ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Собственность в системе общественных отношений является первоосновой экономики, представляет собой сложную многофункциональную категорию. В силу своей природы собственность требует правовой регуляции.

В Национальной стратегии устойчивого развития Кыргызской Республики на период 2013 - 2017 годов отмечается, что гарантией функционирования и стабильности развития общества и государства в целом является обеспечение защищенности отношений собственности.

Государство, охраняя собственность, выступает гарантом ее стабильности и обеспечивает устойчивое развитие отношений, связанных с имущественными правами граждан и организаций. Решая основные задачи по охране собственности, органы власти России и Кыргызстана уделяют особое внимание становлению и совершенствованию уголовного законодательства. Масштабность криминализации общественных отношений собственности заставила законодателей указанных стран расширить сферу уголовно-правового регулирования, ужесточить ответственность за наиболее опасные преступления.

Преступления против собственности традиционно отличаются распространённостью, их показатель в Российской Федерации и Кыргызской Республике примерно одинаков: около 52% от всего числа регистрируемых преступлений^{[1] [2].}

Подтверждением этому служит то, что для обоих государств характерно совпадение динамики роста и спада уровня преступности против собственности с учетом естественного прироста населения на 100 тыс.

В Кыргызской Республике в рамках проводимой кампании по реформированию судебной системы изменяется отраслевое законодательство: 3 февраля 2017 года принята новая редакция Уголовного кодекса; в уголовно­правовую систему включен Кодекс о проступках. Указанные правовые акты вступят в законную силу 1 января 2019 года. Обновление уголовного законодательства связано с реализацией концепции новой категоризации уголовных правонарушений, которая в большей мере затронет уголовно­правовую охрану собственности. По мнению составителей закона, это позволит осуществить либерализацию и гуманизацию уголовной политики государства. Изучение положений нового киргизского уголовного законодательства, в частности в сфере обеспечения охраны собственности, представляет научный интерес и для Российской Федерации, которая также нуждается в реформировании и совершенствовании.

Исследование нового законодательства Кыргызской Республики позволило сделать вывод о том, что в механизме уголовно-правового регулирования отношений собственности имеются юридико-технические погрешности, которые в процессе применения могут повлиять на его

эффективность.

Аналогичная ситуация складывается в уголовном законодательстве Российской Федерации. В результате постоянных изменений уголовно- правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления против собственности, происходит рассистематизация уголовно-правовых положений, что затрудняет их применение.

Актуальность исследования уголовно-правовой охраны собственности в России и Кыргызстане определяется наличием следующих причин.

Степень научной разработанности темы. Преступления против собственности на протяжении всей истории развития юриспруденции становились объектом исследования многих ученых-юристов. К фундаментальным работам, посвященным исследованию охраны собственности следует отнести труды дореволюционных российских ученых М.Н. Гернета, Л.О. Белогриц-Кистяковского, И.Я. Фойницкого. В формирование теории уголовно-правового обеспечения отношений собственности внесли достойный вклад советские и российские ученые: А.Г. Безверхов, Ю.Д. Блувштейн, В.В. Векленко, Г.В. Верина, С.А. Елисеев, А.А. Жижиленко, М.М. Исаев, Н.И.

Коржанский, Н.Ф. Кузнецова, А.П. Кузнецов, Н.А. Лопашенко, А. А. Пионтковский, Э.С. Тенчов, П.С. Янн.

В рамках диссертационного исследования проблемы уголовно-правовой охраны собственности рассмотрены такими учеными, как: С.А. Бочкарев, С.М. Кочои, В.И. Плохова, М.В. Степанов, А.В. Шульта.

Существенный вклад в исследование проблем совершенствования уголовного законодательства в части охраны отношений собственности внесли представители научной общественности Кыргызской Республики: Т.Б. Асанов, А.Н.

Научные труды указанных авторов представляют обширную научную и методологическую основу, позволившую выделить новые ранее не решенные задачи, направленные на: совершенствование уголовно-правовой охраны собственности; устранение противоречий в действующем уголовном законодательстве; исключение ошибок в судебно-следственной практике, обусловленных наличием неточности формулирования норм и отсутствием четкости в описании криминообразующих признаков.

Распространённость преступлений против собственности, необходимость совершенствования и корректировки текущего уголовного законодательства и отсутствие комплексного исследования уголовно-правовых норм в рамках главы 21 УК Кыргызской Республики, - все это послужило основанием для выбора темы настоящей работы.

Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в сфере обеспечения охраны собственности в Российской Федерации и Кыргызской Республике.

Предметом изучения выступает уголовное законодательство России и Кыргызстана в сфере охраны собственности и связанные с данной сферой нормы уголовного законодательства ряда зарубежных стран-представителей различных правовых систем, государств-участников Евразийского Экономического Союза;

юридическая литература по исследуемому вопросу, следственно-судебная практика, акты толкования высших судебных органов России и Кыргызстана, статистические отчеты ГИАЦ МВД РФ и ГИАЦ МВД КР; статистические данные, представленные Росстатом Российской Федерации и Нацстаткомом Кыргызской Республики; результаты социологического исследования, анкетирования граждан и работников правоохранительных органов.

Цель диссертационной работы заключается в разработке научных и практических рекомендаций по совершенствованию уголовно-правовой охраны института собственности в Российской Федерации и Кыргызской Республике, и формулировании предложений по повышению эффективности норм уголовного законодательства, предусматривающих ответственность за указанные преступления.

Достижение указанной цели предопределило постановку и решение следующих теоретических и практических задач:

определить содержание института собственности в современном уголовном праве, а также его соотношение с иными отраслями права;

изучить историко-правовое развитие ответственности за преступления против собственности в России и Кыргызстане;

обобщить зарубежный уголовно-правовой опыт для дальнейшего совершенствования уголовного законодательства России и Кыргызстана;

исследовать действующие нормы уголовного законодательства, предусматривающие ответственность за преступления против собственности, для выявления проблем в их квалификации;

сопоставить уголовно-правовой опыт России и Кыргызстана для дальнейшего применения в рамках совершенствования отдельных положений уголовного законодательства;

сформулировать предложения по совершенствованию уголовного законодательства в сфере охраны собственности.

Методология и методы исследования. Методологическую основу диссертационного исследования составили: философский (диалектико­

материалистический метод научного познания); общенаучный (анализ, синтез, индукция, дедукция, системный, логический); частно-научные (формально- юридический, историко-правовой, сравнительно-правовой, документальный, социологический) методы познания социальной действительности во взаимосвязи и взаимообусловленности процессов и явлений, связанных с преступлениями против собственности.

Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, Конституция Кыргызской Республики, Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовный кодекс Кыргызской Республики, уголовное законодательство стран-участниц ЕАЭС и государств, представляющих различные правовые системы: Великобритании, США, Франции, Германии, Испании, Китая и ряда стран мусульманской системы права, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, постановления Пленума Верховного Суда Кыргызской Республики, решения и определения Конституционного суда Российской Федерации, решения и определения Конституционной палаты при Верховном Суде Кыргызской Республики.

Научная новизна исследования заключается: об обоснованности и поиска уголовно-правовой и криминологической информации о путях повышения эффективности уголовно-правового законодательства в сфере охраны собственности; в комплексном сравнительно-правовом изучении теоретических и практических позиций проблем конструирования уголовно- правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления против собственности в Российской Федерации и Кыргызской Республике.

Учитывая последние изменения в уголовном законодательстве рассматриваемых в работе государств, диссертант предложен качественно новый взгляд на институт собственности как важнейший объект уголовно-правовой охраны.

Исследование действующего и принятого нового уголовного законодательства, судебно-следственной и интерпретационной практики в Российской Федерации и Кыргызской Республике позволило: выявить

недостатки и пробелы, снижающие эффективность предупреждения преступлений против собственности; выработать теоретические парадигмы по их устранению; сформулировать предложения по совершенствованию уголовно­правового воздействия в сфере отношений собственности на уровне правотворческой и правоприменительной деятельности.

Теоретическая значимость работы заключается в том, что основные положения, выводы, рекомендации диссертационного исследования, могут быть использованы при пересмотре концептуальных положений в направлении повышения эффективности уголовно-правовой охраны собственности в России и Кыргызстане, а также взаимного возможного использования правового опыта рассматриваемых стран при совершенствовании действующего уголовного законодательства.

Практическая значимость работы заключается в ее использовании: в правотворческой деятельности при совершенствовании уголовно-правовых норм, обеспечивающих охрану собственности; в правоохранительной деятельности по квалификации преступлений против собственности; в научно- теоретических и научно-прикладных областях, связанных с проблемами уголовно-правовой охраны собственности; в образовательном процессе при подготовке специалистов или повышении их квалификации; при издании учебных и учебно-методических пособий по уголовно-правовым дисциплинам.

Научная новизна работы находит отражение в основных положениях, выносимых на защиту.

I. Положения, относящиеся к методологической основе уголовно-правовой охраны собственности:

1. Эффективность и результативность уголовно-правовой охраны собственности зависит от научного понимания природы собственности, разработанности теоретико-терминологического инструментария в социально-гуманитарных науках:

а) сущностная характеристика собственности выражается в том, что; собственность имманентно присуща человечеству; она является показателем

экономической свободы, основой общественного развития;

б) собственность - это экономическая, социальная, правовая, морально- нравственная, аксиологическая, культурологическая категория, позволяющая удовлетворять потребности человека;

в) объектом уголовно-правовой охраны собственности является обладание субъектами экономически обоснованными материальными благами, выраженными в праве их владения, пользования, распоряжения и передачи полномочий по своему усмотрению;

г) уголовно-правовая защита зависит от устойчивых эвальвационных критериев, определяющих степень и характер общественной опасности преступного поведения.

2. Конституционные нормы, являясь основой для уголовного законодательства, обеспечивают взаимосвязь последних с другими правовыми регламентами в сфере охраны собственности:

а) уголовно-правовая доктрина России и Кыргызстана основывается на материальной составляющей, из конкретизации уголовно-правового регулирования отношений собственности;

б) исследование конституционных и уголовно-правовых положений позволило выявить межотраслевые коллизии и сформулировать, исходя из этого, предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

II. Положения, относящиеся к уголовно-правовой охране собственности в истории России и Кыргызстана и современном законодательстве зарубежных стран.

1. Генезис российского уголовного законодательства в области охраны собственности отражает становление и развитие российской государственности и включает пять самостоятельных этапов:

а) влияние на уголовное законодательства обычного права: диспозитивность наказания, преобладание наказаний имущественного характера (первый этап: X-XV вв.);

б) государство становится главным и единственным регулятором

уголовно-правовой охраны собственности: наказания носят публичный характер; имущественная выплата заменяется телесными наказаниями, тюремным заключением, высылкой (второй этап: XV-XVII вв.);

в) уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за преступления против собственности, подверглись существенной корректировке; сформулированы дополнительные составы преступления; при описании способов их совершения используются приемы казуистичного изложения (третий этап: XVIII в.-1917 г.);

г) советский период развития уголовного законодательства характеризуется отказом от казуистичной формы изложения уголовно- правовых предписаний и переходом к конкретной фиксации криминообразующих признаков, дифференциации уголовной ответственности в зависимости от форм собственности (четвертый этап: 1917 - 1996 гг.);

д) постсоветский период характеризуется отказом от дифференциации уголовной ответственности по форме собственности; детальной реформацией ответственности, как по способу совершения преступления против собственности, так и с учетом стоимостных критериев (пятый период: 1996 г,- по наст, время).

2. Эволюция киргизского уголовного законодательства в области охраны собственности происходила на основе: обычного уголовного права; мусульманского уголовного права; уголовного права Российской Империи, советского уголовного права и включала четыре этапа:

а) разрешение правовых конфликтов, связанных с нарушением имущественных прав, осуществлялось при отсутствии письменных правовых источников на основе норм адата и мусульманского права, которые до середины XIX века составляли правовую основу уголовной ответственности за преступления против собственности (первый этап: до сер. XIX в.);

б) включение киргизских племен в состав Российской Империи в середины XIX обусловило действие ее уголовно-правовых предписаний в области охраны собственности (второй этап: от сер. XIX-1917 г.);

в) советский период характеризуется действием на территории Кыргызстана уголовного законодательства РСФСР (1922 г, 1926 г.), а с 1961 УК Киргизской ССР, последний дублировал положения уголовного законодательства союзных республик (третий этап: 20-е г. XX в,- 1997 год);

г) развитие современного киргизского уголовного законодательства происходит под влиянием российского уголовного законодательства, с тенденцией к поэтапному усложнению уголовно-правовых норм (четвертый этап: с 1997 г. по наст, время).

3. Современное уголовное законодательство зарубежных стран в области охраны имущественных отношений имеет существенные различия, обусловленные историческими, социально-экономическими, правовыми и иными особенностями:

а) англосаксонская правовая система характеризуется наличием многочисленных законов, в которых архаично излагаются уголовно-правовые предписания в области охраны собственности. К ним относятся различные преступления, совершаемые с обманными действиями с причинением имущественного ущерба, включая компьютерные преступления;

б) уголовное законодательство романо-германской правовой системы основывается на кодифицированных, а также дополнительно принятых актах, предусматривающих ответственность за имущественные преступления. Противоправные деяния классифицируются на преступления и проступки, в ряде случаев ответственность предусматривается и для юридических лиц;

в) в государствах мусульманской системы права, ислам признается государственной религией: уголовно-правовая охрана имущественных прав в большинстве исламских стран основывается на сочетании религиозных норм, норм обычного права и законодательных кодифицированных актов; в соответствии с религиозными нормами предусматриваются телесные виды наказания;

г) уголовное законодательство Евразийского экономического союза (ЕАЭС) в целом, и в области защиты отношений собственности в частности,

базируются на единой концепции национальных уголовных законов, предусматривающих их унификацию и гармонизацию: криминализацию однородных деяний, определение понятий хищения, установление количественных характеристик стоимостных критериев, а также оснований освобождения от уголовной ответственности.

III. Положения, относящиеся к инструментальному исследованию уголовно- правовых норм об охране собственности в Российской Федерации и Кыргызской Республике:

1. История развития государственности в России и Кыргызстане предопределила тождество форм и видов уголовно-правовой охраны собственности. Исследование уголовно-правовых норм позволило:

а) предложить классификацию преступлений против собственности;

б) сформулировать дефиниции: «хищение», «хранилище»; «использование лицом своего служебного положения при хищении»;

в) внести коррективы в законодательное определение «хищение», с включением криминообразующего признака «корысть».

г) определить размер значительного ущерба юридическому лицу;

д) предложить перемещение: ст. 175 УК КР «Умышленное уничтожение или разрушение памятников истории, культуры, объектов природы» в главу 25 УК КР «Преступления против здоровья и общественной нравственности»; ст. 177 УК КР «Приобретение и сбыт, заведомо преступным путем имущества» в главу 22 УК КР «Преступления против экономической деятельности»; криминализировать: признак деяния (мошенничества) с использованием средств массовой информации, либо электронных или информационно- телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»); признак деяния (кражи, грабежа, разбоя): «хищение имущества, представляющего особую жизнеобеспечивающую значимость в условиях чрезвычайной ситуации».

е) исключить: полисемию при описании криминообразующих признаков, используемых в статьях главы 21 УК КР; ст. 505-14 КоАО Кыргызской Республики, устанавливающей административную ответственность за

разрушение, повреждение гидрометеорологических станций и постов всех видов, за их порчу и хищение приборов и оборудования на указанных объектах.

2. Разграничение преступлений в процессе квалификации позволяет выявить внутреннюю взаимосвязь между уголовно-правовыми предписаниями в уголовном законодательстве. Учитывая сформулированные положения, вносится предложение: о разграничении:

а) преступлений, посягающих на собственность: кражи от мошенничества по предмету; кражи от присвоения и растраты - по субъекту; кражи и скотокрадства - по предмету; мошенничества и вымогательства - по признакам объективной стороны; грабежа от вымогательства - по признакам объективной стороны;

б) разграничение преступлений против собственности от смежных составов: лжепредприниматательства и мошенничества - по признакам объективной и субъективной стороны; мошенничества и незаконного получения кредита, а также злостного уклонения кредиторской задолженности - по субъекту и по объективным признакам; фалынивомошенничества и мошенничества - по объекту и предмету; заведомо ложной рекламы и мошенничества - по субъекту; хищение предметов, представляющую особую ценность от невозвращения предметов из-за границы культурных ценностей - по моменту возникновения умысла и субъекту; разбоя, совершенного организованной группой, и бандитизма - по субъекту, по признакам объективной стороны.

3. Эффективность уголовно-правовой охраны собственности зависит от объективных и субъективных факторов: уровня развития экономических отношений; адекватности отражения уголовно-правовых запретов социально- экономическим и политико-правовым условиям; состояния правотворческой и правоприменительной деятельности; стабильности уголовно-правовых предписаний; профессиональной подготовки сотрудников правоохранительных органов.

В этой связи предлагаются следующие меры по повышению эффективности уголовного законодательства:

а) устранение рассогласований (коллизий), возникших между уголовным и административным законодательством;

б) использование единого (унифицированного) подхода в трактовке уголовно-правовой терминологии;

в) проведение независимого мониторинга интерпретационных актов согласно действующих уголовно-правовых предписаний.

О научной обоснованности и степени достоверности диссертационного исследования свидетельствуют:

- использование в рамках работы широкого круга доктринальных источников: труды российских, киргизских ученых, работы теоретиков дальнего и ближнего зарубежья, посвящённые исследованию уголовного права.

- изучение судебно-следственной практики за период 2010 - 2016 гг.: всего были изучены материалы 250 уголовных дел, находящихся в производстве следователей МВД Кыргызской Республики; судебные акты, вынесенные за период 2006 - 2016 гг. районными судами г. Бишкек и Чуйской областей; материалы аналитических обобщений ИАЦ МВД КР и ГИАЦ МВД РФ, статистические отчеты Верховного Суда Кыргызской Республики, информационные данные, представленные Росстатом Российской Федерации и Нацстаткомом Кыргызской Республики.

- эмпирическая основа исследования, характеризуемая использованием результатов опроса жителей и гостей Нижнего Новгорода в количестве 100 человек. Помимо этого, были получены ответы на подготовленные автором анкеты от 100 сотрудников ОВД России и 100 сотрудников ОВД Кыргызстана, а также 47 человек иных экстренных служб (МЧС и МВД России по Нижегородской области), 30 анкет экспертных оценок, представленные научными сотрудникам ряда вузов Нижнего Новгорода.

В диссертационном исследовании использовались материалы научно- практических конференций, круглых столов, рассматривались материалы, опубликованные в периодической и специальной литературе, затрагивающие тематику работы.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного и уголовно-исполнительного права Нижегородской академии МВД России, где осуществлены ее рецензирование и обсуждение.

Основные теоретические положения и выводы диссертации докладывались на научно-практических конференциях и семинарах: международная дистанционная научно-практическая конференция «Актуальные вопросы правовых научных исследований в системе органов внутренних дел» (Караганда, 30 сентября 2016 года); международная научно-практическая конференция молодых ученых, аспирантов, магистрантов и студентов «Сравнительное правоведение в странах Азиатско-Тихоокеанского региона - VI» (Улан-Удэ, 15 апреля 2016 года); международная научно-практическая конференция «Актуальные вопросы противодействия преступности: теория и практика» (Коломна, 29 апреля 2016 года); межвузовский научно-практический «круглый стол» «Уголовная политика современной России: состояние и перспективы» (Нижний Новгород, 26 апреля 2016 года); межвузовская научно-практическая конференция «Актуальные проблемы юридической науки» (Н. Новгород, 19 ноября 2015 года); XX и XXI Нижегородские сессии молодых ученых «Гуманитарные науки» (с. Морозовка Арзамасского района Нижегородской области, пансионат «Морозовский», 21-24 октября 2015 года и 20 - 23 октября 2016 года).

Теоретические положения и выводы диссертации внедрены: в учебный процесс Академии МВД Кыргызской Республики им. Э.А. Алиева, Нижегородской академии МВД России, Приволжского филиала Университета правосудия; в практическую деятельность отдела внутренних дел на воздушном транспорте МВД Кыргызской Республики, Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Ивановской области, Следственного управления УМВД России по Ярославской области, Торгово-промышленной палаты Нижегородской области.

По теме исследования автором опубликовано двадцать статей общим объемом 6,03 и. л., четыре из которых опубликованы в рецензируемых изданиях,

рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации; и одна - в рецензируемом издании, рекомендованном Высшей аттестационной комиссией Кыргызской Республики.

Структура диссертации обусловлена объектом, предметом, целью и задачами исследования; обеспечивает логическую последовательность и завершенность в изложении хода и результатов исследования. Работа состоит из введения, трех глав, содержащих восемь параграфов; заключения; библиографии и приложений.