§ 1. Логика права в статике и в динамике

1. Логика права – логика особого порядка. Как свидетельствует разработка общетеоретических проблем, стоит только выйти за пределы догматического освещения права и попытаться увидеть весь спектр

«атомов» права как таковых, т.е.

280

Глава девятая. Проблемы логики права

и соотношений, которая является выражением специфических закономерностей права, отличающихся жесткой последовательностью, своего рода заданной направленностью на результаты известного порядка, к которым они неуклонно ведут (что и дает провести грань между понятиями «закономерности права» и «логика права»).

Вместе с тем здесь нужно с предельной строгостью отметить и другое. Логика права не тождественна ни формальной, математической, алгебраической логике, ни диалектической, ни какой-либо другой (хотя со всеми ими совместима и не может быть им противопоставлена). Это о с о б а я, именно юридическая логика, что, помимо всего иного, и делает право в высшей степени своеобразной, уникальной областью социальной действительности.

Ранее уже говорилось о том, что эта особая юридическая логика проявляется уже на уровне догмы права. К примерам, которые были приведены при постановке этой проблемы, можно добавить и другие, из числа простейших данных юридической догматики. Вот перед нами логическая связь между правоотношениями и юридическими нормами. При наличии определенных жизненных обстоятельств, предусмотренных в законе (юридических фактов), из юридических норм с неизбежностью логически «следует», что известные субъекты становятся носителями субъективных юридических прав и обязанностей.

которые характерны для сферы права.

Вместе с тем в области юридической догматики, подвластной в целом формальной логике, такого рода случаи последовательных связей и соотношений могут быть охарактеризованы всего лишь в качестве

281

Часть вторая. Теория права. Новые подходы

отдельных «проявлений», прорывов сквозь «формально-логическую» ткань, не более того. Непосредственно же, в полном виде, масштабно и притом в наиболее значимых (и юридически, и социально) сторонах логика права, характеризуя самую суть теории права более высокого уровня, раскрывается на более широкой основе – на базе всего комплекса правовых средств, рассматриваемых как таковые, в их собственной плоти, вне императивной привязки к их главной (но не всеобъемлющей) разновидности – юридическим нормам.

2. Общее, универсальное значение логики права. Если позитивное право в соответствии со своей природой и практическим назначением является царством формальной логики, а аналитическая юриспруденция в этой связи – математикой в области права, то особая логика права – это его, права, технология.

Правда, такая особая, юридическая логика лишь в малой степени может затронуть вопросы практической юриспруденции (тут, еще раз скажу, абсолютное господство, царство формальной логики!). Логика права – это логика жизни права, то, что выражает закономерности его «появления на свет», своего рода «технологию» бытия и функционирования. Ведь сам факт формирования особого нормативного регулятора, обладающего рядом уникальных свойств, – факт логики цивилизации. В этой связи обнаруживаются важнейшие стороны и проявления собственной логики права, характеризующей материю права в ее статике

и динамике.

Так, по мере развития общества со все большей жесткостью дают о себе знать рассмотренные ранее императивы цивилизации, «замысел природы», и значит – потребность специально юридической («чисто-правовой») регламентации, необходимости решения возникающих жизненных ситуаций на строго юридических основаниях. И по изложенному ранее материалу мы уже видели, что одна из важнейших сторон логики права характеризуется тем, что для социального регулирования – и по мере развития общества все более и более – свойствен процесс отдифференциации – обособления, высвобождения от влияния иных факторов, выделения из всей системы социального регулирования юридических средств и механизмов, и их самостоятельное, собственное бытие, функционирование и развитие в «чистом» виде.

Далее, позитивное право с первых же фаз своего становления выражает в юридических критериях, сначала преимущественно – в обычаях, так или иначе идеологизированные требования естественного права – социально оправданную свободу поведения участников общественной жизни. Ведь жить и поступать «по праву» – это не только улавливать

282

Глава девятая. Проблемы логики права

правовую суть жизненных ситуаций, выносить или следовать соответствующим юридическим решениям, опираться на действующие нормы и т.д., но и в этой связи действовать социально и духовно оправданно.

рической перспективе.

Но при всем при том обнаруживается, по всем данным, определяющая сторона логики права. Это его спонтанное (трудное, противоречивое, но неуклонное) движение от права сильного к праву власти, а затем через право государства к праву гражданского общества – гуманистическому праву.

3. Основания. Сам факт этого феномена – особой юридической логики – вызван к жизни определяющими особенностями позитивного права (о чем в общей форме и в постановочном порядке уже говорилось – II.4.2), а именно:

– тем, что, во-первых, позитивное право порождено жесткими требованиями общества на стадии цивилизации («императивами цивилизации»), обусловливающими необходимость твердости, определенности по содержанию и гарантированности решения жизненных ситуаций – порядка, приобретающего нормативный характер;

– и тем, во-вторых, что органически свойственное праву в этой связи долженствование – и это парадоксальная черта юридической материи – едино с наличной реальностью, по нескольким направлениям

«выходит» на реальные жизненные отношения; и именно в таких «выходах» на реальную жизнь, в единении должного и сущего, причем таком, когда реализуется предназначение юридической регуляции, и состоит важнейшая, определяющая черта мира права.

Что это за «выходы»? Здесь два существенных момента.

П е р в ы й из них заключается в том, что долженствование в праве имеет такой характер, в соответствии с которым в нем наличествует своего рода заряженность; в нем как бы заложены импульсы напряженности, активное стремление, органическая направленность на то, чтобы реально, фактически существующие отношения стали такими, какими они должны или могут (предпочтительно, желательно) быть, и, стало быть, чтобы «должное» стало ожидаемым или просто возможным «сущим».

Весьма убедительно своеобразие «должного» в праве показал И.А. Покровский. С его точки зрения, право «есть не только явление

283

Часть вторая. Теория права. Новые подходы

из «мира сущего» (из «мира того, что реально есть». – С.А.), но в то же время и некоторое стремление в «мир должного»1. Оно «есть не просто социальная сила, давящая на индивидуальную психику, а сила стремящаяся, ищущая чего-то вне ее лежащего»2. В другой работе, написанной уже после Октябрьского переворота (но в то время неопубликованной), И.А. Покровский проводит в сущности ту же мысль, утверждая, что «право стремится стать таким порядком, которому будут следовать не в силу боязни наказания, а просто в силу сознания его необходимости и разумности (курсив мой. – С.А.)»3.

Здесь, кстати, наглядно проявляются своеобразные черты действующего права (допустим, в отличие от исторических документов – ранее действовавших законов – или же от проектов законодательных документов). Юридические нормы издаются и вводятся в действие именно для того, чтобы содержащиеся в них положения – о должном и возможном – становились при наличии определенных условий реальностью, фактически воплощались в реальной жизни. «Заданность на реальность» является важнейшей специфической чертой долженствования, характерной для позитивного права (как права действующего). В соответствии с только что отмеченной особенностью долженствования в праве, в обществе и формируются такие особые средства, связанные с практической деятельностью людей и власти (институты правоохраны, правосудия, исполнения юрисдикционных решений и др., словом – правовые средства), которые предназначены для того, чтобы положения юридических норм претворялись в жизнь, ста-

новились реальностью.

И в т о р о й существенный момент. То «должное», которое характерно для юридических норм, призвано и в изначальном своем виде, и в процессе перехода в фактическую действительность реализовать предназначение права, в том числе с регулятивной стороны.

Не упустим из поля зрения и то, что для мира права характерна и такая наличная реальность («сущее»), отличающаяся зримыми, осязае-

1 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. С. 60.

2 Там же. Автор пишет: «...всякая норма права предстоит нашему сознанию не только с точки зрения ее «д а н н о с т и», но и с точки зрения ее «д о л ж н о с т и»; мы не только стремимся ее познать как она есть, но в то же время оценить, как она должна быть» (с. 61).

3 Из глубины: Сборник статей о русской революции. М., 1990. С. 232.

284

Глава девятая. Проблемы логики права

мыми внешними характеристиками, как законы, другие источники, с которыми сопряжены само бытие позитивного права, а главное – его структурные особенности («внутренняя форма»), «тело», «вещество» материи права.

И вот когда в ходе общетеоретического анализа удается возвыситься над сугубо догматическим видением права и перед нашим взором предстает вся система правовых средств, а главное – их блоки, «связки» и «механизмы», картина права существенно меняется. Она не только высвобождается из пелены одних только «норм» (и привязки к потребностям текущей юридической практики), но и качественно обогащается, обретает новые грани и краски. Тогда-то и оказывается, что в такого рода блоках, «связках» и «механизмах», рассматриваемых и в «статике», и в «динамике», как раз и обнаруживаются важнейшие проявления особой, во многом уникальной логики.

Ибо в указанных блоках, «связках» и «механизмах» отдельные юридические явления находятся в таких соотношениях, которые призваны закономерно и неуклонно вести от должного, которое только записано в нормативных документах, к фактически реальному, и отсюда

«превращать» это формально должное в реальность. Причем в такую фактическую реальность, в которой реализуются достоинства юридической формы, ее способность обеспечить строгую определенность складывающихся отношений, их прочность и надежность.

Тут-то и выясняется, что если даже выделить в «картине права» ее ключевой сюжет и элемент – юридические нормы, то они не могут не быть «заряженными» правоотношениями, а те в свою очередь – «заряженными» актами реализации. Потому-то в своей последовательной связи они и образуют своеобразную логическую цепь – механизм правового регулирования. Такая же своеобразная юридическая логика обнаруживается в других «связках» правовых явлений (в особенности в связке «дозволение – запрет»). В глубоких пластах правовой материи, как становится все более ясным, существует нечто такое (логика!), что закономерно ведет к следующим звеньям цепи правовых явлений, а в конечном счете – к определенным, как бы заранее «запрограммированным» результатам.

4. Логика права – разные порядки. «Заданность» или «заряженность» материи права на реализацию должного в реальность – одна из главных, определяющих черт позитивного права, предопределяющих его особую логику.

В какой-то мере эта черта долженствования в праве отражается на самой его материи, на специфике его субстанции, «тела», и здесь в ос-

285

Часть вторая. Теория права. Новые подходы

новном – на его структурных особенностях как объективной реальности. Тут оправданно выделить особые группы правовых явлений, выражающих такую своеобразную (специфического структурного порядка) логику права.

Причем характеристика существующих здесь структурных соотношений важна не только с точки зрения теории, понимания особенностей сложной структуры правовой материи даже на уровне догмы права (наукой в полной мере еще не раскрытой). Здесь есть и существенные практические аспекты, и проблемы, наиболее важные при решении вопросов системы законодательства. В частности, соотношение между отраслями законодательства, кодексами, законами различных рангов должно сообразовываться с требованиями не только формальной логики, но и логики юридической (например, при решении вопросов о последовательности издания тех или иных законов, их соподчиненности и др.). Таковы некоторые выводы, отчасти имеющие и практическое значение, которые вытекают из структурных особенностей правовой ма-

терии, рассматриваемой даже в пределах одной лишь догмы права.

При широком же подходе, когда перед исследователем предстает не только догма права, а правовая материя в целом, вся система юридических средств, такого рода выводы не только подтверждаются, но и приобретают более выразительный характер, с большей отчетливостью «выдают» свою предоснову – заложенную в правовой материи

«заряженность» («заданность») на то, чтобы юридически должное становилось фактической реальностью.

Это, например, уже отмеченная ранее последовательная связь между юридической нормой, юридическим фактом, правоотношением и его фактической реализацией (послужившая основой для выработки понятий «механизм правового регулирования» и «правовые средства»). В глубоких пластах правовой материи, как становится все более ясным, существует такая логика, которая закономерно ведет «атомы» права от одного звена к другому в цепи правовых явлений, а в конечном счете – к определенным, как бы заранее «запрограммированным» результатам.

Однако не структурная специфика догмы права и всей системы правовых средств (при всей ее важности и даже, пожалуй, занимательности) должна привлечь наше повышенное внимание. Ведь это только выражение предосновы, т.е. того, что относится к самой сути, стержню логики права – к выраженной в материи права (внутренней форме) «заряженности» на реальное воплощение должного, присущего юридическим нормам, в фактическую действительность.

286

Глава девятая. Проблемы логики права

Между тем важна сама «суть», сам «стержень». Здесь перед нами, по сравнению со специфическими структурными особенностями, иной, более высокий порядок логики права. И, стало быть, иная (иного порядка) группа явлений в области права, выражающих эту логику.

А основной здесь вопрос такой: к чему все же «ведет» в конечном итоге логика права в таком высоком значении? Нет ли в материи права центрального звена, с которым сопряжена такого, высокого порядка логика права?