§ 2. Нарастание кризиса «верхов» во второй половине XIX столетия — важнейшая предпосылка преобразований

Крымская война 1853—1856 гг , закончившаяся поражением России, показала экономическую, политическую и военную несостоятельность царизма, обнажив пороки и язвы социально-экономической системы.

«Теперь только, — констатировал А. В. Никитенко, — открывается, как ужасны были для России прошедшие 29 лет. Администрация в хаосе; нравственное чувство подавлено, умственное развитие остановлено, злоупотребления и воровство выросли до чудовищных размеров» ⁶^δ.

Фрейлина императрицы А. Ю. Тютчева писала: «В публике один общий крик негодования против правительства, ибо никто не ожидал того, что случилось. Все так привыкли беспрекословно верить в могущество, в силу, в непобедимость России! Говорили себе, что если существующий строй несколько тягостен и удушлив дома, он, по крайней мере, обеспечивает за нами во внешних отношениях и по отношению к Европе престиж могущества и бесспорного политического и военного превосходства. Достаточно было дуновения событий, чтобы рушилась вся эта иллюзорная постройка» ⁶⁶.

✓Крымский погром явился решающим импульсом пробу ж- дения общественного сознания в России. «Она вся, от царя до поденщика, встрепенулась от мертвенного оцепенения, в которое до сих пор была погружена... и плодом этого была... обширная рукописная литература». В ней критически оценивалось состояние страны, предлагались ответы на тысячи^.вопросов современной русской жизни ⁶⁷.

В получившей широкую известность записке П. А. Валуева «Дума русского во второй половине 1855 г.», от 25 августа 1855 г. критиковались методы государственного управления, «нынешнее (1855 г.) устройство различных отраслей» государства, законодательство. Автор писал, что постигшие страну военные неудачи заставляют задуматься над их причинами. Они «заключаются в повсеместном недостатке истины, недоверии правительства к своим собственным орудиям и в ■пренебрежении ко всему другому.

Многочисленность форм подавляет сущность административной деятельности и обеспечивает всеобщую официальную ложь». Судя по годовым отчетам ведомств, везде одни успехи. «Но взгляните на дело, всмотритесь в него, отделите сущность от бумажной оболочки, то, что есть, от того, что кажется, правду от неправды или полуправды, — и редко, где окажется прочная, плодотворная польза. Сверху блеск, внизу гниль». Немало критических слов было сказано Валуевым в адрес законодательства. «У нас самый закон нередко заклеймен неискренностью. Мало озабочиваясь определительною ясностью выражений и практическою применимостью правил, он смело и сознательно требует невозможного. Он всюду предопределяет успех, но не пролазает к нему пути и не обеспечивает исполнение всех собственных требований». Никто из служащих не в состоянии исполнить то» что предписывает закон. «Для чего же вменять в обязанность невозможное?» — задает вопрос автор. И отвечает: «для того чтобы в случае надобности было на кого обратить ответственность». Сверхцентрализация управления «и формалистика», взаимоконтроль ведомств «ежедневно обнаруживают свое бессилие». Бюрократизм привел к тому, что «все правительственные инстанции уже ныне более заняты друг другом, чем сущностью предметов их ведомства. Высшие едва успевают наблюдать за внешнею правильностью действий низших инстанций, низшие почти исключительно озабочены удовлетворением внешних изысканий высших» ^os.

Об отсутствии законности и бюрократизме говорилось много и в распространяемой рукописи И. А. Мельгунова

«Мысли вслух об истекшем тридцатилетии России»⁶⁹. В ней поднимались вопросы государственной и общественной жизни России. Критиковался сложный государственный меха- / низм, негодное правосудие. «Бюрократия считает себя, — писал Мельгунов, — как бы гражданином иной земли, даже и те в государстве, а над государством и убеждается мало-помалу, по свойству человеческой души, что не он существует для нации, а нация для него».

Бюрократия «свирепствует» в России, как нигде в Европе.£Государстве1Ниый механизм «бесполезно сложен». Это проистекает из желания «подчинить >всех надзору и опеке» исполнительной власти.^Существующее в стране смещение властей законодательной, исполнительной и судебной способствует развитию бюрократизм Централизация в управлении привела к путанице в деятельности министерств и ведомств. Бюрократия попирает законы, способствуя развитию правового нигилизма в народе/ «Нам, русским, — подчеркнул Мельгунов, — всего необхоДи^ мее воспитать в себе» чувство уважения к закону «ибо мы привыкаем прибегать к темным и негласным путям мимо открытых и законных, когда хотим покончить спорное дело легко и просто. Мы сбились со столбовой дороги законности и заблудились по проселкам. Нас нужно оттуда вывести, а для этого нужно отлучить от дверей тайной полиции и губернаторов, да указать на открытые двери судебных мест». В сказанном понимание необходимости судебной реформы. «Поднять юридические нравы народа, внушить ему негодование к кривосудию и любовь к правде «было бы поистине святым делом», — заключил автор. Но как осуществить это? Прежде всего ввести гласность и устность судопроизводства. «Пора исполнить над нашими исполнителями, следователями, судьями единственно неподкупный контроль общественного мнения, пора дать средство оглашать во всеуслышание темные дела и скрытые беззакония. Тогда, но только тогда, мы можем излечиться от старого недуга и догнать в правосудии другие образованные страны»⁷⁰.

Рукописные критические выступления адресовались и непосредственно правительству. Они отражали общественные настроения и взгляды на актуальные вопросы современности. Так, в «Записке о современной политической жизни в России» (1855 г.) анонимного лица говорилось: «Ныне каждый уверен в мертвенности буквы закона и в действительности только воли и покровительства сильных. Убеждение это так обще и так глубоко, что преследовать его действия решитель

но невозможно, иб-о сами орудия преследования будут преисполнены того же духа и действия их будут в том же направлении.

Даже царь российский, несмотря на полное свое могущество, не достигнет цели, исправляя этим путем, ибо истощится в бесплодных трудах и дойдет до отчаянного убеждения, относя эту невозможность к безнравственности своего народа». Неуверенность в провозглашаемых правах «о*г несправедливости власти» побуждает искать защиту «или в собственной политической силе или в деньгах». Поэтому каждый заботится «о приобретении себе сначала сильного покровителя и для этого служит лицу, а не делу, с постоянным страхом утратить благорасположение своего заступника». Ненужным благотворчеством стремились создать видимость деловитости ⁷¹.

Записка Безобразова (6 мая 1856 г.) виновницей беззакония в стране с неизбежным последствием — социально-политической стагнацией — называет бюрократию. «Бюрократия, — писал он, — делает все, она обдумывает и пишет законы, рассматривает судебные дела, правит церковью, финансами, государственным хозяйством. Разделенная названием разных ведомств, она остается одна и та же, холодная, равнодушная ко всему, что не касается личных интересов, озабоченная собственным повышением и- выгодами, она имеет главным предметом маскировать беспорядки и злоупотребления, творящиеся в ведомствах, от нее зависящих». Одно из центральных мест отвел Безобразов юстиции. Он писал: «Правосудие — это первая потребность жизни гражданской —почти не существует, ибо суд получается большею частью ценою денег ил И влияния. Нетрудно доказать, ежели бы это не было всем известно, ч^нет дела, сопряженного сколько-нибудь с значительным интересом, которое имело бы правильное законное производ%тво».ГКак уголовное, так и гражданское судопроизводство неудовлетворительно. Это отрицательно влия- ⁴ ет на экономику стра1НыД«От-сутствие правосудия и граждан- ~ской безопасности имеет последствием, что останавливается дух предприимчивости в народной промышленности и пра- √ вилыное обращение капитала» ⁷².

√Kaκ видно, [кризисное состояние государственного механизма России стало очевидным.

Это явилось необходимой предпосылкой осознания неизбежности реформы£лК концу крымской кампании, — вспоминал Оболенский, — чувствовалась неизбежность существенных реформ»⁷³. О них, в частности, говорилось во «Всеподданнейшей запуске» главы II от-

деления с. е. и. в. канцелярии графа Д Н. Блудова «О чрезмерном развитии бюрократизма в России», подготовлеикой в ответ на рукописные замечания неизвестного лица. «Записка» была представлена Александру II 9 февраля 1856 г. Кон статировалош^непомериюе развитие бюрократизма в государственном аппарате). Связывая причину этого с «механизмом гнашего управления», Блудов писал: «Сии неудобства происходят от самого устройства сих мест и властей, от недостатка единого плана, а следовательно, и цели постановлений и учреждений, которые были изменяемы и преобразуемы в разные времена под влиянием разтых к часто совершенно противных одного другому побуждении»* Особо отмечены истоки .порочности правосудия. Они проистекали из.. самого” закой.о- дательства, по которому «огромное число дел судных проходит через непомерное число инстанции» при произволе канцелярии н низкой квалификации судей. Дзлудов предлагал способы улучшения госаппарата. Следовало «подвергнуть тщательному, подробному во всех частях.. пересмотру все наши учреждения и уставы». Однако это следовало делать «не вдруг, а постепенно»..

Ознакомившись с запиской, Александр II наложил резолюцию: «Чтобы при всех наших законодательных работах мы старались иметь в виду устранение или по крайней мере сокращение по возможности бесполезного формализма и порождаемой им столь же бесполезной п бесплодной переписки»⁷³. При этом монарх повелел истребовать журналы и иные документы Комитета 6 декабря 1826 г ⁷⁵

Стремление высших сфер разобраться в причинах кризиса государственной системы, правосудия, обращение к опыту подготовки реформы свидетельствовали об осознании пришедшим к власти в 1855 г. Александром II и его правительством необходимости преобразований в стране..Торопиться с реформами вынуждало прежде всего»кризис1ное положение финансов.

8 (20) ноября 1857 г. Λⁱl. X. Рейтер.н (впоследствии министр финансов) писал великому князю Kc∣Hcτ2iHTM∣Hy Николаевичу: «Ныне после войны дефицит возрос до суммы почти невероятной ⁷⁶. Если бы его считать постоянным, если только предположить, что он будет продолжаться несколько лет, то оставалось бы только закрыть глаза и сказать, что будет, то будет». Автор продолжал: «Мы находимся в настоящее вре мя на поворотном пункте. Теперь еще зависит от правительства выбрать дорогу, по которой сию намерено идти. Че-

рез (несколько лет невозможно будет оставаться на прежней дороге и слишком поздно, чтобы перейти на другую»⁷⁷.

Перейти «та другую дорогу» побуждали и внешнеполи-* тические причины. Кризис государственного механизма, финансов отрицательно влиял та боеспособность армии, подрывал международный авторитет страны. «Продолжая идти таким путем, — считал Д. А. Милютин (впоследствии военный министр), — можно было довести государство до полного бессилия, в то время, когда все другие державы европейские деятельно усиливали свое вооружение» ⁷'^s.

Правящие круги понимали, что реформы невозможно подготовить и осуществить бюрократическими методами без опоры на общественное мнение. Выражением такого подхода явилось появление критического материала в прессе.

<< | >>

↑

Источник: М.Г. Коротких. САМОДЕРЖАВИЕ И СУДЕБНАЯ РЕФОРМА 1864 ГОДА В РОССИИ. ВОРОНЕЖ ИЗДАТЕЛЬСТВО ВОРОНЕЖСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. 1989

Еще по теме § 2. Нарастание кризиса «верхов» во второй половине XIX столетия — важнейшая предпосылка преобразований: