Реестр акционеров

При рассмотрении вопросов, связанных с определением момента перехода права собственности на именную акцию, нельзя оставить без внимания и вопрос о том, каковы основные требования к лицам, имеющим право фиксировать этот момент в реестре акционеров общества.

Ведь фиксация (регистрация) права ненадлежащим лицом может поставить под сомнение факт перехода права к приобретателю.

Как следует из положений ст. 44 Закона об акционерных обществах, “общество обязано обеспечить ведение и хранение реестра акционеров в соответствии с правовыми актами Российской Федерации" (п. 2)^[92], держателем реестра акционеров общества может быть общество, осуществившее размещение акций, или специализированный регистратор (п. 3).

Законом предусмотрен случай, при котором общество не вправе вести реестр самостоятельно. Так, общество с числом акционеров - владельцев обыкновенных акций более пятисот, обязано поручить ведение и хранение реестра своих акционеров специализированному регистратору (ст. 44 Закона об акционерных обществах). Отношения по ведению указанного реестра регламентируются не только Законом об акционерных обществах, но и принятым позднее Законом о рынке ценных бумаг (ст. 8). В силу ч. 10 п. 1 ст. 8 Закона о рынке ценных бумаг в случае, если число владельцев ценных бумаг превышает 500, держателем реестра должна быть независимая специализированная организация, являющаяся профессиональным участником рынка ценных бумаги осуществляющая деятельность по ведению реестра. Нетрудно заметить, что в этом законе количество владельцев ценных бумаг (акционеров), в отличие от Закона об акционерных обществах (ст. 44), не связывается с видом и категорией ценных бумаг - обыкновенных или привилегированных акций. Для разрешения этой коллизии следует, видимо, признать приоритет за нормой Закона о рынке ценных бумаг, как принятого позже. Этот аргумент можно было бы усилить и ссылкой на отсутствие в Законе о рынке ценных бумаг указания на возможность установления “иного" в специальном законе, в нашем случае - в Законе об акционерных обществах.

Небезынтересным, и прежде всего с точки зрения возможных практических последствий, является и вопрос о соотношении ст. 149 ГК, регламентирующей в самом общем виде отношения с бездокументарными ценными бумагами, включая, разумеется, и акции, с соответствующими положениями Закона о рынке ценных бумаг. Речь идет о сформулированном в ст. 149 ГК требовании, в соответствии с которым “операции с бездокументарными ценными бумагами могут совершаться только при обзащении к лицу, которое официально совершает записи прав" (п.2). Анализ этой нормы совместно с положениями п. 1 той же статьи позволяет, как представляется, прийти к выводу о том, что под "официальным’' совершением записи прав следует признать тот случай, когда их осуществляет лицо, "получившее специальную лицензию" (п.1).

Таким образом, можно заключить, что в случаях, когда владельцев бездокументарных акций общества менее 500, и оно намерено вести учет соответствующих прав в системе реестра акционеров самостоятельно, то такое общество обязано получить "специальную лицензию". В действующем законодательстве применительно к самому обществу, не являющемуся, как правило, профессиональным участником рынка ценных бумаг^[93], термин "специальная лицензия” пока не расшифрован. В этой связи, думается, учет бездокументарных акций, независимо от количества их владельцев, должен вестись не самим обществом, а профессиональным участником рынка ценных бумаг - впредь до определения “в законе или в установленном им порядке" (ст. 149 ГК) условий и порядка получения необходимых лицензий акционерными обществами.

Законодательство не совсем четко определяет момент, с которого общество обязано начать ведение реестра акционеров. Так, не ясной остается норма п. 2 ст. 44 Закона об акционерных обществах, в силу которой общество обязано обеспечить ведение реестра акционеров, не сразу после его государственной регистрации в качестве юридического лица, а лишь ‘‘не позднее одного месяца” с указанного момента.

Во-первых, можно было бы внести изменения либо в Закон об акционерных обществах, либо (и) в грядущий Закон о государственной регистрации юридических лиц, в соответствии с которыми учредители обязаны были бы представить в регистрирующий орган доказательства готовности общества начать ведение реестра акционеров сразу же после завершения указанной регистрации. Таким доказательством, в частности, мог бы служить договор с профессиональным регистратором на период, когда общество в допускаемых законом случаях сможет вести реестр акционеров самостоятельно.

Во-вторых, вероятно, можно было бы признать, что поскольку реестр акционеров - это некое средство учета операций с такими ценными бумагами, как именные акции, то его ненадлежащее ведение есть нарушение обязанности, установленной законодательством о рынке ценных бумаг. Поэтому за акционером либо иным лицом, которым таким нарушением причинены убытки, в силу ч. 2 п. 1 ст. 51 Закона о рынке ценных бумаг, следует признать право на их компенсацию^[94].

Следует также сказать, что во многих зарубежных государствах отношения по учету прав на акцию и из нее регламентируются по-разному. Например, в Швейцарии, Финляндии, Норвегии специализированные регистраторы отсутствуют. Эти функции “по совместительству" выполняют другие участники рынка ценных бумаг^[95]. Во Франции существует единый депозитарий - “SICOVAM"^[96], который был основан еще в 1949 году^[97]. Обширный опыт деятельности этих организаций заслуживает более пристального внимания, и не исключено - применения в определенной части и в России.