§ 1. Социальная и правовая природа института необходимой обороны

На современном этапе развития российского государства Конституция РФ 1993 г., по сравнению с предшествующими Основными законами, значительно расширила права и свободы человека и гражданина, среди которых право на жизнь, здоровье, свободу, личную неприкосновенность, защиту своей чести и доброго имени, защиту частной собственности имеют доминирующее значение.

Часть 2 ст. 45 Основного закона государства закрепила положение о том, что «каждый вправе защищать свои права и обязанности всеми способами, не запрещенными законом».^[1] Наиболее полной реализацией данного положения служит право на необходимую оборону, которое «позволяет любому гражданину проявить свою активность в такой специфической сфере государственно-общественной деятельности, как борьба с правонарушениями».² Следовательно, Конституция РФ человеку и гражданину определила роль субъекта борьбы с правонарушениями, тем самым в определенной степени повысив его социально-правовую активность в этой борьбе. Следует оговорить, что закон не возлагает на граждан правовую обязанность осуществления акта необходимой обороны, так как последняя является субъективным правом граждан, которые правомочны воспользоваться ею.

Некоторые авторы выделяют необходимую оборону в качестве самостоятельного института. Необходимая оборона - это действительно

самостоятельный институт уголовного права. Но является ли право на необходимую оборону самостоятельным и ничем не ограниченным правом граждан? Так, Побегайло Э.Ф., Ревин В.П. пишут, что «необходимая оборона является самостоятельным по своей природе правом граждан, порожденным фактом общественно опасного посягательства. Ошибочно поэтому рассматривать необходимую оборону как субсидиарный (дополнительный) институт к деятельности государства по пресечению преступлений и наказанию преступников».¹

Бесспорным является утверждение о том, что право на необходимую оборону является самостоятельным и неотъемлемым правом граждан.

♦

«по своей природе человек - существо активное. Необходимая оборона как акт человеческого поведения основывается на инстинкте живых существ защищать себя от опасности. В ответ на угрозу человек пытается ей противодействовать или нейтрализовать ее. В большинстве случаев люди обороняют от опасности себя или свое имущество. И это понятно, ибо защищать нужно то, что чаще подвергается нападению».²

Но верно ли рассматривать необходимую оборону в отрыве от деятельности государства по пресечению преступлений?

Правопорядок в обществе, возможность для каждого человека и гражданина в государстве пользоваться своими правами и свободами - это необходимое условие существования любого цивилизованного общества. Государство, выполняя охранительную и предупредительную деятельность посредством правовых норм, стремится защитить права и свободы своих граждан, отдельно взятого человека, но оно не в состоянии предотвратить каждое отдельное правонарушение, взять под охрану каждого человека в отдельности в каждый момент его жизни. Поэтому государство в своем

* ----------------------------------------------

¹ Побегайло Э.Ф., Ревин В.П. Необходимая оборона и задержание преступника в деятельности органов внутренних дел. М.. 1987. С. 6.

² Юшков Ю.Н. Институт необходимой обороны и его роль в борьбе с преступностью в современных условиях // Государство и право. 1992, № 4. С.61.

Основном законе, а затем детализируя это положение в отдельных отраслях права, и закрепило право частным лицам защищать самостоятельно свои права и свободы. Этим самым государство признает данную защиту необходимым дополнением к своей охранительной и предупредительной деятельности, но вместе с тем данное право не создается государством, а лишь признается и санкционируется им.

Исходя из вышеизложенного, необходимо тогда ответить на вопрос о том, должен ли институт необходимой обороны решать задачу охраны государственных и общественных интересов. Если обратиться к опыту зарубежного законодательства, то можно наблюдать различные позиции законодательных установлений по этому вопросу.

Согласно уголовному законодательству Индии, защита государственных и общественных интересов со стороны частных лиц

’ Уголовный кодекс ФРГ. Уголовное законодательство зарубежных стран. М.. 1998. С. 259-260.

² Коробков Г.Д. Обстоятельства, освобождающие от наказания по уголовному праву ФРГ. // Автореферат диссертации на соискание ученой степени к.ю.н. М., 1074. С. 12.

³ Уголовный кодекс Польской народной республики. М., 1976. С. 14.

считается недопустимой, так как данная защита должна осуществляться специальными должностными лицами.¹

Совершенно обратную ситуацию можно наблюдать в новом Уголовном Законе Латвийской республики 1999 г., характерной чертой которого в норме о необходимой обороне явилось закрепление приоритета защиты государственных интересов над интересами личности, ее прав и свобод^{[2] [3]} Логика латвийского законодателя не объяснима с точки зрения общечеловеческих ценностей. Это так называемая необходимая оборона «по-советски» призвана защищать в первую очередь интересы государства и общества.

Данное установление было устранено, как в России, так и в некоторых странах СНГ, в которых защита личности, прав и законных интересов обороняющегося, другого лица, хотя, может быть и формально, но все же поставлены на первое место в сравнении с охраной интересов государства и общества.

В России необходимая оборона - это право, а не обязанность, поэтому человек сам решает - защищать ему интересы государства и общества от посягательства, либо нет. Думается, что предоставление права своим гражданам осуществлять защиту государственных и общественных интересов является справедливым положением нормы «О необходимой обороне» в УК РФ, так как институт необходимой обороны является дополнением к охранительной деятельности государства.

Конституция РФ, определяя правовой статус личности и гарантии ее защиты, делегирует детализацию и регламентацию содержания данных положений другим отраслям права России, которые по своим юридическим свойствам основываются на Конституции и не могут находиться в противоречии с ней.

Уголовное законодательство России провозглашает право граждан на защиту от общественно опасного посягательства и определяет последнее «как противоправный акт, против которого оборонительные действия становятся необходимыми», это «вытекает из задач уголовного законодательства, призванного охранять личность, ее права и свободы, государственные и общественные интересы от предусмотренных в нем общественно опасных посягательств, способствовать их предупреждению».¹

Ляпунов Ю., Истомин А. считают, что «институт необходимой обороны по своей социальной и юридической природе не является институтом только уголовного права»^{[4] [5] Данные авторы разделяют необходимую оборону как бы на две категории. Правомерную оборону они называют государственно-правовой категорией, которая по своей социально­юридической природе должна рассматриваться в качестве государственно­правового института, а неправомерная оборона - это уже уголовно-правовая категория и ее содержание определено в статьях Особенной части УК, предусматривающих ответственность за превышение пределов необходимой обороны. Аргументом такого деления, по мнению Ляпунова Ю. и Истомина А., является то, что «уголовные правоотношения - это, прежде всего, властеотношения, таких отношений правомерные действия не порождают и порождать не могут».[6]}

Звечаровский И.Э.

Конституцией РФ, а закрепляется в отраслевом законодательстве. Однако их различная отраслевая принадлежность не исключает взаимодействия, взаимозависимости и принципиального единства, их объединяет и единое социально-правовое назначение».¹

Далее авторы предлагают всю совокупность норм, регулирующих отношения, связанные с обороной от посягательства, объединить в правовой институт, который будет являться комплексным, межотраслевым компонентом системы более высокого порядка, т.е. системы норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяния. «Юридические нормы, входящие в данный комплексный институт, остаются по своим исходным моментам в соответствующих отраслях права, и на них распространяются общие положения этих отраслей, т.е. в комплексный институт они входят, оставаясь нормами конституционного, уголовного, административного и гражданского права» ^{[7] [8] Именно так данные авторы представляют решение проблемы уяснения правовой природы института необходимой обороны.}

Думается, будет излишним объединять положения норм, связанных с обороной от посягательства, различных отраслей системы права в «комплексный, межотраслевой компонент».

Каждая отрасль права имеет свои задачи, которые отражены в правовых актах этих отраслей. Общей задачей для всех без исключения отраслей права является охрана прав и свобод человека и гражданина, что определено Конституцией РФ. И только уголовное право, по своей исходной роли, охраняет данные права и свободы от преступных посягательств, которые также определяются именно этой отраслью права и никакой другой.

предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс». Следует отметить, что не только законы, предусматривающие уголовную ответственность, но и освобождающие от нее по различным основаниям также подлежат обязательному включению в УК. Это означает, что ни один уголовный закон не может и не должен действовать вне УК РФ. Поэтому включать уголовно-правовые нормы в другой правовой институт, тем более обобщенный, противозаконно, т.к. последний в правоприменительной практике не может быть использован в качестве источника уголовного права. Кроме того, совершенно непонятно, для чего нужно объединять нормы, например, конституционного и уголовного права в единый обобщенный источник права, если нормы Конституции РФ имеют прямое действие и не только могут, но и должны использоваться наравне с нормами уголовного права в правоприменительной уголовной практике соответствующими органами.

Что же касается социально-правового назначения института необходимой обороны, то оно, по мнению Звечаровского И.Э. и Пархоменко С.В., заключается не в повышении социально-правовой активности по защите правоохраняемых благ субъектами, специально на то не уполномоченными, а в создании и закреплении действенных гарантий для реализации естественного по происхождению права на оборону. «От того, насколько такая регламентация будет действительно полноценной в смысле подчиненности идее естественного права, можно говорить о заинтересованности государства в его реализации, т.е. о стимулировании социально-правовой активности всех лиц в деле защиты личных, государственных и общественных интересов, а также интересов и прав других лиц от общественно опасных посягательств».¹ С данным утверждением нельзя не согласиться, т.к. только от законодательного закрепления гарантий реализации права на необходимую оборону зависит

эффективность применения данного права на практике. Данное право должно исходить из принципа наибольшего благоприятствования для лица, обороняющегося от преступного посягательства. Гарантией реализации данного права должна выступать такая уголовно-правовая норма, которая была бы ориентирована главным образом на правомерно обороняющегося, а не на посягающего.

Некоторые авторы считают, что в настоящее время уголовно-правовые нормы о праве необходимой обороны не отражают социальную и юридическую природу этого права. Так, Разгильдеев Б. причину этого видит в том, что понятие необходимой обороны ассоциируется с понятием преступления, хотя таковым и не является. Автор считает, что действия лица в состоянии необходимой обороны являются общественно полезными, поэтому данное обстоятельство и следует зафиксировать в соответствующих уголовно-правовых нормах.¹

Это предложение не лишено смысла.

В действующем уголовном законе внимание акцентируется на том, что по признакам акт обороны совпадает с преступлением, хотя им и не является. Психологически такая формулировка явно проигрывает: она адресована не тому, кто совершает общественно опасное посягательство, а лицу, которому предстоит защищаться. От него требуют быть более аккуратным, поскольку акт обороны похож на преступление.

Нетрудно довести заданную мысль до логического конца, поскольку оборонительные действия сходны с преступлением, непросто будет доказать, что в действительности имела место оборона, а не преступление. «Не все, конечно, - пишет Ю.Н. Юшков, - зависит от редакции закона. Однако вряд ли нужно доказывать, что легкая для восприятия, верно ориентированная норма способна дать людям свободы в исполнении акта самообороны, а это, в свою очередь, может отразиться на состоянии

преступности, раскрываемости преступлений. И, наоборот, неудачное построение нормы может негативно отразиться на ее применении».¹

Регламентация института необходимой обороны в законодательстве должна отражать интересы, в первую очередь, лица, чьи права и свободы нарушены. Государство должно быть заинтересовано в повышении эффективности защиты правоохраняемых благ и посредством законодательных стимулирующих и поощрительных норм способствовать активизации жизненной и правовой позиции человека.

Нормы должны гарантировать и поощрять «правомерное, социально полезное поведение законопослушных граждан, их благотворческую активность, помогать им преодолевать пассивность и страх перед возможной в подобных случаях ошибкой, влекущей наступление негативных юридических последствий. Уголовный закон должен стать надежным механизмом, позволяющим человеку действовать без боязни стать жертвой преследования за свои социально-полезные деяния».^{[9] [10] Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что необходимая оборона по своей социальной и правовой природе является самостоятельным институтом уголовного права, эффективность применения которого на практике зависит от законодательного закрепления государством уголовно­правовых норм, которые бы обеспечивали и стимулировали самостоятельное применение гражданами данного института уголовного права для защиты от общественно опасных посягательств.}