Статус и назначение судебных органов Европейского Союза

Судебная защита прав и интересов субъектов права ЕС осу­ществляется не только судами, действующими на уровне ЕС, но и национальными судебными учреждениями государств- членов (см.

тельности последних регулируются национальным законода­тельством государств — членов ЕС. На уровне ЕС юрисдикци­онную защиту осуществляют судебные инстанции ЕС, статус и юрисдикция которых закрепляются в актах первичного и вто­ричного права.

Суд занимает особое место в системе институтов Европей­ского Союза. Совет, Комиссия и Парламент, как правило, ква­лифицируются исследователями в качестве политических ин­ститутов. В отличие от них, Суд характеризуют как строго функциональный специализированный институт неполитиче­ского характера. Учредительными договорами (Конституцией) и актами вторичного права какая-либо политическая деятель­ность членам судебных учреждений категорически запрещена под страхом отрешения от должности. Суд во всей своей дея­тельности обязан руководствоваться предписаниями учреди­тельных актов (Конституции^ актов вторичного права и норма­тивно-правовыми актами, специально предназначенными для регулирования его деятельности. К числу последних относится, прежде всего, Устав Суда. Первый такой акт был утвержден специальным протоколом, подписанным в Париже в 1951 г., применительно к Суду ЕОУС, Последующие — протоколами, подписанными в 1957 г. в Брюсселе, применительно к Еврато­му и ЕЭС. В том же году на основе специального акта был об­разован единый Суд Европейских сообществ. Ныне действую­щий Устав оформлен Протоколом, приложенным к Ниццскому договору 2001 г.^[58] Другой важнейший вид нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность судебных органов, — это процессуальные регламенты судов.

Договор о Европейском сообществе четко и определенно отнес Суд к числу главных институтов Сообщества.

ются одновременно и институтами Сообществ и Союза, по об­щему правилу проблем не вызывает. Что же касается Суда ЕС, то ситуация несколько иная. Дело в том, что юрисдикция Суда оказалась неразрывно связанной с применением права Сооб­ществ. Это последнее стало по мере эволюции ЕС ведущей со­ставляющей права ЕС. Однако оно не применяется, за редким исключением, в рамках второй и третьей опор Союза. Соглас­но новой редакции ст. 46 Договора о ЕС, юрисдикция судов ЕС распространяется на Договоры о Сообществах и на те по­ложения раздела об ОВПБ и раздела о сотрудничестве поли­ций и судов в уголовно-правовой сфере, которые указаны в Договоре о ЕС. Эта четко ограниченная юрисдикция осущест­вляется в соответствии с условиями и процедурами, в нем пре­дусмотренными (ст. 35 и 40 Договора о ЕС и ст. 11 и 11А До­говора о Сообществе). Она также распространяется на ст. 6 и процедурные предписания ст. 7, относящиеся к изложению це­лей и принципов ЕС, и на ст. 46—53. В результате Суд все больше распространяет свою юрисдикцию на сферы, относи­мые к ведению Европейского Союза. Это устанавливает и Конституция ЕС.

Суды ЕС призваны обеспечить единообразное толкование и применение права ЕС на всем пространстве и во всех областях, подпадающих под юрисдикцию Сообществ и Союза. Судам за годы их существования удалось довольно успешно решить мно­гочисленные проблемы и стать действенным инструментом обеспечения интеграционных процессов. Благодаря полномо­чиям, связанным с толкованием учредительных договоров и ак­тов вторичного и третичного права, Суд, широко используя преюдициальную процедуру, смог реально обеспечить единооб­разное понимание предписаний права ЕС. Своей деятельно­стью он помог утверждению авторитета нормативно-правовых актов, принимаемых институтами ЕС.

Не меньшее значение имеет и то обстоятельство, что суды ЕС наряду с Комиссией выступают в роли стража права ЕС. Суд ЕС в определенной степени осуществляет функцию арбитра в разрешении споров между государствами-членами и институтами, а также институтов между собой по всем вопро­

сам, связанным с применением права Сообществ. В относи­тельно меньшей степени суды ЕС преуспели в качестве стража личной свободы. В первые десятилетия существования Суда и самих Сообществ им нередко адресовались критические заме­чания в связи с отсутствием постановлений и судебной практи­ки, обеспечивающей защиту прав и свобод человека. Однако если даже эти упреки в значительной мере справедливы, следу­ет учитывать, что гарантия и защита личной свободы — это прежде всего задача другого важнейшего европейского судебно­го органа — Европейского Суда по правам человека. Поскольку все государства — члены Союза являются участниками Евро­пейкой Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., осуществление которых гарантируется ЕСПЧ, парал­лельная юрисдикция Суда Сообществ представлялась не совсем обязательной.

Соответственно, Суд Сообществ не выработал специальной процедуры, связанной с защитой прав и свобод человека. Эти вопросы не служат предметом самостоятельных исков. Они рассматриваются судами ЕС только в связи с конкретными исками, отнесенными к его юрисдикции. В то же время Суд неоднократно указывал на правовую значимость прав и сво­бод, закрепленных в международных пактах, а затем признал права, гарантированные ЕКПЧ, в качестве главной составляю­щей общих принципов права Сообществ. В последующем это положение было закреплено в ст. 6 Договора о ЕС и подтвер­ждено Конституцией. Аналогичный статус акта, формулирую­щего общие принципы права ЕС, Суд признал и за Хартией основных прав Европейского Союза, которая составила часть вторую Конституции ЕС.

Ниццский договор, реформировав судебную систему ЕС, четко разделил Суд ЕС и СПИ как самостоятельные судебные инстанции. В то же время он определил общность их главного функционального назначения. «Суд ЕС и Суд первой инстан­ции, — записано в ст. 220 Договора, — каждый в пределах сво­ей юрисдикции, обеспечивают применение права Сообщества посредством единообразного толкования и применения, касаю­щегося Договора»^[59]. Таким образом, единая по своему содержа­нию и значимости задача возлагается на различные судебные инстанции, образующие в своей совокупности судебную систе­му ЕС. Конституция ЕС, подтвердив трехзвенный характер су­дебной системы, установила, что она обеспечивает соблюдение права при толковании и применении Конституции.

14.3.