<<
>>

§ 3.2. Нотариальная и судебная защита прав наследников интеллектуаль­ных прав

Важное значение для создания полной картины порядка наследования ин­теллектуальных прав, а также для формирования комплексного представления о статусе наследников интеллектуальных прав имеет исследование форм и спосо­бов защиты следующих прав: 1) права на наследование интеллектуальных прав и права на наследство, представленное интеллектуальными правами; 2) соб­ственно интеллектуальных прав, которые перешли к наследникам в порядке наследственного правопреемства. В данном параграфе будет представлен анализ таких форм защиты, как нотариальная и судебная, а также входящих в них спо­собов защиты, нередко связанных с целым рядом теоретических и практических вопросов, имеющих дискуссионный характер.

Анализ нотариальной формы защиты, которая по своей правовой природе является внесудебной, начнем с указания на ст. 64 «Основ законодательства Рос­сийской Федерации о нотариате», говорящей о том, что нотариусом либо по его собственной инициативе по месту открытия наследства, либо по сообщению граждан и юридических лиц должны приниматься меры, направленные на охрану наследственного имущества, если такие меры необходимы в интересах следующего круга лиц - наследников, отказополучателей, кредиторов, и, нако­нец, государства. Вместе с тем, в наследство также могут входить имуществен­ные права, в качестве которых могут выступать исключительные права и иные интеллектуальные права имущественного характера. Весьма проблематично к данным правам применять понятие «охрана»: данные права должны подлежать защите. Поэтому сам термин «охрана наследства» в данном контексте имеет до­статочно условный характер.

В статье 1171 ГК РФ закреплена следующая логика соотношения охраны наследуемого имущества и защиты прав: для защиты прав наследников, отка­зополучателей и других заинтересованных лиц исполнителем завещания или но­тариусом по месту открытия наследства принимаются соответствующие меры, направленные к обеспечению охраны наследства и управлению им. В контексте нашего исследования данную логику законодателя следует интерпретировать та­ким образом, что речь идет не о защите наследуемых и унаследованных интел­лектуальных прав, а о защите собственно наследственных прав - прав на данные интеллектуальные права. Однако следует отметить важность мер, предпринима­емых нотариусом по охране и управлению наследством, что особенно актуально в случае, когда в состав наследства, в частности, входят интеллектуальные права.

Защита интеллектуальных прав как таковых в нотариальной практике вы­ражается в виде действий (процедур), связанных прежде всего с фиксацией ав­торских прав и выражающихся в: а) в заверении времени создания произведения, б) нотариальном удостоверении страницы сайта (в случае нарушения авторских прав) и т.д. Однако совершение данных действий на законодательном уровне пока еще четко не прописано[253]. Таким образом, нотариус предпринимает меры по защите принадлежащих правообладателю интеллектуальных прав, которые да­лее могут стать объектом наследственного правопреемства.

Существование рассматриваемой формы защиты разделяется не всеми ис­следователями, особенно теми, которые дифференцируют охрану имущества и охрану имущественных прав. Так, например, А.М. Голощапов и К.Ю. Рожде­ственская полагают, что «ни нормы наследственного права, ни нормы авторского права прямо не указывают на то обстоятельство, что относительно имуществен­ных прав также могут приниматься меры по их охране нотариусом»[254].

Мы счи­таем, что из отсутствия законодательных положений, которые предусматривали бы возможность совершения нотариусами действий, нацеленных на охрану

наследства в части интеллектуальных прав имущественного характера, совер­шенно не вытекает отсутствие возможности нотариальной защиты соответству­ющих прав и интересов наследников, заключающихся в реализации наследствен­ного правопреемства в отношении интеллектуальных прав - исключительного права и иных интеллектуальных прав имущественного характера.

Думается, что по логике закона защита прав и интересов наследников предполагает не только обеспечение охраны имущества, но и обеспечение за­щиты имущественных прав, а также управление последними. Тем не менее, сле­дует согласиться с указанными авторами в том, что целый ряд проблем возникает из-за отсутствия четкого механизма регулирования законодателем наследования имущественных прав на результаты интеллектуальной деятельности. В ст. 1270 ГК РФ не указывается прямо и отчетливо на возможность перехода к наследнику широкого круга имущественных прав автора или иного правообладателя по ис­пользованию произведения. Однако права наследников не исчерпываются пра­вом на использование. В качестве других имущественных прав надо указать на право получать начисленные, но не полученные ко дню смерти автора-наследо­дателя выплаты, вытекающие из договоров авторского заказа. Здесь также нельзя не упомянуть право на получение вознаграждения за использование работодате­лем служебного произведения.

В целом надо признать, что нотариальная защита прав наследников ин­теллектуальных прав предполагает главным образом защиту права наследова­ние и основана на знании наследниками своих прав на тот или иной результат интеллектуальной деятельности. Немаловажным аспектом данного способа за­щиты является подтверждение наследниками того факта, что наследодатель дей­ствительно был автором, либо правообладателем и поэтому обладал всеми необ­ходимыми имущественными правами на произведение. Поэтому нотариус, без­условно, должен удостовериться в наличии экземпляра произведения, так как со­гласно ст. 1257 ГК РФ в качестве автора произведения признается лицо, которое является указанным на экземпляре данного произведения. Если произведение де-

понировано в Российское авторское общество, то представляется вполне очевид­ным осуществление запроса. Доказательством авторских прав может быть также наличие договорных отношений, проистекающих из договора авторского заказа или, например, служебного задания на создание произведения для автора.

Интересна ситуация, когда наследодатель не является автором произведе­ния, но в свое время стал правообладателем. Основания для такого статуса - до­говор об отчуждении исключительных прав на произведение, соглашение об от­ступном, когда вместо исполнения одного обязательства, например, погашения задолженности, должник передал кредитору имущественные права на произве­дение. Необходимо сказать, что в данном случае требуется документальное под­тверждение статуса правообладателя. Вполне возможны и случаи признания ав­торских прав в силу судебного решения, например, решения о признании автор­ства, а также обращения взыскания на имущественные права наследников автора или правообладателя, поскольку ст. 1284 ГК РФ запрещено обращать взыскания на имущественные права самого автора.

Согласно ст. 1153 ГК РФ для принятия наследства достаточно совершить ряд действий: вступить во владение или в управление наследственным имуще­ством; принять меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвести за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатить за свой счет долги наследода­теля или получить от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Эти действия свидетельствуют о фактическом принятии наследства. Как отмечает В.Н. Гаврилов, «в момент открытия наследства у наследников по завещанию и/или по закону возникает не право на наследство, а лишь право на наследование, право на принятие наследства, которое в случае его реализации является завершающим этапом в приобретении наследства»[255]. В свою очередь наследник до момента принятия наследства является всего лишь вероятным пра­вопреемником наследодателя.

Рассмотрим один пример. Так, суд отказал истцу в признании права на наследование исключительного права в связи с тем, что «действий по распоря­жению наследственным имуществом в виде исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности по опубликованию произведений, их распро­странению и использованию, в которых проявляется отношение наследника к наследству, как собственному имуществу, истцом в установленный шестимесяч­ный срок после смерти С.Н.В. совершено не было, в связи с этим факт принятия истцом наследства в виде исключительных прав на результаты интеллектуаль­ной деятельности С.М.И. после смерти С.Н.В. не может быть установлен»[256].

В юридической литературе высказана точка зрения о недопустимости та­кого отношению к авторскому праву. Некоторые исследователи усматривают случай с авторским правом в качестве исключения из общего правила. В частно­сти, Э.П. Гаврилов считает, что в случае наследования данного права наследник до того момента, как истекут 6 месяцев со дня открытия наследства, должен по­дать нотариусу заявление о принятии наследства, ибо принять наследство дру­гим способом нельзя. Другими подтверждениями того, что наследник фактиче­ски вступил во владение наследственным имуществом в отношении авторского права, могут выступить - принятие материальных носителей, воплощающих произведение в материальной форме (рукописи, картины и т. д.), уведомление пользователей о правопреемстве, уведомление общественной организации, в ко­торой состоял умерший (РАО и др.).

А.М. Голощапов и К.Ю. Рождественская считают, что фактическое приня­тие наследства путем вступления во владение и совершения иных действий также должно быть распространено на объекты авторского права[257]. Такой вывод аргументируется тем, что на практике могут возникать ситуации, при которых отсутствует обращение наследника к нотариусу по причине незнания положений законодательства, либо по другим причинам. Но, несмотря на это, наследником

фактически осуществляются действия, которые объективно позволяют ему всту­пить в наследство. Согласно ст. 1112,1152 и 1153 ГК РФ, наследник через совер­шение действий, которые свидетельствуют о фактическом принятии наследства, вступает в свои права. В контексте темы нашего исследования есть все основания считать такого наследника обладателем принадлежавших наследодателю-автору или иному правообладателю имущественных прав на произведение.

Чрезвычайно важным вопросом, возникающим при нотариальном оформ­лении наследования интеллектуальных прав, выступает вопрос о сроке действия исключительного права. Разумеется, в случае, когда известно, чье это произве­дение, а также, когда известна дата смерти автора, перед нотариусом не возни­кает особых затруднений в процессе выдачи свидетельства о наследовании соот­ветствующих исключительных прав. В ситуации анонимного обнародования произведения нотариус должен изучить свидетельство о смерти автора, уточнить дату смерти. Это делается с той целью, чтобы осуществить исчисление семиде­сятилетнего срока. В рассматриваемых случаях срок охраны исчисляется с 1 ян­варя года, который следует за годом обнародования такого произведения. Необ­ходимо также иметь представление о том, что срок охраны исключительных прав на произведение уже истек. Поэтому с тем, чтобы развеять данные представле­ния, наследник должен доказывать то, что произведение было обнародовано ано­нимно либо оно было обнародовано после смерти автора.

Одним из сложных является вопрос о наследовании патентных прав в слу­чае смерти автора до выдачи патента. Приведем один случай из практики. До выдачи патента один из авторов изобретения умер. Его наследник обратился к нотариусу с заявлением, в котором он просил выдать свидетельство о праве на наследство в отношении исключительного права на изобретение. Нотариус отка­зал в выдаче свидетельства, поскольку регистрация патента на изобретение в гос­ударственном реестре изобретений Российской Федерации произведена после смерти наследодателя. Наследник обратился в суд с заявлением отменить поста­новление об отказе в совершении нотариального действия и обязать нотариуса выдать свидетельство. Вывод и обоснование суда: свидетельство о праве на

наследство может быть выдано только в отношении зарегистрированного изоб­ретения, т.е. после выдачи патента, так как исключительное право на него при­знается и охраняется при условии государственной регистрации изобретения[258]. Однако, как нам представляется, данный вывод будет справедливым только в случае признания права наследников на получение патента.

В целом вопросы защиты нотариусом прав и законных интересов наслед­ников интеллектуальных прав тесно связаны с вопросами оформления исключи­тельного права на произведение, которое переходит в порядке наследования. Поскольку в Методических рекомендациях по оформлению наследственных прав[259] (далее - Методические рекомендации) нет специальных положений об оформлении наследования исключительных прав, то они были разъяснены в п. 83 Постановления № 9 и включают два главных момента: исключительное право на произведение, созданное наследодателем, включается в состав наследства без подтверждения каким-либо документами; исключительно право на произведе­ние, переданное наследодателю по договору об отчуждении исключительного права, подтверждается соответствующим договором, заключенным в письмен­ной форме.

Практика показывает, что нотариусы, выдавая свидетельство о праве на наследство, указывают наследственное имущество наследников в виде автор­ского права. Однако, как указывает В.Р. Артомасова, в свидетельстве отсут­ствует указание на то произведение, правообладателем которого становится наследник[260]. Как совершенно справедливо указывается в литературе: данную по­зицию нотариусов нельзя назвать верной[261].

Авторские права связаны с конкретными произведением, так как возник­новение и существование авторских прав тесно связано с каждым конкретным произведением, а не со всей совокупностью произведений, которые были со­зданы автором. Следовательно, нотариус, оформляя свидетельство о праве на наследство, не должен стремиться истребовать у наследников данные относи­тельно всех произведений умершего автора-наследодателя, а обязательно дол­жен указывать наследственное имущество, но не в качестве некоторого абстракт­ного «авторского права», а именно в качестве конкретного права (прав) на кон­кретное произведение (произведения), исключительное право на которое (кото­рые) принадлежит автору. Основанием такого алгоритма является то, что далеко не все авторские права могут переходить в порядке наследования, не говоря уже о том, что возможны соавторы, а также ситуации отчуждения исключительного права автором, в результате чего данное право уже не может быть наследуемым.

Одновременно надо учитывать, что основанием выдачи свидетельства о праве на наследство являются предоставленные нотариусу документы и сведе­ния, которые бесспорным образом подтверждают состав наследуемого имуще­ства (ст. 1162 ГК РФ и раздел 9 Методических рекомендаций). При этом возни­кает вопрос - должен ли нотариус проверять правомочность принадлежности ис­ключительного права на произведения умершему автору? В доктрине высказы­вается позиция, которая объясняет случаи, когда нотариусы отказывают наслед­никам в совершении нотариальных действий, которые связаны с принятием объ­ектов интеллектуальных прав в наследство. Основным фактором здесь высту­пает отсутствие у предполагаемых наследников официальных документов или иных бесспорных доказательств, подтверждающих наличие у лица исключитель­ного права на произведение как автора данного произведения. Не убедившись в полной мере в такой принадлежности, нотариус неправомочен совершать нота­риальные действия в интересах наследников[262].

Казалось бы, содержащееся в Постановлении № 9 разъяснение о том, что исключительное право автора на данное произведение включается в состав наследства без подтверждения какими-либо документами, вступает в коллизию с привычными правилами и практикой нотариальных действий по оформлению наследства. Тем не менее подход Пленума Верховного Суда РФ основан на воз­никновении авторских прав в момент создания произведения и отсутствии тре­бования государственной регистрации, что, конечно же, не означает отсутствия заинтересованности автора в различных способах подтверждения своего автор­ства. Смысл подхода, изложенного в Постановлении № 9, как нам представля­ется, не заключается в отрицании предоставления наследником каких-либо до­казательств (документальных свидетельств) вообще, а напротив - в допущении предъявления любых доказательств. Ведь в самом же Постановлении № 9 далее говорится о том, что в случае возникновения спора о принадлежности наследо­дателю исключительного права на произведение судом могут приниматься во внимание любые доказательства, которые подтверждают факт принадлежности исключительного права конкретному лицу.

В доктрине уточняется, что «наследник должен подтвердить лишь факт ав­торства наследодателя. При этом не имеет значения, как, с помощью каких до­кументов будет произведено это подтверждение. В частности, должно быть включено в состав наследства исключительное право на опубликованное произ­ведение, даже если на публикации проставлен знак охраны авторского права из­дательства, а не наследодателя»[263]. В данном случае Э.П. Гаврилов исходит из ст. 1257 ГК РФ, устанавливающей, что лицо, которое указано в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения считается автором, если не доказано

иное.

По нашему мнению, нотариус при оформлении наследственных прав дол­жен исходить из презумпции о том, что наследник обладает исключительным

правом на любое произведение, обнародованное под именем умершего наследо­дателя в качестве автора, если, конечно, не будет доказано обратное. Следова­тельно, данная презумпция при особом стечении обстоятельств может быть опровергнута - на то она и презумпция. Более того, основанием выдачи свиде­тельства на исключительное право на произведение могут быть любые доказа­тельства, которые были предоставлены наследниками. Однако, что самое глав­ное, со стороны нотариуса не должна осуществляться проверка правомочности принадлежности исключительного права на произведение умершему автору.

Переходя далее к вопросу о судебной защите прав наследников в случае споров, связанных с защитой нарушенных или оспоренных интеллектуальных прав, следует исходить из того, что она не только, как и нотариальная защита, нацелена на защиту права на наследование интеллектуальных прав, но и вклю­чает способы защиты исключительного права, которое уже перешло к наслед­нику в порядке наследственного правопреемства. Судебная защита распростра­няется на исключительные и иные права, которые способны переходить от насле­додателя к наследнику, а также защиту наследником авторских (личных неиму­щественных прав) наследодателя.

Гражданский Кодекс содержит общие положения о защите интеллектуаль­ных прав (ст. 1250), а также специальные статьи, посвященные защите личных неимущественных прав (ст. 1251) и исключительных прав (ст. 1252). Кроме того, в часть четвертую ГК РФ включены правовые нормы, предусматривающие от­ветственность за нарушение исключительного права на произведение (ст. 1301), ответственность за нарушение исключительного права на объект смежных прав (ст. 1311), ответственность за незаконное использование товарного знака (ст. 1515), ответственность за незаконное использование наименования места проис­хождения товара (ст. 1537).

В теоретическом аспекте под судебной защитой интеллектуальных прав в целом следует понимать юридически значимые поступки-действия, акты судеб­ных органов, действующих в рамках правоохранительной (правозащитной) дея­тельности в предусмотренной законом юрисдикционной форме, с применением

предусмотренных законом правовых средств и способов защиты, мер ответ­ственности, процессуальных (процедурных) норм, принятием правопримени­тельных индивидуальных судебных актов на основе принципов и норм граждан­ского права по защите законных прав и интересов в сфере интеллектуальной де­ятельности. Целями судебной защиты является: предупреждение возможных и пресечение совершаемых гражданских правонарушений в сфере интеллектуаль­ной деятельности; устранение препятствий в осуществлении наследниками субъ­ективных исключительных прав; восстановления нарушенных субъективных ис­ключительных прав и законных интересов наследников; укрепление конститу­ционного правопорядка[264].

Система способов судебной защиты интеллектуальных прав отвечает не только интересам правообладателей, являющихся реальными и потенциаль­ными наследодателями, но и интересам наследников, например, по беспрепят­ственному осуществлению своих исключительных прав, перешедших по наслед­ству, включая использование объекта интеллектуальной деятельности по своему усмотрению и в своем интересе, распоряжению ими, а в случае нарушения - он может прибегать к средствам принудительного осуществления своих прав и при­влечения виновных лиц к гражданско-правовой ответственности. Соответствую­щие способы защиты, к которым обращаются наследодатели-правообладатели, как для защиты субъективного исключительного права, так и для защиты личных неимущественных интеллектуальных прав, например, признание права, пресече­ние действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, восста­новление положения, существующего до нарушения права[265], и т.д. - адресован также наследникам интеллектуальных прав.

Согласно Постановлению № 9, «в случае нарушения исполнителем исклю­чительного права на произведение правообладатель (в том числе наследник)

вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечис­ленных в ст. 12 ГК РФ и п. 1 ст. 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в част­ности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведе­ния». При этом следует учитывать, что заключение правообладателем (в том числе наследником) с организацией по управлению правами на коллективной ос­нове договора о передаче полномочий по управлению принадлежащими ему пра­вами не лишает указанное лицо права самостоятельно обращаться в суд за защи­той своих нарушенных или оспариваемых прав.

Рассмотрение судебного порядка обеспечения прав наследников интеллек­туальных прав предполагает анализ круга вопросов, относящихся к доказатель­ствам, подтверждающим, в частности, принадлежность исключительного права наследодателю. Так, согласно абз. 2 и абз. 3 Постановления № 9 «О насле­довании интеллектуальных прав», при возникновении спора о принадлежности наследодателю исключительного права на результат интеллектуальной деятель­ности, не подлежащего в соответствии с ГК РФ государственной регистрации (в частности, на произведение науки, литературы, искусства), судам следует учи­тывать то, что факт принадлежности исключительного права конкретному лицу может быть подтвержден любыми доказательствами (ст. 55 ГПК РФ). К ним от­носятся - объяснения сторон и других лиц, участвующих в деле; показания сви­детелей; письменные и вещественные доказательства, факт учета произведения в организации по управлению правами на коллективной основе (в том числе по­лучившей государственную аккредитацию) подлежит оценке наряду с другими доказательствами по делу (и. 4 ст. 1259 ГК РФ, ст. 67 ГПК РФ). Помимо этого, в доктрине указывается на наличие такого доказательства, как письменный дого­вор о переходе исключительного права к лицу (согласно ст. 1234 и 1285 ГК РФ), который является наследодателем. В том случае, если такие договоры у наследо­

дателя имеются, нет никаких сомнений в том, что исключительные права на со­ответствующие результаты интеллектуальной деятельности переходят по наследству[266].

Возникает вопрос: могут ли требоваться доказательства при наличии в наследственной массе исключительных прав на объекты, не относящихся к ре­зультатам интеллектуальной деятельности и охраняемым без государственной регистрации (фонограммы, вещательные передачи, большие базы данных ((§ 5 главы 71 ГК РФ), первопубликации, секреты производства и коммерческие обо­значения))? По мнению Э.П. Гаврилова, необходимо в такой ситуации использо­вать аналогию закона[267]. Однако, на наш взгляд, представляется правильным вне­сение изменений в ст. 1250 ГК РФ добавлением п.6: «Принадлежность исключи­тельного права конкретному лицу может быть в судебном порядке подтверждена объяснениями сторон и других лиц, участвующих в деле, показаниями свидете­лей, письменными, вещественными, а также иными доказательствами».

Следует учесть, что в судебной практике документальное подтверждение прав наследодателя-автора произведения часто не требуется. Об этом говорит и только что упомянутое Постановление Пленума Верховного Суда, подчеркива­ющее, что исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом наследодателя, включается в состав наследства без подтверждения какими-либо документами. В качестве исключения высту­пают случаи, когда названное право признается и охраняется при условии госу­дарственной регистрации такого результата (например, в соответствии со ст. 1353 ГК РФ).

В случае судебного спора факт принадлежности исключительного права конкретному лицу может быть подтвержден любыми доказательствами (ст. 55 ГПК РФ): объяснениями сторон и других лиц, участвующих в деле, показаниями

свидетелей, письменными и вещественными доказательствами. Так как наследо­дателями могут быть и правообладатели, получившие исключительное право по договору отчуждения, необходимо наличие соответствующего договора, заклю­ченного в письменной форме, который подлежит государственной регистрации в случаях, предусмотренных и. 2 ст. 1232 ГК РФ. Полагаем, что здесь прослежи­вается проблема детального освещения вопроса об оформлении исключитель­ного права на произведение, которое переходит в порядке наследования. Пункт 13 соответствующего документа содержит следующее требование: «Свидетель­ство о праве на наследство выдается при наличии в наследственном деле всех необходимых документов и сведений»[268]. О том, какие документы относятся к имуществу умершего, говорит и. 14: «На наследуемое имущество, в том числе на имущественные права, должны быть представлены документы, подтверждаю­щие принадлежность наследодателю имущества на праве собственности, а также имущественных прав на день открытия наследства; стоимость наследственного имущества; наличие либо отсутствие обременения наследственного имущества, права на которое подлежат специальному учету или государственной регистра­ции; место нахождения наследственного имущества с указанием конкретного ад­реса; иные документы, необходимые для выдачи свидетельства о праве на наследство».

Как видим, налицо коллизия между ГК РФ и Методическими рекоменда­циями по оформлению наследственных прав. Со своей стороны, Верховный суд РФ, конечно же, поддерживает позицию законодателя. В частности, п. 83 Поста­новления № 9 закрепил правило, которое предусматривает включение без под­тверждения какими-либо документами в состав наследства исключительного права на произведение, созданное наследодателем. По большому счету, то, с по­мощью каких документов это подтверждение будет производится, значения не имеет. В состав наследства должно быть включено «исключительное право на

опубликованное произведение, даже в том случае, если на публикации простав­лен знак охраны авторского права издательства, а не наследодателя (ст. 1271 ГК РФ) либо на журнале, в котором было опубликовано произведение, имеется надпись "перепечатка только с разрешения редакции журнала"»[269]. В сравни­тельно-правовом ключе хотелось бы отметить, что наследники по закону, напри­мер, в рамках законодательства Великобритании в процессе защиты своих прав в суде также предоставляют доказательства того, что они унаследовали или нахо­дятся в процессе наследования прав на патенты и товарные знаки[270].

Ст. 1301 ГК РФ предусматривает, что в случаях нарушения исключитель­ного права на произведение наследник наряду с использованием других приме­нимых способов защиты и мер ответственности в соответствии с и. 3 ст. 1252 вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, которая определяется по усмотрению суда (в размере от 10 тыс. руб. до 5 млн. руб.); в двукратном размере стоимости экземпляров про­изведения или двукратном размере стоимости права использования произведе­ния, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснил, что согласно Граж­данскому кодексу РФ требования по спорам, касающимся защиты владения или принадлежности имущества, в том числе: о пресечении действий, нарушающих исключительное право на результаты интеллектуальной деятельности и прирав­ненные к ним средства индивидуализации или создающих угрозу его нарушения (подп. 2 п. 1 ст. 1252); об изъятии и уничтожении контрафактных материальных носителей, в которых они выражены, либо оборудования, прочих устройств и материалов, которые были использованы или предназначены главным образом

для совершения нарушения исключительных прав на них (п. п. 4 и 5 ст. 1252), к имущественным взысканиям не относятся[271].

Разъясняя вопросы виновности нарушителей исключительных прав, Вер­ховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ указали, что «в силу п. 3 ст. 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает примене­ния в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. Судам надлежит принимать во внимание то, что указанное правило подлежит примене­нию к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответ­ственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к ст. 401 Ко­декса»[272].

Следующим способом защиты прав наследников является признание субъективных гражданских прав. Согласно ст. 12 ГК РФ оно выступает в ка­честве важнейшего гражданско-правового способа защиты, входящего в систему универсальных (основных) способов защиты. Необходимость использования данного способа защиты заявляет о себе в ситуации постановки под сомнение унаследованного исключительного права со стороны других лиц, которые пред­принимают действия по его оспариванию, а также в ситуации, когда возникает вполне реальная угроза совершения данного рода действий.

Надо отметить, что устранение неопределенности, возникшей во взаимо­отношениях субъектов, возможно на основе признания права. Именно это при­знание способно создать все необходимые условия для того, чтобы исключитель­ное право было реализовано, а действия третьих лиц, препятствующих его нор­мальному осуществлению, были бы предотвращены. Судебное признание права

осуществляется не только на основании установления факта того, что то или иное спорное право или законный интерес имеет место или отсутствует, посред­ством вынесения судебного признательного решения по установительному иску (иску о признании, констатации того или иного субъективного гражданского права, об установлении наличия или отсутствия спорного правоотношения), но также посредством вынесения судебного признательного (учредительного, кон­ститутивного, создающего) решения по преобразовательному иску[273]. В итоге, как нам представляется, значение данного судебного решения заключается в том, что им подтверждается субъективное право, которое до этого момента находилось в неясном состоянии. В частности, из анализа Постановления Суда по интеллекту­альным правам от 4 февраля 2014 г. по делу № А40-86465/2012 следует, что наследник имеет право на иск о получении вознаграждения даже в случае, если наследодатель при своей жизни подал заявление об отказе от подобного рода иска[274].

В качестве другого примера следует указать на признание Судом по интел­лектуальным правам в резолютивной части своего Решения от 15.07.2014 № СИП-313/2014[275] в качестве патентообладателей на изобретение по патенту № 2136327 ряда лиц, которые являются наследниками по закону лица, являвшегося изначальным патентообладателем, но которым нотариусом в постановлении от 12.12.2013 было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по за­кону на означенный патент. В мотивировочной части Решения Суда по интел­лектуальным правам было указано, что защита исключительных прав на резуль­таты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации в силу поло­жений подп. 1 п. 1 ст. 1252 ГК РФ может быть осуществлена, в том числе, путем предъявления требования о признании права.

Нельзя также не указать на необходимость эффективной судебной защиты должных наследников исключительного права на товарный знак в случаях, когда наследники, не зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринима­телей, уклоняются от заключения соглашения о разделе имущества с лицами, за­интересованными в переходе к ним исключительного права на товарный знак. Так, в пользу истца (заинтересованного лица) было разрешено дело №2- 5353/2013, рассмотренное Центральным районным судом г. Читы[276], который при­знал исключительное право на товарный знак за истцом с одновременной выпла­той денежной компенсации другим наследникам.

В ситуации проанализированного в пар. 4 гл. 2 пробела в отношении сро­ков перерегистрации наследниками исключительного права на товарный знак Суд по интеллектуальным правам в условиях такого пробела выступает на сто­роне наследников исключительного права. Аналогичную позицию Суд занял и в ситуации имеющегося пробела в отношении санкции за нарушение сроков от­чуждения исключительного права. Так, в своем решении по делу № СИП-61/2013 по иску заинтересованного лица с требованием досрочного прекращения охраны товарного знака в связи с тем, что его обладатель умер 3,5 года назад, а наследник соответствующих действий по оформлению права на товарный знак в течение данного срока не предпринимал, Суд по интеллектуальным правам указал, что действующее законодательство «не содержит в качестве санкции за несоверше­ние в установленный законом срок действий по отчуждению товарных знаков указаний на прекращение права на товарный знак и знак обслуживания. Как следствие, данное обстоятельство также не исключает правопреемство наслед­ников в отношении принадлежавших наследодателю объектов интеллектуаль­ной собственности»[277].

Если идти далее, то из поди. 2 и. 1 ст. 1252 ГК РФ следует, что защита наследниками исключительных прав на результаты интеллектуальной деятель­ности и на средства индивидуализации осуществляется и путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществ­ляющему необходимые приготовления к ним. Данный способ защиты пред­назначен для пресечения (предупреждения) незаконных и неблагоприятных дей­ствий, возвращения к беспрепятственному осуществлению прав[278].

Согласно ст. 1302 ГК РФ, посвященной обеспечению иска по делам о нару­шении авторских прав, суд может запретить ответчику-нарушителю совершать определенные действия: изготовление, воспроизведение, продажу, сдачу в про­кат, импорт или иное предусмотренное законом использование, а также транс­портировку, хранение или владение в целях введения в гражданский оборот эк­земпляров произведения, в отношении которых предполагается, что они явля­ются контрафактными. Суд может наложить арест на все экземпляры произведе­ния, в отношении которых предполагается, что они являются контрафактными, а также на материалы и оборудование, используемые или предназначенные для их изготовления либо воспроизведения.

Еще одним способом судебной защиты наследниками своих прав является возмещение убытков. В ст. 45 Соглашения по торговым аспектам прав интел­лектуальной собственности (Соглашение ТРИПС) 1994 г. предусматривается, что судебные органы имеют право издать судебный приказ, предписывающий нарушителю оплатить владельцу прав убытки, сумма которых достаточна для того, чтобы компенсировать ущерб, понесенный правообладателем в связи с нарушением его права интеллектуальной собственности нарушителем, который знал или имел достаточные основания знать о том, что он осуществляет право­нарушающие действия. Судебные органы также имеют право издать судебный приказ, предписывающий нарушителю возместить правообладателю расходы, которые могут включать гонорар адвоката.

Действующее российское законодательство содержит нормы, регулирую­щие применение указанного способа защиты исключительных прав. Согласно подп. 3 и. 1 ст. 1252 ГК РФ требование о возмещении убытков при защите ис­ключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности на средства индивидуализации может быть предъявлено к лицу, неправомерно использовав­шему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализа­ции без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использова­ние) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинив­шему ему ущерб. В своем Постановлении от 25.01.2016 № СО-1138/2015 по делу № А03-24108/2014 Суд по интеллектуальным правам, затрагивая вопрос о неза­конном использовании результата интеллектуальной деятельности, уточняет, что «правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разре­шением)»[279].

Ст. 1301 ГК РФ предоставляет наследнику возможность требовать возме­щения убытков и удовлетворять свои имущественные интересы с использова­нием указанного способа защиты, допуская возможность использования других средств, которые предусмотрены законом. Такая же возможность предоставлена и обладателю исключительного права на объекты смежных прав (ст. 1311 ГК РФ). От возмещения убытков следует отличать компенсацию. Согласно п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов резуль­татов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нару­шении исключительного права наследник вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от

доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определя­ется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумно­сти и справедливости. Правообладатель вправе требовать от нарушителя вы­платы компенсации за каждый случай неправомерного использования резуль­тата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за до­пущенное правонарушение в целом[280].

Далее перейдем к анализу судебной защиты личных неимущественных интеллектуальных прав автора-наследодателя, инициируемой наследни­ками. Наследники могут разрешать использование произведений под истинным именем автора, если они были обнародованы под псевдонимом или без указания имени автора. Можно указать на случаи осуществления наследниками своих прав, тесно связанные с таким правом, как право автора на имя. Например, наследник автора, издавая его книгу, осуществляет право на имя, принадлежа­щее автору. Другой случай связан с разрешением другому лицу использовать произведение с указанием имени автора-наследодателя. Необходимо учитывать, что здесь наследником уже осуществляется и защищается право автора на имя. Преследование наследником в судебном порядке нарушителя авторских прав, который издал книгу без указания имени автора, представляет собой защиту права на имя[281].

В качестве меры защиты личных неимущественных прав автора в и. 1 ст. 1251 ГК РФ закреплена возможность требования компенсации морального вреда, а также требовать пресечения действий, от которых исходит угроза нару­шения прав автора. При это Гражданским Кодексом не указываются субъекты, имеющие право на осуществление защиты личных неимущественных прав теми способами, которые указаны в и. 1 ст. 1251. Законодатель пошел по пути пере­числения способов защиты личных неимущественных прав автора. Однако, не

были определены в конкретной форме способы защиты, которые могут быть осу­ществлены наследникам автора или исполнителем завещания, на которого была возложена охрана авторских прав. В ясной форме также не решен вопрос о праве правообладателя как заинтересованного лица, наряду с наследниками автора или исполнителем завещания, требовать защиты личных неимущественных прав.

Думается, что наследник вправе потребовать от нарушителя личных не­имущественных прав наряду с прекращением неправомерных действий также и компенсации морального вреда. Однако это касается только наследников автора, которые могут испытывать переживания от того, что нарушитель присвоил право авторства на произведение. Так как наследники правообладателя не могут испытывать никаких нравственных страданий, то вполне очевидно, что ст. 1251 ГК РФ должна включить указание таких способов защиты личных неимуще­ственных прав, которыми могли бы воспользоваться следующие лица - сам ав­тор, его наследники или наследники правообладателя, исполнитель завещания или же сам правообладатель, в том случае, если последний не является автором[282].

В предыдущем параграфе говорилось о том, что отказополучатель имеет возможность обратиться в суд с иском о понуждении наследника к заключению договора, чаще всего безвозмездного, об отчуждении исключительного права, либо к выплате платежей. Однако бывают случаи, когда исполнить завещатель­ный отказ в полном объеме невозможно в силу фактического отсутствия или не­достаточности наследственного имущества, необходимого для исполнения дан­ного отказа, а также в случае необходимости наследника погасить задолженно­сти наследодателя перед кредиторами за счет исключительного права, перешед­шего по наследству. Поэтому наследник также имеет полное право отстаивать свои интересы в суде, поскольку, как разъяснено в и. 26 Постановления № 9 за­вещательный отказ исполняется наследником в пределах стоимости перешед­шего к нему имущества, определяемой после возмещения расходов, вызванных смертью наследодателя, и расходов на охрану наследства и управления им, а

также после удовлетворения права на обязательную долю и за вычетом приходя­щихся на наследника долгов наследодателя. Однако возможна и другая ситуа­ция: в указанных случаях наследник может осуществить такое исполнение за свой собственный счет.

В заключении параграфа подчеркнем, что судебная защита прав и интере­сов наследников представляется особо актуальной в весьма сложной в ситуации, когда наследники не пришли к согласию относительно раздела исключительных прав между собой, их стоимости и вытекающих отсюда доходов от использова­ния исключительных прав, которые наследники по своему согласию должны раз­делить между собой (п. 1 ст. 1165 ГК РФ). То, что стоимость оценивается и вклю­чается в общую стоимость (ценность) наследства, следует из подпункта "д" п. 32 Постановления № 9. В нем сказано, что при включении в состав наследства ис­ключительного права, право на обязательную долю в наследстве удовлетворя­ется с учетом его стоимости. При разделе имущества, согласно п. 57 указанного Постановления № 9, стоимость наследуемого имущества (и стоимость исключи­тельного права) определяется на время рассмотрения дела в суде. То есть рыноч­ная стоимость при заключении договоров об использовании исключительных прав принципиально не устанавливается (п. 3 ст. 1234 и п. 5 ст. 1235 ГК РФ).

Выводы. 1. Нотариальный порядок защиты прав наследников интеллекту­альных прав предполагает главным образом защиту права на наследование и ос­нован на знании наследниками своих прав на то или иное произведение.

2. При оформлении наследственных прав нотариусы должны: 1) исходить из презумпции о том, что наследник обладает исключительным правом на любое произведение, обнародованное под именем умершего наследодателя в качестве автора. Соответственно, основанием выдачи свидетельства на исключительное право на произведение могут быть любые доказательства, которые были предо­ставлены наследниками. Со стороны нотариуса не должна осуществляться про­верка правомочности принадлежности исключительного права на произведение умершему автору;

2) указывать на конкретные наследуемые права на конкретное произведе­ние, входящие в состав наследства и переходящие к наследникам, которые ста­новятся правообладателями, принимая при этом во внимание любые доказатель­ства, предоставленные наследниками. Это необходимо по той причине, что не все интеллектуальные права могут переходить в порядке наследования, кроме того, возможны соавторы, ситуации отчуждения исключительного права авто­ром.

3. Судебная защита прав и интересов наследников, как и нотариальная, нацелена на защиту наследственных прав в отношении интеллектуальных прав, но и предусматривает в случае споров, связанных с защитой нарушенных или оспариваемых интеллектуальных прав, способы защиты исключительного права и иных интеллектуальных прав имущественного характера (судебное подтвер­ждение и признание принадлежности наследодателю исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации; су­дебный запрет на совершение соответствующих действий ответчиком-наруши­телем и т.д.), которые уже перешли к наследнику в порядке наследственного пра­вопреемства, а также предполагает обеспечение инициируемой наследниками за­щиты личных неимущественных прав наследодателя.

<< | >>
Источник: КОСТИКОВ ВЛАДИМИР ВАЛЕРИЕВИЧ. НАСЛЕДОВАНИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ПРАВ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Саратов - 2017. 2017

Еще по теме § 3.2. Нотариальная и судебная защита прав наследников интеллектуаль­ных прав:

  1. Глава 11. Судебная защита прав и законных интересов военнослужащих177
  2. § 1. Законодательное расширение правомерных возможностей защиты прав потерпевшего
  3. § 3. Способы преодоления препятствий на пути защиты прав потерпевшего
  4. § 8.3. Судебная защита прав человека. Адвокатура и суд
  5. Конституционно-правовой механизм защиты прав и свобод
  6. 2.2. Особенности судебной защиты европейского права
  7. § 3.2. Проблема использования судебных механизмов защиты права на охрану здоровья
  8. Судебная защита прав застрахованных
  9. 4 Судебная защита прав и свобод человека и гражданина
  10. 4.2 Право на судебную защиту
  11. §1. Судебная система защиты прав человека и гражданина
  12. 17.3. Арбитражный порядок защиты прав корпорации
  13. §3. Судебная защита прав субъектов предпринимательской деятельности
  14. § 4 Судебная защита жилищных прав, а также обеспечение восстановления нарушенных прав
  15. Основные процессуальные условия осуществления права на судебную защиту жилищных прав
  16. Необходимость судебной защиты жилищных прав граждан
  17. § 3.2. Нотариальная и судебная защита прав наследников интеллектуаль­ных прав
  18. §3. Конституционализация права на судебную защиту основных прав и свобод человека и гражданина и арбитражная судебная практика
  19. § 3. Административная и судебная защита права на общее землепользование
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -