Органы административного и судебного надзора при Сенате и других правительственных учреждениях

А. Фискалат. Как указывалось выше, одновременно с организацией в 1711 году Сената была созданы должности фискалов. Впоследствии рядом указов была организована целая система фмекалата, завершенная в 1717 году.

Фискалат первоначально должен был быть органом тайного надзора. В указе 5 марта 1711 г. предлагалось Сенату «выбрать обер- фискала, человека доброго и умного (из какого чина ни есть)». Здесь содержалось и определение его обязанностей: «должен он над всеми делами тайно 'надсматривать и проведывать про неправый суд, також в сборе казны и прочего, и кто неправду учинит, должен фискал позвать его пред Сенат (какой высокой степени ни есть) и там его уличить». При успешности уличения половина штрафа с обвиненного шла в пользу фискала, неуличение не должно было «фискалу в вину ставить, ниже досадовать, под жестоким наказанием и разорением имения». Под ведением обер-фискала должны были состоять провинциал-фискалы, а под ними «несколько нижних», которые «во всем таку ж силу и свободность имеют, как и обер-фискал, кроме одного, что вышнего судью или генерального штаба на суд без обер-фискала позвать не могут». В начале 1712 года было указано, что фискалы ставятся под ведомство Сената, утверждалась их самостоятельность по отношению к губернаторам. Петр угрожал сенаторам казнью, если они не будут рассматривать «фискальских доносов». Не довольствуясь этим, Петр передавал эти доносы на рас- смотрение и для производства о них розысков доверенным лицам, а именно — в так называемые «майорские канцелярии», позднее в тайную канцелярию Указ 1715 года о «должности» фискала устанавливал более точно круг ведения и состав фискалата. При обер-фискале, а также при губернских (провинциальных) и городских фискалах учреждались по четыре должности помощников, из которых двое от купечества, «дабы могли тайно ведать купеческое сословие». Функции фискалов были определены так.

«Действие же их сие есть — взыскание всех безгласных дел, то есть: 1) всякие преступления указов; 2) всякие взятки и кража казны и прочее, что ко вреду государственному интересу быть может, каково б оное имени ни было; 3) також и прочие дела народные, за которых нет челобитчиков, например, ежели какого приезжего убьют или наследник последний своей фамилии во младенчестве умрет без завету духовной предков его и прочие тому подобные безгласные дела, иже не имеют челобитчика о себе». Этим указом значительно ограничивалась безнаказанность фискальских донесений. Сумма штрафа, идущая в пользу фискала, уменьшается до ’четверти. Теперь фискалы должны были проведывать о всех делах не только тайно, но и явно615. С учреждением коллегий овсе фискальские дела перешли из Сената в юстиц-коллегию, при которой состоял и обер-фискал. Согласно Генеральному регламенту при каждой коллегии также учреждались фискалы. Генеральный регламент устанавливал, что в случае, «если он (фискал) за президентом (коллегии), или «то внебытность его управляет, что противное увидит, о том должен донести генеральному фискалу». Однако в это время и вплоть до 1723 года при Сенате не было генерал-фискала. С 1723 года генерал-фискал состоял при Сенате и числился в более высоком служебном ранге, чем ранее состоявший при сенате обер-фискал *. При создании прокуратуры органы фискалата были подчинены надзору генерал-прокурора. Однако после назначения генерал-фискала последовал указ о том, чтобы все фискальские доношения направлялись этому последнему. До конца царствования Петра оба института существовали параллельно, причем в ряде случаев деятельность органов616 прокуратуры основывалась на фискальских материалах617. Фискалат в целом был упразднен Верховным тайным советом в 1729 г. путем увольнения наличных фискалов без назначения новых. Впрочем, остались фискалы «для купецких дел», а также военные фискалы. Б. Прокуратура как орган надзора. В январе 1722 года был назначен генерал-прокурор при Сенате, а в апреле того же года была издана «должность генерал-прокурора».

В ней точно перечислены функции генерал-прокурора Сената и обязанности его помощника, обер-прокурора. Здесь в первом же пункте подчеркивалось, что генерал-прокурор должен осуществлять надзор за деятельностью Сената. «Генерал-прокурор повинен сидеть в Сенате и смотреть накрепко, дабы Сенат свою должность хранил, и во всех делах, которые сенатскому рассмотрению и решению подлежат, истинно, ревностно и порядочно, без потеряния времени, по регламентам и указам отправлял...». Тут подчеркивалась и необходимость проверки исполнения. Генерал-прокурор должен «накрепко смотреть, чтобы в Сенате не на столе только дела вершились, но самым действом по указам исполнялись, в чем он должен спрашивать у тех, кто на что указы получил, исполнено ль по них в такое время, в которое начало и совершенство оного исполнено быть может; и буде не исполнено, то ему ведать надлежит, для какой причины, невозможность ли какая помешала, или по какой страсти, или за леностью, и о том немедленно Сенату предлагать должен, для чего повинен иметь книгу, в которой записывать на одной половине, в которой день какой указ состоялся, а «а другой половине записывать, когда, что по оному указу исполнено, или не исполнено, и для чего, и прочие обстоятельства нужные вносить». Пункт 2 предписывал в случае установления неисполнения Сенатом своих обязанностей «в тот же час... предлагать Сенату явно, с полным изъяснением, в чем они или некоторые из них не так делают, как надлежит, дабы исправили; а ежели не послушают, то должен в тот час протестовать, и оное дело остановить, и немедленно донесть нам, если весьма нужное...». Закон предостерегает генерал-прокурора, что «ежели (он) какое неправое доношение учинит по какой страсти, то будет сам наказан по важности дела». Закон устанавливает: «генерал и обер-прокуроры ничьему суду не подлежат, кроме нашего». Однако у Сената остается право ареста при отлучке государя этих чинов и учинения над ними розыска в случае их измены (п. 9). Генерал-прокурору принадлежит важное право законодательной инициативы в случае отсутствия «ясных указов» по каким^ либо вопросам.

Пункт И, как бы резюмируя все сказанное об обязанностях генерал-прокурора, указывает, что «сей чин, яко око наше и стряпчий о делах государственных», должен во всем «верно псвою власть на один или несколько уездов. Все эти суды решали как уголовные, так и гражданские дела. Надворные суды являлись второй инстанцией и для провинциальных, и для городовых судов, пользовавшихся одинаковой степенью власти. Высшей судебной инстанцией была юстиц-коллегия, рассматривавшая в апелляционном и ревизионном порядке дела надворных судов. Она же являлась судом первой инстанции для Петербурга до организации в нем надворного суда и оставалась первой инстанцией для дел 'Проживавших в столице иностранцев. Юстиц-коллегия была и органом судебного управления, прообразом будущего министерства юстиции. Но мы уже видели, что над всей системой судов, включая и юстиц-коллегию, -возвышался Сенат, осуществлявший функции административно-судебного надзора и управления, а также судебное разбирательство дел в качестве последней инстанции, а иногда и чрезвычайного суда по отдельным делам. В период организации новых судов правительство в своих указах проводило идею полного обособления судебной власти от административной 620. Воеводам как высшим чинам администрации на местах «...не надлежит ссор тяжебного дела между подданными судить, и судьям в расправе их помешательство чинить». «Смертные» дела воевода должен «каждое к своему надлежащему суду отсы лать и по учиненному решению от суда к подобающему и действительному исполнению в действо производить», то есть исполнять судебные приговоры. Но уже в организации юстиц-коллегии законодатель отошел от идеи отделения судебной власти от административной. Еще более смешивались функции суда и управления в Сенате. На практике с первых же дней деятельности новых судов губернаторы, воеводы и другие чины администрации вмешивались в судебные дела, принимали жалобы от (населения на решения судов и выносили свои по ним решения. В отдельных случаях центральная власть сама 'поручала судьям выполнение функций воеводы, почему-либо устраненного от должности *.

Более общим правилом, опиравшимся на инструкцию воеводам, было осуществление губернаторами и воеводами надзора за деятельностью судов. Они могли, не вмешиваясь в производство суда, останавливать своим протестом исполнение решений, хотя и отвечали за неосновательный протест. С 1722 года окончательно исчезают все признаки самостоятельности судебных учреждений. Практика председательствования губернаторов в надворных судах теперь получает санкцию закона. В этом же году были упразднены нижние суды, и в провинциальных городах правосудие осуществлялось воеводой с двумя асессорами. Таким образом, попытка введения не зависимых от администрации судов была отброшена самим законодателем, что вполне соответствовало общему духу полицейского абсолютизма, идее «регулярного государства». В нем сложный бюрократически- централизованный аппарат должен был во всех делах выполнять волю просвещенного монарха, фактически направленную на укрепление власти помещиков-дворян и представителей крупного торгового капитала. Вскоре после смерти Петра надворные суды были упразднены, а их функции переданы губернаторам и воеводам (1727 г.). Фактически дела решались чиновниками канцелярий губернатора и воеводы. Апелляционной инстанцией для этого суда оставалась юстиц-коллегия. 124.

<< | >>

↑

Источник: Чельцов-Бебутов М.А. Курс советского уголовнопроцессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. 1957

Еще по теме Органы административного и судебного надзора при Сенате и других правительственных учреждениях: