КОРОЛЕВСКИЙ СУД — СПРАВЕДЛИВЫЙ СУД

Одним из первых средневековых правителей, укрепившим свое государство, был английский король ГенрихП. Герцог французской провинции Анжу становится королем. Королева Франции Алиенора полюбила его, развелась с мужем и принесла новому супругу в приданое богатые владения. Вскоре молодой герцог как родственник английских правителей получил право на английский престол и в результате стал государем Англии и части Франции. Каково управлять таким большим государством, чьи земли к тому же разделены морем. Кругом множе

ство непослушных вассалов, а правящий по соседству французский король только и мечтает о какой-нибудь гадости.

Правда, Генриху было немного легче. За сто лет до его правления Англия была захвачена нормандским герцогом Вильгельмом Завоевателем. Как и подобает завоевателю, он подчинил себе всех вассалов королевства, разрушил замки непокорных феодалов и начал укреплять свое государство. Правда, после смерти Вильгельма власть английских королей опять ослабела, но все же Генрих II вводил свои новшества не на пустом месте.

Король знал: управляя такими обширными землями, нельзя сидеть на одном месте, поэтому Генрих беспрерывно путешествовал, как и Карл Великий, — сегодня он в своем дворце в Лондоне, а через несколько дней, узнав, что волнуются подданные его французских владений, направлялся к одному из многих мощных замков в Анжу или Аквитании. За государем-путешественни- ком покорно перемещались и его придворные. Они знали, что с их суровым королем лучше не спорить. Генрих рассылал приказания во все концы страны — иногда они были важными, иногда не очень. Бывало, что следующее королевское распоряжение отменяло то, которое было послано за несколько часов до него.

главное — постоянно напоминать подданным, что у них есть король и они обязаны ему подчиняться.

Генрих II быстро понял, что одних беспрерывных поездок и многочисленных указаний не достаточно. Как бы много он ни путешествовал, одновременно во всех концах королевства находиться было не возможно. Нужны были верные люди, которым можно было бы поручить управление. Казалось бы, это должны быть вассалы кот роля, живущие в той или иной части страны, но в таком случае их власть могла резко возрасти. Король где-то далеко, а вот барон здесь, в замке, со своими воинами, и с ним лучше не спорить. Феодалы и так считали себя владыками всех людей, живших на их землях, независимо от того, были они крепостными или свободными. Генрих решил напомнить жителям Англии, что власть принадлежит все-таки ему, а не его вассалам. Он начал опираться на тех, кто мог бы быть недоволен властью баронов и герцогов. Король разослал по всему государству своих представителей, они призвали к себе по двенадцать свободных людей, известных своим благородством и честностью. Приглашенные давали клятву-присягу, что они будут сообщать королевским слугам все, что им известно о всех преступниках, действующих в округе. Таким образом,

многие люди, потерявшие надежду найти справедливость у местного феодала, могут надеяться на помощь королевского правосудия. Двенадцать свободных людей, двенадцать присяжных, положили начало будущему справедливому и беспристрастному суду.

Самые важные дела Генрих II не доверял даже своим посланцам. Их должен был разбирать королевский суд в присутствии самого государя. Никого не волновало то, что он все время переезжал с места на место. Те, кто хотел добиться его решения, ездили вслед за Генрихом II и его придворными, пока их дело не решалось окончательно.

Позже французский король Людовик IX тоже начал вводить в своем королевстве новый суд, но все было немного по-другому.

войны король не мог: не хватало сил. Но он запретил вассалам воевать друг с другом в течение первых сорока дней после начала ссоры. За это время они должны были обратиться за помощью к королю и, только если его решение их не устраивало, имели право взяться за оружие. Народ благословлял доброго короля, сократившего войны в стране, и феодалы постепенно начали привыкать к мысли о том, что с государством все же надо считаться.