Автономия воли сторон
В Кодексе 2007 г. автономия воли сторон, так или иначе, закреплена в
16 из 64 статей . Это свидетельствует о высоком уровне разработанности данного правового принципа. «Сквозной» характер указанного принципа заключается в том, что часть норм об автономии воли помещены в разделе «Общие положения».
Так, п. 4 ст. 2 Кодекса 2007 г. закрепляет, что если допускается выбор применимого права, то нормы материального права подлежат применению, если стороны не договорились об ином. Большая часть правил о выборе применимого права содержится в разделе, посвященном регулированию международных обязательственныхотношений, что традиционно для современного регулирования МЧП.
Автономия воли сторон является общей генеральной коллизионной привязкой договорных обязательств в МЧП Турецкой Республики. Возможность сторон договора самим выбирать применимое к их отношениям национальное право - это принцип, закрепленный в национальном законодательстве практически всех стран мира, в том числе, в турецком. Согласно ст. 24 Кодекса 2007 г., «обязательства, вытекающие из контрактов, подлежат регулированию законом, ясно избранным сторонами. Выбор права, который может быть понят с достаточной определенностью из положений контракта или
существенных обстоятельств, также считается действительным, т.е. допускается подразумеваемая, презюмируемая воля сторон».
Данная статья является одной из «знаковых статей» Кодекса 2007 г., так как она в полной мере отражает современные тенденции МЧП. Как уже было отмечено, указанная норма представляет собой яркий пример [255] ориентации турецкого законодателя на решения европейского законодателя. Она корреспондирует ст. 116-117 Закона о МЧП Швейцарии, положениям ст. 3 «Рим I».
Интересно заметить, что только в турецком законе при наличии соответствующего намерения сторон допускается и материальная, и коллизионная автономия воли: согласно ч.
4 ст. 2 Кодекса 2007 г., «в случае, если допускается выбор применимого права, то нормы материального права подлежат применению, если стороны не договорились об обратном». В правоотношениях, предусматривающих возможность выбора права сторонами, презюмируется, что избрано материальное, а не коллизионное право. При этом стороны вправе договориться о выборе именно коллизионных норм какого-либо иностранного права. В отсутствии такой договоренности применяются только иностранные материальные нормы . Данная норма является исключительно интересной ввиду ее эксклюзивности - подобного положения не содержат другие современные источники МЧП. Однако возможность закрепления подобной нормы довольно давно уже подчеркивалась в российской доктрине. А.А. Рубанов отмечает, что в соглашении может быть названа избираемая национальная правовая система, но может быть и установлен коллизионный критерий (например, отсылка к правовой системе, с которой имущественное отношение имеет наиболее тесную связь)[256] [257]. Турецкая доктрина положительно относится к возможности выбора сторонами иностранного коллизионного права, однако указывает, что в случае отсутствия специального указания сторон о выборе иностранных коллизионных норм, применению подлежатисключительно материально правовые нормы[258].
Между тем, согласно мнению турецких исследователей в области МЧП, данная норма не предоставляет абсолютной свободы сторонам при выборе применимого права в отношении личного закона и семейных отношений. Как указывает Г. Текиналп, невозможно представить себе, чтобы институт обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства был применим в турецком праве в отношении любого предмета правоотношений, предусмотренного выбором о праве, даже если он относится к личному праву и семейному праву. Дело в том, что выбор права, применимого в отношении формы сделки (ст. 7) и сроков исковой давности (ст. 8) в рамках правоотношения включены в общие положения Кодекса 2007 г.
аналогично положениям об отсылке и, таким образом, не попадают под ее сферу действия. В таком случае, по мнению Г. Текиналп, необходимо применять материальные нормы применимого права и не следует принимать во внимание право, применение которого согласовано сторонами[259]. Аналогичного мнения придерживаются и другие турецкие исследователи[260]. Таким образом, соглашение сторон о выборе применимого права может как устранить применение института обратной отсылки, так и прямо указать на возможность его применения. Норма ч. 4 ст. 2, являясь одной из наиболее интересных и спорных в Кодексе 2007 г., представляет собой правовой эксклюзив, законодательное закрепление расширения автономии воли, предусмотренное на настоящий момент исключительно турецким законодателем. Следует признать, что решение турецкого законодателя о возможности применения как иностранного материального, так и коллизионного права является, с одной стороны, уникальным и неоднозначным, а с другой стороны - максимально гибким.2.4.
Еще по теме Автономия воли сторон:
- § 1. Виды внедоговорных обязательств с коллизионной точки зрения. Связь «косвенной» автономии воли с предвидимостью
- 1.2.8. Расторжение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- § 2. Прекращение договорных обязательств независимо от воли сторон договора.
- 2.3. Прекращение обязательства по причинам, не зависящим от воли сторон
- Расторжение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- § 63. Местная автономия и автономия крупных земельных владений
- Увольнение по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- Статья 83. Прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- Статья 83. Прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- Статья 83. Прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- § 3. Прекращение трудового договора по требованию третьих лиц и другим обстоятельствам, не зависящим от воли сторон
- Право на автономию
- 5.5. Автономия в зарубежных странах: понятие и виды
- § 40. Автономия и деловые обыкновения (Observanz).
- Конец 90‑х гг. XIX в. Стеснение автономии окраин Российской империи.
- Статья 3. Автономия высших учебных заведений и академические свободы