Круг лиц, имеющих право оспорить решение общего собрания акционеров.

Исходя из норм Закона об акционерных обществах, основания признания недействительным решения общего собрания акционеров будут иметь место, если акционер не участвовал в собрании, либо участвовал и проголосовал против обжалуемого решения.

Следовательно, если акционер принял участие в собрании, но не проголосовал против принятия решения, то его иск подлежит отклонению.

В связи с изложенным особую значимость приобретает вопрос о том, при каких условиях акционер, не голосовавший на собрании, должен рассматриваться как участвовавший в нем. В соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 58 Закона об акционерных обществах принявшими участие в общем собрании акционеров считаются акционеры, зарегистрировавшиеся для участия в нем, и акционеры, бюллетени которых получены не позднее двух дней до даты проведения общего собрания акционеров. Принявшими участие it общем собрании акционеров, приводимом в форме заочного голосования, считаются акционеры, бюллетени которых получены до даты окончания приема бюллетеней.

Законом об акционерных обществах установлены формальные признаки участия: факт регистрации акционера, либо факт получения обществом его бюллегеня. Как видно, закон не предусматривает в качестве обязательного признака участие как таковое, т.е. явку зарегистрировавшегося лица к месту непосредственного обсуждения вопросов повестки дня и голосования, его присутствие в этом месте до окончания собрания либо голосования. Тем самым уменьшается г вероятность невозможности проведения (срыва) собрания в том случае, если акционеры, зарегистрированные для участия в нем и учтенные в целях определения кворума, решат покинуть собрание после своей регистрации. В этом заключается положительная сторона такого подхода законодателя.

Однако такой формальный подход может быть использован недобросовестными лицами и обращен против акционеров, чье присутствие нежелательно для организаторов собрания, либо для тех лиц, которые контролируют организаторов. После регистрации таких акционеров могут* не допустить до непосредственного участия в собрании и голосовании. При этом возможности для судебной зашиты своих прав у них резко уменьшаются, ведь они считаются принявшими участие в собрании и не голосовавшими против примят ого решения.

Таким образом, указанные нормы, целью которых, как представляется, является защита акционерного общества от исков недобросовестных акционеров и обеспечение стабильности его деятельности, должны оцениваться в целом положительно. Однако избранные законодателем формулировки оснований недействительности решения нельзя признать удачными.

Закон Oi6 акционерных обществах устанавливает, что акционер-истец, участвовавший в собрании, должен был, во-первых, обязательно голосовать, и, во-вторых, голосовать непременно против принятия обжалуемого им решения. По нашему мнениЕО, данная формулировка неоправданно строга и категорична по отношению к акционерам. Получается, что акционер, принявший участие в общем собрании акционеров и по какой-либо причине воздержавшийся при голосовании либо вообще ice голосовавший (например, при отсутствии у него на момент голосования необходимой информации), не может рассчитывать на признание данного решения недействительным даже при наличии других оснований его недействительности.

Если же акционер проголосовал за принятие данного решения, то его иск также не подлежит удовлетворению.

На практике также имеют место случаи, когда акционера тем или иным способом принуждают голосовать за принятие решения или, по крайней мере, воздержаться от голосования.

R результате принуждения воля акционера не совпадает с его волеизъявлением. Говорить о законности решения, принятого посредством принуждения к голосованию, невозможно. Однако законодатель, судя но всему, счел, что такие случаи на практике не имеют и не могут иметь места.

Таким образом, если акционер под влиянием принуждения проголосовал за принятие решения, воздержался или не участвовал в голосовании, то он не может рассчитывать на удовлетворение своего иска о признании решения недействительным - этому воспрепятствует норма п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах, имеющая императивный характер.

Предлатется рассматриваемое основание признания недействительности общего собрания акционеров изложить в следующей редакции: «...не голосовал за принятие такого решения». Во-первых, воля акционера выявляется именно в голосовании, а не в факте его присутствия или; отсутствия на собрании. Во- вторых, действующая редакция формально не охватывает случаи принятия решения путем проведения заочного голосования (ст. 50 Закона об акционерных обществах), когда вообще нельзя говорить об участии в собрании. В-третьих, предлагаемая формулировка позволит защищать права лицам, не участвовавшим в голосовании или воздержавшимся при голосовании. Кроме того, необходимо включить в Закон об акционерных обществах норму о том, что решение может быть признано недействительным и по иску акционера, голосовавшего за его принятие, если акционер докажет, что голосовал не по своей воле.

Исходя из положений п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах, обжаловать решение общего собрания акционеров хозяйственного общества вправе именно акционер данного общества. Следовательно, в обязанность истца в рамках судебного дела о признании недействительным решения общего собраиия акционеров входит подтверждение статуса акционера.

Однако в судебной практике и литературе одним из наиболее проблемных вопросов в рамках оспаривания решения общего собрания акционеров является вопрос определения термина «акционер», имеющий право обжаловать указанный ненормативный акт.

Однако, прежде всего, интересен вопрос, имеет ли право на обжалование решений общего собрания акционеров акционеры-владельцы привилегированных акций общества. Пункт 7 статьи 49 Закона об акционерных обществах оперируют понятием «акционер» не делая оговорки о том, имеется ли в виду лишь акционеры-владельцы обыкновенных акций, имеющих право голоса практически во всех случаях, или же также и владельцы привилегированных акций, получающие права голоса лишь при определенных условиях.

Думается, что отсутствие нормативной конкретизации в этом вопросе как раз свидетельствует о том, что законодатель признает право на оспаривание решений за всеми акционерами, вне зависимости от типа акций, которыми те владеют, однако при соблюдении в совокупности четырех условий, предусмотренных п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах: лицо должно обладать статусом акционера, он не принял участие в собрании или голосовал против принятия такою решения; права и (или) законные интересы акционера оспариваемым решением нарушены и, наконец, оспариваемое решение принято с нарушением норм закона, иных нормативных правовых актов РФ или устава общества.

Следовательно, признав возможность наличия у акционера-владельца привилег ированных акций права на обжалование решений органов управления общества, следует осознавать, что фактически мы сталкиваемся с двумя разными ситуациями, в зависимости от того, обжалуется ли решение, по которому привилегированная акция является голосующей, или же решение по вопросу, по которому акционер-владелец привилегированных акций нрава голоса не имел. В первом случае (когда привилегированная акция обладает правом голоса), видится, что сколько - нибудь существенные различим в статусе акционера - владельца привилегированной акции и акционера - владельца обыкновенной акции отсутствуют. И тот и другой имеют право на участие в собрании, как раз потому, что ситуация в силу которой привилегированные акции стали голосующими (невыплата дивидендов, размер которых закреплен в уставе) или сам вопрос повестки дня (изменение устава общества в части изменения прав по привилегированным акциям) затрагивают интересы обеих категорий акционеров. Следовательно, нелегитимное решение будет нарушать права и (или) законные интересы привилегированного акционера, а раз права и (или) законные интересы лица нарушены, то и предусмотренная законом возможность защиты нарушенного права и (или) законного интереса также существует.

Несколько другая ситуация имеет место, когда мы обсуждаем возможность обжалования акционером-владельцем привилегированных акций решений но тем вопросам, и в тех случаях, когда принадлежащие ему акции голосующими не являются. Можно ли говорить о нарушении прав и (или) законных интересов в случаях, когда сам законодатель не счел нужным учитывать мнение привилегированных акционеров? При дословном чтении нормы п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах достаточно легко придти к выводу, что «..в данной норме речь идет о праве акционера обжаловать те решения, в принятии которых он может участвовать. Владельцы же привилегированных акций не уполномочены законом принимать решения по подавляющему большинству вопросов, относящихся к компетенции общего собрания акционеров. Таким образом, если исходить из буквального смысла перечисленных норм, акционеры - владельцы привилегированных акций не могут предъявлять иски о признании недействительными тех решений, относящихся к компетенции общего собрания акционеров, участвовать в принятии которых они не вправе в силу закона»". Однако, как замечает далее Л. В. Валуйский, в Законе об акционерных обществах можно найти и такие примеры, где законодатель не связывает- возможность защиты акционером своих интересов с правом на участие в собрании акционеров или с участием как таковым. Так, например, правом обращения в суд с иском о признании недействительной крупной сделки (статья 79) или сделки с заинтересованностью (статья 84), совершенных с нарушением предписанного законом порядка, обладают все акционеры.

Еще одним доводом в пользу версии о наличии у акционеров-владельцев привилегированных акций права на оспаривание решений общего собрания является проведение аналогии с правом любого акционера на оспаривание решений совета директоров общества. Естественно, что в случае с решением совета директоров, нельзя вести речь об участии акционера в голосовании или праве на такое участие, поскольку таким праоом не обладают ни владельцы привилегированных акций, ни владельцы обыкновенных. То есть право на оспаривание нарушающих права и законные интересы решений совета директоров существует вне зависимости от возможности (а скорее даже от невозможности) принимать участие в деятельности данного органа и влиять на его решения.

Автор считает, что норма п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах не должна толковаться. как ограничивающая право владельцев привилегированных акций на обращение в суд за признанием

Валуйский А.В. Обзор практики рассмотрения Федеральными Арбитражными судами округов споров, csftttiiMux с обжалованием решении, принятых органами управления акционерных oGuwcvu.// СПС «Консультант плюс»

недействительными решений общего собрания. Думается, что такое право принадлежит им вне зависимости от того, стали ли привилегированные акции голосующими или нет. Однако нельзя не отметить того факта, что владея цривилешрованными неголосующими акциями, акционер, обращаясь в суд с иском об обжаловании решения общего собрания акционеров, априори оказывается в ситуации, когда его голосование не могло повлиять на результаты голосования, что является одним из оснований к оставлению обжалуемого решения в силе.

«> j

Учитывая судебную практику , следует также отметить, что ни в одном из судебных решений, с которыми ознакомился автор в рамках написания настоящей работы, по делам, где истцами выступали владельцы привилегированных акций, суд не ставил под сомнение право таких акционеров на обжалование решений общего собрания. В тех случаях, когда им было отказано в иске, мотивы отказов не были связаны с отсутствием права на участие в общем собрании.

Интересным является ответ на вопрос: «Имеет ли право обжаловать решения общего собраиия акционеров лицо, приобретшее акции, но не включенное н список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров?

Согласно п. 1 ст. 51 Закона об акционерных обществах список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, составляется на основании данных реестра акционеров общества.

Дата составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, не может быть установлена ранее даты принятия решения о проведении общего собрания акционеров и более чем за 50 дней, а в случае, предусмотренном пунктом 2 статьи 53 настоящего Федерального закона, - более чем за 85 дней до даты проведения общего собрания акционеров.

" Напр.: Постановление ФАС Поволжского округа от IS января 2007г.Л'> A06-S76/J-12/06. Поспшоолсиис ФАС Поволжского округа 07 09 декабря 2004г. St Л57-8782/03-15-21.

В случае проведения общего собрания акционеров, в определении кворума которого и голосовании участвуют бюллетени, полученные обществом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 58 настоящего Федерального •закона, дата составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, устанавливается не менее чем за 35 дней до даты проведения общего собрания акционеров.

В отношении же прав собственности на ценные бумаги специальными правовыми нормами, а именно - ст. ст. 28, 29 Закона о рынке ценных бумаг, установлено, что права владельцев на эмиссионные ценные бумаги бездокументарной формы выпуска удостоверяются в системе ведения реестра записями на лицевых счетах у держателя реестра, и право на именную бездокументарную ценную бумагу переходит к приобретателю с момента внесения приходной записи по его лицевому счету в системе ведения реестра, а права, закрепленные эмиссионной ценной бумагой, переходят к их приобретателю с момента перехода прав на эту ценную бумагу.

В соответствии со ст. 46 Закона об акционерных обществах права акционера на принадлежащие ему акции подтверждаются выпиской из реестра акционеров общества, выдаваемой держателем реестра.

Таким образом, лицо, ставшее акционером на дату проведения общего собрания акционеров формально не имеет право участвовать в нем, поскольку не оно, а предыдущий владелец акций был включен в список лиц, имеющих право на участие в собрании.

Так, по мнению Д.В. Ломакина: «права на обжалование решения общего собрания акционеров не возникает, если лицо не было внесено в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров»45.

Указанная позиция может обосновываться тем, что согласно п. 2 ст. 57 Закона об акционерных обществах в случае передачи акций после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и до даты проведения общего собрания акционеров лицо, включенное в этот список, обязано выдать приобретателю доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя акций. Таким образом, Закон об акционерных обществах исходит из того, что реально на общем собрании акционером должна быть выражена воля именно приобретателя акций. Как подчеркнул ФАС Северо- Кавказского округа в постановлении от 21 марта 2003 года по делу № Ф08- 805/2003, «по смыслу указанной нормы (п. 2 ст. 57 Закона об акционерных обществах) право на голосование акциями принадлежит их приобретателю, несмотря на то. что он не включен в список лиц, имеющих право на голосование. Бывший собственник акций имеет право участвовать в голосовании только в соответствии с указаниями приобретателя акций. Таким образом, закон предусматривает процессуальные гарантии защиты интересов приобретателя акций, обеспечивая при голосовании возможность волеизъявления владельца акций, зарегистрированного в реестре акционеров на момент проведения общего собраиия акционеров».

В случае, если, несмотря на указание акционера, приобретшего акции после даты составления указанного списка. голосовать против соответствующего решения, лицо, включенное н этот список проголосовало иным образом, акционер может защитить свои права не посредством признания недействительным решения общего собран ия акционеров, а путем предъявления иска к продавцу акции в связи с нарушением им указанной обязанности, вытекающей из договора купли-продажи акций и п. 2 ст. 57

л/

Закона об акционерных обществах .

Однако, очевидно, что предъявление иска к продавцу акций, скажем о возмещении убытка, вызванного в связи с ненадлежащим исполнением поручения акционера не всегда устранит те нарушения прав и (или) законных интересов акционера, которые вызваны оспариваемым решением.

* Макопскоя Л,Л, Ошмриаанис решений «багсго собрания акционеров./; Хсшшснк? n npano,2Q(l6Jfc 9. С. 1Й.

В судебной практике доминирует позиция, согласно которой акционер, который не был таковым на момент проведения собрания акционеров, не вправе обжаловать решения, принятые па собрании.

Так, ФАС Московского округа указал, что, «исходя из предмета требований, заявленных по настоящему делу, истцы должны были доказать, но не доказали, что на момент принятия общим собранием акционеров ЗЛО «Межотраслевое техническое управление «Люблино» обжалованных решений, а именно, по состоянию на 03.04.2003, они являлись акционерами данного общества.

Выписка из реестра акционеров общества от указанной даты истцами в материалы дела не представлена.

В этой Связи суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии основании для удовлетворения требования о признании недействительными решения и протокола общего собрания ответчика»8'.

По другому делу этот же суд, давая толкование п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах, подчеркнул, что «указанная норма Закона предоставляет право на обжалование решения общего собрания акционеру, который голосовал против принятия решения либо не участвовал в собрании. В свою очередь, право на участие в общем собрании и голосовании по вопросам его повестки дня представлено только акционерам общества. В таком праве oi-раничены лица, ставшие собственниками акций и получившие статус акционеров общества после даты составления списка акционеров, имеющих право на участие в общем собрании конкретного акционерного общества (ст. 51, п. 2 ст. 57 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»). Таким образом, правом на обжалование решения общего собрания обладают именно те акционеры общества, которые являлись

ЯК

акционерами на момент принятия такого решения» .

81 Постановление ФАС Московского округа от 5 августа 2004г. № К Г- АА 0№664-(И. ** Постановление ФЛС Московского округа от I ноября 2004 г. № КГ-А40/9853-04.

В то же время ФАС Поволжского округа указывает, что утверждение об отсутствии права на обжалования решения, поскольку лицо, которое получило право на участие в собрании после того, как был составлен список участников собрания, не вправе претендовать на участие на этом собрании, неверно - противоречит правилам ст. 29 Федерального закона «О рынке ценных бумаг», согласно которым право на акцию переходит к приобретателю с момента внесения приходной записи по лицевому счету приобретателя, ст. 31 Федерального закона «Об акционерных обществах» - закрепляющей принцип равенства акционеров, п. 1. ст. 67 Гражданского кодекса Российской Федерации - об общих правах и обязанностях акционеров89.

Указанной точки зрения придерживается и ФАС Уральского округа90.

Обращает внимание отсутствие согласованной позиции на указанный счет в ВАС РФ, что наглядно демонстрирует Проект «Обзора практики рассмотрения споров, связанных с обжалованием решений Общих собраний»'". Пункт 4 указанного проекта представлен в двух вариантах; первый из них сформулирован следующим образом «Лицо, внесенное в реестр акционеров общества после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров и до даты проведения общего собрания акционеров вправе обжаловать решения этого собрания». В приводимом в качестве примера деле суд первой инстанции отказал в иске акционеру, включенному в реестр владельцев ценных бумаг после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в собрании, считая, что истец, являясь лицом, которое не имело право участвовать в. собрании, не имеет права оспаривать его решения. Далее, в проекте говорится о том, что такая позиция суда первой инстанции основана на неверном толковании норм Федерального закона «Об акционерных обществах», ведь продавец акций обязан был выдать приобретателю доверенность для участия в общем собрании или же обязан бмл голосовать в соответствии с

10 Постановление ФАС Поволжского округа от I ? января 2007г. № А06-576/1-12/06. 50 ПуСТаН0"Ш1ИС ФЛС Уральского округа от 39 апреля 2005г. № Ф09-869У04-ГК. " http://www.arbilr.nl/_upjmg/E51 B5CC2C0F4FA7S24!:2EA79FI67М lOJ'residiwm. ,VAS_02-06-20%.pdf

указаниями приобретателя. Продавец доверенности не выдавал и принял участие в собрании лично. В связи с чем, в проекте указывается следующее: «Исходя из положений пункта 7 статьи 49 Закона и согласно установленным по делу обстоятельствам, право на обжалование решения общего собрания имеет лицо, которое являлось акционером на момент проведения собрания, поскольку принятое на общем собрании решение может нарушить его права и законные интересы, а не лица, фактически участвовавшего в собрании.

При новом рассмотрении дела суду необходимо установить, имеются ли основания для удовлетворения заявленного требования по существу. В частности, необходимо установи ть, каким образом голосовало на собрании лицо, продавшее истцу, поскольку решение может быть признано недействительным, если это лицо голосовало против обжалуемого решения».

11о мнению А. А. Маковской, в данном случае право на оспаривание решения общего собрания акционеров теоретически может быть признано либо за лицом, включенным в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, либо за лицом, которое числилось акционером на дату проведения общего собрания акционеров92.

С нашей же точки зрения, акционер, приобретший акции после даты составления списка имеющих право на участие в общем собрании акционеров обладает и полнотой прав на обжалование решения, если только предыдущий акционер, или приобретатель не проголосовали за обжалуемое решение (или выбрали вариант «воздержался») и оспариваемое решение нарушает права и (или) законные интересы нового акционера.

Представляется, что трактовка нормы пункта 7 статьи 49 Закона обакционерных обществах - «.... Акционер вправе обжаловать в суд решение,... если он не принимал участие в общем собрании акционеров или голосовал против принятия такого решения и таким решением нарушены его права и (или) законные интересы...» предоставляет возможноегь защиты прав не только тем акционерам, которые имели право па участие в собрании в личном качестве, но и тем, которые в силу тех или иных обстоятельств таким правом не обладали (в силу того, чго они приобрели акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в собрании, или же потому, что они владеют не предос тавляющими права голоса акциями)».

Более того, подобный подход, также защищает права и (или) законные интересы акционеров, которые не были включены » список лиц, имеющих право на участие в собрании по другим причинами - например, преднамеренно, вследствие ведущейся внутри соответствующего акционерного общества корпоративной борьбы, или же вследствие ошибки, допущенной при составлении такого списка лиц и вовремя не исправленной.

Указанная точка ЗрбНИЯ ТакЖе не прОТИВОрСЧИт положения п. 24 и п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах».

В противном же случае, возникает проблема, при которой нарушенное или оспариваемое право может вообще не получить судебной защиты, что в принципе недопустимо.

Указанное утверждение вызвано проблемой в отношении ответа на другой вопрос: Имеет ли право обжаловать решения общего собрания акционеров лицо, переставшее быть акционером после проведения общего собрания акционеров?

Как свидетельствует арбитражная практика, суды отклоняют требования таких лиц, указывая, что тот акционер, который после состоявшегося общего собрания акционеров произвел отчуждение принадлежащих ему акций, не вправе обращаться в суд с иском об оспаривании принятых тгим собранием решений.

Так, ФАС Восточно-Сибирского округа в Постановлении кассационной инстанции от 20 января 2005 года Jfe А78-3256/04-С1-7/113-Ф02-5841/04-С2,

проводя анализ п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах, пришел к выводу,

что «в соответствии с указанной нормой право на обжалование решения

общего собрания акционеров акционерного общества принадлежит акционеру.

Из материалов дела усматривается, что 23.06.2003 общим собранием

акционеров ответчика по 6 вопросу повестки дня было принято решение

об избрании Совета директоров. На момент проведения общего собрания

акционеров ОАО «База Общепит» от 23.06.2003 Кудрявцев А.А. не являлся

акционером ответчика, Санникова С.Г. и Кулииич Г.А. на 23.06.2003 являлись

акционерами ОАО «База Общепит», однако к моменту обращения с настоящим

иском продали всс принадлежавшие им акции и перестали быть акционерами

общесгва. При таких обстоятельствах арбитражный суд правомерно отказал

П

названным лицам в иске» .

Также судебная практика исходит из того, что при отчуждении акций после обращения с иском на момент вынесения решения материальный интерес в обжаловании решения общего собрания отсутствует, что служит основанием для отказа в иске.

С указанной точкой зрения солидарны цивилисты. Так, Я.Л.Павлович указывает» что «в первую очередь внимание суда следует обратить на выяснение обстоятельств: в какое время истец -стал акционером общества и является ли он таковым по состоянию на момент предъявления иска и рассмотрения дела в суде. Если к моменту рассмотрения дела r суде истец утратил связь с акционерным обществом, в удовлетворении исковых требований судом должно быть откачано. Такое лицо не может быть признано обладающим процессуальным правом на предъявление иска... Необходимо также обратить внимание, что обязанность доказать названные обстоятельства в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ возлагается на истца...»94.

w JiOcraiioiurcicisc ФЛС Восмчно-Снбирсхого округа 07 20 января 2005г. № Л78'3255б.'04-С 1-7/113-Ф02- ЗМ1Ю4-С2.

** Пдшюпг.ч Я Л. Проблема необоснованных требований акционеров fl Корпоративное споры. 200S.N* Л, октябрь. С. 4(>

Г. П. Чернышов отмечает: «что касается тезиса о прекращении права на защит>' с утратой статуса акционера, то с ним следует согласиться. Защите подлежат именно права акционера. Если лицо утрачивает права акционера, то право на защиту также утрачивается. Объясняется это тем, что в этом случае право на защиту теряет свое содержание, поскольку обладатель этого права не может потребовать от государства совершения действий по защите его прав. 110НЯТН0, что существование права без своего содержания логически невозможно. С утратой лицом статуса акционера, такое лицо утрачивает

95

и право на защиту своих акционерных прав» .

Такая позиция арбитражных судов и цивилистов в принципе представляется обоснованной, хотя бы потому, что обращение в суд с подобным иском есть способ защиты акционером его нарушенного права. Если же к моменту обращения с таким иском в суд лицо уже не является акционером общества, по общему правилу решения общего собраиия акционеров более не могут нарушать его права и (или) затрагивать его интересы.

Однако, заслуживает внимания замечание Л.А. Маковской о том, что «вместе с тем в исключительных случаях возможны ситуации, когда лицо хотя и перестало быть акционером общества, но сохраняет определенные права в отношении этого общества, вытекающие из принятых общим собранием акционеров решений. Например, согласно абз. 2 п. 4 ст. 42 Закона об акционерных обществах право на получение дивидендов имеют лица, включенные в список лиц, имеющих право получения дивидендов, который составляется на дату составления списка лиц, имеющих право участвовать в общем собрании акционеров, на котором принимается решение о выплате соответствующих дивидендов. Следовательно, даже если акционер, включенный в список лиц, имеющих право участвовать в общем собрании акционеров, и л список лиц, имеющих право на получение дивидендов, в последующем после собрания, в повестку дня которого был включен вопрос о выплате дивидендов, продает

и Меркулов Г П. О- некоторых вопросах обжалования акционером решений общего собрания акционеров. http://jurisimoi.cow.rii/adv rck.'] 138/

принадлежащие ему акции этого общества, он не утратит право на получение дивидендов, решение о выплате которых было- принято на собрании. И даже если на общем собрании акционеров, несмотря на рекомендации совета директоров, было принято решение о невыплате дивидендов, подобное решение, очевидно, может затрагивать права бывшего акционера, поскольку, даже перестал* быть акционером, он сохранял бы право на получение дивидендов».

Поэтому, по мнению Л.А. Маковской, «в целях сохранения теоретической чистоты фажданско-правовых конструкций за лицами, которые хотя и перестали быть акционерами общества, но сохраняют какие-либо ранее возникшие корпоративные права в отношении этого общества, можно было бы признать право на обжалований тех решений органов управления акционерного общества, которые нарушают эти права»31.

Между тем, па практике возможна ситуация, что лицо, являвшееся акционером на момент проведения общего собрания акционеров, перестает им быть в ходе судебного разбирательства или ином этане судебного производства- Например, в период судебного разбирательства на принадлежащие акционеру акции было обращено взыскание судебным приставом-исполнителем и они были реализованы другому лицу в рамках исполнительною производства по решению другого суда о взыскании с этого акционера в пользу его кредитора некоторой денежной суммы. Либо же сам акционер произвел отчуждение этих акций на основании той или иной гражданско-правовой сделки.

В настоящее время единой правовой оценки подобной ситуации судебная практика еще не выработала.

Исходя из формулировки п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах можно предположить, что акционер должен им быть не только на момент предъявления иска, но и продолжать оставаться им на стадии судебного разбирательства в суде первой инстанции до вынесения судом решения по спору. Ведь право на иск в процессуальном смысле должно совпадать с материальным правом на иск. Если для предъявления иска истцу достаточно доказать, что он был акционером на момент общего собрания акционеров и остается им на момент предъявления иска, то материальным правом на иск истец обладает постольку, поскольку его материальные права и законные интересы, которые он и защищает посредством предъявления соответствующего иска, нарушены. Если же в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции будет установлено, что истец уже более не является акционером общества, следовательно, оспариваемые им решения общего собрания акционеров уже не могут нарушать его права и затрагивать его интересы как акционера и в удовлетворении иска такому истцу должно быть отказано.

Правда, в этом случае арбитражному суду первой инстанции, возможно, придется требовать от истца подтверждения его статуса акционера, если акционерное общество (ответчик по делу) укажет на отсутствие у истца материального права на иск ввиду того» что он перестал быть его акционером. На основании ч. 4 ст. 66 АПК РФ «лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которою оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства». Конечно, акционерное общество всегда может само, не прибегая к помощи суда, выяснить но реестру акционеров, зарегистрирован ли истец в реестре как акционер, поскольку реестр ведет либо само общество, либо регистратор на основании договора с обществом. По учет прав истца на акции может вести и депозитарий (номинальный держатель), а получить необходимую информацию у депозитария о том, владеет ли истец акциями акционерного общества, в подобной ситуации само общество не может.

Что же касается утраты истцом статуса акционера па иных стадиях судебного процесса, то, следует учитывать пределы полномочий судов апелляционной и кассационной инстанций, а также Высшего Арбитражного Суда РФ по пересмотру судебных актов судов нижестоящих инстанций, которые определены ст.ст, 268, 286 и 304 ЛПК РФ. И лишь действуя в пределах этих полномочий, суды вышестоящих инстанций могут отменить или изменить решение суда первой инстанции.

Таким образом, в силу того, что в настоящее время не представляется возможным бывшему акционеру оспаривать решении общего собрания акционеров и защиту собственных прав и (или) законных интересов, соответственно, и речи быть не может о возможности защиты предыдущим собственником интересов акционера, приобретшего акции после даты составления списка имеющих право на участие в общем собрании акционеров.

Наличие возможности эффективно оспорить решение общего собрания акционеров у нового акционера, приобретшее акции после проведения общего собрания, также является спорным вопросом.

Как указывает А.А. Маковская, «прежде всего, представляется необходимым различать приобретение акций в порядке универсального и сингулярного правопреемства».

При переходе прав на акции в рамках универсального правопреемства (при реорганизации юридического лица или при наследовании), за «правопреемником» мОгуг быть Признаны в полном объеме те права, которыми обладал «правонредшествениик», в том числе право оспаривать решение общего собрания акционеров.

Если же речь идет о переходе прав па акции при их отчуждении акционером на основании гражданско-правовой сделки добровольно или принудительно (при обращении на них взыскания в рамках исполнительного производства), можно говорить о трех принципиальных теоретических позициях в оценке складывающейся ситуации.

Согласно первой к приобретателю акций переходят все права акционера, у которого он приобрел акции, включая и право оспаривать решение общего собрания акционеров.

Как отмечает, Т. Д. Чепига: «Эта позиция опирается па основные начала правопреемства при переходе субъективных гражданских прав от одного лица к другому с учетом особенностей оборота акций. Правопреемство влечет замену предшествующего правообладателя новым правообладателем — преемником, в том числе при отчуждении акций или иной замене прежнего акционера новыми правообладателями (внесении акций в уставный капитал другого общества, реорганизации, наследовании, др.). Замена прежнего субъекта — обладателя субъективного гражданского права новым правообладателем происходит во всей совокупности правовых возможностей, составляющих содержание к хонкретное состояние переданного субъективного права, в данном случае — комплекса правовых возможностей, объединенных понятием права на акцию. Если на момент продажи акций акционер имел право на обжалование действий акционерного общества, то это право переходит к новому акционеру в составе переданного комплекса прав на акции, принадлежащего отчуждателю»97.

Согласно вгорой позиции, новый акционер, приобретший акции после проведения общего собрания акционеров, имеет право обжаловать принятое этим собраниям решение, если оно нарушает именно его права и законные интересы.

Как указывает Нам К.В. «главным же критерием должен быть факт нарушения конкретных прав и интересов конкретного акционера»9**

И, наконец, третья позиция исходит из того, что какие-либо права гю отношению к обществу у нового акционера появляются только после приобретения акций у предшествующего акционера. Поэтому право на

w Челига Т. Д. К ьоп^гссу с разрешении споров, связанны* с оспгриван кем актов управления и сделок аккионерног о обществ ка основании дошриим правопреемства // Вестник Федерального арГпприжнот Суда Ссвсро-Канкалского округа. 2Q(W.№ 5.

™ Havi К.В О&калокшие акционером решений органов управления акцио5К:риого обшсстаа (ьехогорыс проблемы в теории и иракхихс) // СПС «Консультант».

обжалование решения общего собрания акционеров не возникает, если лицо стало акционером после проведения общего собрания.

В настоящее время эта позиция подерживается многими арбитражными судами, которые при применении норм Закона об акционерных обществах исходят из того, что лицо, которое не являлось акционером на момент проведения общего собрания акционеров, не может предъявить иск о признании недействительным решения общего собрания акционеров93.

Стоит также обратить внимание на отсутствие согласованной позиции на указанный счет в ВАС РФ, что наглядно демонстрирует Проект «Обзора практики рассмотрения споров, связанных с обжалованием решений Общих собраний». Пункт 1 указанного проекта представлен в двух вариантах; первый из них сформулирован следующим образом «Лино, которое приобрело акции по договору купли-продажи и было включено в реесчр акционеров акционерного общества после даты проведения общего собрания акционеров, не вправе обжаловать решения этого собрания, даже если такое право имел акционер, акции которого были приобретены», а второй вариант содержит обратное утверждение: «Лицо, которое приобрело акции после проведения общего собрания акционеров, вправе обжаловать решения этого собрания».

Автор согласен со сложившейся практикой отказа в иске акционерам, приобретшим акции после совершения обществом оспариваемой сделки, поскольку права истца в данном случае не были и не могли быть нарушены, поскольку согласно п. 7 ст. 49 оспаривать в судебном порядке решение общего собрания акционеров акционер может, только если это решение принято с нарушением требований Закона об акционерных обществах, иных правовых актов Российской Федерации или устава общества.

w Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20 янпаря 2005г. .V* ЛУ8- 3256ЛМ-С1-7/113-Ф02-5841ЛН-С2.

Постановлена Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 5 августа 2003г. Нч Л57-12595/02-21.

Как указал Пленум ВАС РФ в постановлении от 18 ноября 2003 года № 19, иск о признании решения общего собрания недействительным подлежит удовлетворению, если допущенные нарушения требований Закона, иных правовых актов или устава общества ущемляют права и законные интересы акционера (п. 24). То есть акционер вправе оспорить решение общего собрания акционеров, только если по отношению к нему обществом были допущены нарушения требований Закона об акционерных обществах, иных правовых актов Российской Федерации или устава общества и эти нарушения ущемляют его права и законные интересы, Однако по отношению к лицу, не являвшемуся акционером общества на момент проведения собрания, общество никаких нарушений не допускало и не могло допускать.

Закон об акционерных обществах предоставляет право оспаривать решение общего собрания акционеров только акционеру, голосовавшему против такого решения или не принимавшему участие в собрании. Очевидно, что в п. 7 ст. 49 Закона речь идет об акционере, имевшем право на участие в общем собрании акционеров, но в нем не участвовавшем.

Кроме того, покупатель ценных бумаг, действуя с достаточной степенью осмотрительности, всегда имеет возможность запросить у пролавца (который в свою очередь всегда имеет возможность потребовать у общества в силу п. 1 ст. 91 Закона об акционерных обществах или общества) копии всех протоколов общего собрания и сделать на их основании вывод, нарушают ли такие решения интересы акционеров (и его права, в случае, если он решит приобрести акции общества). Очевидно, что если потенциальный покупатель расценит содержание протоколов как фактор, снижающий или вовсе сводящий на ист привлекательность сделки, то он предпочтет воздержаться от ее совершения. Если же покупатель пренебрегает правилами разумного поведения, то тем самым он принимает на себя риски, связанные с собственной неосмотрительностью.

Таким образом, возвращаясь к вопросу о проблеме оспаривания решения общего собрания акционером, приобретшего акции после даты составления списка, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, следует заметить, что именно в том случае акционер должен иметь право оспорить решение общего собрания акционеров.

В противном же случае указанные акционеры лишены возможности защитить нарушенное право.

Также неоднозначен ответ на вопрос о праве на обжаловании решения общего собрания акционеров лицом, которому акции были возвращены в порядке реституции или по виндикационному иску после проведения общего собрания акционеров.

В современном российском гражданском обороте может иметь место ситуация, когда акционер отчуждает принадлежащие ему акции на основании недействительной сделки (ничтожной или оспоримой), а впоследствии, иногда через очень продолжительное время, по решению суда акции возвращаются ему в порядке реституции. И вскоре после того, как он вновь получает акции и они отражаются на его именном счете в реестре акционеров или на счете депо у депозитария, этот акционер обращается в суд с иском о признании недействительными решений общих собраний, принятых в тот период времени, когда он не владел акциями этого общества.

Аналогичная ситуация складывается н тогда, когда акционер лишается акций помимо своей ноли, а впоследствии суд удовлетворяет его виндикапиоиный иск об истребовании их у владельца.

Рассматривая в целом все подобные ситуации, когда лицо оспаривает решение общего собрания акционеров, нельзя не заметить одну общую особенность: на момент проведения общего собрания лицо не было включено в реестр акционеров общества, то есть формально не являлось его акционером, не имело права участвовать в общем собрании. Так, зправе ли это лицо заявлять требования о признании решений общего собрания акционеров недействительными» если акции будут ему возвращены в порядке реституции или при удовлетворении виндикационного иска после проведения общего собрания акционеров?

Так, Президиум ВАС РФ в постановлении от 13 апреля 1999 года № 3518/98, отменяя принятые по делу судебные акты, которыми было удовлетворено требование акционера о признании недействительными решений общего собрания акционеров на том основании, что в нем незаконно приняли участие акционеры — физические лица, приобретшие акции по недействительным договорам, указал, что в соответствии со сг. 51 Закона об акционерных обществах право на участие в общем собрании акционеров принадлежит акционеру, включенному в список, утвержденный решением совета директоров (наблюдательного сОвста) на Дачу, установленную советом директоров (наблюдательным советом). Список акционеров, имеющих право на участие в общем собрании, был утвержден совместным решением наблюдательного совета и правления общества. Указанные решения истцом не оспорены и не признаны судом недействительными. Список составлен на основании данных реестра, записи в которых также не оспорены и не признаны недействительными. Договоры купли-продажи акций, приобретенных физическими лицами, истцом не оспорены и не признаны судом недействительными.

ФАС Центрального округа в постановлении от 3 июня 2003 года по делу № Л68-243/ ГП-02 также отметил, что согласно реестру акционеров акционер владеет 38,84 процента акций и в силу п. I ст. 49, п. 1 ст. 31 Закона об акционерных обществах вправе голосовать на собрании в соответствии с данным количеством акций. Законность приобретения акционером более 20 процентов акций этого общесгва должна стать предметом отдельного судебного разбирательства. При подсчете голосов счетная комиссия не вправе была исключать часть голосов, превышающую 20 процентов, из числа голосующих акций.

Автор согласен с позицией А.А. Маковской о том, что акционер не имеет право обжаловать решение общего собрания акционеров, если акпии были им отчуждены на основании оспоримой сделки100. В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ до признания судом сделки недействительной сделка таковой не являемся.

Следовательно, если решение суда о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности в виде возврата акций их отчуждателю было принято после проведения общего собрания, то на день проведения собраиия законным акционером являлся приобретатель акций по такой сделке, который был вправе участвовать в общем собрании и голосовать всеми принадлежащими ему акциями. Даже то обстоятельство, что признанная судом недействительной сделка не будет прекращена им на будущее время (п. 3 ст. 167 ГК РФ) и, следовательно, недействительна с момента ее заключения (п. 1 ст. 167), не должно ставить под сомнение указанный вывод. Признание недействительной сделки, на основании которой акции были приобретены, само по себе не влияет на возможность осуществления приобретателем (владельцем) ценной бумаги неимущественных прав, которые закреплены этой бумагой. Владелец бездокументарной цепной бумаги, каковой является акция, определяется на основании данных реестра акционеров (ст. 149 ГК РФ), и до внесения в него соответствующих изменений в порядке устранения имущественных последствий передачи акций по недействительной сделке на основании ст. 167 ГК РФ такой владелец рассматривается как лицо, обладающее правами на участие в управлении делами общества.

Однако трудно согласиться с позицией А.А. Маковской, утверждающей, что «если же акции были отчуждены акционером на основании ничтожной сделки, то и тогда (хотя согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения) право на

к0 Макчтемн Д,Л, Ут Соч. С. 21.

оспаривание решения общего собрания акционеров следовало бы признать за тем, кто формально на дату проведения собрания являлся акционером соответствующего общества, кто был включен в реестр акционеров или па чьем счете депо учитывались акции»'01.

Думается, что принципиально иная ситуация складывает в случае отчуждения акционером своих акций на основании ничтожной сделки, равно как и в случае истребования акционером акций на основании виндикационного иска.

Безусловно и науке, и судебной практике, и законодателю следует стремиться к соблюдению баланса между использованием средств защиты нрав собственника акций, с одной стороны, и защитой прав других акционеров, прав самого акционерного общества И прав третьих лиц (контрагентов общества) — с другой. Ведь признание судом недействительными решений общих собраний акционеров по иску одного «вновь обретенного» акционера может существенно нарушить права и интересы остальных перечисленных лиц»102.

Однако, представляется, что указанные акционеры должны иметь право на защиту своих прав как законного собственника. А уже судебному органу предоставить возможность оценить степень их возможного влияния на результат голосования, что может явиться одним из оснований оставления обжалуемого решения общего собрания акционеров в силе.

Кроме того, из буквального толкования норм п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах следует, что помимо акционеров никакое другое лицо не имеет право требовать признания решения общего собрания акционеров недействительным. Такого права нет у членов совета директоров, членов коллегиального исполнительного органа, лица, являющегося единоличным исполнительным органом, членов ревизионной комиссии общества, если они не являются акционерами общества, у аудитора общества, а также у

101 Там ЖО, с. 21. •"Там ж. С. 21-22.

доверительного управляющего, залогодержателя акции и владельца «золотой акции».

Однако решением собрания акционеров могут быть нарушены права и (или) законные интересы каждого из указанных лиц. Например, «решение о прекращении полномочий члена какого-либо из названных органов, либо утверждение иного аудитора общества. Права и законные интересы членов коллегиального исполнительного органа и физического лица, являющегося единоличным исполнительным органом, при досрочном прекращении их полномочий могут быть защищены трудовым законодательством, права аудитора могут быть защищены в рамках договора оказания аудиторских услуг, заключенного им с обществом. Однако члены совета директоров и ревизионной комиссии (ревизор) общества защитить свои права в суде в случае незаконного досрочного прекращения их полномочий, опираясь на Закон об АО, не имеют возможности. Не может быть ими использовано и трудовое законодательство, так как их правоотношения с обществом трудовыми не являются»103.

«В ряде случаев обладатель «золотой акции» не может реализовать свое право «вето» из-за нарушений требований Закона об АО, которые допускает акционерное общество при созыве, подготовке и проведении общего собрания акционеров. Например, владелец «золотой акции» не был проинформирован обществом о проведении собрания. В подобной ситуации за владельцем «золотой акции» с учетом положений п. 7 ст. 49 Закона об АО может быть признано право на оспаривание тех решений собрания акционеров, в отношении которых у него есть право «вето»104.

Или, например, доверительные управляющие (управляющие компании) в соответствии с п. 3 ст. 11 Федерального закона от 29 ноября 2001 года Хй 156- ФЗ «Об инвестиционных фондах» вправе предъявлять иски и выступать ответчиком по искам в суде в связи с осуществлением деятельности по доверительному управлению паевым инвестиционным фондом. Аналогичная

10' Сани кон Л В. Yksj.Cot. С. 121.

,си Маковская А. Л. Отрицание решений общего собрания акционеров.// Хозяйство и право.2006.№ 9. С. 26. ситуация возникает е управляющими компаниями, осуществляющими доверительное управление средствами и активами в соответствии с федеральными законами от 7 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» и от 24 июля 2002 года № 111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации».

Если же акции общества переданы акционером в доверительное управление не в силу специальных законов, а в соответствии с общими нормами Гражданского кодекса РФ о доверительном управлении, правовое положение и объем правомочий такого доверительного управляющего в отношении полученных им от акционера акций во многом определяются условиями соответствующего договора. Согласно п. 2 ст. 1012 ГК РФ, «осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические ' действия в интересах выгодоприобретателя». В is. I ст. 1020 ГК РФ уточняется: «доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление».

Как пишет Л. К. Молотников «доверительный управляющий акциями приобретает особый корпоративный статус. Указанная особенность проявляется в наделении доверительного управляющего целым комплексом прав, принадлежащих акционеру. К ним, в частности, относятся нрава, связанные с осуществлением процесса управления акционерным обществом (голосование на общем собрании акционеров, инициирование проведения внеочередного общего собрания акционеров и т. д.), а также право на информацию, защиту и т д. Именно по этому характерному признаку доверительный управляющий акциями и может быть отнесен к числу участников акционерных правоотношений»105.

А. А. Маковская утверждает, что «по-видимому, правом на предъявление пека о признании недействительным решения общего собрания акционеров обладают не только акционеры, но и иные лица, если именно они в силу своего правового положения осуществляют от своего собственного имени npaiui, удостоверенные акциями» ' "

В судебной практике имеет место пример, когда суд расширительно толкует норму п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах. Так, согласно постановлению ФАС Северо-Кавказского округа от 11 октября 2005 года по делу № «1)08-4180/2005 установлено, что если договором залога акций предусмотрено, что акционер (залогодатель) не вправе пользоваться находящимся в залоге правом на участие в управлении обществом (правом голоса на общем собрании акционеров общесгва) без получения предварительного письменного согласия залогодержателя, то залогодержатель может оспорить решение собрания акционеров, принятое с нарушением указанного условия.

Таким образом, представляется, что формулировка закона о том, что только акционер вправе обжаловать решения общего собрания акционеров необоснованна строга и лишает члена совета директоров и ревизионной комиссии (ревизор) общества, а также владельца «золотой акции» и доверительного управляющего права защитить нарушенные права и (или) законные интересы.

Необходимым условием д;ш признания оспариваемого решения общего собрания акционеров недействительным является принятие оспариваемо»-о решения с нарушением норм закона, иных нормативно-правовых актов или устава общества.

,м Молопшков Л. Е. Особешюггн отиетегаекности доверительных упрапинюишх акциями /'Корпоративный

JOp№?.2W6.1(15 Маковская Л.Л. Унчз.Соч. С 25.

Прежде всего, возникает вопрос, что нужно понимать иод «иными правовыми актами Российской Федерации», нарушение которых согласно п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах может повлечь недействительность обжалуемою решения общего собрания акционеров? Закон об акционерных обществах содержание этого понятия не раскрывает. С одной стороны, может применяться толкование, в соответствии с которым «под правовыми актами Российской Федерации имеются в виду федеральные законы, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ» ' с другой - в п. 6 ст. 3 ГК РФ в качестве иных правовых актов названы только указы Президента РФ и постановления

I Л\'

Правительства РФ» .

Возникает также и другой вопрос. Можег ли служить основанием для признания недействительности решения общего собрания акционеров нарушение иных нормативных правовых актов, в частности, актов федеральных органов исполнительной власти?

Закон об акционерных обществах допускает правовое регулирование отношений, связанных с деятельностью общего собрания акционеров, ведомственными актами. Так, согласно п. 2 ст. 47 Закона об акционерных обществах дополнительные к предусмотренным данным законом требования к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров могут быть установлены федеральным органом исполнительной власти по рынку ценных бумагд,\ Такие требования были установлены ФКЦБ России (ныне - ФСФР России) в Положении о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров.

Если руководствоваться тем содержанием понятая «правовые акты РФ», которое вытекает из ГК РФ; то нарушение данного положения ФКЦБ России (ныне — ФСФР России) не может являться основанием для признания решения

lJ7 Мозолин В.П., Юдснкоо А.П. Коммснгарий к Федеральному закону «Об акиионернкх обществах*?. - М.,2003.С 239.

** Тслюкша М.В. Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных ойшестках» (постатейный) // СПС «Консультант Плюс»

w См. подробней uToptiii параграф шорой глаиы диссертации.

собрания недействительным, так как ото положение не может быть отнесено согласно ст. 3 ГК РФ к правовым актам РФ. Либо необходимо признать, что Закон об акционерных обществах использует понятие «правовые акты РФ» в более широком значении, нежели ГК РФ, т.е. включает в их состав и акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти (ведомственные акты), которые ГК РФ не относит к правовым. И с точки зрения Закона об акционерных обществах нарушение ведомственных актов также может явиться основанием для признания решения собрания недействительным.

Согласно пп. 19 п. 1 ст. 48, п. 5 ст. 49 Закон об акционерных обществах, с одной стороны, допускает регулирование деятельности общего собрания акционеров внутренними документами общества, утвержденными общим собранием акционеров, ио с другой стороны, не относит нарушение этих документов к основаниям недействительности решения.

Представляется, что с целыо устранения данного противоречия нужно либо исключить из Закона об акционерных обществах нормы о том, что деятельность собраиия может регулироваться внутренними документами общества, либо предусмотреть, что их нарушение также может являться основанием недействительности решения.

Очевидно, чзо пытаться охватить все возможные нарушения нормативно- правовых актов и устава общества, которые могут быть допущены при принятии общим собранием акционеров соответствующего решения было бы совершенно непосильной задачей, поэтому в настоящей работе выделены некоторые наиболее типичные нарушения, встречающиеся при принятии любых решений общим собранием акционеров. В настоящей работе также будут рассмотрены специфические нарушения, присущие принятию решений по отдельным вопросам.

Итак, нарушения, которые могут послужить основанием недействительности решений общего собрания акционеров можно условно классифицировать следующим образом: 1.

Нарушения, допущенные в процессе подготовки собрания (не включение кандидатов или вопросов, предложенных акционером, неверное определение цены отчуждаемого имущества или приобретаемых акций, включение в повестку дня вопросов, не относящихся к компетенции общего собрания, включение в повестку дня вопросов, которые могут быть предложены только советом директоров - по предложению иных лиц, включение в повестку дня заочного собрания вопросов, которые могут быть решены только на очном собрании, неутверждение документов, которые должны быть утверждены в процессе подготовки к собранию). 2.

Нарушения, допущенные при созыве собрания (созыв собрания неунолномочеЕшым лицом (акционером без предварительного обращения в совет директоров), иеуведомление или несвоевременное уведомление акционеров, непредставление бюллетеней, непредставление акционерам возможности ознакомиться с материалами к собранию). При уведомлении акционеров необходимо иметь в виду многие моменты. Так, например, согласно Постановления ФАС Московского округа от 24 апреля 2006 года >fe КГ- А40/3030-06 поводом к отмене решения общего собрания акционеров сгало то, что общество направило уведомление о проведении собрания по адресу акционера, указанному в договоре о создании общества, а не по тому адресу: который содержался в реестре акционеров. Казалось бы, такая незначительная формальность (хотя нельзя исключить и преднамеренный характер действий готовивших собрание лиц.) привела к тому, что акционер не был уведомлен о собрании новее и впоследствии обратился в суд за обжалованием его решении.

Как правило, несущественное нарушение предписанных законом сроков уведомления акционеров не рассматривается судами в качестве серьезного нарушения, если оно не затронуло возможность акционера подготовиться к собранию и принять в нем участие. Так же может быть признанным несущественным нарушение о неуведомлении акционера о проведении общего собрания акционеров при условии, что акционер узнал о собрании из других источников и принял в нем участие (или мог принять участие). Так, например, согласно Постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 23 ноября 2004 года № Ф04-8261/2004(6433-A03-16) общество известило акционеров о проведении собрания путем размещения объявлений в общедоступных местах, вопреки положениям устава, обязывающим осуществлять уведомление акционеров путем публикации в СМИ. Кроме того, можно отметить тот факт, что и в тех случаях, когда акционер не был уведомлен обществом о проведении собрания, и не имел возможности узнать о его проведении из других источников, шансы па удовлегворсние его иска о признании решений такого собрания недействительными в большинстве случаев имеются лишь при условии, что принадлежавшего ему пакета акций было достаточно, чтобы повлиять на результаты голосования110.

Также передки случаи признания недействительными решений общих собраний акционеров, созванных лицами, не являющимися акционерами в момент направления в общество требований о проведении собрания111. Или же признается недействительным созыв повторного собрания в случаях, когда на «первом» собрании имелся кворум, позволяющий принимать решения по вопросам повестки дня112. Между тем, согласно Постановления ФАС Уральского округа от 12 декабря 2005 года № Ф09-4125/05-С5, созыв общего собрания акционером без предварительного обращения в совет директоров, может, исходя из обстоятельств дела и отсутствия убытков у истца, быть расценен как несущественное нарушение, не являющееся основанием к отмене решения общего собрания акционеров.

3. Нарушения, допущенные в процессе проведения собрания и определения его итогов (принятие решения по вопросу, не включенному в

ВилуПский А.В. Обзор практик рассмотрения федеральными арбитражными судами округов споров, связанных с обжалованием решений органон управлении акционерных обществ (за сентябрь 2004 года - август 2005 года) часть вторая //СПС Консультант Плюс

1,1 Постановление ФЛС Уральского округа от 14 июня 2005г. № Ф09-1775/0<1-С5, ПостаиоилениС ФАС Уральского округа от 29 нюня 2005г. Ле Ф09-3785/04-С5, Постанов ленхе ФАС Уральского округа от 30 мая 2005 г. № Ф09-4363/04-С5

312 Пктанивябнкс ФАС Волго-Вчгскогоокругаот за рш-ycw 2005т. Лг Л2?*1610/2904-2эШ1С Консультант Плюс, Постановлен не ФАС Московского округл от 25 июли 2005г. А41 -К 1 -20437/04

повестку дня, принятие решений по вопросам, не относящимся к компетенции общею собрания, недопуск акционера или представителя акционера на собрание, в том числе о связи с незначительными нарушениями в доверенностях, принятие решения в отсутствие кворума для проведения собрания или для принятия решения по конкретному вопросу повестки дня, - в том числе учет голосов, которые не должны были учитываться: учет голосов лиц, доверенности на голосование которых были оформлены с существенным нарушением требований к оформлению доверенностей для участия в общих собраниях, учет голосов владельцев привилегированных акций п отсутствие условии, делающих привилегированные акции голосующими, принятие решения в заочной форме по тем вопросам, решение по которым может проводиться только в очной форме и т. д.). Несложно заметить, что многие из приведенных нарушений дублируются с нарушениями, названными нами нарушениями в процессе подготовки собрания. 11онятно, что если совет директоров включает в повестку дня вопрос, не относящийся к компетенции собрания, то, скорее всего данное нарушение приведет к принятию решения по вопросу, лежащему за рамками компетенции органа. При этом, наверняка, обжаловаться будет именно решение общего собрания как таковое, поскольку нсиегитимное решение совета директоров (в данном контексте) навряд ли нарушит права акционера в большей степени, чем решение общего собрания.

Кроме того, согласно поправкам, внесенным Законом от 19 июля 2009 года № 205-ФЗ признание недействительным решения совета директоров (наблюдательного совета) общества о созыве общего собрания акционеров недействительным не влечет за собой недействительности решения общею собрания акционеров, проведенного на основании решения о его созыве, признанного недействительным.

Из анализа судебной практики, можно сказать, что достаточно много решений общих собраний оспариваются в результате учета голосов акционеров, голосовавших принадлежащими им акциями вопреки имеющемуся судебному запрету или же наоборот, - в результате неучета голосов акционеров, в отношении голосования которых имелся судебный запрет, определение о наложении которого впоследствии отменялось по искам этих акционеров, как необоснованное"\ При определенных условиях, даже в отсутствие у истца возможности влиять на принятые общим собранием акционеров решения, поводом к отмене решений собрания акционеров может быть признано отсутствие подлежащих рассмотрению на общем собрании документов и проведение подсчета голосов без привлечения счетной комиссии или регистратора""1. В то же время, когда число акционеров в обществе составляет менее ста, привлечение счетной комиссии не является обязательным и се отсутствие не будет считаться достаточно существенным для того, чтобы решение собрания бШо признано недействительным"'.

Подробное рассмотрение вышеупомянутых нарушений могло бы стать основой для весьма объемного исследования, поэтому перейдем к рассмотрению специфических нарушений, допускаемых при принятии решений по отдельным вопросам компетенции общего собрания акционеров, перечисление которых также будут ограничены допустимым объемом диссертационной работы.

Ряд оснований недействительности отдельных категории решений 1) Некоторые особенности признания недействительными решений об одобрении крупной сделки.

Закон об акционерных обществах устанавливает особый порядок совершения обществом крупных сделок - сделок, связанных с возможностью приобретения или отчуждения имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества. Стоит заметить, что уставом общества порядок одобрения крупных сделок может быть распространен и на сделки меньшей стоимости. Интересно отметить, что Закон об акционерных обществах говорит о том, что уполномоченный орган (совет директоров или общее собрание акционеров) принимает решение об одобрении крупной сделки, тогда как раньше к их компетенции было отнесено принятие решения о совершении крупной сделки.

По данной категории решений чаще всего можно встретить следующие специфические нарушения (естественно, что данным нарушениям могут сопутствовать и другие, присущие не только решениям об одобрении крупных сделок):

1а. Неверное определение цены приобретаемого \ отчуждаемого имущества (услуг). В соответствии с пунктом 2 статьи 78 Закона об акционерных обществах цена приобретаемого или отчуждаемого имущества должна определяться советом директоров общества в соответствии со статьей 77 Закона. Такая цена должна Определяться исХОДЯ Из рЫНОЧНой стоимости имущества (советом директоров или общим собранием акционеров общества). Строго говоря, необходимость отчуждения или приобретения имущества по справедливой рыночной цене и лежит в основе установления особого порядка совершения крупных сделок, в противном случае единоличный исполнительный орган имел бы возможность в один момент распродать за бесценок все имущество общества, обесценив тем самым принадлежащие акционерам акции. Поэтому несоблюдение предписанного законом порядка определения цены имущества (услуг), несомненно, является существенным нарушением порядка принятия решения о совершении крупной сделки (или сделки с заинтересованностыо). Кроме того, несоблюдение такого порядка (например, определение цены имущества по усмотрению генерального директора) может стать причиной неверной квалификации такой сделки как не являющейся крупной, тогда как при соблюдении надлежащей процедуры было бы очевидно, что рыночная стоимость имущества превышает 25% от балансовой стоимости активов общества, установленной в качестве нижней границы крупных сделок.

16. Принятие решения не тем органом, к компетенции которого относится принятие данного решения. В зависимости от стоимости приобретаемого пли отчуждаемого имущества (услуг), а также ог наличия или отсутствия единогласия совета директоров по вопросу об одобрении сделки, закон относит принятие решения об одобрении крупной сделки к компетенции совета директоров или общего собрания акционеров. Распространенным заблуждением является мнение о том, что раз общее собрание акционеров является высшим органом управления в акционерном обществе, то одобрение им сделки, может заменить решение совета директоров на этот счет. Однако это не соответствует действительности и должно быть квалифицировано как принятие общим собранием решения по вопросу, не входящему в его компетенцию.

1в. Неуказание в решении всей требуемой информации. Пункг 4 ст. 79 Закона об акционерных обществах указывает, что в решении об одобрении крупной Сделки должны быть указаны лиЦО (лица), являющееся ее стороной (сторонами), выгодоприобретателем (выгодоприобретателями), цена, предмет сделки и иные ее существенные условия.

О понятии выгодоприобретателя речь пойдет ниже, в части работы, посвященной решениям об одобрении сделок с заинтересованностью.

Здесь же отметим, что нсуказание в решении об одобрении крупной сделки цены отчуждаемого или приобретаемого имущества может стать поводом к удовлетворению иска о признании такой сделки или решения недействительной. Данное нарушение имеет все шансы быть расцененным как серьезное, поскольку причин неуказания цены имущества как правило всего две: либо не соблюден порядок определения цены, предписанный статьей 77 Закона об акционерных обществах, либо цена в принципе не была известна к моменту принятия решения об одобрении сделки, что свидетельствует о том, что золя общества на отчуждение имущества по конкретной цене либо не была сформирована надлежащим образом, либо вообще не была сформирована. Л сам тот факт, что сделка требует одобрения именно потому, что она крупная, тем более, должен привести нас к выводу, что информация о цене сделки должна непременно содержаться в решении об одобрении такого рода сделок, в противном случае, само такое одобрение лишается смысла.

Между тем, неуведомление акционеров о возможности осуществления ими права требования выкупа обществом принадлежащих им акций само по себе не является основанием для недействительности принятого собранием решения об одобрении крупной сделки, поскольку' неуведомление акционеров о имеющихся у них праве не препятствует реализации этого права, поскольку оно возникает в силу прямого указания закона"6.

Кроме того, нередки случаи неучета акционерными обществами того обстоятельства, что крупной сделкой может признаваться не только отдельная сделка, но и несколько взаимосвязанных сделок. И если каждая в отдельности из таких взаимосвязанных сделок может и не являться крупной сама по себе, то взятые в совокупности данные сделки требуют соблюдения надлежащей процедуры их одобрения. Более того, дробление крупной сделки на несколько более мелких нередко производится преднамеренно - для обхода требований закона, однако подобные ухищрения нередко раскрываются в рамках судебного процесса и приводят к недействительное!и таких сделок.

2) Особенности оспаривания решений об одобрении сделки, в совершении которой обществом имеется заинтересованность.

Как и в случае с решениями об одобрении крупных сделок, при принятии решения об одобрении сделок с заинтересованностью могут быть допущен],! как общие нарушения (возможные при принятии любых других решений), так и специфические. К специфическими нарушениям в данном случае мы также можем отнести все те нарушения, которые мы перечислили, говоря о крупных сделках. Кроме этого, при одобрении сделки с заинтересованностью, следует иметь в виду, что закон (п. 1 ст. 83 Закона об акционерных обществах) особо оговаривает, что такое решение должно быть принято до совершения сделки (в отличие от крупных сделок, для которых подобная оговорка отсутствует). Несоблюдение этого условия (принятие решения об одобрение сделки «задним

Постановленик <Е>ЛС Поволжского округа отОЗ марта 2005г. N° А57-17291/04-20 числом») нередко становится поводом к признанию подобной сделки недействительной. Дополнительным основанием к оспариванию решения об одобрении крупной сделки может стать факт голосования по соответствующему вопросу заинтересованного в сделке акционера к учет его голосов в результатах голосования, вопреки п. 4 ст. 83 Закона об акционерных обществах, устанавливающему, что решение принимается большинством голосов акционеров, не заинтересованных в совершении сделки.

Поскольку большая часть специфических нарушений уже была нами рассмотрена, когда мы говорили про решения об одобрении крупных сделок, хочется более подробно рассмотреть вопрос о понятии выгодоприобретателя в сделках с заинтересованностью (и крупных сделках). Без точного понимания данного термина во многих случаях может создаваться ложное впечатление об отсутствии необходимости принимать решение об одобрении сделки, тогда как в действительности, сделка требует одобрения. Необходимость в официальных разъяснениях, касательно содержания данного понятия была очевидна уже давно, однако лишь 20 июня 2007 года выпущено информационное письмо ВАС, посвященное этому вопросу.

В указанном Постановлении Пленума ВАС РФ от 20 июня 2007 года № 40 «О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью» указано, что «выгодоприобретателем в сделке признаётся не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате её совершения может быть освобождено от обязанностей перед акционерным обществом (в частности, вследствие предоставления должнику согласия на перевод его долга перед обществом на другое лицо), а также лицо, непосредственно получающее права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель но договору страхования, выгодоприобретатель по договору доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключён договор в соответствии со статьёй 430 Гражданского кодекса Российской Федерации). Кроме того, в качестве выгодоприобретателя может рассматриваться должник но обязательству, в обеспечение исполнения которого акционерное общество предоставляет поручительство либо имущество в залог, за исключением случаеп, когда будет установлено, что договор поручительства или договор о залоге совершен акционерным обществом не в интересах должника или без его согласия». Таким образом, выгодоприобретателем ВАС признает не только лиц, непосредственно получающих права по сделке, но также и получающих иные экономические выгоды (как в приводимом в Постановлении примером с должником по обязательству, в обеспечение которого акционерное общество заключает сделку с кредитором).

Другим интересным моментом в указанном Постановлении ВАС является появление категории добросовестности контрагента по оспариваемой сделке с заинтересованностью. «Если будет установлено, что другая сторона в двусторонней сделке или выгодоприобретатель по односторонней сделке не знали и не должны были знать о наличии признаков заинтересованности в сделке и несоблюдении установленного порядка её соисршсния, по смыслу статьи 84 Закона об акционерных обществах сделка не может быть признана судом недействительной».

3) Особенности оснований недействительности решений об увеличении уставного капитала, выпуске ценных бумаг.

Данная категория решений оспаривается весьма часто, как правило, в тех случаях, когда доля принадлежащих акционеру голосующих акций уменьшается в результате дополнительной эмиссии, проведенной на основе оспариваемого решения.

Нередко основанием для признания недействительным решения общего собрания акционеров об увеличении уставного капитала (в случаях, когда увеличение уставного капитала осуществляется путем размещения дополнительных акций) становится нарушение обществом обязанности по уведомлению акционеров о возможности осуществления ими преимущественного права право приобретения дополнительных акций и эмиссионных ценных бумаг, установленной статьей 41 Закона об акционерных

обществах.

Также часто встречающимся нарушением является нарушение порядка определения цены оплаты дополнительных акций, которая должна определяться в соответствии со с г. 77 Закона об акционерных обществах.

В числе прочих нарушений при принятии данной категории решений встречаются и такие, как, например, в одном из дел истец обосновывал свои требования тем, что увеличение уставного капитала проведено обществом в целях покрытия образовавшегося убытка, что прямо запрещено пунктом 2 статьи 100 Гражданского Кодекса РФ. При этом первая инстанция заявленный иск удовлетворила, хотя потом это решение и было отменено вышестоящими инстанциями"

4) Особенности оспаривания решений об изменении устава общества.

Одним из поводов к признанию недействительности решения общего

собрания акционеров об изменении устава общества может стать содержание в

таких изменениях норм, ограничивающих права акционеров. Так, например, в

одном из дел имела место следующая ситуация: изменения к уставу общества-

ответчика предусматривали, что членом совета директоров может быть только

акционер, состоящий в трудовых отношениях с обществом. На этом основании

был исключен из списка кандидатов в совет директоров акционер, ранее

включенный обществом в список кандидатов. Суд посчитал, что закрепленное в

изменениях к уставу нововведение «носит ограничительный характер и

нарушает права акционера быть избранным в коллегиальный орган управления и

участвовать таким способом в управлении обществом». И признал

недействительными соответствующее положение устава, решение о его

1 1 ft

утверждении, м выборы в совет директоров общества ,

,п Постановление ФЛС Московскою округа от 01 октября 2004г. Кb КГ-А4!ДО0И-(М// СПС Колсулмзиг Плюс

1,1 Постановление ФЛС Ссвсро-Кмкаккого округа or 16 ннтлЗря 2(КНг. Дв ФРЙ-ЗШЗМН// СПС Консультант Плюс

В другом случае решение об изменении устава общества было признано недействительным, поскольку проект изменений (новой редакции) устава не прошел предварительного утверждения советом директоров и не был предоставлен акционерам для ознакомления до проведения собрания. Суд расценил подобные нарушения как рассмотрение собранием вопроса, который не был надлежащим образом внесен в повестку дня119.

5) Особенности оспаривания решения о формировании органов общества.

В связи с данным вопросом можно выделить следующие группы характерных нарушений:

5а. Нарушение предписанного законом метода голосования при избрании совета директоров. Так, согласно Постановления ФЛС Московского округа от 16.06.2006 № КГ-А40/4946-06, существенным нарушением закона и прав акционера было признано избрание совета директоров методом раздельного голосования, вместо предписанного законом кумулятивного.

56. Избрание совет директоров (а также ревизионной комиссии/ревизора,

аудитора) общества путем проведения собраиия в заочной форме, вопреки

запрету установленному пунктом 2 статьи 50 Закона об акционерных обществах.

Несмотря на то, что сложно усмотреть, как именно нарушаются права

акционеров в результате избрания совета директоров или иного органа в заочной

форме, а не в форме совместного присутствия акционеров, как это предписано

законом, тем не менее, подобное нарушение таюке может послужить причиной

1

признания такого решения недействительным " . При зтом стоит иметь в виду, что проведение собрания в форме совместного присутствия акционеров с возможностью направления заполненных бюллетеней по почтовому адресу общества является разновидностью очной формы собрания (т.н. очно-заочная форма) и никакого нарушения в данном случае нет.

Также весьма часто, поводом к отмене решений о формировании органов общества становится неправомерный отказ совета директоров во включении

и; Постановление ФЛС Дсш.иегик-точлок» округа 07 12 декабря 2005г. № Ф03-Л59'05- W599. ш Поаамоилсиие ФАС Московского округа от 17 января 2005г. Ук КГ-Л41/1241(М>4

предложенных акционером кандидатур в список кандидатов. При установлении факта неправомерного отказа во включении в список кандидатур, суд удовлетворяет иски тех акционеров, чье голосование могло бы повлиять на результаты решения121. Напротив шансов на признание судом решения по формированию органов общества недействительным весьма мало у тех акционеров, которые не могли бы повлиять на исход голосования по соответствующему вопросу.

Стоит также отметить, что в связи с отсутствием единообразия в понимании момента утраты силы недействительным решения общего собрания, нет также и однозначного понимания последствий недействительности решения о формировании органов общества. В зависимости от позиции рассматривающего дело суда, все решения незаконно избранного органа также будут считаться недействительными122 либо, напротив, могут не считаться таковыми без самостоятельных оснований. Подробней указанная проблема исследована в соответствующем параграфе о последствиях признания обжалуемого решения общего собрания акционеров недействительным настоящей диссертационной работы.

Теперь обратимся к вопросу о том, в чем должно выражаться нарушение оспариваемым решением прав и (или) законных интересов акционера в соответствии с п. 7 ст. 49 Закона об акционерных общест вах, п. 271 Установления Пленума ВАС РФ от 1S ноября 2003 года Л» 19.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 года № 19, иск о признании решения общего собрания акционеров недействительным подлежит удовлетворению, если допущенные нарушения требований закона, иных правовых актов или устава общества ущемляют права и законные интересы акционера.

Постановление ФАС Дальневосточного округа от U июня 2005г. Jfe Согласна букве закона, учитывая внесенные Законом .Y« 205-ФЗ изменения, именно оспариваемое акционером решение должно нарушать права и (или) законные интересы.

А.А. Маковская обращает внимание, что «согласно постановлению в отличие от Закона об АО не само оспариваемое акционером решение общего собрания, а допущенные при его принятии нарушения требований Закона, иных правовых актов или устава общества должны ущемлять права и законные интересы этого акционера»1".

Указанное уточнение справедливо, поскольку, действительно, не само по себе решение общего собрания акционеров, а допущенные при принятии этих решений нарушения могут повлечь нарушение прав и (или) законных интересов акционера.

В то же время, В.П. Мозолин и А.П. Юденков полагают, что «любое решение, принятое с нарушением требований ФЗ об АО, иных правовых актов РФ и устава общества, так или иначе нарушает право акционера па участие в управлении делами общества и его законный интерес в том, чтобы в деятельности общества соблюдались... нормы права и ... положения устава»*24.

Другими словами, указанные авторы не проводят различия между «нарушением, допущенном при принятии общим собранием акционеров решения, ущемляющее права и законные интересы акционера» и «нарушением прав и законных интересов акционера самим этим решением».

Кроме того, указанные авторы утверждают, что любое решение, приня тое с нарушением требований Закона об акционерных обществах, иных правовых актов РФ и устава общества, уже само по себе ущемляет права и законные интересы акционера.

Автор согласен с А.А. Маковской, утверждающей, что далеко не всякое допущенное при принятии общим собранием акционеров решения в нарушение норм законодательства и устава общества приводит к нарушению прав и законных интересов акционера125.

Решение о внесении изменений в устав общества в части уменьшения размера дивидендов по привилегированным акциям, принятое с нарушениями законодательства и устава не нарушает права акционеров, имеющих только обыкновенные акции общества. У таких акционеров не может быть материально- правового интереса к исходу дела об обжаловании данного решения. Поэтому по их искам указанное решение не может быть признано недействительным.

Законом № 205-ФЗ п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах дополнен существенным изменением: для признания недействительным решения общего собрания акционеров судом достаточно установить нарушение прав акционера и (ИЛИ) его законных интересов.

В юридической литературе приводилась точка зрения, согласно которой формулировка «нарушение оспариваемым решением прав и законных интересов акционера» нуждалась в уточнении. Так, согласно предыдущей редакции, «из ее буквального толкования следует, что для признания решения собрания недействительным нужно, чтобы оно нарушало одновременно и права, и законные интересы акционера. При нарушении прав, предусмотренных нормативными правовыми актами, уставом или иными внутренними документами общества, сложностей с установлением этого основания не возникает. Однако как быть в случае, когда акционер обосновывает свое требование о признаний решения недействительным нарушением законных интересов, и суд придет к выводу, что при принятии решения такие интересы действительно были ущемлены, но прав акционера нарушено не было. Если толковать соответствующую норму Закона об АО буквально, в иске должно быть отказано, но такой подход вряд ли соответствует одной из целей данного закона - обеспечение защиты прав и интересов акционеров (п. 1 ст. 1 Закона об АО)»,:?6.

Макопскаи Д.А. Указ. соч. С. 32. "Ч'йвнкотЛ.В. Укал.Соч. С. П7 Указанный вопрос связан с общетеоретической проблемой понятия «законный интерес».

Сложность изучения понятия «законный интерес» заключается в том, что нормы нрава не содержат его легального определения. Отсюда и достаточно большая разница во мнениях относительно понимания законного интереса и его места в системе государственно-правовых явлений.

В специальной юридической литературе законный интерес рассматривается в различных аспектах. Широко обсуждаются проблемы соотношения законного интереса с субъективными правами и юридическими обязанностями32. Дискуссионным яшзяегся вопрос о наличии у законного интереса регулятивных

|29

свойств; причем одни авторы отвечают на этот вопрос положительно , другие - 129

отрицательно .

Применительно к исследуемой теме мы рассматриваем законный интерес как салюстоятельный объект правовой защиты, а также как форму, способ выражения и закрепления определенных правовых дозволений, существующих параллельно с юридическими возможностями, составляющими содержание субъективного права. Поставленная задача предполагает необходимость уточнения основных понятий теории интересов по причине их неоднозначного толкования различными авторами.

Категория «интерес», лежащая в основе понятия «законный интерес», используется во многих науках: философии, социологии, психологии, экономике, юриспруденции и т.д., то есть является общенаучной категориейпо.

В философской науке интерес представляется в виде реальной причины социальных действий, событий, свершений, стоящей за непосредственными побуждениями, участвующих в этих действиях индивидов, социальных групп, классов131. Социологи видят в интересе «... свойство той или иной социальной общности - класса, нации, профессиональной или демографической группы и т.д. - которое самым существенным воздействует на социально-политическое поведение в данной общности, предопределяет ее важнейшие социально значимые акции»132. Следует отметить, что в советский период развития науки сложно было сравнивать, а тем более противопоставлять, философские и социологические представления об интересе. Связано это с тем, что исторический материализм, по сути, выполнял роль социологической науки диалектического материализма и рассматривал развитие и взаимосвязь общественных явлений в русле идей господствовавшего философского учения.

В экономике под интересами понимаются объективные побудительные мотивы экономической деятельности, связанные со стремлением людей к удовлетворению возрастающих материальных и духовных потребностей'", которые выступают главной движущей силой npoipecca экономики. Психология изучает интерес как явление человеческого сознания, сосредоточенность па определенном предмете мыслей, вызывающая стремление быстрее познакомиться с ним, глубже в него проникнуть, не упускать его из поля зрения1"4.

Впервые наиболее развернуто и систематизирован но значения интереса как социального основания системы права было показано немецким ученым Р. Иерингом. Содержанием самого права, по мнению Р. Иерипга, являются интересы субъектов социального взаимодействия, которые являются общими для всех субъектов (интересы общества в целом).

До революции существенный вклад в развитие теории интересов внесли российские правоведы: IO.C. Гамбаров, А.А. Рождественский, Е.Н. Трубецкой, Г.Ф. Шершеневич. В советский период интересы и их значение в правовом

Философский энциклопедический словарь / Гл. редакция; Л.С». Ильичев, П.I I. Федосеев. C.M. Ковалев. В.Г. Паков. М., 1983. С. 213.

'"ЗдравомыслоиЛ.Г. Потребности. Ингсрссы. Ценности. М., I9S6. С. 75.

Краткий экономический словарь / Под ред. А.Н. Азршшио. М., 2002. С. 2SJ. 1,4 Р><5инштсПн СЛ. Основы общей психологии. СПб., 2002. С. 525.

регулировании общественных отношений были объектом исследования таких ученых, как С.С. Алексеев, Н.В. Витрук, Р.Е. Гукасян, Н.С. Малеин, А.В. Малько, Г.В. Мальцев, Н.И. Матузов, В.В. Степанян, Н.А. Шайкенов, А.И. Экймов и др.

Из приведенных выше определений можно заметить, что авторы, занимающиеся исследованием интересов, приходят к различным представлениям о природе самого интереса. Одни ученые, в основном, ученые-психологи, рассматривают интерес в качестве субъективной категории, отражающей явления человеческого сознания (особое психическое состояние). Вторая «руина ученых понимают интерес как объективное явление, поскольку, по их мнению, интересы формируются существующими общественными отношениями и всецело определяются внешними по отношению к субъекту условиями. Объективная природа интереса признается большинством советских и российских правоведов .

Третья группа авторов считает интерес объективно - субъективным явлением33. 11о их мнению, интерес как единство объективного и субъективного, имеет две стороны - независимое от человека содержание (источник) и зависимую ог его сознания форму. Указанная точка зрения была подвергнута в юридической литературе критике по основаниям, что, во-перных, понимание интереса как объективно-субъективного явления делало понятие «интерес» логически противоречивым34. Во-вторых, объективность интереса заключается не в том, что он не осознается субъектом, а в том, что, будучи порожденным общественными отношениями, интерес возникает вне и независимо от сознания людей .

'Гак что же такое «законный интерес»? Какого его соотношение с субъективным правом?

«Один интерес и его защита, - отмечал Ю.С. Гамбарои, - не дают понятия субъективного нрава. Не все интересы пользуются защитой и ведут к праву, точно гак же, как и не все интересы, получающие даже защиту права, представляют собой субъективные права» 39. «Охрана интересов может быть налицо, - заметил А.А. Рождественский, - и тем не менее субъективное право не возникает»140. В другой своей книге он развивает ту же мысль: «Могут существовать юридически защищенные интересы, не будучи в то же время юридически индивидуализированными сферами интересов, т.е. не будучи субъективными правами»141.

В.И. Рем левым отмечено, что «право гражданина и его законный интерес, - писал он, - не одно и то же. Сущность права гражданина (его субъективного права) заключается в гарантированной возможности совершать определенные действия». Возможность же удовлетворения законного интереса «офапичеиа объективными условиями и главным образом экономическими»141. Таким образом, автор показал одно из отличий между категориями «субъективное право» и «законный интерес»; различную степень их материальной обеспеченности, гараитированности, что, на наш взгляд, является правильным.

Как указывает Н.В. Витрук, законный интерес, как и юридическое право, есть возможность личности по пользованию социальными благами, которая выражается в правохмочиях носителя законного интереса действовать определенным образом, требовать определенного поведения от обязанных лиц, органов и учреждений, обращаться за защитой к компетентным государственным и общественным организациям15\

А.В. Малько считает, что «законный интерес - это отраженная в объоетивном праве либо вытекающего из его общего смысла и в определенной степени гарантированная государством простое юридическое дозволение, выражающееся в стремлении субьскта пользоваться конкретным социальным благом, а также в некоторых случаях обращаться за защитой к компетентным органам в целях удовлетворения своих потребностей, не противоречащих общественным»141. Близкое по смыслу понимание законного интереса было предложено А.А. Ерошенко. По его мнению, охраняемый законом интерес необходимо охарактеризовать как юридически предусматриваемое стремление субъекта в достижении тех благ, обладание которыми дозволено государством и обеспечено путем предоставления лицу правовых возможностей определенного вида145.

Представляется, что всякий важный для личности интерес, если это необходимо и возможно с юриднко-технической точки зрения, должен получить закрепление в виде субъективного права. Однако развитие общественных отношений опережает объективное право, поэтому законодательство всегда предусматривает лишь такие субъективные права, которые направлены на удовлетворение основных, общих для всех... интересов. На случай же появления таких интересов, но не обеспеченных субъективным правом, закон предусматривает возможность их непосредственной правовой защиты.

Так, Закон об акционерных обществах прямо не предусматривает право акционера участвовать в обсуждении вопросов повестки дня собрания, т.е. выступать самому и (или) задавать вопросы другим выступающим, кандидатам для избрания в органы общества и т.д. Если соответствующая возможность предусмотрена уставом общества, то можно говорить о том, что это право у акционера имеется и его нарушение может повлечь недействительность решения собрания.

ш Малько А.В. Проблемы законных шпсрссов // Проблемы теории государства и права / Под ред. M.lI. Марченко. М., 2002. С. 37S.

м* Ерошенко А. Судебная защита охраняемого законом шггерсса//С01к:тсгм1я юстиции. 1977. № 13. С. 19.

Однако, если устав не предусматривает такого права, и акционеру не была на собрании предоставлена возможность участвовать в обсуждении вопросов повестки, можно говорить о нарушении em законного интереса, ведь общее собрание — это совместное присутствие акционеров для обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений (п. г ст. 50 Закона об акционерных обществах). То есть, в данном случае появляется основание для признания решения недействительным именно по мотиву нарушения законного интереса акционера. Однако при отсутствии факта нарушения прав этого акционера, предусмотренных законом, уставом или иным внутренним документом общества, суд должен был отказать в признании решения недействительным.

Таким образом, в юридической литературе неоднократно была изложена точка зрения, что с целый усиления судебной защиты акционеров выражение «права и законные интересы» необходимо заменить выражением «права или законные интересы».

Итак, автор считает, что новая формулировка «нарушение оспариваемым решением прав и (или) законных интересов акционера», внесенное Законом от 19 июля 2009 года № 205-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» является обоснованной и необходимой.

<< | >>
Источник: Хсгаи Евгения Михайловна. ПРАВОВОЙ СТАТУС ОБЩЕГО СОБРАНИЯ АКЦИОНЕРОВ ПО РОССИЙСКОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ: ПОРЯДОК ОРГАНИЗАЦИИ РАБОТЫ, ПРИНЯТИЯ И ОБЖАЛОВАНИЯ РЕШЕНИЙ / Диссертация / Диссертация. 2009

Еще по теме Круг лиц, имеющих право оспорить решение общего собрания акционеров.:

  1. § 1. Частные и публичные начала в правовом регулировании деятельности
  2. §3. Защита прав акционеров, вытекающих из управленческих отношений в акционерных обществах
  3. § 3.3. Способы защиты субъективных корпоративных прав
  4. § 2. Субъекты и способы осуществления права па участие в общем собрании акционеров
  5. § 1 Правовая природа решения общего собрания акционеров
  6. Круг лиц, имеющих право оспорить решение общего собрания акционеров.
  7. § 4. Последствия признания решения общего собрания акционеров недействительным
  8. § 5. Ilpaвo суда оставить обжалуемое решение общего собрания акционеров в силе
  9. § 3. Обжалование решений органов управления общества
  10. Обжалование решений совета директоров и исполнительных органов общества
  11. § 2. Общие правила принятия и отмены мер по обеспечению исполнения будущего судебного постановления
  12. § 2. Гражданско-правовые механизмы формирования и реализации специального управленческого контроля и его регулирование нормами гражданского права
  13. Тимур Дамирович Аиткулов Некоторые аспекты правового регулирования слияния и присоединения акционерных обществ в праве Российской Федерации и ФРГ
  14. 3.1. Вещно-правовые способы защиты прав на недвижимость
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -