Глава X О церемониях и выражениях учтивости, принятых между иностранными министрами

когда министр прибыл ко двору и сообщил об этом государю, он должен через дворянина или секретаря уведомить о том всех иностранных министров, находящихся при том же дворе; они затем наносят ему первый визит: эта честь оказывается вновь приехавшему; если он не объявит о своем приезде кому-нибудь из иностранных министров, находящихся при дворе, к которому он прибыл, этот министр не обязан наносить ему визита до тех пор, пока по отношению к нему не будет проявлена эта учтивость.

Там, где есть послы многих королей, вновь прибывший должен первый свой визит нанести послу Франции, который повсеместно имеет первенство и не должен в противном случае его принимать. Тщетно пытаясь оспаривать с прошлого столетия это право первенства над всеми прочими королевствами христианского мира, которое издавна принадлежит Франции, и не признавая этого права, испанцы в конечном счете публично признали его, о чем король Испании Филипп IV объявил королю в 1662 году через своего посла во Франции маркиза де ла Фуэнте после случившейся в Лондоне ссоры между графом д’Эстрадом и бароном де Ватвилем; и испанские послы не присутствуют ни на каких церемониях, где бывает посол Франции. Во время переговоров о мире в Мюнстере некоторые другие монархические державы хотели было ввести так называемое равенство между всеми королями Европы, но не взирая на сие безосновательное и до тех пор не имевшее места нововведение, Франция сохранила за собой ее старинное пра во первенства, которое все ее послы с блеском поддерживают при всех дворах, когда послы всех прочих монархов- вынуждены уступать им место и отсутствуют. Когда римский кардинал Савелии был возведен в кардинальский сан в 1647 году, посол Испании граф д’Оньяте первым нанес ему визит раньше французского посла маркиза де Фонтене-Марей; кардинал затем нанес ответный визит послу Испании, а после того отправился к французскому послу, который впустил его во двор; но когда он стал выходить из кареты, от посла ему пришли сказать, что тот не желает его принять, так как он не отдал французской короне принадлежащей ей чести; кардинал стал сетовать на оскорбление, нанесенное ему послом, на это ему ответили, что он должен в том сам себя винить, так как не мог не знать о чести, которую следует отдавать послу первого короля христианского мира, и что ему следовало бы полистать архивы папского двора, если он о том плохо сведущ.

Позднее кардинал принес послу величайшие извинения, сказав, что был введен в заблуждение советами некоторых прелатов, уверивших его в том,, что наносить ответные визиты следует по порядку их приема. Этот пример показывает, что даже если бы французский посол после всех остальных нанес первый визит вновь прибывшему послу или только что произведенному кардиналу, ответный визит тем не менее должен быть сперва нанесен именно ему, потому что он не принимает соперничества за первое место с послами других королей по какой бы то ни было причине. Когда в одном месте присутствует несколько послов от одного монарха, как то обычно случается на мирных конгрессах, французские послы не допускают различий между первым, вторым и третьим послами, а равно как и прочими, если их окажется больше, и в случае, ежели после визита к первому французскому послу кто-либо посетит первого испанского посла, до того как побывает с визитом у других послов короля, они его не примут и не должны его принимать, ибо они равны по рангу и составляют единый посольский корпус. Когда г-н д’Аво и г-н Сервьен представляли Францию в качестве полномочных послов на мюнстерских переговорах о заключении мира, в 1645 году депутаты ганзейских городов испросили у них аудиенцию и были приняты в доме первого посла, г-на д’Аво; им было сказано, что после аудиенции в тот же день или завтра они могут посетить г-на Сервьена у него в доме; г-н Сервьен присутствовал при первой аудиенции, и депутаты адресовали свои приветствия к ним обоим, полагая, что исполнили все, что были должны, по отношению к французским послам; потом они отправились с визитом к послам Испании, которые приняли их таким же образом, а на следующий день потребовали особой аудиенции у г-на Сервьена; он назначил им время и поручил принять их своим слугам, которые препроводили их в комнату, где им пришлось долго ожидать; после чего им пришли сказать, что г-н Сервьен не может их принять, так как ему стало известно, что они проявили к нему неучтивость, посетив испанских послов после визита к г-ну д’Аво, но до того, как побывали у него самого, а ведь он по рангу равен г-ну д’Аво; что тем самым они не засвидетельствовали должного почтения королю, и он, г-н Сервьен, не сомневается в том, что их начальники выразят неодобрение их поступком. Депутаты захотели оправдаться, говоря, что у них было лишь одно письмо к обоим французским послам и что они выполнили возложенное на них поручение, передав, письмо им обоим и нанеся им визит до посещения послов Испании; что г-н д’Аво отвечал им за обоих и что этот второй визит был лишь знаком учтивости, оказываемой ими особе г-на Сервьена, но их не стали слушать; когда же г-н Сервьен позднее приехал в Оснабрюк, другие депутаты от ганзейских городов исправили ошибку своих товарищей, выказав г-ну Сервьену должное почтение.

Когда герцог Ангулемский, граф де Бетюн и г-н де Шатонёф были чрезвычайными послами Франции в Германии, английский посол в Вене лорд Уоттон нанес первый визит герцогу Ангулемскому, руководителю посольства, и намеревался совершить второй визит к испанскому послу, но два других французских посла прислали сказать ему, что если он встретится с ним прежде них, то они его не примут и не станут вести с ним переговоры; на это английский посол согласился посетить еще графа де Бетюна, второго посла, но они отвергли это предложение, так что ему пришлось побывать у всех троих порознь, до того как направиться к послу Испании. Послы коронованных особ взаимно принимают друг друга и провожают до кареты, а также наносят первый визит послам других, менее значительных держав, если они прибыли после них самих. В том, что касается приветствий и визитов, по своем прибытии посланники обмениваются между собой такими же учтивостями, как и послы; посланники Франции и других монархических держав при всех дворах оказывают у себя честь правой руки (donnent la main) всем посланникам других суверенных правителей. При французском дворе и всех прочих дворах, кроме немецких, посланники итальянских князей оспаривают старшинство с посланниками курфюрстов. Находящиеся при одном дворе министры государей, ведущих между собой войну, не совершают визитов друг к другу пока война продолжается, но выказывают взаимную учтивость при встрече в ином месте; война не отменяет правил приличия и необходимость проявлять благородство, напротив, она нередко предоставляет случай заслужить вящую славу тому министру, который их демонстрирует, и тому государю, который это поощряет. Когда г-н де Гремонвилъ был посланником в Риме во время войны между Францией и Испанией, некий португальский монах сообщил ему о своем намерении организовать убийство испанского посла маркиза де ла Фуэнте, утверждая, что тем самым он сможет добиться освобождения брата португальского короля, дона Дуарте, содержавшегося испанцами под стражей; г-н де Гремонвилъ предупредил об этом маркиза де ла Фуэнте, за что его восхвалили при французском дворе и повсюду, как он того и заслуживал, совершив этот добрый поступок.

<< | >>

↑

Источник: Франсуа де Кальер. О способах ведения переговоров с государями. 2000

Еще по теме Глава X О церемониях и выражениях учтивости, принятых между иностранными министрами: