Вопросы обеспечения верховенства федеральной Конституции и федерального законодательства

В Конституции Республики Саха (Якутия) в отношении законов Российской Федерации, «принятых по вопросам, отнесенным к совместным полномочиям», устанавливается противоречащая Конституции Российской Федерации процедура вступления их в силу на территории республики посредством их ратификации Палатой Представителей Государственного собрания (статья 41) Аналогичное положение содержит статья 60 Конституции Ингушетии: пункт 15 статьи 60 Конституции Республики Ингушетия включает норму о ратификации парламентом республики федеральных законов, изданных по вопросам совместного ведения.

В соответствии со статьей 59 Конституции Республики Татарстан от 6 ноября 1992 г. «законы республики обладают верховенством на всей ее территории, если они не противоречат международным обязательствам Республики Татарстан».

Не соответствуют Конституции Российской Федерации нормы о приостановлении действия федеральных законов. Статья 2 Конституции Республики Тыва (действовавшей до референдума 2001 г.) гласила, что «в период чрезвычайной ситуации, политического и государственного кризиса в Российской Федерации на территории Республики Тыва действует Конституция и законы Республики Тыва».

Конституции Башкортостана, Коми, Тывы и Якутии содержат положения о возможности приостановления действия законов и иных актов Российской Федерации, если они противоречат конституциям этих республик. Конституция Дагестана наделяет республиканские органы власти подобным полномочием в случае, если законы и иные акты Федерации противоречат суверенным правам и интересам республики. Часть 2 статьи 7 Конституции Ингушетии утверждает правомерность законов и иных нормативно-правовых актов органов государственной власти и управления Российской Федерации на территории Республики Ингушетия, «если они не противоречат суверенным правам Республики Ингушетия».

Устав Саратовской области содержит возможность приостановления действия актов федеральных органов исполнительной власти, если они противоречат законодательству или интересам населения области. Статья 65 Конституции Республики Коми, закрепляя положение о непротиворечии законов и иных правовых актов республики законам, принятым федеральными органами государственной власти в соответствии с полномочиями Российской Федерации, тем не менее утверждает, что в случае противоречия федеральных законов законам и иным правовым актам, принятым органами государственной власти Республики Коми в соответствии с полномочиями Республики Коми, действуют правовые акты Республики Коми. Аналогичная норма содержится в части 2 статьи 22 Конституции Республики Бурятия: «Конституция Республики Бурятия имеет высшую юридическую силу по вопросам, отнесенным к ведению Республики Бурятия». В случае противоречия между федеральным законом и нормативным правовым актом республики, изданным по вопросам правового регулирования республики, действует нормативный правовой акт Республики Бурятия.

Часть 4 статьи 3 Устава Архангельской области закрепляет, что «принятые федеральными исполнительными органами власти, органами законодательной (представительной) и исполнительной государственной власти области или местного самоуправления нормативные акты, ограничивающие права и свободы человека и гражданина на территории Архангельской области, незамедлительно приостанавливаются соответствующим органов государственной власти области до разрешения вопроса в установленном порядке».

Эти положения противоречат части 4 статьи 76 Конституции Российской Федерации.

Верховенство республиканских конституций закреплено в конституциях Адыгеи (часть 1 статьи 6), Дагестана (часть 3 статьи 4), Ингушетии (часть 1 статьи 7), Саха (Якутии) (часть 1 статьи 7), Тывы (часть 5 статьи 8), Удмуртии (часть 2 статьи 7), Татарстана (статья 165), Башкортостана (часть 1 статьи 155), Кабардино-Балкарии (часть 1 статьи 14) и др. Похожие нормы содержатся в уставах Иркутской области (статья 2) и Ханты-Мансийского автономного округа (пункт 2 статьи 59). Часть 2 статьи 5 Конституции Республики Башкортостан утверждает: «Законы, принятые по вопросам, добровольно переданным Республикой Башкортостан в ведение РФ, обязательны на территории Республики Башкортостан». Это положение нельзя признать достаточно юридически корректным, так как предметы ведения Федерации определяются Конституцией РФ, а не договором между РФ и Башкортостаном.