Идеологические основы моделей ювенальной юстиции

К настоящему времени в мире сложилось несколько моделей ювенальной юстиции: англо-американская (Англия, США, Канада, Австралия и др.), континентальная (Франция, Германия, Бельгия и др.), скандинавская (Швеция, Норвегия, Финляндия), традиционная (Япония, Китай, Израиль, Северная Корея, большинство из стран, господствующей религией в которых является ислам).

тутном и прецедентном) и подсудности по делам несовершеннолетних, сколько в идеологическом определении субъектов правоприменения - носителей соответствующих убеждений, уполномоченных идеологией на реализацию прав и выполнение обязанностей с целью обеспечения функционирования системы ювенальной юстиции.

В первой модели административно-распорядительной вершину системы ювенальной юстиции образуют суды, рассматривающие преступления, которые не являются тяжкими (все дела о совершении тяжких преступлений рассматриваются общими судами). Страны англо-саксонской правовой системы характеризуются высокой степенью вмешательства государства в дела семьи по многочисленным и часто неконкретно сформулированным основаниям^[98]. Иными словами, личные убеждения субъектов правоприменения зачастую являются основой для принятия правового решения в отношении несовершеннолетнего, что является следствием скрытого сенкритизма^[99] - неявного ориентирования на протестантскую идеологию^[100]. Таким образом, принимая ситуационные (прецендентные) правовые решения, субъекты ювенальной юстиции реализуют, как правило, лишь административно-распорядительные и организационные функции, вынужденно замещая тем самым отсутствие структурированности в анлго-саксонской системе права.

Континентальная модель правосудия по делам несовершеннолетних отличается квазирелигиозной традиционностью, стабильностью организации судебного процесса, при этом исходит она не только от исторической преемственности, но и от влияния на ювенальную юстицию континентальной системы права, основанной на правовых нормах.

нарушителя, его психологией (судья ведет подростка с самого первого эпизода сложной ситуации)^[101], специализации судей, которые должны заниматься исключительно делами несовершеннолетних^[102].

Скандинавскую модель в научном аспекте не выделяют, а представляют как особенность ювенальной юстиции скандинавских стран. Тем не менее именно элементы этой модели вызывают наибольшее возмущение как российского, так теперь уже и европейского общества. В качестве примера можно привести следующие позиции рассматриваемой модели, вызывающие наибольшее неприятие: принадлежность ребенка территории, на которой он родился, при умалении прав родителей на его воспитание; принципы приоритета прав ребенка перед позицией (идеологией, убеждениями) родителей; ограничение права родителей на вмешательство в личную жизнь ребенка; недопустимость ограничения свободы совести (свободы поведения), вероисповедания, права на выбор образования; запрет на применение силы или психологического воздействия в отношении ребенка со стороны родителей, запрет на понуждение к труду и т.п. при отсутствии четких признаков и критериев изложенных мер, что дает неограниченные возможности для толкования ситуации исходя из личных убеждений субъекта правоприменения^[103].

Скандинавская модель системы ювенальной юстиции, в сравнении с другими моделями, насыщена либеральными идеями, которые формируют соответствующие административно-распорядительный и организационно-содержательный элементы. Так, подавляющее большинство дел здесь рассматривают не судебные органы, а специализированные комиссии (являются субъектами правоприменения). Например, в Швеции действует закон «О социальной поддержке» 1971 г., который исключил из компетенции судебных органов почти все дела с участием несовершеннолетних, кроме особо тяжких преступлений.

Организационно-содержательный элемент сориентирован на убеждения несовершеннолетних, что при отсутствии жизненного опыта, необходимого для реализации этих прав, может способствовать выработке у подростков односторонней позиции, когда есть права, но нет обязанностей; либо к злоупотреблению в определении направления реализации прав несовершеннолетними со стороны уполномоченных субъектов правоприменения.

Элементы четвертой (традиционной) модели основаны на господствующей в обществе идеологии, определяющей структуру и содержание законодательства. Как правило, это религиозные, философские, политические и иные традиционные убеждения, устоявшиеся в обществе. Так, в Китае правосудие по делам несовершеннолетних определяется традиционными общественными и семейными принципами, основанными на исторических национальных идеях, присущих этой стране: конфуцианстве и позже коммунистической идеологии, обусловивших принципы общности и коллективизма^[105]. В Японии идеологической основой ювенальной юстиции является идеологии синто-бусидо, буддизм и конфуцианство. Синто (целевой компонент) учит молодых японцев основывать свои взгляды на убеждениях старшего поколения; бусидо (поведенческий компонент) ориентирует японцев на формирование соответствующих убеждений, волевых черт характера и специфических норм поведения. Конфуцианство послужило основой разработки в 1962 г. «Программы формирования человека» («хитодзу- кури») - основу норм права. Иными словами, в четвертой модели на основе изложенных идеологий структурирован не только административно-распорядительный элемент системы ювенальной юстиции, но и организационно-содержательный, который поддерживается активной идейной инициативностью общественности^[106].