Будущее партий

Достаточно сложно предсказать, как скоро возникнут в России полноценные партии и партийная демократия. Глав ным препятствием какое-то время по-прежнему будет выступать беспартийность власти.

«Партизации» высшей власти препятствует объяснимое опасение президента отказаться от выигрышной позиции «отца нации» и ограничить свой электорат рамками одной партии. Настоящие партии возникнут лишь тогда, когда они получат исключительное право на выдвижение кандидатов на посты президента и губернаторов, а этого точно нельзя ожидать до следующего избирательного цикла. После этого «партизация» президента возможна, но не гарантирована. Что касается партий, представленных в Госдуме, то их количество. сократившись в 2003 г., стабилизируется. Безусловно, там найдется место для «партии власти», сейчас выступающей в ипостаси «Единой России», которая объединяет сторонников президента и пользуется его благословением. Поскольку трудно себе представить сценарий, при котором ныне находящаяся в Кремле группировка потеряет власть и после ухода Путина в 2008 г., можно предположить. что нынешняя «партия власти» (не исключено, что в измененном виде) сохранит свои околокремлевские позиции и при следующем президенте. (В принципе, доминирование одной партии не является каким-то исключением для посттоталитарных стран - вспомним десятилетия пребывания одной партии у власти в ФРГ, Италии и Японии после Второй мировой войны, что обеспечивало консолидацию элиты и преемственность демократических реформ.) Но при этом она сможет стать партией власти без кавычек, только если президент вступит в ее ряды и сформирует кабинет из однопартийцев. Явно не оправдываются ожидания тех, кто довольно цинично полагал, что коммунистическая партия автоматически «вымрет» вместе с голосовавшим за нее поколением пенсионеров 1990-х годов. Им на смену приходят пенсионеры XXI в., имеющие жизненный уровень ничуть не выше, чем у предшественников, что заставляет их голосовать за защитников неимущих.

Бедность в стране, где процент пожилых людей только растет, будет и дальше плодить электорат КПРФ. Похоже, эта партия, как итальянские коммунисты, будет участвовать во всех выборах, но без каких-либо шансов прийти к власти, если не считать местный уровень. Либеральная часть электората растет не быстрее среднего класса и на сегодняшний день слишком мала, чтобы обеспечить надежную поддержку и «Союзу правых сил», и «Яблоку». Их провал на выборах в декабре 2003 г. не позволяет говорить о серьезных перспективах этих партий. Без объединения им крайне сложно будет вернуться в Думу в 2007 г. Либерально-демократическая партия Владимира Жириновского представлена в Думе, но в дальнейшем у этого шоу одного человека большого политического будущего не просматривается. Впрочем, страна приобретет лучшего шоумена. В условиях естественного для любой начинающей демократии процесса сокращения числа партий вероятность появления на политической арене новых сильных игроков мала. Однако существуют электоральные ниши, которые при определенных обстоятельствах способны породить партии. Переполненная мелкими протопартиями социал-демократическая ниша (Михаил Горбачев, экс-спикеры Думы Геннадий Селезнев и Иван Рыбкин) может вырасти с появлением ныне отсутствующего в условиях имущественной поляризации низшего среднего класса. Экологическая катастрофа масштаба Чернобыля способна дать шанс «зеленым». Наконец, как показал успех «Родины» Сергея Глазьева и Дмитрия Рогозина, есть социальная база для партии некоммунистического национализма. Впрочем, несмотря на наличие значительного потенциала протеста, создание влиятельных и тем более массовых оппозиционных движений и партий несистемного толка маловероятно. Политически активные слои населения предпочитают реализовывать свои интересы в рамках действующей системы. Даже если такие антисистемные силы все- таки возникнут, им будет крайне сложно завоевывать доверие населения без демонстрации успехов, истинных или «виртуальных». Однако такая демонстрация выглядит в принципе невозможной, поскольку наиболее значимые - электронные - СМИ находятся под полным контролем элиты нынешней.

Интересы корпораций далеко не всегда вступают в противоречие с интересами правительственного истэблишмента, как с случае с компанией ЮКОС и ее руководителем Михаилом Ходорковским. Чаще можно наблюдать симбиоз этих интересов, подкрепленный присутствием представителей бизнеса на вершинах власти и созданием неформальных, но исключительно влиятельных финансово-политических кланов. Это сложноорганизованные многоуровневые группы интересов, включающие владельцев и топ-менеджеров крупных корпораций, высших чиновников, партийных и парламентских функционеров, медиаэлиту. У кланов нет отчетливой идеологии или партийной окраски. Есть стремление максимально широко охватить сферы влияния, отрасли, предприятия, когда одни финансовые потоки разменивают на другие, приватизируемые компании - на государственные назначения или выборы в каком-то финансово значимом регионе. Роль кланов в российской политике может в ближайшие годы только расти, придавая российской политической системе восточный оттенок и своеобразную стабильность. Альтернативой клановости в российской политике лучше всего могут выступить массовые партии, выражающие подлинные интересы значимых групп избирателей и транслирующие их в реальную политику государства. Партии - не затейливое изобретение демократов. Это - важнейший инструмент защиты наших гражданских прав. Это - шанс страны на нормальное, динамичное будущее.

<< |

↑

Источник: В.А.Никонова. Политика в современной России. 2005

Еще по теме Будущее партий:

- Основы политологии - Социология политики -