Логика права – разные порядки

Особая логика права дает о себе знать даже если оставаться в пределах одной только догмы права. Она, например, проявляется, когда наряду с понятием «право» формулируется понятие «правовая система».

А почему, продолжим рассуждения, элементами первичной единицы правовой материи – нормы права, ее структуры (заметим, логической структуры!) являются гипотеза, диспозиция, санкция? Ответ на поставленный вопрос аналогичен. Потому, что речь идет о праве, о его способности даже на элементарном уровне осуществлять юридическое регулирование, отличающееся твердостью, определенностью по содержанию, государственной гарантированностью, то есть осуществлять регулирование сообразно особой логике – логике права. Но все то, о чем только что говорилось, – это проявления особой, юридической логики именно в пределах догмы права, где в среде формально-определенных норм, выраженных главным образом в законах и в судебных прецедентах, в общем властвует формальная логика. Здесь по большей части юридическая логика выражается в структурных (онтологических) особенностях права. И это вполне объяснимо хотя бы потому, что в догме права реальность правовых явлений, их особенности как объективной данности обнаруживаются наиболее

отчетливо, зримо.

239

Тайна и сила права

Но когда расширяется угол зрения и когда в связи с этим вырисовывается все богатство юридических средств, то открывается н о в ы й п о р я д о к (у р о в е н ь) логики права – раскрываются новые глубокие пласты юридической материи, в том числе те, которые характеризуют право в движении, в процессах, где отдельные правовые явления сцепляются, синтезируются и где на первое место выступают и приобретают доминирующее значение своеобразные черты права.

Здесь можно выделить две основные черты такого более высокого уровня логики права.

П е р в а я из них – это то, что на указанном уровне с большей отчетливостью раскрывается заложенная в правовой материи «заряженность» («заданность») на становление юридически должного фактической реальностью.

Это, например, последовательная связь между юридической нормой, юридическим фактом, правоотношением и его фактической реализацией (послужившая основой для выработки понятий «механизм правового регулирования» и «правовые средства»). Известно, что норма права срабатывает только при наличии юридического факта, когда появляется правоотношение. А уже правоотношение, его элементы – субъективные права и обязанности – реализуются нередко при помощи многих иных правовых средств.

Например, нормы пенсионного законодательства срабатывают и порождают правоотношение – реальные права пенсионера и обязанность учреждений социального обеспечения выплачивать ему суммы пенсий – только тогда, когда наличествуют определенные, предусмотренные законом факты – возраст, трудовой стаж и состоявшееся решение учреждения социального обеспечения. Наконец, пенсионные права с помощью административных органов (а порой и суда) реализуются в жизни и пенсионер в итоге получает определенную сумму пенсии.

И вот как раз при широком подходе к материи права весьма отчетливо обнаруживается, что юридические нормы не могут не быть заряженными правоотношениями, а те в свою очередь – заряженными актами реализации.

240

Глава шестая. Логика права

Весьма убедительно своеобразие «должного» в праве показал И.А. Покровский. С его точки зрения, право «есть не только явление из «мира сущего» (из мира того, что реально есть. – С.А.), но оно в то же время и некоторое стремление в «мир должного». Оно есть не просто социальная сила, давящая на индивидуальную психику, а сила стремящаяся, ищущая чего-то вне ее лежащего»1.

Здесь, кстати, наглядно проявляются своеобразные черты действующего права (допустим, в отличие от исторических документов – ранее действовавших законов или проектов законодательных документов). Юридические нормы складываются, издаются или признаются, вводятся в действие именно для того, чтобы содержащиеся в них положения о должном становились при наличии определенных условий реальностью, фактически воплотились в действительность. «Заданность на реальность» является важнейшей специфической чертой долженствования, характерной для позитивного права (как права действующего). Под данным углом зрения существенное значение имеют отмеченные ранее структуры, характеризующие глубины правовой материи (особенно такие, как юридические конструкции и специфические правовые принципы), когда отдельные явления, процессы в праве сцепляются, синтезируются и рассматриваются в движении и когда открывается перспектива понимания того, к чему все же ведет в конечном

итоге логика права в таком высоком значении.

Вот тут юридическая логика высокого порядка находит выражение еще в следующей – в т о р о й – ее черте (кроме заряженности на реальность), характерной для мира права.

Эта особенность специфической логики права, имеющей в высшей степени важное значение для понимания места и роли права в современном мире, требует особого, самостоятельного рассмотрения. О ней сейчас и пойдет речь.