Статус юридического лица интеграционных образований

Все Европейские сообщества официально наделены стату­сом юридического лица. Сравнительно развернутая характери­стика этого статуса дана уже в первом учредительном договоре. Статья 6 Договора о ЕОУС 1951 г.

В каждом из государств-членов Объединение обладает наи­большей правоспособностью, предоставляемой юридическим лицам в данном государстве; Объединение может, в частности, приобретать или отчуждать движимое и недвижимое имущество и выступать стороной в суде.

Объединение представлено своими институтами — каждым в рамках их полномочий».

Приведенная формулировка интересна в том отношении, что она, во-первых, сравнительно четко определяет как внут­реннюю, так и международную правосубъектность интеграци­онного образования (право вступать в сношения с третьими го­сударствами и соответственно заключать с ними соглашения, необходимые для достижения целей самого Объединения).

Во-вторых, указывается на максимально широкую право­способность данного юридического лица, осуществляемую на территории государств-членов, входящих в Объединение. Само по себе право владения и распоряжения движимым и недвижи­мым имуществом, право его свободного отчуждения или при­обретения не является какой-либо новеллой в праве, так же как

и право искать и отвечать по суду. Обращает на себя внимание, однако, постановка вопроса о том, что объединение обладает такими правами в максимально широком и полном объеме на территории всех государств-членов. Это особенно важно, если соотнести данное положение с постановлениями Соглашения об иммунитетах и привилегиях Сообществ, а затем и Союза на территории государств-членов. Обладание такими иммунитета­ми и привилегиями сближает статус юридического лица Сооб­ществ со статусом юридического лица, которым обладают не­посредственно государства-члены.

В-третьих, особо важное значение имеет содержащееся в данной статье уточнение, согласно которому права, происте­кающие из статуса юридического лица, осуществляются инсти­тутами объединения. На практике такого рода институтом в пе­риод существования ЕОУС являлся Высший руководящий ор­ган, а с созданием Сообществ такого рода полномочия перешли в основном к ЕК. В связи с этим следует обратить внимание на то обстоятельство, что службами, подчиненными Комиссии, и самой Комиссией заключаются многообразные по своей при­роде частноправовые контракты, осуществляемые в пределах полномочий Сообществ, и ответственность по которым несет Сообщество в лице Комиссии. Ответственность по контракт­ным обязательствам не следует смешивать с ответственностью политико-правового характера. Действие или бездействие ин­ститутов Европейских сообществ по выполнению задач, преду­смотренных учредительными договорами, могут быть оспорены путем применения особой системы исков в рамках ЕС, главны­ми из которых являются иски о неисполнении обязательств, иски о бездействии и иски об аннулировании. Ответственность по такого рода искам, рассматриваемым судебными органами ЕС, несут те институты, которые ответственны за такого рода действия (бездействие) или акты. В тех случаях, когда какой- либо акт исходит одновременно от двух институтов, например, совместный регламент Совета и Парламента, иск может вчи­няться каждому из этих институтов.

Вопрос о трактовке прав и полномочий, проистекающих из статуса юридического лица во внутреннем праве, не вызвал особых споров или возражений. Несколько сложнее обстояло дело с определением международной правосубъектности Евро­пейских сообществ. Непосредственно в самих учредительных договорах весьма лаконично трактуется вопрос о праве Сооб­

ществ заключать отдельные виды международных соглашений. На этом основании была высказана и поддержана рядом госу­дарств-членов точка зрения, согласно которой Сообщества об­ладают ограниченной международной правосубъектностью.

В отличие от Европейских сообществ ЕС формально стату­сом юридического лица не был наделен. Одна из главных при­чин сложившейся ситуации заключается в том, что круг веде­ния ЕС охватывает особо важные и чувствительные для нацио­нальных государств сферы. Это вопросы внешней политики и сотрудничества в области юстиции и внутренних дел. Целый ряд государств высказали опасение, что наделение ЕС статусом юридического лица резко расширит полномочия Союза в этих областях и позволит практически распространить на них юрис­дикцию Суда ЕС. И это в то время, когда формально сфера об­щественных отношений, относимая ко второй и третьей опо­рам (за некоторыми исключениями), под юрисдикцию Суда ЕС не подпадает.

Сложилась несколько парадоксальная и своеобразная ситуа­ция, поскольку в ряде случаев переговоры ведутся практически от имени ЕС. Например, расширение имеет место в рамках ЕС, принципиальные решения принимаются Европейским со­ветом, однако формально-юридически ЕС стороной в этих со­глашениях не является.

ся положения может быть найден в связи с тем, что Сообщест­ва и Союз обладают единой системой институтов. Права юридического лица, присущие Сообществу, осуществляются на практике институтами Сообществ. Но одновременно эти же институты являются и институтами Союза. Конечно, подобная правовая двусмысленность не укрепляет позиции ЕС на меж­дународной арене. Это приобретает особую значимость на со­временном этапе, поскольку активность институтов ЕС за по­следние годы в этой сфере заметно возросла, особенно после изменений, внесенных в правовой механизм общей внешней политики Амстердамским договором, становления ОЕПБО и учреждения поста Верховного представителя ЕС по вопросам общей внешней политики и политики безопасности.

Вопрос о международной правосубъектности ЕС решен в Конституции ЕС. Договор, учреждающий Конституцию для Европы, категоричен. Он содержит весьма лапидарную, но тем не менее очень значимую формулировку. Соответствующая ста­тья гласит: «Союз наделяется статусом юридического лица». Детализация содержится в последующих постановлениях Кон­ституции. Они в основном воспроизводят применительно к ЕС те положения, которые содержались еще в Договоре о создании ЕОУС. Строго и безоговорочно решает Конституция вопрос о международной правосубъектности Союза со всеми вытекаю­щими отсюда последствиями. Договоры, заключаемые Союзом, гласит Конституция, обязывают Союз и государства-члены.

Рассматривая вопрос о статусе юридического лица, следует обратить внимание на то, что им могут быть наделены отдель­ные финансово-экономические органы, осуществляющие не­посредственно оперативную деятельность в соответствующей сфере ведения ЕС. Таковы, например, ЕИБ и ЕЦБ. Кроме то­го, Европейские сообщества обладают правом создания и соот­ветственно участия в деятельности и имуществе различного ро­да ассоциаций и организаций, статус которых определяется их собственными уставными документами. Такие организации и учреждения, например Европейская полицейская организация (Европол), могут обладать статусом юридического лица соглас­но собственным уставным документам. Это самостоятельные юридические лица, осуществляющие свои полномочия в рам­ках собственной компетенции. Юридической ответственности за их действия ЕС не несет.

2.3.