<<
>>

§ 2. Теоретическая модель и критерии оценки эффективности предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства

В целях разработки эффективных мер предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства необходимо сформировать теоретическую модель такой предупредительной деятельности. В Российской Федерации на современном этапе развития общесоциальные меры противодействия различным видам преступности имеют много общего, в связи с чем особый интерес для рассматриваемого вида предупредительной деятельности представляет теоретическое моделирование специального предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства.

Если общесоциальные криминологические меры профилактики осуществляются независимо от криминогенных факторов (хотя и с учетом их наличия, интенсивности, распространенности), то меры специальной профилактики целиком обусловлены наличием преступности, ее состоянием и характером действующих криминогенных детерминант[535].

Следует заметить, что в криминологии теоретическое моделирование является одним из распространенных методов познания. Суть его заключается в том, что характеристики познаваемого объекта воспроизводятся в виде упрощенной схемы или модели[536].

О теоретическом моделировании еще почти полвека назад писал А.Э. Жалинский, который определил, что актуальным представляется анализ предмета и системы теории предупреждения преступлений, имеющий целью выяснить более подробно компетенцию криминологии в исследовании данной сферы социального регулирования, пределы и содержание криминологической разработки вопросов профилактики преступлений[537].

Примерно в то же время Г.А. Аванесов отмечал, что моделирование в криминологии становится обычным инструментом, который позволяет разрабатывать научные основы для реального управления процессами борьбы с преступностью[538].

По мнению С.В. Бородина, моделирование — одна из основных категорий теории познания. Теоретическое моделирование широко применяется для того, чтобы в результате исследования и построения модели получить наиболее полное представление об изучаемом явлении или процессе. Оно позволяет определять и уточнять характеристики и рациональные способы их взаимодействия. Моделирование используют и как критерий проверки научных знаний, их объективности и применимости на практике[539].

Представляется, что теоретическое моделирование необходимо и для разработки мер предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства. Полагаем, что прежде, чем определить содержание элементов предупредительной деятельности, следует сначала рассмотреть лексическое значение такой языковой единицы, как «модель». В специализированных изданиях под данным термином понимается:

образец, служащий эталоном (стандартом) для серийного или массового воспроизведения[540];

образец, образцовый экземпляр какого-нибудь изделия, воспроизведенный, обычно в уменьшенном виде, образец какого-нибудь сооружения[541];

образец какого-нибудь изделия, а также образец для изготовления чего- нибудь[542];

схема какого-либо объекта или явления[543];

вспомогательный объект, замещаемый изучаемый объект, представленный в наиболее общем виде[544];

мысленный или условный образ, аналог какого-либо объекта, процесса или явления, воспроизводящий в символической форме их основные типические черты[545].

Таким образом, применительно к рассматриваемой проблеме под теоретической моделью специально-криминологического предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства следует понимать определение и описание системы элементов, связей и отношений между ними, в достаточной степени воспроизводящей существенные особенности основных направлений и конкретных мер профилактики, предотвращения и пресечения указанных общественно опасных деяний.

Схематически данная модель изображена на рис. 18.

Рис. 18. Теоретическая модель специально-криминологического предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства

Согласно данной модели, прежде чем разрабатывать меры, направленные на предупреждение преступлений против участников уголовного судопроизводства, субъекты предупредительной деятельности должны получить информацию о лицах, которые могут совершить общественно опасные деяния рассматриваемого вида, об угрозах, поступающих в адрес участников уголовного судопроизводства, иных конфликтах, связанных с участием в уголовном процессе, замышляемых, готовящихся, совершаемых преступлениях. Такая информация может поступать из различных источников (государственных органов, общественных объединений, организаций, учреждений, средств массовой информации, отдельных граждан и т.п.), а также добываться оперативным путем.

Далее полученную информацию необходимо обработать и проанализировать, после чего определить степень ее достоверности. В зависимости от территории предупредительной деятельности на основе статистических показателей и опроса населения оценивается оперативная обстановка в стране, отдельно взятом регионе или на местном уровне. На данном этапе исследуются криминологические характеристики как преступлений против участников уголовного судопроизводства, так и личности преступников, их совершающих. После этого выявляются объекты, в отношении которых предстоит осуществлять предупредительные мероприятия. К объектам специально-криминологического предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства относятся:

причины и условия как всей преступности, так и отдельных ее разновидностей, поскольку преступления рассматриваемого вида, как уже указывалось, входят во многие виды преступности;

причины и условия совершения преступлений, посягающих на права, свободы и законные интересы участников уголовного судопроизводства;

лица, склонные к совершению таких преступлений, и уже их совершившие;

потенциальные жертвы рассматриваемых общественно опасных деяний.

Анализ полученной информации, оценку оперативной обстановки и определение объектов осуществляют также субъекты предупредительной деятельности.

Прежде чем уточнить субъектов предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства, следует заметить, что зарубежная практика органов государственного управления в сфере обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства относит к ним один самостоятельный орган, который занимается обеспечением безопасности лиц, подлежащих государственной защите, а в России их несколько (ФСБ, органы внутренних дел, таможенные органы и т.д.)[546]. Основная нагрузка по защите участников уголовного судопроизводства от преступных посягательств в настоящее время возложена на Управление по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите (УОГЗ) МВД России, образованное в соответствии с Указом Президента РФ от 6 сентября 2008 г. № 1316 «О некоторых вопросах Министерства внутренних дел Российской Федерации»[547], что сыграло положительную роль в деле предупреждения преступлений рассматриваемого вида.

Тем не менее, Л.В. Брусницын отмечает, что, кроме УОГЗ МВД России, в ФСБ та же функция возложена на уже существующие подразделения[548]. Данное положение зафиксировано и в ряде правовых актов[549]. Безусловно, каждый правоохранительный орган должен стараться обеспечить безопасность участников уголовного судопроизводства своими силами и средствами. Однако в юридической литературе встречается мнение, согласно которому для профессионального обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства необходима единая служба, причем находящаяся вне ведомств МВД, ФСБ и других правоохранительных органов, в которых имеются подразделения предварительного расследования и дознания[550].

На наш взгляд, говорить об образовании такого единого органа преждевременно, поскольку реформирование правоохранительной системы и создание еще одной федеральной службы создаст новые проблемы, связанные с предупреждением преступлений рассматриваемого вида. Практика развития правоохранительных органов свидетельствует, что создание новых служб не всегда оправдано, так как они через несколько лет своего существования могут ликвидироваться. Так было с Федеральной службой налоговой полиции, Федеральной миграционной службой, Федеральной службой по контролю за оборотом наркотиков и некоторыми другими. Во-первых, данная служба будет дублировать ряд функций правоохранительных органов, связанных с предупредительной деятельностью. Во-вторых, решение задач, направленных на государственную защиту участников уголовного судопроизводства и предупреждение противоправных посягательств в отношении них, возложено на службы, входящие в состав абсолютно разных правоохранительных органов: органы внутренних дел, Федеральную службу безопасности, таможенные органы, военную полицию Вооруженных Сил Российской Федерации и др.

Кроме того, обеспечением безопасности участников уголовного судопроизводства и предупреждением совершаемых в отношении них преступлений занимаются и органы, в которых нет подразделений предварительного следствия и (или) дознания[551].

В настоящее время даже сотрудники подразделений УОГЗ МВД России, а также соответствующих служб иных правоохранительных органов испытывают различные трудности, связанные в основном с вопросами организационноуправленческого характера. К примеру, проблемы возникают при взаимодействии с органами, принимающими решение об осуществлении государственной защиты, в части, касающейся целесообразности применения мер безопасности, их прекращения в отношении лиц, при отсутствии угроз в их адрес, а также при нарушении условий договора защищаемым лицом[552].

Эти вопросы возникают как при осуществлении оперативно-розыскной деятельности, так и при расследовании уголовных дел. Следует отметить, что оперативные подразделения реализовывают свои полномочия по защите участников уголовного судопроизводства при наличии реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его иму- щества[553]. Следовательно, деятельность сотрудников таких подразделений направлена на предотвращение и пресечение преступных посягательств на участников уголовного судопроизводства. Эта деятельность достаточно затратна, поскольку требует привлечения различных ресурсов: человеческих, информационных, материальных, финансовых и др. В связи с этим считаем, что в деятельности по предупреждению преступлений против участников уголовного судопроизводства в целях экономии указанных средств акцент следует делать на профилактические мероприятия. Однако это не свидетельствует о том, что профилактике преступлений против участников уголовного судопроизводства отдается первостепенное место. В деле предупреждения рассматриваемых преступлений необходимо использовать весь комплекс мероприятий, куда должны входить и меры, разрабатываемые различными науками, в частности, уголовным правом, уголовным процессом, криминалистикой, теорией оперативнорозыскной деятельности и т.п.

Безусловно, не только единая организация, но и вся система правоохранительных органов не в состоянии решить всех задач, стоящих перед ними в деле предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства. Поэтому необходимо обратить внимание на соответствующую деятельность различных субъектов предупредительной деятельности. Так, к субъектам специально-криминологического предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства следует отнести в первую очередь государственные органы власти. Причем, все ветви власти имеют определенное отношение к предупреждению преступлений рассматриваемого вида.

Несомненно, основным субъектом в данном случае выступают органы исполнительной власти. Правительство РФ принимает постановления, регламентирующие комплекс мер противодействия преступлениям изучаемой категории. Правоохранительные органы, входящие в состав исполнительной власти, осуществляют предупредительную деятельность в пределах своей компетенции. Немаловажную роль в предупреждении преступлений рассматриваемого вида играют и другие министерства (например, обороны, финансов, здравоохранения и др.). Законодательная власть принимает нормативные правовые акты, в которых содержатся нормы, регламентирующие деятельность по предупреждению преступлений, совершаемых в отношении участников уголовного процесса. Судебная власть также осуществляет защиту прав, свобод и законных интересов рассматриваемых лиц в пределах своей компетенции.

Существенное значение в предупредительной деятельности имеют муниципальные органы и организации, а также общественные организации. К субъектам предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства можно отнести и отдельных граждан, наделенных соответствующими правами и обязанностями, в частности, членов специализированных общественных формирований, общественных помощников сотрудников правоохранительных органов, свидетелей по уголовным делам и др. В число субъектов предупредительной деятельности также должны входить органы, осуществляющие координацию и информационное обеспечение профилактических мер. Перечень специальных субъектов предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства регламентирован отдельными нормативными актами[554].

Противодействие преступности в целом и предупреждение преступлений против участников уголовного судопроизводства в частности немыслимо без научного обеспечения, которое должно быть связано со всеми этапами предупреждения, начиная от получения необходимой информации соответствующими субъектами, заканчивая оценкой эффективности предупредительной деятельности.

Научно обоснованным должно быть прогнозирование уровня совокупности преступлений против участников уголовного судопроизводства и программирование предупредительной деятельности. Думается, что в связи с нестабильным развитием нашего общества, частым изменением законодательства, бесконечным и порой бессмысленным реформированием правоохранительных структур не стоит делать долгосрочных прогнозов. Достаточно прогнозировать будущую криминологическую обстановку в рассматриваемой области на срок до 5 лет. На такой же срок целесообразно составлять планы и программы предупредительной деятельности. В связи с этим вряд ли можно согласиться с В.В. Гордиенко, который считает, что комплексным программам в сфере борьбы с преступностью присуща устремленность в среднесрочную и дальнесрочную перспективы[555].

Программу предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства на последующий срок надлежит составлять только после анализа результатов реализации предыдущей программы, учитывая оперативную обстановку в стране и предполагаемое количество защищаемых лиц.

Составной частью такой комплексной программы должна быть и программа по обеспечению безопасности участников уголовного процесса. Следует отметить, что содержание Государственной программы «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2009-2013 годы»[556] практически повторяет содержание Государственной программы «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2006-2008 годы»[557].

Кроме того, общий объем ассигнований федерального бюджета в 20062008 гг. составил 948,72 млн руб. (то есть 316,24 млн руб. в год), а в 2009-2013 гг. — 1331,36 млн руб. (266,27 млн руб. в год). Таким образом, в последующей Программе объем финансовых затрат, направленных на обеспечение защиты участников уголовного судопроизводства, снизился.

Примечательно, что общий объем ассигнований федерального бюджета на указанные цели в Государственной программе «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2014-2018 годы» также уменьшился и составил 1049,2488 млн руб. (в среднем — 209, 85 млн руб. в год), хотя в общей характеристике сферы реализации данной

Программы отражено, что наметилась тенденция увеличения количества защищаемых лиц и применяемых в отношении них мер безопасности[558].

Помимо этого, в Программе на 2009-2013 годы отмечается, что в ходе ее реализации будут применены меры государственной защиты в отношении свыше 10 тыс. участников уголовного судопроизводства, а в Программе на 2014-2018 годы говорится о защите уже свыше 20 тыс. данных лиц. Таким образом, при существенном (в 2 раза) увеличении числа защищаемых лиц объем финансовых средств на их защиту, как ни странно, уменьшается. Также в Программе на 2014-2018 годы, в отличие от предыдущих Программ, вообще не отражено, на какие конкретные меры защиты будут потрачены финансовые средства. Указанное обстоятельство свидетельствует о формальном подходе и значительном ослаблении мер, направленных на защиту участников уголовного судопроизводства от преступных посягательств.

На наш взгляд, в содержание программы необходимо включить и основные направления, цели, задачи предупредительной деятельности, определить средства и методы предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства.

Представляется, что в данную программу следует заложить весь комплекс мероприятий, направленных на снижение уровня совокупности преступлений против участников уголовного судопроизводства. Именно на этапе прогнозирования и программирования предупредительной деятельности необходимо так распределить силы и средства (в том числе и финансовые), направленные на предупреждение рассматриваемых преступлений, чтобы цели программы были достигнуты, задачи решены[559].

В последние годы усиливается внимание ученых к криминологическому прогнозированию, поскольку именно прогноз позволяет выработать стратегию законодательной и правоприменительной деятельности, выделить приоритеты в противодействии преступности на основе анализа и учета общесоциальных явлений. Более того, он дает возможность осуществлять необходимые маневры силами и средствами субъектов профилактики формировать сбалансированный комплекс общесоциальных и специальных предупредительных мер, определить объем задач и правомочий субъектов противодействия преступности.

Иными словами, прогноз служит основой для разработки системы обоснованных и взаимоувязанных плановых документов, целевых и комплексных программ, предпосылкой для принятия наиболее оптимальных решений в сфере предупреждения преступности[560]. Прогнозирование является инструментом реализации способности человека, классов и групп, общества в целом к обобщению и использованию накопленного опыта[561].

Суть криминологического прогнозирования сводится к тому, что посредством него осуществляется научное предвидение различных криминологически значимых факторов. Достаточно емкие по содержанию и краткие по форме определения криминологического прогнозирования представлены в учебной литературе. Так, криминологическое прогнозирование представляет собой:

научное предсказание основных изменений развития преступности или вероятности совершения преступления конкретными лицами в будущем[562];

систематическое получение информации о будущем состоянии криминологической обстановки на основе использования научных методов и процедур[563];

определение возможного уровня преступности в будущем на основании информации о состоянии преступности и ее детерминант в прошлом и настоящем с помощью специальных методов и моделей[564].

Представляется, что предметом криминологического прогноза совокупности рассматриваемых преступлений является определение их вероятностного уровня в обозримом будущем. Причем, прогностические выводы необходимо учитывать для составления и последующей корректировки планов предупредительной работы.

К.Р. Абызов справедливо указывает, что перспективное криминологическое планирование можно рассматривать как конкретизацию прогнозирования в пространственно-временных характеристиках, как определение конкретных средств достижения поставленной цели. Следовательно, разработка прогнозов предшествует формированию плана во времени, определяет его научную сущность и содержание[565].

На основе прогнозов составляются планы предупредительной деятельности. В свое время П.С. Дагель определял планирование борьбы с преступностью как один из видов управленческого решения наряду с текущим оперативным управлением, ориентированным на повседневное решение возникающих задач[566]. По мнению А.П. Черненко, планирование профилактики правонарушений вообще — это разновидность целенаправленной социальной деятельности разнообразных субъектов профилактики по разработке и реализации планов и мероприятий, направленных на предупреждение различных видов правонарушений, включая преступления, вплоть до искоренения причин и условий, способствующих противоправному поведению в российском обществе[567]. К.Р. Абызов также считает, что планирование объединяет и повышает эффективность деятельности правоохранительных органов, создает условия для успешного сотрудничества и взаимодействия этих органов и общественных организаций при решении общих задач предупреждения преступности, обеспечивая целевое и наиболее рациональное распределение сил и средств среди указанных выше субъектов[568].

Следует отметить, что в криминологической доктрине существует многообразие дефиниций планирования предупредительных мер. Разные авторы, каждый со своей точки зрения, определяют данный вид деятельности по- своему[569].

План является неотъемлемой частью различных программ противодействия преступности, в том числе и программы предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства. Следует подчеркнуть, что нами не преследовалась цель предложить типовой проект такой программы, поскольку постоянно меняющиеся условия реальной действительности требуют периодической, порой, кардинальной, корректировки ее содержания, в частности, круга необходимых мероприятий, субъектов предупредительной деятельности и, конечно же, финансовых условий. Тем не менее, отметим, что в содержание программы должны входить комплексные мероприятия, направленные на профилактику, предотвращение и пресечение преступлений против участников уголовного судопроизводства, в том числе разработка тактических приемов раскрытия и методики расследования преступлений рассматриваемого вида, совершенствование организации государственной защиты участников уголовного процесса и различных отраслей законодательства. Г осударственная программа «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» должна являться составной частью общей программы предупреждения преступлений рассматриваемого вида[570]. Полагаем, что комплексная программа предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства не должна дублировать содержание федеральных целевых и ведомственных программ. Однако ее меры могут реализовываться в составе основных мероприятий государственных программ противодействия преступности, например, Программы Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и предупреждение преступности», утвержденной Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2014 г. № 345 «Об утверждении Государственной программы „Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности”» (в ред. от 31 марта 2017 г.)[571].

Криминалистическое и оперативно-розыскное обеспечение предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства должно быть обязательным элементом предупредительной деятельности. Это связано с тем, что в процессе расследования уголовных дел возможна утечка информации об участниках уголовного судопроизводства, что является одним из условий совершения в отношении них преступлений. Поэтому, как считает Е.И. Комарова, определяя тактику досудебного производства по уголовному делу, следователь на основе оперативно-ситуационного прогнозирования должен определить круг лиц, участие которых в досудебном производстве требует принятия защитных мер[572]. К криминалистическим мерам, направленным на предупреждение преступлений рассматриваемого вида следует отнести как техникокриминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений рассматриваемого вида, так и тактические основы производства следственных и иных действий, направленных на защиту участников процесса, а также мето- дику расследования преступлений, совершаемых в отношении участников уголовного судопроизводства.

Одним из видов предупреждения указанного вида преступлений являются оперативно-розыскные меры, поскольку в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в ред. от 6 июля 2016 г.)[573] регламентировано, что предупреждение преступлений — одна из задач оперативно-розыскной деятельности. К обязанностям органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, согласно ст. 14 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», кроме прочих, относится содействие обеспечению безопасности участников уголовного судопроизводства. Государственная защита участников уголовного судопроизводства должна осуществляться не как отдельный вид деятельности, а как составляющая всего комплекса средств и методов предупреждения преступлений рассматриваемого вида.

В процессе предупредительной деятельности субъекты сталкиваются с несовершенством действующего законодательства, применение которого может существенно замедлить осуществление мер профилактики, предотвращения и пресечения преступлений, совершаемых в отношении участников уголовного судопроизводства. Поэтому одной из приоритетных мер, направленных на предупреждение рассматриваемых деяний, является совершенствование законодательства, в первую очередь уголовного, уголовно-процессуального, оперативно-розыскного. Предупредительная деятельность должна содержать в себе межотраслевой комплекс применения мер безопасности в отношении участников уголовного процесса[574].

По итогам деятельности по предупреждению исследуемых преступлений следует рассмотреть результаты проведенной работы, вследствие чего выясняется, достигнуты ли цели, поставленные в программе предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства. Если они достигнуты, то предупредительная деятельность признается эффективной, если нет, то анализируются сбои и ошибки в модели предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства, в нее вносятся соответствующие коррективы в целях недопущения аналогичных пробелов. Представляется, что прежде чем разработать критерии оценки эффективности мер предупреждения рассматриваемых преступлений, следует рассмотреть лексическое значение слова «эффективность».

Данный термин в различных источниках употребляется в следующих значениях:

результат, следствие каких-либо причин, действий[575];

действенный, дающий необходимый, обычно положительный результат[576];

мера целевой возможности[577];

один из важнейших оснований деятельностного подхода[578]; степень реализованности правовой возможности[579]; степень достижения целей с наибольшей оптимальностью[580]; отношение затрат к результатам, а результатов — к целям[581]; полное достижение целей[582];

отношение между фактически достигнутым результатом и поставленной целью[583].

По мнению Г.Г. Смирнова, эффективность предупреждения преступлений, понятие которой связывается в первую очередь со степенью соответствия предупредительной деятельности ее целям, с достижением (полным или хотя бы частичным) или недостижением их, имеет разноплановый, многоуровневый характер, приуроченный в каждом конкретном случае к тому или иному варианту целеполагания (виду, подвиду целей)[584]. О.В. Гревцов утверждает, что эффективность уголовной политики в области предупреждения преступлений есть интегрированное слагаемое воздействия всех ее составляющих на преступность, причины и условия последней, обеспечивающее меру и степень защиты личности, общества, государства от преступных посягательств[585].

Таким образом, смысл эффективности предупреждения преступлений сводится к тому, что она связана со степенью соответствия предупредительной деятельности ее целям (их достижения или недостижения).

Следует отметить, что некоторые зарубежные авторы связывают эффективность противодействия преступности с применением жестких мер к лицам, совершившим общественно опасные деяния[586]. Тем не менее, большинство ученых поддерживают точку зрения, согласно которой ужесточение уголовного наказания и снижение уровня преступности редко совпадают[587].

На наш взгляд, об эффективности предупредительной деятельности следует говорить лишь в том случае, когда задействован весь комплекс профилактических мер: организационных, экономических, социальных и прочих, и когда на предупреждение преступности направлен комплекс отраслей законодательства: уголовного, уголовно-процессуального, оперативно-розыскного и иных. В связи с этим вызывает возражение мнение С.В. Максимова, который считает, что эффективность общего предупреждения преступлений — это способность уголовно-правового комплекса оказывать на людей удерживающее от совершения преступлений воздействие, характеризующаяся определенным отношением к цели последнего[588].

Одним только уголовно-правовым комплексом невозможно осуществлять предупреждение преступлений, поскольку предупредительная деятельность регламентирована различными отраслями законодательства. Действительно, в ч. 1 ст. 2 УК РФ предусмотрено, что одной из задач уголовного кодекса является предупреждение преступлений. Тем не менее, тождественные задачи предусмотрены и другими отраслями законодательства. Так, согласно ч. 1 ст. 1 УИК РФ одной из его задач также является предупреждение преступлений.

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что в действующей редакции УПК РФ не предусмотрена такая его задача, как предупреждение преступлений. Указанный фактор, на наш взгляд, является значительным пробелом в указанной отрасли законодательства, поскольку УПК РФ служит одним из средств предупредительной деятельности. К примеру, в ч. 2 ст. 2 УПК РСФСР данная задача была регламентирована.

Предупреждение преступлений относится к задачам различных федеральных законов РФ, например: от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (в ред. от 7 марта 2018 г.)[589], от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности» (в ред. от 7 марта 2018 г.)[590], от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в ред. от 6 июля 2016 г.)[591] и др.

Проблемы предупреждения правонарушений (в том числе и преступлений) изучаются, кроме того, различными отраслями права: конституционного, административного, трудового и др. Следовательно, эффективность предупреждения преступлений зависит, прежде всего, от возможности комплексной и согласованной деятельности субъектов предупредительной деятельности и применением не только уголовного, но и других отраслей законодательства.

На наш взгляд, несколько сужает понятие эффективности мер предупреждения преступлений и Э.Х. Нарбутаев, который считает, что под эффективностью правовых мер борьбы с преступностью следует понимать достижение такого уровня совершенства уголовно- и уголовно-процессуально-правовых мер, которые бы исключили условия для незаконного привлечения гражданина к уголовной ответственности, а также нарушения универсального принципа неотвратимости ответственности за содеянное, содержащее признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом[592]. Думается, что в данном случае Э.Н. Нарбутаев не вполне обоснованно ограничивает предупредительные меры только уголовным и уголовно-процессуальным законодательством.

Прежде чем определить основные направления повышения эффективности мер предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства, следует уточнить, в чем выражается данная эффективность.

В криминологической науке встречается разнообразие определений содержания эффективности. В частности, С.В. Векленко полагает, что «эффективность любой деятельности находится в непосредственной зависимости от оптимального соотношения целей деятельности и способов, приемов и средств их достижения»[593]. А.И. Марцев считает, что эффективность общего предупреждения обеспечивается правовым информированием, успешностью деятельности органов государства, ведущих борьбу с преступностью, и уровнем карательного воздействия[594].

С точки зрения А.Х. Миндагулова, эффективная организация предупреждения преступлений предполагает выделение уровней профилактики и установление для каждого из них своих, только ему присущих задач[595]. Д.Б. Магомедов отмечает, что эффективность системы профилактики преступлений более корректно оценивается по наиболее низкому показателю эффективности какой- либо составляющей части (например, общесоциального предупреждения преступности)[596]. А.С. Барабаш и Л.М. Володина пишут: «Эффективность — это понятие, характеризующее основанную на законе деятельность правоприменителя, направленную на достижение социально значимых целей, сформулированных в законе»[597].

Полагаем, что нет смысла перечислять суждения об эффективности предупредительной деятельности, поскольку каждый автор высказывает свою точку зрения. Представляется, что следует придерживаться воззрения о том, что эффективность — категория оценочная. Она раскрывает степень соответствия деятельности поставленным перед ней целям[598]. Поэтому, как отражено в научной литературе, при рассмотрении эффективности предупреждения преступности важнейшее значение приобретает выяснение целей данной деятельности[599]. Причем, как справедливо отмечает Г.Г. Смирнов, эффективность все в большей мере соотносится с реальными, достижимыми, а не фантомными целями. Эф-

фективным становится только то, что, судя по конечным результатам, приносит пользу личности, обществу, государству[600].

В советский период предупреждение преступности и отдельных групп преступлений рассматривалось как основное направление борьбы с преступностью, преследующее цель ее последовательного сокращения и окончательного искоренения[601], поскольку одной из превалирующих идей построения коммунистического общества являлась полная ликвидация преступности. Однако даже в те времена многие авторы, как указывалось в историческом обзоре рассматриваемой проблемы, стремились определить цели предупреждения преступности, не связанные с утопической идеей ее абсолютного устранения, а в виде выявления, снижения, нейтрализации, устранения причин и условий, ей способствовавших.

На профилактику преступлений, как в свое время совершенно справедливо писал А.Э. Жалинский, воздействуют различные условия. Причем, многие условия находятся вне пределов влияния субъектов профилактики и даже вне пределов научного анализа, основанного на специальных познаниях[602]. Он же подчеркивал, что наиболее общий уровень условий эффективности профилактики преступлений составляют общесоциальные условия[603].

Действительно, от общесоциальных явлений, влияющих на уровень преступности, избавиться невозможно. Общесоциальные условия зависят от многих факторов, включая государственную политику, поэтому порой преодолеть их практически невозможно ни субъектам предупредительной деятельности, ни ученым, разрабатывающим меры противодействия преступности. По данному поводу следует согласиться и с точкой зрения Г.И. Забрянского, считающего, что, «поскольку преступность есть наблюдаемая характеристика власти, высокий уровень криминальной напряженности делает проблему преступности в России вопросом политическим»[604]. В связи с этим полагаем, что, говоря о повышении эффективности предупредительной деятельности, все же следует обращать больше внимания на специально-криминологические меры.

Как уже отмечалось, в последние два десятилетия состояние и уровень изучаемых общественно опасных деяний стабильны и находятся в достаточно тесной корреляционной взаимосвязи с состоянием и уровнем общей преступности в России. Потому одной из целей предупредительной деятельности должно быть обусловливание снижения уровня совокупности преступлений против участников уголовного судопроизводства. В данном случае необходимо стремиться к тому, чтобы по возможности не допустить совершения таких преступлений, максимально используя для этого весь арсенал предупредительных мер. Конечно, в целом говорить об исчерпывающем характере данных современной статистики не приходится, поскольку в учетно-регистрационной дисциплине имеется множество пробелов, связанных с несовершенством ее правового регулирования, «погоней» за результатами, ошибками при заполнении статистических карточек, латентностью рассматриваемых преступлений и т.п. Вследствие этого цель, связанная со снижением уровня группы рассматриваемых преступлений, является не единственной и ее следует достигать в совокупности с другими целями предупредительной деятельности. В свою очередь, стремление к увеличению количества предотвращенных и пресеченных преступлений должно быть следующей целью предупредительной работы, поскольку в этом случае снижается и в идеале должен приближаться к нулю уровень тех негативных последствий, которые могли быть причинены участникам уголовного судопроизводства оконченными общественно опасными деяниями.

В Г осударственной программе «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2014-2018 годы», утвержденной Постановлением Правительства РФ от 13 июля 2013 г. № 586 указывается, что в ходе ее реализации наметилась динамика увеличения количества защищаемых лиц и применяемых в отношении них мер безопасности. Однако считаем, что повышение числа защищаемых лиц на самом деле является негативной тенденцией, поскольку свидетельствует о росте противоправных посягательств на участников уголовного судопроизводства. В свою очередь, увеличение применяемых мер безопасности приводит к повышению организационных, материально-технических, финансовых и иных затрат, что становится экономически невыгодным. На наш взгляд, в этом заключена низкая эффективность предупредительной деятельности, поскольку своевременное предупреждение преступлений против участников уголовного судопроизводства, напротив, должно способствовать минимизации затраченных на нее ресурсов.

В связи с указанным обстоятельством третьей целью предупредительной деятельности должно стать достижение сокращения количества лиц, обращающихся в правоохранительные органы с ходатайством о применении к ним мер безопасности. Это будет свидетельствовать о снижении уровня совокупности исследуемых преступлений, поскольку, чем меньше лиц обращается к компетентным органам за защитой, следовательно, тем меньше противоправных деяний (в том числе угроз) осуществляется в отношении участников уголовного процесса. Данная цель корреспондирует со ст. 2 Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 390-ФЗ «О безопасности» (в ред. от 5 октября 2015 г.), п. 4 которой к одному из основных принципов безопасности относит приоритет предупредительных мер в целях обеспечения безопасности[605].

Однако здесь необходимо учесть, что согласно итогам проведенного исследования 44,1% респондентов — участников уголовного судопроизводства из числа опрошенных — ответили, что не заявляли о совершении преступлений в правоохранительные органы (см. приложение 2). Представленные данные свидетельствуют о достаточно высоком уровне латентности преступлений рассматриваемого вида. Таким образом, почти половина преступлений против участников уголовного судопроизводства не регистрируется вследствие того, что потерпевшие от таких преступлений не обращаются в компетентные органы. Но даже полученная цифра не отражает реальной картины уровня латентности преступлений против участников уголовного судопроизводства, поскольку в ходе исследования опрошена лишь часть участников процесса. Причем, участники уголовного судопроизводства не всегда заявляют в правоохранительные органы о совершении в отношении них преступлений по причине неверия в реальную защиту от преступных посягательств (30,0%). На низкую эффективность мер безопасности, применяемых в отношении участников уголовного судопроизводства, указывают также результаты опроса осужденных. Так, всего лишь 7,3% из числа опрошенных осужденных ответили, что опасались совершать преступления в отношении указанных лиц вследствие их эффективной защиты (см. приложение 1).

Поэтому для достижения указанной цели необходимо учитывать причины, по которым происходит сокращение числа лиц, ходатайствующих о применении в отношении них мер безопасности. Это должно происходить не потому, что участники уголовного судопроизводства не обращаются в правоохранительные органы из-за недоверия к сотрудникам либо должностные лица соответствующих подразделений ненадлежащим образом исполняют свои служебные обязанности, а в силу того, что в применении мер безопасности нет необходимости, поскольку угрозы и попытки совершения преступных посягательств устранены посредством предупредительных мер.

Однако здесь следует учесть некоторые обстоятельства, связанные с обеспечением криминологической безопасности личности, вовлеченной в сферу уголовного процесса, с тем, чтобы определить еще один критерий эффективности предупредительной деятельности.

По этому поводу Л.И. Лавдаренко и Т.В. Амосова справедливо пишут, что философское осмысление безопасности опирается на трактовку безопасности как свойства (или атрибута) системы. В основе такого понимания заложено предположение о естественной защищенности любой системы от разрушительного воздействия каких-либо сил[606]. Применительно к настоящему исследованию речь идет о состоянии защищенности определенной группы лиц, — участников уголовного судопроизводства — от воздействий со стороны заинтересованных лиц.

В последние годы вопросы криминологической безопасности активно разрабатываются М.М. Бабаевым, В.А. Плешаковым, С.Я. Лебедевым и другими видными криминологами, с точки зрения которых криминологическая безопасность заключается не только в объективном состоянии жизненно важных и иных существенных интересов личности, общества, государства от преступных посягательств и угроз таких посягательств, но и в осознании людьми независимо от их статуса такой своей защищенности[607]. По мнению Г.Г. Горшенкова, криминологическая безопасность личности определяется как состояние ее защищенности от криминальной угрозы в силу особых личностных свойств, которые позволяют предвидеть прямую или косвенную криминальную угрозу, избегать ее или противодействовать ей, а также в силу определенных, специально созданных для этого условий среды[608].

Участники уголовного судопроизводства в силу своего процессуального статуса обладают особыми личностными свойствами и находятся в специфических условиях внешней среды — сфере уголовного судопроизводства, поэтому выступают в качестве объектов повышенной криминальной опасности, требующей ее нейтрализации и устранения. Г.П. Лозовицкая, определяя цели предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства, исходя из концепции криминологической безопасности, полагает, что они выражаются в устранении угроз личности, возникающих при осуществлении уголовного судопроизводства, а также при обеспечении реализации многоаспектного права на судебную охрану[609].

Считаем, что только лишь устранение угроз и обеспечение судебной охраны не будет являться достаточным условием состояния защищенности рассматриваемых лиц. На наш взгляд, в данном случае необходимо учесть и субъективный фактор — осознание участниками уголовного судопроизводства того, что они действительно защищены и могут не опасаться вступать в уголовный процесс, что преступные воздействия в отношении них будут своевременно предупреждены.

Безусловно, как справедливо утверждают М.М. Бабаев и М.С. Крутер, абсолютной безопасности в природе не существует, и конечная цель предупреждения преступности достижима лишь частично[610]. Тем не менее, следует учитывать указанный субъективный фактор в предупредительной деятельности и стремиться к поставленной цели. Следовательно, целью предупреждения рассматриваемой группы преступлений должно стать и стремление к формированию уверенности участников уголовного судопроизводства в своей безопасности при реализации своих уголовно-процессуальных прав и (или) обязанностей. Это связано с тем, что, как справедливо считают Е.И. Замылин и В.В. Намнясе- ва, «лица, осуществляющие правосудие или предварительное расследование, а также лица, способствующие раскрытию и расследованию преступлений, смогут должным образом исполнять свои процессуальные обязанности только в том случае, если будут уверены в способности государства обеспечить их безопасность»[611].

Определение достижения указанных целей осуществляется посредством использования критериев эффективности деятельности по предупреждению преступлений против участников уголовного судопроизводства. Таким образом, исходя из поставленных целей, на этапе подведения итогов предупредительной деятельности, предлагается использовать три количественных критерия и один качественный.

К количественным критериям относятся: снижение удельного веса зарегистрированных преступлений против участников уголовного судопроизводства в массиве всех зарегистрированных преступлений; повышение уровня предотвращенных и пресеченных общественно опасных деяний; уменьшение количества участников уголовного судопроизводства, обращающихся в правоохранительные органы с ходатайством о применении к ним мер безопасности.

Качественный критерий — осознание личностью, вовлеченной в уголовный процесс, защищенности своих прав, свобод и законных интересов от преступных посягательств и уверенности в ней. Бесспорно, последний критерий невозможно зафиксировать, измерить, подвергнуть каким-либо статистическим подсчетам, поэтому в целях исследования эффективности предупредительной деятельности следует проводить опросы участников уголовного судопроизводства (в виде анкетирования, интервьюирования и т.п.) о том, как они сами оценивают состояние своей защищенности (образец анкеты приведен в приложении 9). На наш взгляд, этот критерий является наиболее важным, поскольку свидетельствует о качестве предупредительной деятельности с точки зрения самих участников уголовного судопроизводства.

Все критерии должны быть взаимосвязаны и взаимообусловлены. Причем, снижение количества лиц, обращающихся с ходатайством о применении к ним мер безопасности, как критерий определения эффективности, должен учитываться только при условии осознания и уверенности личности в защищенности своих прав, свобод и законных интересов от преступных посягательств, а не в случае отказа от применения мер государственной защиты из-за недоверия к правоохранительным органам. Представляется, что эффективность предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства в данном случае будет отвечать всем требованиям целенаправленности, экономичности, практичности и научности[612].

Изложенное позволяет сформулировать следующие выводы:

1) теоретическая модель специально-криминологического предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства представляет собой определение и описание системы элементов, связей и отношений между ними, в достаточной степени воспроизводящей существенные особенности основных направлений и конкретных мер профилактики, предотвращения и пресечения указанных общественно опасных деяний. В качестве элементов такой модели выступают:

получение субъектами предупредительной деятельности необходимой информации;

анализ полученной информации, оценка оперативной обстановки в стране, регионе или на местном уровне, определение объектов предупредительной деятельности;

научное обеспечение предупредительной деятельности;

прогнозирование состояния преступлений против участников уголовного судопроизводства и программирование предупредительной деятельности;

определение мер и направлений предупредительной деятельности, в том числе виктимологической профилактики;

совершенствование правовых мер предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства;

оценка эффективности предупредительной деятельности;

2) все элементы теоретической модели неразрывно взаимосвязаны, причем научное обеспечение должно осуществляться на каждом этапе, начиная от получения необходимой информации соответствующими субъектами и заканчивая оценкой эффективности предупредительной деятельности. При этом государственная защита участников уголовного судопроизводства реализовывается не как отдельный вид деятельности, а является составляющим компонентом всего комплекса средств и методов предупреждения преступлений рассматриваемого вида. Представленная концепция должна быть положена в основу разработки федеральных и региональных программ, направленных на обеспечение устойчивого механизма взаимодействия субъектов предупреждения в целях повышения эффективности противодействия преступлениям против участников уголовного судопроизводства;

3) по итогам деятельности по предупреждению преступлений против участников уголовного судопроизводства следует оценивать результаты проведенной работы в целях выяснения, достигнуты ли цели, поставленные в программе предупреждения рассматриваемых преступлений. Если они достигнуты, то предупредительная деятельность признается эффективной, если нет, то анализируются сбои и ошибки в модели предупреждения преступлений, в нее вносятся соответствующие коррективы и мероприятия проводятся с учетом предыдущих недостатков;

4) критериями оценки эффективности деятельности по предупреждению преступлений рассматриваемого вида являются: снижение удельного веса зарегистрированных преступлений против участников уголовного судопроизводства в массиве всех зарегистрированных преступлений; повышение уровня предотвращенных и пресеченных общественно опасных деяний; уменьшение количества участников уголовного судопроизводства, обращающихся в правоохранительные органы с ходатайством о применении к ним мер безопасности; осознание личностью, вовлеченной в уголовный процесс, защищенности своих прав, свобод и законных интересов от преступных посягательств, и уверенности в ней.

<< | >>
Источник: ЯШИН Андрей Владимирович. КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ УЧАСТНИКОВ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора юридических наук. Саратов —2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Теоретическая модель и критерии оценки эффективности предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства:

  1. § 2. Особенности производства следственных действий с участием несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых
  2. ПОНЯТИЕ, ЗНАЧЕНИЕ И НОРМАТИВНОЕ ЗАКРЕПЛЕНИЕ ПРИНЦИПОВ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССА
  3. § 5. ЛИЧНОСТЬ ВИНОВНОГО И ЕЕ УЧЕТ ПРИ НАЗНАЧЕНИИ НАКАЗАНИЯ
  4. 1.3. ЭВОЛЮЦИЯ ПРИНЦИПОВПРАВОСУДИЯ. ЛОГИКА ВОЗНИКНОВЕНИЯ АЛЬТЕРНАТИВНОГО ПРАВОСУДИЯ
  5. § 4. Исследование дела по существу
  6. ГЛАВА 3. ПУТИ УСТРАНЕНИЯ КРИМИНОГЕННЫХ КОНФЛИКТНЫХ СИТУАЦИЙ НА РАННЕМ ЭТАПЕ ПРОФИЛАКТИКИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ И МОЛОДЁЖИ
  7. § 1. Проблемы реализации в уголовном судопроизводстве результатов оперативно-розыскной деятельности, полученных с применением специальных познаний
  8. БИБЛИОГРАФИЯ
  9. § 1. Оптимизация системы мер процессуального принуждения — особых средств уголовно-правового воздействия
  10. Оглавление
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. § 2. Детерминационный комплекс преступлений против участников уголовного судопроизводства
  13. § 2. Теоретическая модель и критерии оценки эффективности предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -