<<
>>

§2. Посягательство на специальный объект

Учение об объекте преступления является одним из наиболее сложных и многоаспектных разделов в уголовном праве России. Проблеме объекта преступления посвящена обширная юридическая литература, имеется ряд фундаментальных исследований, проведенных до принятия уголовного законодательства России.

Это работы В.Г. Глистина, Ю.А. Демидова, Н.И. Загородникова, Н.И. Коржан-ского, В.Н. Кудрявцева, Б.С. Никифорова, А.А. Пионтковского, В.Я. Тация, А.Н. Трайнина и других ученых.

В круг нашего непосредственного исследования входит изучение особенностей специальных объектов. Анализ юридической литературы свидетельствует, что проблеме специального объекта преступления не уделялось должного внимания, что можно объяснить, в частности, существующим до недавнего времени единодушным мнением о том, что объектом любого преступления являются общественные отношения.

Ориентируясь на марксистско-ленинское мировоззрение, советская уголовно-правовая наука базировалась на теоретическом положении о том, что объектом уголовно-правовой охраны является система общественных отношений, указанных в законе. При этом, как отмечается в юридической литературе, «в учении об объекте преступления дискуссии велись о сути того, что способно обладать свойствами объекта, но не того, что составляет суть самого понятия объекта преступления» . Тем самым идеологические взгляды о сущности общественных отношений не позволили в полном объеме вести дискуссии о сути и содержании охраняемых уголовным законом социально значимых ценностей.

Вопросы специального (родового) объекта преступления в монографической и учебной литературе изучались в отрыве от взаимо-

164

связи с другими элементами состава преступления. Практически не было комплексных исследований проблемы специального объекта в рамках специального состава преступления. Отдельные исследования касались конкретных (отдельно взятых) групп специальных объектов, например, воинских и других преступлений1. В современной юридической литературе объекту преступления также уделяется должное внимание. Так, следует выделить фундаментальную работу O.K. Зателепина2, в которой автор с новых позиций провел комплексное исследование объекта воинских преступлений и пришел к выводам теоретического и прикладного характера, которые могут быть методологической базой для изучения проблемы объекта преступления в целом и других специальных объектов в частности.

Имеется немало исследований, посвященных и другим видам специальных составов преступлений (против порядка управления, правосудия, экологических преступлений и т.д.)3.

1 См., напр.: Ахметшин Х.М. Основные вопросы теории военно- уголовного законодательства и практики его применения: Дис. д-ра юрид. наук. - М., 1975; Ахметшин Х.М. Советское военно- уголовное законодательство. — М.: ВПА, 1972; Бражник Ф.С. Пре ступление против военной службы: Учебное пособие. — М.: Воен. ун-т, 1999; Зателепин O.K. Состав преступления против военной службы. Объект преступления (комментарий в ст. 331 УК РФ) // Военно-уголовное право (вкладка к журналу «Право в Вооружен ных Силах»). — 2002. — № 5—6; Курляндский В.И. О составе воин ского преступления // Труды ВЮА. - М.: ВЮА, 1951. - Вып.13; Тер-Акопов А.А. Правовые основания ответственности за воинские преступления: Дис.

д-ра юр. наук. — М., 1982 и др.

2 Зателепин O.K. Объект преступления против военной службы: Дис. канд. юр. наук. - М., 1999.

3 См.: Лысов М.Д. Ответственность должностных лиц по советско му уголовному праву. — Казань, 1972; Здравомыслов Б.В. Должно стные преступления. Понятие и квалификация. — М., 1975; Светлов А.Я. Ответственность за должностные преступления. — Киев, 1978; Бажанов М.И. Уголовно-правовая охрана советского правосудия. — Харьков, 1986; Горелик А.С. Преступления против правосудия. — СПб., 2002; Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: теоре тические проблемы классификации и законодательной регламента ции. — Волгоград, 1999; Чучаев А.И. Преступления против правосу-

165

Однако вопрос состоит в том, что исследователи проблему специального объекта в основном изучают применительно к конкретному составу или группе составов преступлений, т.е. в рамках Особенной части УК. Между тем специальный объект преступления — это прежде всего проблема Общей части УК, проблема учения о составе преступления.

Исследование специального объекта, а также других элементов преступлений со специальным составом с этих позиций позволяет всесторонне рассмотреть проблему ответственности специальных субъектов, а также комплексно и полно осветить многочисленные вопросы соучастия в преступлениях с таким составом.

С методологической и уголовно-правовой точки зрения большой теоретический и практический интерес представляет освещение следующих вопросов: изучение понятия содержания и структуры специальных объектов; выделение места этих объектов в системе всех объектов уголовно-правовой охраны; классификация специальных объектов; уяснение механизма причинения вреда этим объектам («извне» и "изнури») и др.

Теоретическое и практическое значение исследования указанных и других проблем, связанных с посягательством на специальные объекты, прежде всего заключается в том, что без полного и правильного уяснения этих аспектов невозможно всестороннее и глубокое осмысление содержания и пределов оснований уголовной ответственности специального субъекта.

Выявление особенностей оснований уголовной ответственности специального субъекта преступления, в свою очередь, имеет важное уголовно-правовое значение, в частности, при установлении пределов соучастия, а также при квалификации соучастия в преступлениях со специальным составом и др.

Для освещения этих вопросов вначале проведем краткий обзор основных теорий объекта преступления, поскольку без этого невозможно полное и правильное осмысление проблемы специального объекта преступления.

В уголовно-правовой литературе объект преступления определяется как то, на что посягает преступление, т.е. на что оно направлено, что оно нарушает и чему причиняет вред1. В теории уголов-

дия. — Ульяновск, 1997.

1 См., напр.: Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон,

166

ного права и на практике, начиная с 20-х годов прошлого столетия, четко утвердилась концептуальная позиция о том, что любое преступное деяние направлено на общественное отношение, которое и является содержанием объекта преступления. Тем не менее велись дискуссии в понимании общественных отношений, их структуры, различались подходы к классификации объектов преступления, не было единства и в других вопросах, касающихся объекта посягательства.

После принятия нового уголовного законодательства России, чему предшествовали коренные преобразования в общественной и государственной жизни, новые идеологические, научные (философские, социальные, правовые и т.п.) взгляды о переориентации социальных ценностей, утверждение на конституционном и законодательном уровнях приоритета человека, его прав и свобод высшей ценностью, в учении об объекте преступления многие положения еще более обострились. Об этом свидетельствует современная научная и учебная литература, в частности, работы И.А. Велиева1, Э.В. Георгиевского2, O.K. Зателепина3, Л.Л. Крутикова4, А.В. Наумова5, Г.П. Новоселова6, С. Расторопова7, А.А. ТерАкопова8 и других ученых.

теория, практика. - М.: АО «Центр ЮрИнфоР», 2003. - С.60.

1 Велиев И.А. Уголовно-правовая оценка объекта посягательства при квалификации преступления. - Баку, 1992.

2 Георгиевский Э.В. Объект преступления: теоретический анализ: Дис. канд. юр. наук. - СПб., 1999.

3 Зателепин O.K. Объект преступления против военной службы: Дис. канд. юр. наук. — М., 1999.

4 Кругликов Л.Л. К вопросу о классификации объектов преступле ния. Уголовная ответственность: основания и порядок реализации. - Самара, 1990.

5 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лек ций. - М.: «БЕК», 1996.

6 Новоселов Г.П. Указ. соч.

7 Расторопов С. Понятие объекта преступления: история, состоя ние, перспектива // Уголовное право. - 2002. - № 1.

8 Тер-Акопов А.А. Ответственность за нарушение специальных пра вил поведения. — М.: «Юр. лит.», 1995.

w

Одни ученые объектом преступления продолжают признавать отношения1. Другие ученые обосновывают идею отказа от концепции «объект преступления — общественные отношения» как не отвечающей современному уровню социально-правовых реалий2. При этом они предлагают возвратиться к теории объекта преступления как правового блага, созданной в конце XIX в. представителями классической и социологической школ уголовного права.

Ряд ученых предлагает вернуться к дореволюционной теории, в которой объектом преступления признавался в целом человек3. Отдельные авторы предлагают объединить в объекте и общественные отношения и интересы4. При этом трудно понять, что конкретно авторы включают в объект преступления: и интересы, и общественные отношения, или либо одно, либо другое, или это, по их мнению, тождественные понятия.

В современной юридической литературе все большее признание получает теория объекта преступления, в соответствии с которой объект преступления определяется как «социальный интерес, ценность, но в перечень ценностей предлагается включить и общественные отношения, имея в виду те отношения, через воздействие на которые лицо причиняет вред охраняемым уголовным законом интересам личности, общества и государства. Подобное имеет ме-

1 См.: Уголовное право России. Общая часть: Учебник для ву- зов/Отв. ред. Л.Л.Кругликов. - М., 1999. - СЛ17—119; Российское уголовное право. В 2-х т. Т.1. Общая часть/Под ред. А.И. Рарога. — М., 2001. - С.103-105; Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Курс россий ского уголовного права. В 2-х т. Т.1. Общая часть. — М., 2001. — С. 117—125; Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. Учебник/Под ред. проф. А.А. Толкаченко. — М.: Воен. ун-т, 2000. — С.79-83.

2 См.: Загородников Н.И. Объект преступления: от идеологизации содержания к естественному понятию // Проблемы уголовной по литики и уголовного права. Межвузовский сборник научных тру дов. — М., 1994. - С.22; Уголовное право России. Учебник для ву зов. В 2-х томах. Т.1. Общая часть. - М.: «НОРМА-ИНФРА», 1998. - С.101-105; Наумов А.В. Указ. соч. - С.146-151.

3 См.: Новоселов Г.П. Указ. соч.

4 Уголовное право. Часть Общая. Часть Особенная: Вопросы и от веты. - М: «Юриспруденция», 2003. - С.26.

168

сто в преступлениях, выражающихся в нарушениях специальных правил поведения (в преступлениях со специальным составом)»1.

В своих исследованиях O.K. Зателепин приходит к выводу о том, что «объектом преступления выступают охраняемые законом различные по своему содержанию (материальные и идеальные) блага, принадлежащие личности (человеку), обществу и государству, подвергающиеся преступному посягательству, за которое предусмотрена уголовная ответственность»2. Однако автор не ограничился этим и обосновал необходимость установления общих материальных (предметных) признаков той реальности, которая признается объектом преступления. К числу таких общих признаков объекта преступления O.K. Зателепин относит «опасность», имея в виду, что данная категория является основным смыслообразующим понятием в таком признаке преступления, как общественная опасность. На основе этого, и с учетом законодательства «О безопасности» РФ автор обосновывает положение о том, что «уголовный закон охраняет от преступных посягательств безопасность субъектов социальной жизни». Безопасность личности, общества и государства объединяет единым понятием - «социальная безопасность». Автор формулирует качественно новое понятие: «объект преступления как правовое благо - это охраняемая уголовным законом социальная безопасность, т.е. состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства, подвергающееся преступному посягательству, за которое предусмотрена уголовная ответственность»3.

Не обращаясь к отдельному анализу основных теорий объекта преступления, отметим, что наиболее правильными являются две последние концепции, суть которых сводится к тому, что объектом преступления должны признаваться определенные «правовые блага», «социальные ценности», что, по нашему мнению, имеет одинаковое содержание.

1 Тер-Акопов А.А. Преступление и проблемы нефизической причин ности в уголовном праве. — М: «Юркнига», 2003. — С.31, 34.

2 Зателепин O.K. Современные концепции объекта преступления в Российском уголовном праве // Криминальная безопасность чело века: угрозы и пути их преодоления: Сб. науч. тр./Науч. ред. К.В.Харабет. - М.: «МНЭПУ», 2003. - Вып.5. - С.40-47.

3 Там же. - С.48-49.

169

Вывод о том, что единым, общим объектом всех преступлений является социальная ценность, основывается на ст. 2 Конституции РФ, где говорится о личности. Поэтому интересы личности, обше-ства и государства уголовным законом отнесены к числу объектов преступления.

С учетом конкретных видов социальных ценностей в уголовном законе выделяются конкретные группы преступлений, в которых устанавливается ответственность за посягательство на эти ценности. Это специальные (родовые) объекты преступления.

В чем же состоит суть и содержание таких объектов? Представляется, что освещение данного вопроса возможно на основе общепризнанного положения о том, что наука уголовного права должна базироваться на общефилософской и общеправовой теории отношений.

Признание в качестве объекта преступления социальной ценности не должно означать полного отказа от фактора общественных отношений, которые в результате преступного деяния также страдают.

Функционирование и развитие общества и государства возможны лишь в процессе возникновения и изменения общественных отношений (это — связь между людьми в процессе их любой деятельности, в том числе и запрещенной уголовным законом). Это методологически верное положение должно сохраняться и в современной теории уголовного права, с учетом особенностей правовых отношений.

Проблема исследования преступного посягательства на охраняемый уголовным законом объект, в том числе и специальный, тесно связана с анализом деятельности субъекта, она включает также выявление места и роли субъекта в функционировании конкретной социальной системы в качестве ее структурного элемента.

В юридической литературе верно отмечается, что «сущность всякого преступления, совершаемого как путем действия, так и в форме бездействия, может быть понята исходя из системного представления об общественных отношениях, участником которых субъект является»1.

1 Пионтковский А.А. Преступление // Курс советского уголовного права. - М., 1970. - С.46.

17Q

Любая система охватывает совокупность свойств: множественность элементов, упорядоченность этого множества; его целостность; единство и взаимосвязь составляющих элементов и др.

Охраняемые уголовным законом интересы обеспечиваются через соответствующие системы отношений, поэтому вред соответствующим интересам может быть причинен и посредством нарушения установленного порядка отношений.

Следовательно, признание объектом преступления конкретного социального интереса предполагает, что отношения, обеспечивающие этот интерес, также нарушаются.

С одной стороны, объект преступления, всегда представляющий собой определенную социальную ценность, является частью объективной действительности, а с другой - элементом состава преступления.

Исходя из этих позиций и учитывая то обстоятельство, что не всякий интерес поддается защите уголовно-правовыми средствами, в юридической литературе отмечается, что «для обозначения объекта преступления социолого-философской категорией общественные отношения представляется нецелесообразным»1.

Несмотря на то что в новом УК России и Армении об общественных отношениях прямо ничего не говорится, тем не менее нельзя констатировать, что общественные отношения в преступлениях не нарушаются. Посягательство на социальные ценности (интересы личности, общества и государства) может осуществляться за счет самого интереса (например, убийство). Через него или посредством его нарушаются и отношения, обеспечивающие жизнь человека.

Но посягательство на конкретный социальный интерес возможно и через посягательство на общественное отношение, обеспечивающее данный интерес.

Такая опосредованная форма посягательства на охраняемые уголовным законом интересы часто имеет место в преступлениях со специальным составом. Например, при дезертирстве нарушается система отношений, регулирующих порядок пребывания на военной службе. Через эти отношения нарушается конкретный интерес — боевая готовность.

1 Уголовное право России: Учебник для вузов. В 2-х томах. Т.1. Общая часть. - М.: «НОРМА-ИНФРА», 1998. - С.103.

171

Например, причинение вреда интересам воинской службы возможно посредством применения насилия в отношении начальника, совершенного во время исполнения им обязанностей военной службы или в связи с исполнением этих обязанностей. Порядок отношений является средством, используемым виновным для причинения вреда специальному объекту. Посредством превышения должностных полномочий, выразившегося в применении насилия в отношении потерпевшего, виновный причиняет вред интересам государственной власти и т.п. В таких случаях основным объектом преступления являются специальные интересы, т.е. специальные объекты.

Поскольку специальные объекты являются частью общих объектов уголовно-правовой охраны, с методологической точки зрения правильным является изучение содержания и структуры общих отношений и на основе этого - выделение особенностей преступных посягательств на специальные объекты.

От структуры объекта посягательства, в том числе и специального, зависит прежде всего структура и самого вреда (преступного последствия).

В доктрине отечественного уголовного права нет единства мнений по поводу содержания и структуры общественных отношений.

Одни ученые включают в структуру общественных отношений участников (субъектов) отношений, содержание и формы отношений'. Другие указывают также на условия правильного функционирования социального установления, предметы материального мира2.

Б.С. Никифоров, впервые в отечественном уголовном праве комплексно исследовавший содержание общественных отношений, предложил следующую их структуру: а) участники (субъекты) общественного отношения, б) отношения между участниками, в) условия существования (возможности) реализации общественных отношений3.

1 Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. — М.: «МНЭПУ», 2001. - С.52.

2 Егоров B.C. Понятие состава преступления в уголовном праве: Учебное пособие. - М.: Изд-во «МПСИ/РАН», 2001. - C.I8

3 Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву.-М., 1960.-C.29-I16.

172

Я.М. БраЙнин дополнил эту структуру указанием на «интересы субъектов общественных отношений*1.

В.Н. Кудрявцев отмечал, что большинство преступлений посягает, как правило, на правоотношения, и в связи с этим предлагал следующую их структуру: а) субъекты, б) права и обязанности, в) предметы2.

Н.И. Коржанский вместо структуры общественных отношений указывал на их «ядро», выделяя социальную связь как возможность поведения людей или их состояния, и никаких структурных элементов не называет3.

Ю.И. Ляпунов, B.C. Прохоров и другие ученые отмечают, что общественные отношения не могут включать в себя в качестве составных элементов различные предметы материального мира, в том числе и людей, ибо отношения не включают в себя ничего вещественного4.

Обобщая эти позиции, отметим что мы будем придерживаться первой точки зрения, поскольку предложенная соответствующими учеными структура общественных отношений {участники; содержание отношения; формы отношения) позволяет, на наш взгляд, наиболее полно и правильно осмыслить содержание конкретных отношений.

С учетом этого проанализируем структуру специальных отношений.

1. Участниками (субъектами) конкретной сферы специальных отношений являются лица определенной категории, включенные в данную сферу для осуществления специальной деятельности, направленной на нормальное функционирование соответствующей системы. Включение лиц в специальную сферу отношений осуще-

1 Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основания в совет ском уголовном праве. — М., 1963. — С.167.

2 Кудрявцев В.Н. О соотношении предмета и объекта преступления по советскому уголовному праву // Труды Военно-юридической академии. - М., 1951. - Вып. 13. - С.50.

3 Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. — М, 1980. - С.43.

4 Ляпунов Ю.И. Уголовно-правовая охрана природы органами внут ренних дел: Учебное пособие. — М., 1974. - С.44—51; Прохоров B.C. Преступление и ответственность. - Л., 1984. - С.29-43.

173

ствляется в порядке и на основании, установленных в законах, регулирующих данную сферу. При этом не каждый гражданин может приобрести статус участника специальных отношений. Учитываются такие составы, признаки и качества человека, которые позволяют ему качественно выполнять особые специальные функции, а в случае нарушения своих обязанностей — быть способным нести соответствующую ответственность. Это так называемые специальные субъекты.

2. Содержание специальных отношений включает интересы граждан, общества, государства, в отдельных случаях предметы материального мира, по поводу которых возникли и функционируют данные отношения. Это интересы в области экологической и военной безопасности, интересы в сфере безопасности движения и эксплуатации транспорта, государственной власти, правосудия и т.д.

Аналогично тому, как среди специальных субъектов преступлений выделяются специально-конкретные субъекты, и специальные общественные отношения, в свою очередь, делятся на «специально-конкретные» отношения.

Например, существует установленный порядок прохождения воинской службы, т.е. система воинских отношений определяет специальный характер объекта воинских преступлений (родовой объект). Однако воинские отношения, в свою очередь, делятся на подсистемы, в частности специально-конкретные отношения, выступающие в качестве непосредственного объекта посягательства. Именно на основе деления воинских отношений на общие и специально-конкретные и построена система преступлений против военной службы.

По такому же принципу построена система и иных специальных (родовых) составов преступлений.

Это обстоятельство имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение, в частности при разграничении специальных составов преступлений от общеуголовных деяний и отграничении их между собой.

В теории уголовного права традиционно классификация объектов преступления проводится в зависимости от степени конкретизации круга общественных отношений.

Однако некоторые действующие составы преступлений сконструированы таким образом, что охраняют одновременно несколько разнородных специальных ценностей и общественных отношений.

174

Такие составы в теории уголовного права называются многообъектными1. При этом объекты, на которые посягает одновременно одно деяние, делятся на основной и дополнительный.

Так, например, жизнь и здоровье человека являются основным объектом, если речь идет об убийстве или нанесении телесных повреждений. Однако эти же блага являются дополнительным объектом в составах разбойного нападения, посягательства на жизнь работника милиции и т.д.

Тем самым признание человека, его жизни, прав и интересов в качестве основной социальной ценности опровергается всей системой норм уголовного закона. Получается, что некоторые общественные отношения, социальные блага могут быть превыше и важнее жизни человека.

Если в действительности жизнь человека признается основной социальной ценностью, то почему при конструировании некоторых составов преступлений и решении вопроса об уголовной ответственности первостепенное значение должно иметь не это обстоятельство, а, например, иные отношения, которым, казалось бы, в результате преступления причиняется непосредственный вред.

Независимо от социальной ценности и важности охраняемых отношений, способа и других обстоятельств, связанных с посягательством на эти отношения, если в результате этого причиняется смерть человеку, то все деяние должно охватывать ответственность именно за причинение смерти (умышленно или по неосторожности), в то же время содеянное должно квалифицироваться и по статье, предусматривающей посягательство на данное родовое (видовое) или непосредственное отношение. В связи с этим нужно перестроить всю систему уголовно-правовых норм.

В юридической литературе обоснованно указывается, что «УК необходимо перестроить, упорядочить, поскольку в нем использован смешанный принцип построения, имея в виду, что одни статьи охраняют ту или иную ценность от различных посягательств, другие предусматривают ответственность за конкретное действие, посягающее на эту ценность»2.

1 Уголовное право Российской Федерации: Учебное пособие. Об щая часть. - М.: «МНЭПУ», 2001. - С.57.

2 Тер-Акопов А.А. Уголовная политика Российской Федерации: Учебное пособие. - М.: Изд-во «МНЭПУ», 1999. - С.55.

175

Жизнь и здоровье людей по действующему уголовному закону, в том числе и по новому УК РА, делится на различные «сорта», что также свидетельствует о том, что выделение человека в системе охраняемых уголовным законом в качестве основной ценности без коренного изменения всей системы уголовно-правовых норм останется как и прежде стремлением, фактически ничем не отличающимся от бывшего уголовного законодательства.

На страницах уголовно-правовой литературы также отмечается, что жизнь и здоровье человека, независимо от их статуса и положения в обществе, должны охраняться общими нормами как самые важные ценности и должны быть построены таким образом, чтобы причинение вреда жизни и здоровью человека квалифицировалось в необходимых случаях по совокупности преступлений.

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что при классификации объектов преступлений, в том числе и специальных отношений, нужно исходить из системносодержательного выбора и оценки объектов, нуждающихся в уголовно-правовой охране.

В юридической! литературе отмечается, что в ст. 2 УК РФ установлена вся совокупность охраняемых уголовным законом России социальных ценностей (благ), которые именуются общим объектом («личность — общество - государство»), и последовательно проведен принцип провозглашения ориентации на максимальное обеспечение безопасности личности. При этом в качестве доводов указывается, что «Особенная часть УК открывается разделом «Преступления против личности», в которую включены соответствующие главы, и где произошла дифференциация ответственности в зависимости от тяжести содеянного и от личностных признаков, характеризующих виновных и потерпевших, и т.д.»1.

Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что в новом УК РФ и РА предпринята попытка выделения человека как самой высшей социальной ценности, что не вызывает сомнения и заслуживает должного внимания. Однако следует признать и то, что на концептуальном уровне вышеприведенное положение, вытекающее как из соответствующих международно-правовых документов, так и из

1 Комментарий к Уголовному кодексу РФ/Под общей ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. - М.: «Норма-Инфра», М., 1999 (Вступительная статья).

176

Конституции наших государств, не получило должного развития и отражения в новом УК РФ и РА.

Законодатель, выдвинув на первое место охрану прав и свобод человека и гражданина, отразил иерархию ценностей, а именно: личность, общество, государство.

Между тем упомянутые ценности приведены и в последующем в УК РФ и РА рассматриваются в одной горизонтальной плоскости. Конструкции многих составов преступлений свидетельствуют о том, что интересы общества и государства выходят иногда, в отрыве от интересов человека, на первое место в этой иерархии.

Представляется, что как нормы Общей части УК, так и соответствующие нормы Особенной части должны быть сконструированы таким образом, чтобы «личность», «общество* и «государство» были расположены в вертикальной плоскости, то есть общество и государство всегда должны быть производными от прав, свобод и интересов человека.

В этой связи было бы правильным ст. 2 УК РФ (ст. 2 УК РА) дополнить новым пунктом со следующим содержанием:

«При конструировании и применении норм настоящего Кодекса охрана прав и свобод человека и гражданина не может подменяться интересами общества и государства и при регулировании уголовно-правовой охраны соответствующих объектов указанные ценности в случае причинения им вреда всегда должны рассматриваться как основные, независимо от того, какую ценность охраняют данные отношения, которым также причиняется вред».

Приведенное положение может стать важным гарантом в процессе реального обозначения человека как доминанты охраняемых уголовным законом ценностей, безотносительно к его статусу или социальному положению в обществе.

Советская уголовно-правовая наука признавала и продолжает признавать людей предметом преступления (например потерпевшие от преступления против личности), то есть человек в этом смысле «приравнивался» к любым материальным образованиям, вещам.

Кроме того, в соответствии с некоторыми действующими нормами уголовного закона жизнь и здоровье человека выступают даже в качестве дополнительных, т.е. второстепенных предметов {выделено нами — С.А.), например при бандитизме (ст. 309 УК РФ).

177

Причиной этого, по мнению Г.П. Новоселова, «является нерешенность вопроса о разграничении понятий объекта и предмета преступления»1.

Более того, некоторая категория лиц, в соответствии с современной теорией общественных отношений и в силу своего правового статуса, не может входить в структуру общественных отношений и рассматриваться в качестве участников этих отношений, но тем не менее признается предметом преступления (ребенок при подмене, несовершеннолетний в случае его куплипродажи или иных сделок в отношении него и др.). Представляется, что в уголовном законодательстве права и интересы человека должны охраняться независимо от полной правоспособности и дееспособности и все граждане должны рассматриваться как носители этих отношений.

Именно с целью охраны жизни, здоровья и интересов ребенка и несовершеннолетнего в УК РФ предусмотрены ст. 106, 152, 153 и др. (Аналогичные нормы содержатся и в УК РА).

В отечественной юридической литературе тем не менее высказывались мнения, что общественные отношения и их участники не должны противопоставляться.

Так, например, М.П. Карпушин и В.И. Курляндский указывали, что «вообще неправильно противопоставлять людей общественным отношениям, поскольку люди выступают в обществе как участники этих отношений и поскольку материальными субстратами общественных отношений являются люди»2.

Действительно, общественно опасным и преступным может признаваться такое посягательство, которое, в конечном счете, причиняет или создает угрозу причинения вреда людям.

Задача права, в том числе и уголовного, должна состоять в изучении действий участников правоотношений, а не вещей и других благ, ради которых они вступают в правоотношения. При этом важное уголовно-правовое значение приобретают установление и изучение характера этих действий, их соответствие юридическим правам и обязанностям субъектов. «При наличии такого соответст-

1 Новоселов Г.П. Указ. соч. - С.32.

2 Карпушин М.П., Курляндский В.И. Уголовная ответственность и состав преступления. - М., 1974. — С.76.

178

вия, - пишет В.Н. Хропанюк, — одновременно достигается и цель, которую ставили перед собой участники правоотношений»1.

Устанавливая уголовную ответственность за посягательство на специальные объекты, законодатель должен исходить из необходимости охраны не абстрактных отношений, а безопасности соответствующих ценностей.

Тот факт, что общественные отношения, в том числе специальные, представляют большую социальную ценность для всего общества и государства, сомнений не вызывает. Но нужно признать и то обстоятельство, что эти отношения, как и любые иные, создаются людьми и направлены на обеспечение безопасности человека.

В сфере специальных отношений установленный порядок призван обеспечить определенное поведение участников этих отношений, а также охрану прежде всего людей и только потом этих отношений, а не наоборот, как это считалось и иногда продолжает считаться в науке уголовного права.

3. Наконец, третьим структурным элементом специальных отношений является форма отношения, т.е. правила поведения, права и обязанности, которых должны придерживаться участники этих отношений в процессе своей деятельности.

Специальный порядок деятельности устанавливается особыми законодательными актами. Соблюдение формы отношений всеми субъектами является неотъемлемым условием существования самих отношений.

При этом важное научно-методологическое и практическое значение имеет то обстоятельство, что уголовно-правовой запрет формируется не только уголовно-правовыми, но и иными нормами, поскольку обязанность воздержания от общественно опасного поведения предусматривается в различных сферах права.

В контексте рассмотрения особенностей посягательства на специальные объекты следует заметить, что нормы уголовного закона устанавливают запрет лишь на общественно вредное, опасное поведение человека, а нормы иных законов, наоборот, стимулируют активное, социально значимое, желаемое поведение людей. Это обстоятельство особенно проявляется в нормативноправовых документах, регулирующих специальные обязанности и особые правила поведения различных категорий людей.

Хропанюк В.Н. Теория государства и права. — М., 1998. - С.315. 179

Причем уголовно-правовые нормы являются производными от норм иных отраслей права, всей системы социальных норм.

Специальные отношения регулируются определенными нормами, а функции участников этих отношений связаны с реализацией совокупности прав и обязанностей, предусмотренных регулирующей нормой.

При нарушении установленного порядка вред причиняется не только данному специальному объекту, но и, как правило, человеку или множеству лиц, ставится под угрозу их безопасность, а часто — жизнь и здоровье; причиняется или создается угроза причинения вреда иным объектам. Так, вынесение судьей заведомо неправосудного приговора направлено не только против интересов правосудия, судебной власти государства, но и подрывает авторитет государства, нарушает права и законные интересы участников судебного разбирательства и т.п.

Поэтому уголовный закон, устанавливая ответственность за совершение преступлений со специальным составом, выступает в качестве одного из средств принуждения с целью охраны социальных ценностей.

В структуре общественных отношений все элементы являются главными, но личность занимает особое место. Общественные отношения охраняются нормами уголовного права именно потому, что таким путем охраняется человек, защищаются интересы отдельно взятых индивидов. Общественные отношения не могут существовать без людей. И, наоборот, люди благодаря общественным отношениям начинают функционировать, развиваться и лишь в процессе этих отношений из биологического, физического существа переходят в качественно иное состояние, приобретая фактические права и обязанности, а тем самым зарождаются не только общественно-полезные, но и негативные интересы.

Поскольку определенные отношения между людьми, их интересы охраняются нормами иных отраслей права, то уголовно-правовой охране подлежат лишь те отношения между людьми, которые имеют наиболее социально важную ценность и приоритетность при конкретных обстоятельствах жизни общества.

В этом аспекте принципиально важным является тезис о том, что в характеристике общественных, в том числе и уголовно-правовых отношений, а также в определении преступления первостепенным должно стать отношение субъектов к другим участникам

этих отношений, а также иным элементам данной сферы отношений (предметы, вещи и т.д.).

При исследовании проблемы специального объекта преступления важное значение имеет вопрос о направленности деяния против специальных и специально-конкретных отношений, определяемой различными способами.

В одних случаях основным показателем является характер самого деяния, а также другие объективные обстоятельства его совершения (например, дезертирство, получение взятки или. неповиновение являются преступлениями со специальным составом и никакими иными преступлениями быть не могут).

В других случаях специальный объект посягательства определяется указанием на его особые признаки, свойства. Так, например, сопротивление начальнику или принуждение его к нарушению обязанностей военной службы (ст. 333 УК РФ) образуют преступление против военной службы в том случае, если деяние совершено в отношении начальника или иного лица, исполняющего возложенные на него обязанности военной службы. Уничтожение или повреждение военного имущества (ст. 346, 347), нарушение правил безопасности при использовании опасных в эксплуатации военно-технических средств (ст. 349352) образуют воинское преступление, если виновный воздействует именно на те предметы, которые указаны в этих статьях. Если же в совершенном деянии отсутствуют специально указанные признаки объекта, то оно не может рассматриваться в качестве воинского преступления. При наличии соответствующих признаков лицо может быть привлечено к ответственности за обшеуголовные преступления.

Уже отмечалось, что если закон предусматривает ответственность за нарушение специальных правил поведения, субъектом преступления может быть только участник специальных отношений, т.е. специальный субъект. Посредством этого устанавливается объект преступления. Нарушение конкретных специальных правил поведения должно быть конструктивным признаком основного состава, только в этом случае объект преступления специальный. Если же использование лицом специального положения предусмотрено в законе в качестве квалифицирующего обстоятельства общего состава преступления, объектом преступления являются общие ценности, охраняемые основным составом данного преступления.

181

Как известно, все объективные выражения состава преступления как системные категории должны изучаться в уголовном праве. Это в полной мере относится и к учениям о субъекте и объекте преступлений, в том числе и проблеме посягательств на специальные объекты. Вместе с тем современная уголовно-правовая методология с учетом коренных изменений в обществе, а также на фоне адаптации уголовного права к происходящим историко-философским изменениям в сфере бытия, сознания, законов и категорий диалектики должна основываться не просто на системном подходе в изучении и исследовании уголовно-правовых явлений, но и на системно-содержательном осмыслении действительной ценности личности. При этом определение системы защиты личности уголовно-правовыми средствами должно зиждиться на основе реальной опасности основным правам человека и глобальным условиям существования и развития общества и государства.

По словам А. Жалинского, «состояние этой системы должно анализироваться до принятия уголовно-правовых решений, исходя, в частности, из значимости ценностей, которым угрожает опасность интенсивности, реальности, актуальности самой опасности»1.

Наиболее важные социальные ценности должны быть предметом уголовно-правовой охраны, однако при этом не должно происходить переоценки искусственного преувеличения общественной опасности посягательств на эти объекты. Охрана данных ценностей и соответствующих отношений может осуществляться и иными отраслями права. Совершенствование уголовного законодательства, криминализация и декриминализация деяний, в том числе связанных с посягательством на специальные объекты, должны осуществляться на основе криминологических исследований.

По системно-содержательному признаку определяется и деление общественных отношений на общие и специальные.

Специальные объекты, как и общие, выступают как целостные и в то же время изменяющиеся образования, которые подчиняются более или менее устойчивым и единым законам.

Такими законами являются кормы, правила поведения, те социальные роли, которые носят всеобщий характер, если адресованы неопределенному кругу лиц, либо специальный — адресованные

1 Жалинский А.Э. О методологических основаниях уголовного права // Уголовное право. - 2000. - № 3. - С.20.

182

определенному кругу лиц, которые включены в единую сферу отношений с охраняемой ею ценностью. При этом целостность и устойчивость системы отношений прежде всего зависят от качественной связи субъектов этих отношений между собой, от их желания, связанного с сохранением и развитием этих ценностей.

«Общественные отношения в каждой системе, являющиеся объектом посягательства, обусловлены строго определенными целями, достижение которых регулируется правовыми нормами, т.е. обладают системным признаком целенаправленности»1.

«Характер объекта посягательства, - указывает В.Н. Кудрявцев, — зависит во многом от содержания мотивации основной цели преступника, но эта зависимость не является жесткой, так как ту же цель (и мотивацию) могут удовлетворить разные объекты, а один объект - способствовать достижению разных целей»2.

На этом фоне определенные сложности вызывают случаи, когда наряду с причинением вреда специальным объектам возникают дополнительные изменения и в других системах, которые могут иметь самостоятельное уголовно-правовое значение. Вопрос об установлении направленности деяния в таких ситуациях осложняется.

Так, в составах посягательств на жизнь государственных или общественных деятелей (ст. 277 УК РФ), лиц, осуществляющих правосудие или предварительное расследование (ст. 295), сотрудников правоохранительных органов (ст. 317) в качестве дополнительного объекта представлена жизнь соответствующих лиц. При совершении таких преступлений убийством соответствующих лиц происходят существенные отрицательные изменения в охраняемых уголовным законом специальных системах (основы конституционного строя и безопасности государства, порядок управления). В основе выделения таких составов преступления лежит своеобразие в механизме (способе) причинения вреда специальным объектам. Виновный посредством посягательства на личность, выступающую в таком случае участником специального отношения, причиняет вред основному (специальному) объекту преступления. Воздействуя на элемент специального отношения - интерес личности, деяние ви-

1 Тер-Акопов Л.А. Бездействие как форма преступного поведения. — М., 1980. - С.48.

2 Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования: Учебное пособие. - М., 1998. - С.108.

183

новного, направленную на изменение специальной сферы отношений, может быть и не сопряжено с нарушением какого-либо порядка поведения. То есть исполнителями (соисполнителями) таких преступлений могут быть и участники общих отношений — общие субъекты (посягательство «извне*). С учетом данного обстоятельства подобные специальные составы преступлений конструируются таким образом, что их субъектом могут быть как специальные, так и общие объекты. Отличие состоит в том, что деяние специального субъекта всегда выражается в нарушении специально установленного порядка (посягательство «изнутри»).

Отличительной особенностью в механизме причинения вреда специальным объектам «извне» и «изнутри» является и то, что «не-специальный субъект причиняет вред не объекту как системе, а элементу системы, образующей данный объект»1. Заметим, что посягательство «извне» на специальные объекты возможно лишь в двухобъектных специальных составах преступлений, т.е. в случае, когда хотя бы часть объективной стороны преступления может выполнить общий объект. Это те случаи, когда дополнительным объектом преступления является общий объект, как правило, жизнь, здоровье, честь и достоинство личности.

Проведем сравнительный анализ отмеченных (ст. 277, 295, 317, 318 УК РФ) и воинских насильственных составов преступлений (ст. 333, 334 УК).

Система насильственных преступлений против военной службы по УК РСФСР была более совершенной- В частности, в п. «в» ст. 250 УК РСФСР прелусматривалась ответственность за сопротивление начальнику или его принуждение к нарушению служебных обязанностей, сопряженные с умышленным убийством последнего. В теории уголовного права и на практике общепризнанной считалась точка зрения, согласно которой неспециальный субъект (гражданское лицо) не мог признаваться субъектом воинского преступления, в том числе и насильственных преступлений. Такой вывод вытекал из понятия воинского преступления, закрепленного в ст. 237 УК РСФСР. Несмотря на это, имелись и имеются иные точки зрения по этому вопросу. Что произошло в УК РФ 1996 г.

1 Тер-Акопов А.А. Преступление и проблемы нефизической причинности в уголовном праве. - М.: «Юркнига», 2003. — С.301.

184

Жизнь воинских должностных лиц,оказалась вне уголовно-правовой охраны специальными нормами.

Возник парадокс: законодатель причинение вреда здоровью воинских должностных лиц выделил в качестве воинских преступлений, а те же деяния, повлекшие смерть данных лиц, вынес из системы воинских преступлений1.

Применительно же к составам преступлений, предусмотренных ст. 277, 295, 317, 318 УК РФ, причинение смерти участникам соответствующих специальных отношений сохранено в качестве обязательного признака специальных преступлений.

Причем предусмотренный в качестве наказания за данные преступления срок лишения свободы составляет от 12 до 20 лет, а за преступления, предусмотренные п. «б» ч. 2 ст. 105, по которой квалифицируется убийство воинского должностного лица, этот срок составляет от 8 до 20 лет. Квалификация сугубо воинского преступления по общеуголовной норме ничем не обоснована. Необоснованно и мнение некоторых ученых о том, что деяние гражданского лица, связанное с применением насилия в отношении воинского должностного лица образует воинское преступление. Это несправедливо и имеет ряд негативных последствий. Выход один: нужно возвратиться к конструкциям старых составов воинских насильственных преступлений. Аналогичная проблема содержится и в новом УК Армении.

Анализ приведенных норм показывает, что закон в одних случаях устанавливает ответственность за посягательство на специальные объекты только для определенного круга лиц — специальных субъектов преступления. Причинение вреда в таких случаях возможно только посредством нарушения специально установленного порядка поведения. Например, ряд должностных преступлений могут совершить только специальные субъекты (примечание к ст. 285 УК РФ). Но в главе 30 УК содержатся и такие преступления, которые не связаны с нарушением определенного порядка поведения, поэтому их субъектом могут быть и недолжностные лица (дача взятки,

! Лавруков ММ. Развитие уголовного законодательства об ответственности за воинские насильственные преступления и пути его совершенствования // Криминальная безопасность человека и пути их преодоления: Сб. науч. тр./Науч. ред. К.В. Харабет. — М.: «МНЭПУ», 2003. - Вып.5. - С.68-75.

185

присвоение полномочий должностного лица). В других системах родовых преступлений также положен данный принцип построения норм. Так, субъектами ряда преступлений, предусмотренных в главе 31 УК РФ, могут быть только специальные субъекты (привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, фальсификация доказательств, вынесение заведомо неправосудных приговора, решений или иного судебного акта и др.). Субъектами иных преступлений, посягающих на интересы правосудия, могут быть любые достигшие соответствующего возраста вменяемые лица (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования, посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование, неуважение к суду, клевета в отношении судьи и других лиц и т.п.).

Такие преступления в юридической литературе предлагается именовать альтернативно-должностными1.

Среди родовых (специальных) составов преступлений только в главе 33 УК РФ (преступления против военной службы) все составы преступлений включают нарушение специального порядка в качестве обязательного признака. Поэтому их субъектами могут быть также военнослужащие. Этот вывод прямо вытекает из ст. 331 УК.

Изложенное позволяет прийти к выводу о том, что уголовный закон в одних случаях устанавливает ответственность за посягательство на специальные объекты только специальных субъектов, в других случаях - как специальных, так и общих субъектов. В основе конструирования специальных составов преступлений лежит своеобразный механизм причинения вреда специальным объектам.

В первом случае причинение вреда возможно только посредством нарушения специально установленного порядка, а во втором — причинение вреда возможно любым способом.

Следовательно, специальный состав преступления может содержать две группы субъектов преступления: одни из них являются

1 См.: Здравомыслов Б.В. Должностные преступления. Понятие и квалификация. - М, 1975. С.53; Светлов А.Я. Ответственность за должностные преступления. - Киев, 1978. С.17; Асланов P.M. Должностное лицо как субъект уголовной ответственности // Вестник СПбГУ. Сер.6. Философия, политология, социология, психология, право. - 1994. - Вып.З. - № 20. - С.84.

186

специальными, а другие — как специальными, так и общими (альтернативные субъекты).

Среди специальных составов преступлений выделяются и такие, объективную сторону которых неспециальные субъекты выполнить не могут (побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи, уклонение от отбывания лишения свободы, получение взятки, неповиновение, дезертирство и т.д.). Это однообъектные преступления со специальным составом. Неспециалъные субъекты за соучастие в таких преступлениях могут нести ответственность только в качестве организаторов, подстрекателей или пособников.

Сделанные выводы имеют важное теоретическое и практическое значение для решения многих уголовно-правовых вопросов, в том числе и определении основания, пределов и объема ответственно-

Признаки специального состава преступления должны описываться с учетом выделения направленности деяния против специальных субъектов как основных объектов.

Посягательство на специальные объекты со стороны специальных субъектов имеет определенные особенности: 1) субъект соответствующих отношений либо исключает, или пытается исключить себя из системы данных отношений и тем самым разрывает его (например, при побеге из мест лишения свободы, при дезертирстве и т.д.), 2) либо же, хотя и продолжает оставаться его субъектом, но не совершает тех действий, не выполняет тех функции, для реализации которых он включен в сферу данного отношения (бездействие власти) или ненадлежащим образом исполняет свои обязанности (халатность). 3) Кроме того, находясь в сфере специальных отношений, субъект может незаконно видоизменять те отношения, в которых он состоит, с использованием своих социальноролевых полномочий действовать вопреки интересам данных отношений, тем самым посягательство как бы осуществляется им «изнутри» (злоупотребление служебными полномочиями, получение взятки и-Др.).

Во всех случаях специальный субъект, посягая «изнутри», причиняет вред специальному объекту как системе.

Посягательство «извне* такой способностью не обладает.

187

<< | >>
Источник: Аветисян С.С.. Соучастие в преступлениях со специальным составом. Монография. - Москва-Юнити. - 459 с.. 2004

Еще по теме §2. Посягательство на специальный объект:

  1. Круг объектов «правомерной защиты»
  2. 2.1. Объективно-субъективные признаки уголовно-правового понятиявымогательства
  3. 2.1. Объективно-субъективные признаки уголовно-правового понятия вымогательства
  4. § 1. Объект лжепредпринимательства.
  5. 7. Посягательства на растительный мир
  6. § 1. Объективные признаки состава нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств
  7. 2.1. Объект и предмет преступлений, предусмотренных ст. 170 УК РФ
  8. §1. Уголовно-правовой анализ специального состава преступления
  9. §2. Посягательство на специальный объект
  10. §3. Теоретическое исследование специального субъекта преступления
  11. §4. Проблема ненадлежащего специального субъекта преступления
  12. Нарушение специальных правил поведения как общий признак преступления со специальным составом
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -