II. в столкновениях с жизнью

Учеба – учебой. Наука – наукой. Со всеми их сложностями, рутиной, откровениями, разочарованиями, удачами, потерями, перспективами. Но рядышком, захватывая и нас, студентов, потом – аспирантов, начинающих преподавателей, шла человеческая жизнь, вся жизнь.

С ней, с жизнью судов, прокуратуры, адвокатуры, арбитражей, юрисконсультов, довелось познакомиться еще в студенческие годы во время практики, стажировки. На преподавательском поприще несколько лет во время отпуска судьи (на месяц-другой, каждый год) на одном из судебных участков района выполнял судейские функции – миссию судьи по полной программе (отсюда сохранившееся до сей поры трепетное отношение к судам как делу родному, близкому).

Во многом реальное положение дел в практической юриспруденции, состояние и деятельность советских юридических учреждений («органов») оказались именно такими, какими они и должны были быть в обстановке диктатуры пролетариата и революционного правосознания партийного государства, объявленного в документах «общенародным», – без отсебятины, строго по партийным решениям, в интересах коммунизма, безо всяких гуманистических сантиментов и других буржуазных выкрутасов.

Но встретилось в практической жизни и другое.

Это «другое» потихонечку нарастало в ходе преподавательской работы и раздумий по научным вопросам, в дискуссиях с коллегами, в практической жизни.

А когда общество во второй половине 1980-х гг. взорвалось перспективой перемен и началось движение в сторону глубоких преобразований («перестройка») со всеми последующими потрясениями, что я отчасти

162

II. В столкновениях с жизнью

попытался отразить в очерке о Горбачеве и Ельцине, то в сложных перипетиях внутренней духовной борьбы и драматических процессов окружающей действительности стали раскрываться главные ценности действительно человеческого общества – ценности права.