Фискалы

К 1720г. число фискалов, несмотря на непопулярность этой службы, заметно выросло. Должности фискалов были введены в каждой коллегии, где они должны были «смотреть, чтобы все порядочно по данным регламентам и указам управляемо было правдой и доброй ревностью», а в случае нарушений доносить на президента коллегии генеральному фискалу.

127 ПСЗ—1. Т. 5. № 3436. 20 октября 1719г.; Государственность России: Словарь-справочник. Кн. 2. М., 1999. С. 432—433; Кн. 3. С. 395.

128 ПСЗ—1. Т. 5. № 3307. 16 февраля 1719 г.; № 3436. 20 октября 1719 г.

129 Там же. Т. 6. № 3534. 28 февраля 1720 г. (Гл. 45); Богословский М.М. Областная реформа Петра Великого. С. 298; Ключевский В.О. Русская ис­тория. Полный курс лекций. Кн. 2. С. 462; Барсов Т. О светских фискалах

208

С.Е. Шестаков, напротив, считает, что фискальский гражданский надзор не был повсеместным, и даже в 1722 г., в период наивысше­го своего роста, «охватывал около половины городов России»130.

С созданием коллегий фискалы из ведения Сената перешли в Юстиц-коллегию. В результате переподчинения этой структуры местопребыванием обер-фискала стала Юстиц-коллегия, а про­винциал-фискалов — надворные суды (вместо губернских канце­лярий); остальные фискалы по-прежнему находились в городах. Однако и Сенат, и губернские канцелярии не остались без надзора. В 1720 г. обязанность доносить царю о непорядках в высшем уч­реждении перешла к обер-секретарю Сената131, которого в 1721 г.

Однако единого мнения об этой должности в историче­ской литературе не существует. Достаточно редкое упоминание о земских фискалах в законодательных актах дало основание С.А. Петровскому утверждать, что эта должность вовсе не была введена и осталась на бумаге. Другой исследователь этого воп­роса, Л.А. Стешенко, ссылаясь на законодательство, приравни­вал ее к должности провинциал-фискала и объяснял появление в указах понятия «земский фискал» переводом на русский язык иностранного названия провинциал-фискал134.

и духовных инквизиторах // Журнал Министерства народного просвеще­ния. 1878. №2. С. 314.

130 Шестаков С.Е. Формирование института гражданских фискалов в России в первой трети XVIII в. // Реформы в России XVI—XIX вв.: Сб. на­учных трудов. М., 1992. С. 119.

131 ПСЗ—1. Т. 5. №2957. 27 ноября 1715г.; Т. 6. №3519. 13 февраля 1720г.

132 Там же. № 3479 (Инструкция земскому фискалу); Градовский А.Д. Высшая администрация России XVIII ст. и генерал-прокуроры // Собр. соч. Т. 1. С. 121 — 122; Барсов Т. Указ. соч. С. 312.

133 Соловьев С.М. Сочинения. Кн. 8. М., 1993. С. 471.

134 Петровский С.А. О Сенате в царствование Петра Великого. М., 1875. С. 111 — 116; Стешенко Л.А. Фискалы и прокуроры в системе государствен­ных органов России первой четверти XVIII в. // Вестник МГУ. Серия XII. Право. 1966. № 2. С. 55.

209

Должность фискалов считалась государственной службой, и преобразования последних лет правления Петра I были направ­лены на усиление ее государственного начала. В 1722—1724гг.

Включение фискальских должностей в Табель о рангах так­же приближало их к статусу коронных служащих. В 1722 г. ранги получили только обер-фискал (VIII военный) и фискалы в гу­берниях и надворных судах (XIV статский). Но уже через год число начальников среди фискалов заметно возросло и возник­ла необходимость внести дополнения в Табель 1722 г. Включе­ние в нее новых должностей законодатели объясняли изменени­ями в составе фискалов. Как отмечалось в указе 1723 г., вначале они «выбраны были из самых нижних людей, без свидетельс­тва, которые рангов не имели, кроме обер-фискала, которые ныне явились в великих преступлениях и злодействах. А ныне определены фискалы из знатных офицеров». Генерал-фискал получил ранг генерал-майора армии (IV класс), обер-фискал государственный — бригадира (V), обер-фискал Военной кол­легии — полковника (VI), обер-фискал Военной конторы и ди­визий — подполковника (VII), фискалы коллегий и Главного магистрата — майора (VIII), провинциал-фискалы и фискалы магистратов — капитана (IX класс). В 1724г. законодатели еще раз вернулись к пересмотру «Табели о рангах», и исключили из нее фискалов, служивших в городах и городовых магистратах135. Таким образом, от высших должностей фискальской служебной лестницы законодатели стремились отделить низшие ее ступени, которые заполнял пестрый в сословном отношении контингент служащих, формировавшийся в значительной степени путем вы­бора населения. Фискалы-начальники, включенные в «Табель о рангах» и подчиненные надзору государственных учреждений, по своему положению приближались к коронным чиновникам.

По подсчетам С.Е. Шестакова, в 1722г. когда институт фи-скалитета достиг своего расцвета, насчитывалось 230—240 фи­скалов.

135 ПСЗ-1. Т. 6. №3890. 24 января 1722г.; Т. 7. №4170. 23 февраля 1723 г.; Т. 7. № 4602. 23 ноября 1724 г.

210

массе это были мелкие помещики или безземельные дворяне, про­шедшие военную службу и достигшие солидного возраста (средний возраст фискалов 53 года). Остальные 30—35 чел (13%) были куп­цами. Из купечества провинциальных и городовых фискалов изби­рались до 1830 г.; затем характер этой должности изменился, и она прекратила свое существование в великорусских губерниях136.

На счету фискалов было немало раскрытых преступлений против казны и имущества частных лиц. Наряду с огромным ко­личеством дел о казнокрадстве и взяточничестве мелких чиновни­ков они выдвигали обвинения против губернаторов, сенаторов гр. Ф.М. Апраксина и кн. Я.Ф. Долгорукова и даже против всесиль­ного кн. А.Д. Меншикова. По их доносу началось дело сибирского губернатора кн. М.П. Гагарина, обвиненного в грабеже населения и незаконной торговле китайским товаром. Именно фискалы помогли прекратить вопиющие злоупотребления властью устюж­ского коменданта Акишева, выступая в качестве последней на­дежды на справедливость у подведомственного ему населения.

Однако, несмотря на государственную пользу, какую прино­сили фискалы, их деятельность, основанная на доносительстве, придавала фискальскому институту «отталкивающий характер». В немалой степени этому способствовали и те многочислен­ные преступления и злоупотребления, какие часто совершали сами фискалы и за какие они преследовали других. Многие из них подверглись суровым наказаниям и даже были казнены. Так, был бит кнутом и сослан на каторгу первый обер-фискал М.В. Желябужский (уже за злоупотребления в должности ланд-рата), в 1724 г. на плахе кончил жизнь его знаменитый преемник А.Я. Нестеров, суровым наказаниям и ссылке на каторжные ра­боты подверглись многие фискалы137.