигают Бога?). То есть увидеть в праве не просто законы, не просто некие «веления» и требования порядка, государственную волю и общеобязательные нормы, что-то сугубо внешнее,

по большей части чуждое человеку, а исконно свое, конкретно и реаль-

но гуманистическое, неотделимое ни от одного из людей, – то, без чего у меня, у тебя, у каждого из нас по-настоящему человеческой жизни нет и не будет.

И другая, не менее важная причина. Постижение права – это освоение права обществом и каждым человеком, такое состояние общества, культуры, умов и чувств людей, когда право, притом именно гуманистическое, основу и стержень которого образуют высокое достоинство человека, его неотъемлемые права, – проникает в самые недра, глубины общества, жизни и души каждого человека, а потому становится их неотъемлемой, органической частью, частицей самой их плоти, сущности.

267

Философия права

Хотелось бы в этой связи вернуться к мыслям И.А.

Все то, о чем говорит И.А. Ильин («принятие свободы», ее «взятие»,

«верное ее осуществление», «понимание ее правовой формы и правовых пределов» и др.), это и есть постижение права.

Благоприятная, оптимистическая тенденция правового развития – та, которая ориентирована на демократические, гуманистические начала (а не на силовое господство), и состоит в этом самом постижении

права всем российским обществом, а значит – к а ж д ы м человеком.

Возможно, все мы, кто ныне живет и работает в России, находимся в уникальной жизненной ситуации: мы так или иначе участвуем в выборе пути, по которому пойдет развитие российского общества, и, надо надеяться, участвуем в самом, быть может, трудном и ответственном свершении в ходе становления современной (либеральной) цивилизации – в осуществлении указанной благоприятной, оптими-

стической тенденции, в постижении гуманистического права Россией.

Уроки Истории. Мысль о том, что Историю не обманешь (не «выпрыгнешь на ходу», не «перескочишь» через ее вехи), все более утверждается в нашей жизни. Увы, лишь после того, как российское общество, все мы не раз и очень жестоко поплатились за пренебрежение исторической логикой, не раз испили горькую чашу разочарований и бед, отдали сполна за наши опрометчивые народническо-большевистские броски в светлое будущее, красногвардейские атаки – то во имя всеобщего счастья людей труда, то во имя скорого капиталистического процветания.

А теперь – главное.

Думается, в нашем обществе еще не до конца осознан основной урок Истории, касающийся нынешней стадии бытия и развития человечества, урок, состоящий в том, что путь в общество современной

(либеральной) цивилизации – это п у т ь п р а в а.

Эта тема в последующем станет предметом особого рассмотрения: она, надо полагать, дает основания для вывода о необходимости новых подходов к самим основам теории либерализма.

268

1 Ильин И.А. Путь к очевидности // Собр. соч. Т. 3. С. 510.

Глава шестая. А что дальше?

А пока – несколько соображений на этот счет, касающихся нашего Отечества.

Хочется высказать гипотезу о том, что, быть может, для России, ее будущего постижение права играет и свою, в чем-то особую, незаменимую роль.

И дело, возможно, даже не столько в том, что в какой-то мере этот путь определен исторически – нашими, как можно догадаться, исконно русскими, «доимперскими» правовыми «корнями». И даже не столько теми оптимистическими правовыми тенденциями, которые проявились в России начиная со второй половины XIX века на основе судебной реформы 1864 года.

Главное, по моим предположениям, в другом.

Ведь что ни говори, позитивные факты российской правовой действительности конца XIX – начала XX века, связанные с судом присяжных, утверждением в общественном мнении конституционноправовых начал, подъемом правовой науки, оказались куда более впечатляющими, чем даже шумно-скандальная практика «русского парламентаризма», выраженного в деятельности Государственных Дум в краткий исторический промежуток между революционными событиями 1905–1917 годов. Недаром при внимательном взгляде на события, происходящие после февральской революции 1917 года, нетрудно заметить, что в неуправляемой стихии революционной вольницы все более определенно давали о себе знать крепнущие правовые начала (в ориентации на определение будущего России через Учредительное Собрание, в отработке правовых основ его формирования, в организации и деятельности Следственного комитета).

И возникает предположение-догадка: не означает ли все это, что российское общество какими-то самыми чувствительными своими

«рецепторами» уловило предпочтительность для себя опережающего правового пути в ходе неизбежного перехода к современной (либеральной) цивилизации?

К тому же непредвзятый и строгий анализ более чем двухсотлетней истории западного парламентаризма свидетельствует о том, что свободные выборы и основанные на «парламентские и муниципальные институты, другие демократические формы (в частности, референдумы, плебисциты) при всей их важности и незаменимости имеют все же для демократии ограниченное значение.

269

Философия права

Именно эти обстоятельства стали причиной зарождения тех уже отмеченных тенденций в конституционном развитии западноевропейских стран, особенно стран, переживших фашистские диктатуры, которые обусловили новейшие направления в построении конституций: выдвижение на первое место прав и свобод человека как основы гуманистического права, его первенство и верховенство в демократическом развитии.

Альтернатива. И вот тут приходится сказать о наших сегодняшних

трудностях и сомнениях, которые расходятся, казалось бы, с общепринятыми, привычными демократическими чаяниями и, пожалуй, даже иллюзиями.

Судя по многим данным, наши расчеты быстрыми темпами построить крепкую российскую государственность по западным, сугубо парламентарным, образцам оказались в чем-то опрометчивыми. Огромность территории страны, этническая перемешанность, национальные и региональные страсти – все это, как и небывалая разруха в стране после десятилетий коммунистического господства и неудач в реформах, привело к тому, что интенсивно вводимые в нашу жизнь стандартные западные институты парламентаризма и муниципального самоуправления оказались в современных условиях еще неспособными обеспечить стабильное и динамичное демократическое реформирование и модернизацию общества.

Вот и стали звучать со многих сторон призывы к «крепкой государственности», которые на поверку (куда уж «больше государственности», чем в нашей отчизне) означают не что иное, как расширение авторитарных методов властвования. Вот и происходят на деле процессы (начиная с некоторых конституционных установлений, и в особенности с самой государственной практики), свидетельствующие о все большем реальном утверждении таких методов, продиктованных будто бы всего лишь кризисными ситуациями, отсутствием иного выхода.

ми, их совершенствованием, такое преимущественное (опережающее)

правовое развитие, которое в соответствии с отмеченной ранее тенденцией сориентировано на демократические, гуманистические начала. Сказанное также касается и власти, которая в нашем огромном, супербольшом многосложном обществе неизбежно и по традиции дол-

270

Глава шестая. А что дальше?

жна быть достаточно сильной (но – не всесильной). И вновь слово И.А. Ильину: «Сильная власть грядущей России должна быть не внеправовая и не сверхправовая, а оформленная правом и служащая по праву, при помощи права – всенародному правопорядку»1.

На этой оптимистической смысловой ноте следует прервать размышления о перспективной, надо полагать, тенденции. Целесообразнее продолжить их позже, после того, как будут рассмотрены существующие в российской действительности трудности и проблемы – все то, что вызывает тревогу, причем – острую тревогу за перспективу правового развития России, а значит – за будущее нашего Отечества.

1.