2.4 Значение государственного управления и идеологических основ для выхо­да правовой системы из кризиса

Последние геополитические события, происходящие в мире, показывают ак­туальность вопроса участия государства в социально-экономической жизни обще­ства, а также вопроса о значимости идеологических основ.

зал, что без участия государства общество не может решить ни экономических, ни иных проблем самостоятельно»^[321]. Поэтому исследование вопроса о значении госу­дарственного управления и идеологических основ для выхода правовой системы из кризиса, представляет собой особую теоретическую и практическую значи­мость.

В настоящее время одной из проблем, с которой сталкивается правопримени­тельная практика, является отсутствие в законодательстве понятия «государст­венное управление», хотя в различных нормативных правовых актах вышеназван­ная категория встречается достаточно часто.

Многообразие подходов к пониманию «государственное управление» обу­словлено множеством процессов и явлений, которые относятся к управлению. Не­смотря на то, что в юридической литературе понятию «государственное управле­ние» посвящено большое количество исследований, его единого определения до сих пор выработано не было^[322].

Г.В. Атаманчук указывает, что государственное управление есть «организую­щее и регулирующее воздействие государства на общественную жизнедеятель­ность людей в целях ее упорядочивания, сохранения или преобразования, опи-

3

рающегося на его властную силу»^[323].

М.В. Костенников, А.В. Куракин, А.В. Павлюк рассматривают государствен­ное управление как «осуществляемое на основе законов и иных нормативных ак­тов целенаправленное воздействие государственных органов на общественные отношения, для их упорядочения, преобразования и изменения в соответствии с целями государственной политики.

дарства функции государственного управления имеют определенную дифферен­циацию и распределение в зависимости от реализующих их органов и звеньев го­сударственного аппарата»^[324].

На наш взгляд, государственное управление необходимо рассматривать не только через функции, которые являются определенным видом управляющего воздействия и реализуются всей системой органов государственного управления, но и через систему управленческих средств, механизмов и методов, также через идеологическую основу.

Для более полного и всестороннего рассмотрения понятия «государственное управление» необходимо четко определить его основные цели. В юридической литературе цели государственного управления трактуются по-разному, но можно выделить общие положения, характерные для правового, демократического госу­дарства, т.е. проведение в жизнь общих требований, правил, сформулированных нормами законодательства, их неуклонное исполнение всеми государственными и негосударственными образованиями, всеми гражданами. Тем самым государст­венное управление обеспечивает проведение в жизнь государственной политики. Каждая из функций государственного управления направлена на достижение об­щих целей^[325]. Приоритетной обязанностью современного Российского государства, получившей закрепление в ст. 2 Конституции РФ, провозглашено признание, со­блюдение и защита прав и свобод человека и гражданина. Однако, как отмечает А.А. Агаджанов, эффективное осуществление этой задачи в условиях российской действительности является невозможным без адекватной системы контроля и воздействия на государство, его органы со стороны общества и самого государст­ва^[326].

По справедливому мнению Г.В. Атаманчука, цели государственного управле­ния имеют свою иерархию, построенную по принципу приоритета потребностей и

интересов развития общества.

М.В. Костенников, А.В. Куракин, А.В. Павлюк указывают на то, что «цели го­сударственного управления, представленные в определенном «древе», должны отвечать следующим требованиям:

1) быть объективно обусловленными и обоснованными, исходить из объек­тивных закономерностей и тенденций общественного развития и деятельности людей, соответствовать объективной логике функционирования того или иного явления, процесса, отношения, учитывать формы и механизмы последних;

2) быть социально мотивированными, т.е.

3) быть обеспеченными в ресурсном отношении, как с интеллектуальной, так и с материальной стороны, основываться на реальном, а не на мнимом, на налич­ном, а не на предполагаемом, или возможном, потенциале, привязываться к кон­кретным условиям и факторам общественной жизнедеятельности;

4) быть системно организованными, включать в определенной последователь­ности цели стратегические, оперативные и тактические, общие и частные, глав­ные и обеспечивающие, конечные и промежуточные, отдаленные, близкие и не­посредственные и т.д.»^[328].

Для более целостного понимания особенностей государственного управления представляется целесообразным рассмотреть административно-правовые методы государственного управления и их классификацию.

Понятие метода государственного управления призвано продемонстрировать, с помощью каких основных приемов и средств осуществляется государственное управление.

По мнению Д.М. Овсянко, метод государственного управления - это есть «со­вокупность определенных способов и средств правового воздействия на волю и поведение участников регулируемых общественных отношений»^[329].

Государственное управление обладает довольно широким набором правовых приемов и способов, используемых для достижения целей, которые специалисты называют методами государственного управления. Г.В. Атаманчук выделяет сле­дующие группы методов, находящие применение в государственном управлении: методы научного познания (математическое программирование, вероятностно­статистические методы, системный и функциональный анализы; методы теории стратегических игр и статистической теории принятия решений; экономико­статистическое моделирование; методы прогнозирования, социального экспери­

ментирования; графические; теории очередей или теории массового обслужива­ния); методы функционирования органов государственной власти (методы работы с информацией, методы правотворческой, оперативно-исполнительной и право­охранной деятельности, методы подготовки и проведения организационных ме­роприятий, методы отбора и развития управленческих кадров, методы исполнения и контроля); методы обеспечения реализации целей и функций государственного управления (морально-этические, социально-политические, экономические и ад- министративные)^[330].

Л.Е. Калинина отмечает, что «методы государственного управления при пере­ходе от одной экономической формации к другой отличаются от методов, исполь­зуемых при стабильных экономических отношениях. Одним из актуальных мето­дов переходного периода является программно-целевой метод»^[331].

Наиболее распространенной классификацией методов государственного управления является их деление по характеру воздействия: на экономические и

3

административные^[332].

Таким образом, рассмотрев существующие в юридической науке подходы к пониманию государственного управления, его функции, цели и методы, можно сделать вывод и определить государственное управление в период кризиса право­вой системы, как один из видов (разновидностей) государственного управления, которое выражается в целенаправленном воздействии государства в лице компе­тентных государственных органов на существующие общественные отношения либо на сознание и волю отдельных субъектов права (группы субъектов), на все или определенные сферы жизнедеятельности общества, а также на правовую сис­тему общества в целом, либо на ее отдельные структурные элементы, которая (разновидность государственного управления) направлена на создание благопри­ятных правовых, политических, социальных, экономических и организационных условий деятельности общества.

На наш взгляд, управленческие средства для выхода правовой системы из кри­зиса должны выполнять следующие задачи:

Во-первых, для того, чтобы задавать ориентиры для выхода правовой системы из кризиса в целях ее совершенствования, модернизации необходимо: собирать, анализировать, а затем обрабатывать социальную информацию; прогнозировать; планировать; организовывать. Так, прогнозирование изменений в развитии каких- либо государственно-правовых явлений или процессов на основе полученной ин­формации о прошлом и настоящем с учетом всех условий и факторов влияния; (например, с учетом прогнозирования разрабатываются федеральные и регио­нальные программы основных направлений государственной деятельности); пла­нирование деятельности в процессе государственного управления по реализации федеральных и региональных программ, регламентированных актами управления; выявление и осмысление актуальных проблем, формулирование целей, постанов­ка задач, определение перечня мероприятий для решения задач, выбор конкрет­ных количественных и качественных показателей и критериев оценки организа­ции управленческой деятельности.

Во-вторых, в целях выхода правовой системы из кризиса необходимо регули­ровать, координировать, контролировать и учитывать все текущие и грядущие изменения. Так, необходимо разрабатывать различные варианты, обосновывать и принимать рациональные решения (в правовой форме) для выхода правовой сис­темы из кризиса, а также организовывать их исполнение; контролировать с целью выявления и устранения отклонений в процессе исполнения принятых решений; учитывать наличие финансовых, кадровых, материально-технических и других ресурсов; вести информационно-аналитическую работу и т.п.^[333].

Государственное управление должно осуществляться через управленческие средства и механизмы посредством реализации государственной правовой поли­тики, взятой в единстве трех её основных секторов (правоприменительная, право­творческая, научно-правовая). Так, например, А.С. Еременко отмечает, что «не может быть, эффективной правоприменительной политики при малоэффективных

правотворческой либо научно-правовой, или наоборот. При кондиции взаимоза­висимости и взаимодополнительности всех структурных компонентов государст­венной правовой политики наступает положительный эффект от реализации по­следней в данной конкретной правовой системе в данных конкретных условиях времени и пространства»^[334].

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что для эффективного государственного управления с целью выхода правовой системы из кризиса или для ее модернизации необходимо рассматривать и учитывать единство трех ком­понентов (секторов) - правоприменение, правотворчество и науку.

Государственная правовая политика рассматривается А.С. Еременко как «кон­ституционно-правовая форма правомерного выражения публичной воли правово­го государства в отношении законов, их действия и применения, которое основа­но на верховенстве права и непосредственности прав и свобод человека и гражда­нина, организующая системную научно-правовую, правотворческую и правопри­менительную деятельность правомочных субъектов, которая осуществляется в целях установления, поддержания и сохранения правопорядка в данной конкрет­ной правовой системе»^[335].

На наш взгляд, государственная правовая политика в период кризиса правовой системы должна отвечать следующим требованиям:

1) в целях выхода правовой системы из кризиса должно использоваться един­ство (системность) правоприменения, правотворчества и науки;

2) проводимая государственная правовая политика в период кризиса правовой системы должна задавать ориентиры (через прогнозирование, планирование, ана­литику и т.д.) для выхода правовой системы из кризиса в целях ее совершенство­вания, модернизации, а также программное развитие для предотвращения кризи­сов, которые могут возникнуть в будущем;

3) для выхода правовой системы из кризиса должны использоваться как адми­нистративные, интеллектуальные, так и материально-технические (финансовые) механизмы;

4) требования, условия, программы и концепции, сформулированные законо­дателем (правотворческим органом) для выхода правовой системы из кризиса, должны неуклонно реализовываться и соблюдаться всеми государственными и негосударственными образованиями (правоприменителями);

5) теоретические конструкции, доктрины, разработанные научным сообщест­вом, должны учитываться при разработке и реализации государственной правовой политики в период кризиса правовой системы, а также в докризисный и посткри­зисный периоды, в целях недопущения возникновения кризиса в будущем;

6) государственная правовая политика в период кризиса правовой системы должна быть социально ориентированной и социально мотивированной, т.е. дер­жать ориентир на потребности, запросы и интересы всего общества в целом, соот­ветствовать им (интересам, потребностям, запросам) и вызывать тем самым по­нимание, поддержку, согласие и стремление воплотить разработанные программы в жизнь.

С момента образования государства, оно организовывается и осуществляет свою деятельность в обществе на определенной идеологической основе. Государ­ственность является определенным механизмом дифференциации власти в орга­низованном обществе посредством права. Право и правовые представления фор­мируют правила и условия существования государственной власти. Следователь­но, государственно-организованное общество предполагает развитую правовую систему, которая не нужна в догосударственном образовании, т.к. в последнем вопрос стабильности власти не стоит так остро. Считаем целесообразным рас­смотреть значение идеологических основ для выхода правовой системы из кризи­са, так как именно идеологические основы оказывают существенное влияние при формировании права, правовой системы и, благодаря которым, существует, функ­ционирует и развивается государство и осуществляется власть и управление в обществе.

По мнению некоторых ученых-филологов, идеология представляет собой ми­ровоззрение, систему взглядов и идей^[336].

М.А. Рейснер вообще понимал государство как «идеологический феномен»^[337]. Согласимся, что идеология существует не только в государственно­организованном обществе, однако, без сомнения, в государстве она наиболее оче­видна ввиду ее формализации, идеология приобретает в государстве иное качест­во, которое ее отличает от обычного мировоззрения.

Правовая система общества - комплексное, системное образование, имеющее свою внутреннюю структуру, элементы которой находятся во взаимосвязи между собой. В частности, как отмечает С.С. Алексеев, «в структуру правовой системы входит и правовая идеология, которую он рассматривает как активную часть пра­восознания, непосредственно влияющую на законодательство, юридическую практику»^[338]. Также неотъемлемым элементом рассматривается «правовая власть (отличная от государственной), при этом присущая самому правоотношению пра­вовая власть эволюционировала от органического состояния с традиционными правилами взаимодействия, механизмом самоупорядочения и самообязывания - к правовому регулированию как инструменту централизованного управления, осу­ществляемого государством и иными властными организациями общества»^[339].

Ведущая и центральная роль в системе управления обществом, особенно в пе­риод кризиса, принадлежит государству. Правовая система во многом определя­ется характеристикой системы государственной власти. Указанные элементы также взаимосвязаны, характеризуют уровень развития и состояние правовой сис­темы. Интересным представляется «целевая характеристика правовой системы и её элементов, которая позволяет решать многие научные проблемы: устанавли­вать направления ее активности, фиксировать в её структуре причинно­

следственные связи и линии взаимодействия элементов, характеризовать сигналь­ные и обратные связи, предельные возможности её функционировании, избира­тельность действия»^[340]. С данной позиции правовая идеология (как элемент право­сознания) также включается в состав правовой системы и пронизывает все её эле­менты, в том числе и правовую деятельность (правотворчество и правопримене­ние), одним из субъектов которой выступает государство в лице компетентных органов государственной власти, государственных учреждений.

В современной юридической науке существует множество точек зрения к оп­ределению правовой идеологии. А.И. Клименко отмечает, что «правовая идеоло­гия выступает как понятие - «мусорная корзина», в которую помещают все то, что не вписывается в систему автора, или же правовой идеологии придается, до определенной степени, произвольное (служебное) авторское значение»^[341].

К. Осакве рассматривает правовую идеологию как элемент правовой системы общества, далее он говорит о том, что «под правовой идеологией понимаются те основополагающие философские принципы права, которые регулируют полити­ческие, экономические и социальные отношения в обществе. Правовая идеология охватывает три вида идеологии - социальную, политическую и экономическую. Она отражается в общих принципах права»^[342].

А.И. Клименко определяет правовую идеологию как «особый механизм прак­тически ориентированного, объясняющего, системного сознания и мышления, ин­тегрирующий государственно-организованное общество»^[343].

Г.А. Аболонин утверждает, что «любое государство трудно представить без идеологии. Идеология государства словно цемент, скрепляющий здание его вла- сти»^[344]. На наш взгляд, данная позиция вполне обоснована, так как, несмотря на то, что ст. 13 Конституции РФ устанавливает, что в Российской Федерации признает­

ся идеологическое многообразие и что никакая идеология не может устанавли­ваться в качестве государственной и обязательной, на самом деле это не совсем так. Высшее руководство государства своими словами и действиями формирует ведущую идеологию государства. В случае умелого управления, идеология власти соответствует идеологии населения; в противном случае - ей противоречит.

Например, современное отстаивание властью интересов России на междуна­родной арене, возрождение православия и других религиозных верований, фор­мируют объединяющую общество идеологию патриотизма и приверженности традиционным ценностям, пользующуюся поддержкой большинства населения. В конце 80-х - начале 90-х годов официальной идеологией российской власти были исключительно либерализм и связанные с ним экономический хаос, правовой ни­гилизм, имущественное обнищание большинства населения, а также выдающееся предательство интересов собственного народа в международных отношениях, что вызывало понятное неприятие, непонимание и презрение со стороны большинства населения^[345].

В Средние века роль основной государственной идеологии Европы играла христианская религия^[346]. На сегодняшний день это некая почти повсеместно при­знаваемая смесь идеологических штампов, таких как «правовое государство», «гражданское общество», «социальное государство», «социальное партнерство», «демократия», «права человека и гражданина» и т.д.

Б.С. Крылов рассматривает государственную идеологию как «совокупность систематизированных идей, определяющих оценку действительности государст-

3

вом и его органами»^[347].

В.В. Невинский отмечает, что «государственная идеология - это цементи­рующая душу государственного тела нравственно-политическая субстанция, ге­нерирующая ориентиры жизнедеятельности отдельного человека, общества и го­

сударства в целом; позиционирующая общественные и государственно-правовые устои жизни народа по отношению к общечеловеческим, международным стан­дартам жизни жителей планеты. Как и любое общественное, политико-правовое явление, она может нести в себе и отрицательный, и положительный заряд. В по­следнем случае речь идет о государственной идеологии, которая формируется и реализуется в условиях признания свободы слова и равноправия членов общества, идеологического многообразия и политического плюрализма. Такой подход к по­ниманию сущности и значения государственной идеологии присущ исследованию авторитетного российского ученого-юриста профессора Б.С. Крылова»^[348].

В.В. Гончаров пишет, что «идеологические основы любых государств, кото­рые устойчиво существовали на протяжении истории человечества, представляли собой своеобразный компромисс классового и общечеловеческого аспектов миро­воззрения, что диктовалось необходимостью для политически господствующих классов не только обеспечивать удовлетворение своих интересов, но и создавать условия для сохранения и развития государственности вообще. Даже на более ранних этапах общественного развития (в эпоху рабовладельческих и феодальных государств) правящие классы были вынуждены распространять механизмы госу­дарственной защиты и на непривилегированные социальные классы и страты, включая рабов и крепостных крестьян, так как последние являлись, в свою оче­редь, определенным незаменимым экономическим условием существования и развития государства как такового»^[349].

Новейшая человеческая история охарактеризовалась существенными измене­ниями в формировании и развитии идеологических основ современных госу­дарств. Прежде всего, это проявилось в нивелировании национальных особенно­стей государственного мировоззрения, глобализации и интернационализации сис­темы взглядов и идей, на которых основываются принципы организации и дея­тельности государственного механизма в современных странах.

В настоящее время роль территории стран в их независимости ослабляется в

результате политической глобализации и интеграционных процессов (например, в Европе границы стран внутри Европейского Союза носят уже достаточно фор­мальный характер), и, тем самым, ряду стран навязаны в национальные правовые системы в качестве приоритетных международные правовые нормы.

Существенно подорваны институциональные основы суверенитета наций и народов. Как отмечает В.В. Гончаров: «прежде всего, последние полвека усилен­но разрушается институт семьи как первичной ячейки общества и ее цементи­рующего социального начала. Подрыв этот осуществляется по ряду направлений: во-первых, всячески пропагандируется разрушение морально-нравственных начал семьи и брака (поощряются однополые отношения, феминизм, «свободная лю­бовь» и пр.); во-вторых, поощряется «животный» индивидуализм, который за­ключается в том, что человек, удовлетворение его желаний и потребностей пре­подносятся в качестве единственной самоцели и ценности существования самого человека»^[350].

П.А. Сельцовский считает, что «одним из блоков, в которых находит прояв­ление кризис государственного управления, является негативная оценка различ­ных сторон государственного управления населением страны. . Важнейшим ин­тегральным показателем отношения к государственному управлению является оценка престижа государственной службы. Исследователи делают вывод, что «продолжает воспроизводиться разрыв между государственным аппаратом . и обществом. Образовались как бы два противоположных мира с характерными для каждого из них идеалами, ценностями и целями, представленными в экономиче­ском, культурном, духовном измерениях. В то же время самими чиновниками престиж государственной службы оценивается более высоко»^[351]. Указанная оценка свидетельствует об отношении населения страны к системе государственного управления в целом, отражается в понятии легитимности. «Это не столько при­верженность к фактическому порядку как таковому, сколько принципам и спосо­бам его самообоснования. Благодаря легитимности социально-правовой порядок

приобретает иное измерение своей значимости. ... Легитимность позволяет ста­вить вопрос о законности закона, о правоте права. ... Легитимность предстаёт как обобщённая готовность соглашаться с определёнными решениями в некоторых границах терпимости»^[352]. В рамках правовой идеологии (с учётом реального со­стояния всех социальных систем) должно формироваться отношение к государст­ву и его взаимодействию с обществом, которое можно рассматривать как доста­точно сильный фактор обеспечения стабильности правовой системы, её развития. При этом необходимо учитывать особенности исторического наследия народа. Как отмечает профессор А.Д. Керимов, «во-первых, в нашей стране издавна власть либо противостояла обществу, либо в значительной мере подчиняла себе его. Во-вторых, формирование рыночной экономики сопровождалось утвержде­нием среди значительной части власть имущих либеральных воззрений, как пра­вило, в крайнем, наиболее радикальном их проявлении. Между тем, они, помимо того, что чужды российскому менталитету, вступают в противоречие с решением задачи по преодолению существующего ныне гигантского разрыва между поли­тической и финансово-экономической элитой, с одной стороны, и рядовыми гра­жданами - с другой»^[353]. Ф.М. Раянов отмечает, что «вместо необходимых для пра­вильной организации общественной жизни институтов гражданского общества, способных контролировать деятельность государственной власти, в России исто­рически развивались институты патриотизма и державности. Оценивать деятель­ность государственных чиновников народу или его представителям вообще не разрешалось. Инакомыслящих преследовали. Отсюда у нас до сих пор много, по сравнению с западными развитыми странами, с одной стороны, конформистов и

3

мятежников, а с другой - мало критически мыслящих ответственных граждан»^[354].

Е.В. Стругова отмечает, что «в основе системы государственного управления, правовой системы всякого государства лежит единая правовая идеология. . Пра­

вотворческая и правоприменительная деятельность институтов государственной власти не может строиться на идеологических конструкциях сразу нескольких различных политических субъектов в силу того, что они всегда противоречивы, базируются на разном видении приоритетов и целей государственной политики, предполагают различную стратегию и тактику действий. Поэтому всегда возника­ет необходимость в формировании государством правовой идеологии, которая яв­ляется доминирующей, консолидирующей общество, строится на идеологемах, которые разделяются большей частью общества, не вызывают их воинственного неприятия».^[355] Также необходимо формирование соответствующей идеологической основы кадрового состава, изменение принципов его формирования. Можно со­гласиться с мнением, состоящим в том, что при наличии одних и тех же средств, которыми наделена государственная власть, успешность её функционирования во многом будет определяться, наряду с другими факторами, мотивацией властвую­щих субъектов, их отношением к праву, правам и свободам человека. Важным яв­ляется восприятие государственно провозглашённой идеологии обществом. В це­лях преодоления кризисного состояния правовой системы необходимо привести в соответствие провозглашённые государством основы правовой идеологии с ожи­даниями народа и фактически существующим положением дел в стране.

Современная Россия переживает один из этапов особенно активного воздейст­вия государства на формирование политической и правовой культуры. Средство этого воздействия - идеологическая пропаганда, призванная внедрять новые тра­диции. Так, например, в целях оптимизации и координации деятельности в сфере правового воспитания и просвещения населения, Президент РФ 28 апреля 2011 года утвердил «Основы государственной политики РФ в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан»^[356], которые определяют, что основными це­лями государственной политики в сфере развития правовой грамотности и право­сознания граждан являются:

1) формирование в обществе устойчивого уважения к закону и преодоление правового нигилизма;

2) повышение уровня правовой культуры граждан, включая уровень осведом­ленности и юридической грамотности;

3) создание системы стимулов к законопослушанию как основной модели со­циального поведения;

4) внедрение в общественное сознание идеи добросовестного исполнения обя­занностей и соблюдения правовых норм.

Определены основные направления по реализации государственной политики:

1) правовое просвещение и правовое информирование граждан;

2) развитие правового образования и воспитания подрастающего поколения в образовательных учреждениях различного уровня посредством внедрения в обра­зовательный процесс учебных курсов, программ, учебно-методических материа­лов, обеспечивающих получение знаний в области права;

3) совершенствование системы юридического образования и подготовки ква­лифицированных юристов и педагогических кадров в области права;

4) преобразования в сферах культуры, массовой информации, рекламной и из­дательской деятельности, направленные на формирование высокого уровня пра­вовой культуры и правосознания граждан;

5) совершенствование деятельности государственных и муниципальных орга­нов, правоохранительных органов, направленной на обеспечение законности и правопорядка и повышение правосознания служащих государственных и муни­ципальных органов;

6) совершенствование деятельности в области оказания квалифицированной юридической помощи, в том числе создание эффективной системы бесплатной юридической помощи.

В качестве одного из приоритетных мероприятий государственной политики названо обеспечение доступности правовой информации, развитие системы пра­вового просвещения и информирования граждан, включая развитие информаци­

онно-правовых ресурсов и обеспечение эффективного функционирования соот­ветствующих информационно-справочных систем.

О.В. Мартышин указывает, что «официальная пропаганда всего постсоветско­го периода характеризуется отрицательным отношением к советскому прошлому. Но этот период с идеологической точки зрения неоднороден, он распадается на два десятилетних этапа с разным пониманием идеалов государственного строи­тельства. В первое десятилетие четко просматривается идеологическая тенденция вестернизации. Западные государства объявлялись образцом, их называли совре­менными цивилизованными государствами, и ставилась задача построения такого же современного государства в России. Это предполагало демократию, гарантии прав человека, господство права и т.п.»^[357]. Далее он отмечает: «Во втором десятиле­тии центр тяжести идеологической пропаганды заметно сместился. Демократия как официальная цель и идеал сохраняется, но был выдвинут тезис о своеобразии российской демократии, о необходимости учета специфических национальных ус­ловий, ценностей и традиций. Методологически это абсолютно правильное поло­жение, подтверждаемое веками исторического развития и многими великими по­литическими мыслителями, в первую очередь Монтескье с его учением об общем духе народа, который определяет характер законов и политических институтов»^[358].

На наш взгляд, ряд современных тенденций идеологической пропаганды именно в Российской Федерации заставляет усомниться в правильности выбора. К ним относятся идеализация монархического прошлого России, отрицание каких бы то ни было положительных результатов революции, неуклонно расширяющее­ся и активизирующееся внедрение православия в политическую и правовую куль­туру, апология социального неравенства, культ богатства, призывы к формирова­нию элитарного правящего слоя, провозглашение российского консерватизма идеологией правящей партии. Этими установками подменяется анализ сложней­ших социальных проблем, которые не могут не обостряться в связи с формирова­

нием капиталистического общества в условиях ослабления законности. В связи с учётом вышесказанного, на наш взгляд, обозначенные выше тенденции не спо­собствуют модернизации правовой системы, а наоборот тормозят ее развитие. Так, следует отметить, что из всех существующих общественно-политических ин­ститутов, с максимальным недоверием граждане РФ относятся к суду, политиче­ским партиям, профсоюзам и полиции. Налицо многочисленные нарушения об­щественного порядка, высокий уровень коррупционных, тяжких и особо тяжких преступлений, насильственных, сексуальных преступлений против несовершен­нолетних, рецидивной преступности, правонарушений в различных областях, в том числе в обеспечении транспортной, дорожной, пожарной, экологической и других видов безопасности.

Е.В. Киричек говорит о такой неблагоприятной тенденции в России как «уси­ливающееся давление со стороны преступных элементов на общество, в особен­ности на молодое подрастающее поколение, способствует эскалации насилия, разжиганию межнациональной розни, ксенофобских настроений, правового ниги­лизма и т.д. Коррупция, сращивание криминалитета с правоохранительными ор­ганами, органами государственной власти и местного самоуправления - все это вызывает протест у населения и неверие граждан в способность государства за­щитить их. Примерами, подтверждающими сказанное, являются события послед­них лет, связанные с массовыми нарушениями конституционных прав и свобод граждан РФ, повлекшие за собой многочисленные жертвы. Это факты массовых нарушений, связанных с хищением или нецелевым использованием федеральных средств, выделенных на подготовку Владивостока к саммиту АТЭС (2012 г.), масштабные махинации с финансовыми средствами и имуществом Минобороны РФ, «Оборонсервиса», ГЛОНАСС, МВД РФ, Минсельхоза РФ (2012 г.), наруше­ния общественного порядка (стрельба на кавказских свадьбах в г. Москве (2012 г.), нарушения условий содержания осужденных в местах лишения свободы (г. Копейск, Челябинской области, 2012 г.); нарушения прав детей, особенно сирот и оставшихся без попечения родителей, нетрудоспособных граждан, инвалидов, ве­теранов; нарушения Правил дорожного движения, повлекшие многочисленные

жертвы (2012 г.); нарушения правил эксплуатации воздушных судов (2010-2012 гг.); трагедия в станице Кущевской (2010 г.); нападения банды на участников рок- фестиваля в Миассе (2010 г.); «криминальный террор» в Гусь-Хрустальном; дея­тельность организованной преступной группировки в Кузбассе; массовые убийст­ва в г. Ставрополе (2011 г.) и т.д. Вызывает недоверие у населения деятельность судебной власти. Сегодня российские суды создали свою альтернативную систе­му правил, которая зачастую противоречит нормам закона, подзаконных актов. Судебные решения не исполняются. В качестве примера можно привести сло­жившуюся ситуацию с игорными заведениями, которые подчас возобновляют свою нелегальную деятельность сразу после формального закрытия по решению суда. Все эти примеры в масштабах страны - есть угроза нравственной и юриди­ческой безопасности государства и общества»^[359].

А.И. Клименко в своем исследовании ставит знак равенства между правовой идеологией и идеологией государства^[360]. Далее он отмечает, что «правовая идеоло­гия может, к примеру, быть религиозной, научной, эстетической и даже мораль­ной по содержанию. Однако это для нас не существенно. Гораздо важнее выде­лить тот механизм, посредством которого правовая идеология «стабилизирует» реальность в сознании, объясняет и обосновывает ее - механизм функционирова­ния идеологии. Безусловно, в основе механизма идеологии лежат психологиче­ские особенности человека. В этом смысле можно сказать, что идеологический механизм в целом носит психологический характер, он нацелен на использование «коллективной психики» (Л.И. Петражицкий, М.А. Рейснер) и одновременно яв- 3

ляется ее продуктом»^[361].

Структура механизма правовой идеологии, по мнению А.И. Клименко, вклю­чает в себя три звена. Первое звено тесно связано с содержанием конкретной идеологии и заключается в способе обоснования социально-политической ситуа­

ции. При этом речь идет и об обосновании политического единства общества, и об обосновании его структуры. При этом правовая идеология, т.е. идеология го­сударства, тяготеет к использованию рационального способа обоснования поряд­ка. Второе звено не связано с содержанием идеологии и является инструменталь­ным. Сюда следует отнести приемы обоснования социально-политической ситуа­ции. Среди этих приемов можно выделить следующие, присущие любой идеоло­гии: номинация (определенной ситуации дается ценностно-окрашенное обозначе­ние), символизация (перенесение широкой смысловой нагрузки означаемого на означающее), стериотипизация (ассоциация двух различных ситуаций предпола­гает четкую увязку в понимании различных явлений, которые сходны по отдель­ным параметрам), интерпретация (объяснение смысла), ритуализация (четкая увязка определенной ценности или идеи с ритуалом, который как бы ассоцииру­ется с самой ценностью или идеей), мифологизация (использование практически всех предыдущих приемов). Третье звено идеологического механизма представ­лено определенным «набором» интеллектуалов, объединенных в социальные ин­ституты, обслуживающих идеологию и обеспечивающих ее внедрение в общест­венное сознание^[362].

Так, А.А. Зиновьев отмечает, что существует целый аппарат, действующий для выработки идей и внедрения содержания идеологии в умы людей, представ­ленный идеологами-профессионалами и различными структурами, их объеди- няющими^[363].

Аналогичной точки зрения придерживается М.К. Мамардашвили, говоря о «фабриках сознания» и об особой категории интеллектуалов, задействованных в

3

воспроизводстве и трансляции идеологии^[364].

Механизм правовой идеологии интегрирован в правовую систему общества и представлен тремя звеньями - способами обоснования государства, приемами это­го обоснования и социальными институтами, целью которых является выработка

содержания и трансляция идеологии государства.

Таким образом, анализ системы средств защиты правовой системы в усло­виях кризиса через понятия «защита», «система, «средства»», позволил прий­ти к выводу, что защита должна быть направлена на обеспечение согласованно­сти общественных взаимосвязей. Научный интерес представляет исследование системы средств защиты правовой системы в условиях кризиса как мер, направ­ленных на их преобразование, совершенствование в целях обеспечения стабиль­ности, эффективности, соответствия реально складывающимся общественным от­ношениям и возможности обеспечения действительного регулятивного воздейст­вия права. Она может быть построена на основе такого критерия, как структурные элементы правовой системы. Соответственно рассматриваются такие средства защиты правовых систем в условиях кризиса как формирование антикризисного законодательства, совершенствование юридической практики, а так также совер­шенствование управленческих средств и идеологических основ государственно­правовой сферы.