ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ

Научно обоснованная и практически апробированная система диф­ференциации лиц, совершивших преступления, позволяет судам, учиты­вая все обстоятельства совершенного преступления и личности преступ­ника, дифференцированно назначить наказание, а исправительному учреждению исполнять назначенное наказание.

Классификация как способ познания означает распределение явле­ний, материала или понятий на части, классы, группы и подгруппы, виды по определенным признакам^[2]. Аналогичное понятие классификации да­ется в словаре иностранных слов: «Классификация —... распределение объектов явлений и понятий по классам, отделам, разрядам в зависимо­сти от общих признаков»^[3].

Очевиден познавательный (когнитивный) аспект классификации. Как писал С. С. Алексеев, классификация тех или иных предметов, явле­ний имеет значимость не только для первичной обработки, упорядочения соответствующего материала. Классификация позволяет вовлечь в поле зрения исследователя весь объем классифицируемого материала, охва­тить большой диапазон изучаемых объектов и, следовательно, избежать односторонности их научной интерпретации. Классификация дает воз­можность при определении ее критериев выявить новые черты, каче­ственные особенности данных предметов и явлений^[4].

А. В. Бриллиантов под классификацией понимает систему частей, классов, групп, подгрупп, видов, получаемых в результате распределения объектов по своеобразным отличительным признакам, где каждая часть занимает по отношению к другой части строго фиксированное место^[5].

А. Г. Ковалев отмечает, что классификация — это систематизация типов. Классифицировать типы, значит найти какую-то закономерную связь в их образовании и проявлении.

По мнению А. В. Бриллиантова, классификацию осужденных мож­но условно разделить на внешнюю, классификацию на разнородные группы по формальным признакам, и классификацию внутреннюю, ко­торая проводится внутри каждой из разнородных групп^[7]. Под классифи­кацией осужденных он понимает выделение групп осужденных, имею­щих целью создание оптимальных условий для достижения целей нака­зания и созданная в результате их распределения по отдельным отличи­тельным признакам, где каждая группа занимает по отношению к другой строго фиксированное место, определяющее правовое положение по­следствий при отбывании наказания или являющееся необходимым условием его реализации^[8].

Н. А. Стручков определяет классификацию осужденных к лише­нию свободы как деятельность, «в результате которой происходит их де­ление на основе единых критериев на более или менее однородные груп­пы (категории). Она проводится для того, чтобы в максимально возмож­ных пределах исключить разлагающее влияние наиболее отрицательной части осужденных на других лиц молодого возраста, впервые судимых, и в то же время обеспечить осуществление карательно-воспитательного воздействия, нужного с точки зрения его характера и степени интенсив­ности именно для данной категории (классификационной группы) ли­шенных свободы»^[9].

И. В. Шмаров под классификацией осужденных к лишению свобо­ды понимает разделение осужденных «на относительно однородные ка­тегории в зависимости от характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, прошлой преступной деятельности, а также социально-нравственной испорченности и степени исправления»^[10].

Необходимо отметить, что Н. А. Стручков и И. В. Шмаров, в при­веденных выше примерах, по сути, пишут не о классификации, а о дифференциации.

И. М. Перков под классификацией осужденных к лишению свобо­ды подразумевает деление их на относительно однородные категории, группы по наиболее существенным признакам общности, направленное на создание необходимых условий для организации дифференцирован­ного процесса карательного и исправительного воздействия на осужден­ных, обеспечивающего надлежащее достижение целей наказания^[11].

По мнению М. П. Мелентьева, понятие «классификация осужден­ных» является содержанием норм уголовного права, а дифференциация относится к уголовно-исполнительному праву: «Если классификация осужденных осуществляется на основании норм уголовного права, то дифференциация и индивидуализация исполнения наказания и средств исправления производится на основании норм уголовно-исполнительного права»^[12].

Данная позиция представляется спорной по двум причинам, первая из которых заключается в том, что классификация осужденных осу­ществляется на основании как норм уголовного права, так и норм уголовно-исполнительного права, а вторая — в попытке сравнения разных категорий уголовно-исполнительного права: «классификация осужден­ных» и «дифференциация и индивидуализация исполнения наказания».

Л. А. Высотина и В. Д. Лутанский полагали, что понятием класси­фикация охватывается процесс распределения судом осужденных при оценке степени их общественной опасности и определении им режима отбывания наказания^[13].

Указанную точку зрения И. Н. Павлов, считает спорной, так как, по его мнению, они подменяют понятие классификации понятием диф- ференциации^[14]. По нашему мнению, доводы И. Н. Павлова видятся дискуссионными.

Л. Б. Смирнов отмечает, что вопросы толкования и понимания классификации и дифференциации осужденных в науке уголовно­исполнительного права, носят проблемный и многоаспектный характер, затрагивают как уголовное, так и уголовно-исполнительное право, пени­тенциарную психологию и пенитенциарную педагогику. В своих работах он отмечает, что термин «дифференциация осужденных» тождественен термину «классификация»^[15].

А. В. Бриллиантов отмечает, что понятия классификации и диффе­ренциации являются очень схожими: «Классификация — это система однородных внутри себя, но различных по отношению друг к другу однородных групп, а дифференциация — это система различных между собой, но однородных внутри по определенным признакам групп»^[16].

По мнению В. А. Уткина, понятие «дифференциация» шире по объему понятия «классификация». Он отмечает, что посредством клас­сификации достигается дифференциация осужденных, различных по социально-демографическим признакам, степени их общественной опас­ности, характеру и тяжести совершенных ими преступлений^[17].

Дело не в широте (хотя здесь, видимо, как раз наоборот — диффе­ренциация производится не по всем признакам, по которым можно рас­пределять), а в том, что дифференциация является практическим аспек­том классификации как аспекта познавательного.

Ю. А. Минаков отмечает, что классификация осужденных к лишению свободы должна служить теоретической основой для их дифференциации^[18].

«Дифференциация» в переводе с латинского означает «различие», а классификация «разряд». Дифференциация осужденных возможна по­средством качественной классификации осужденных. Поиск различий должен производиться за счет деления на разряды.

Классификация осужденных является предпосылкой дифференци­ации осужденных. В большинстве случаев дифференциация включает в себя классификацию и без нее она не возможна. С другой стороны, диф­ференциация возможна и без классификации, например, направление осужденных в различные ИУ без установления каких-либо структурных признаков тех или иных групп осужденных.

Дифференциация осужденных к лишению свободы оказывает су­щественное влияние на содержание и способы реализации уголовной и уголовно-исполнительной политики.

Происходящие количественные и качественные изменения состава осужденных в сторону увеличения доли осужденных, нуждающихся в применении дополнительных мер исправительного воздействия, делают вопросы дифференциации осужденных к лишению свободы все более актуальными и востребованными в условиях развития уголовно­исполнительной системы РФ.

С. В. Познышев отмечал, что классификация — это первый и чрез­вычайно важный шаг, который должен сделать исследователь всякой обширной и разнообразной группы явлений. Как прием изучения клас­сификация имеет двоякое значение для научного исследования: со сто­роны внешней это прием, который вносит в изучение систему и порядок; со стороны внутренней это прием, который определяет полноту и пра­вильность выводов изучения^[19].

Необходимо согласиться с научными взглядами С. В. Познышева относительно отведения классификации одной из важнейших ролей в процессе проведения исследований, в том числе и исследования осуж­денных к лишению свободы.

В отдельных научных трудах, затрагивающих вопросы дифферен­циации осужденных, рассматриваются смежные правовые категории.

И. А. Янчук отмечает, что дифференциация ответственности, диф­ференциация наказания и дифференциация исполнения наказания есть понятия, сходные по сути, но отличные по содержанию в связи с разни­цей сферы регулирования. Первые относятся к стадии назначения нака­зания, а последнее — к его исполнению, что определяет специфику соот­ветствующих правоотношений^[20].

Говоря о классификации осужденных, И. В. Шмаров отмечает, что она создает необходимые предпосылки для дифференциации исполнения наказания, в значительной мере влияет на формирование системы испра­вительных учреждений, обеспечивает изоляцию друг от друга различных по степени общественной опасности и характеру поведения осужденных, а также создает предпосылки для индивидуализации наказания»^[21].

На наш взгляд, не вписывается в современное представление о дифференциации исполнения наказания взгляд С. М. Зубарева. Он ука­зывает на то, что «к различным категориям (группам) осужденных в за­висимости от характера и степени общественной опасности совершен­ных ими преступлений, формы вины, наличия рецидива преступлений, а главное поведения во время отбывания наказания применяются право- ограничения и средства исправления в различном объеме»^[22]. Данная точ­ка зрения примечательна своей традиционностью. Следует отметить и то, что последнее определение, как и все приведенные выше, обладает таким существенным недостатком, как представление дифференциации исполнения наказания на уровне правоприменения.

В этой связи более точным представляется утверждение А. В. Бриллиантова, рассматривающего дифференциацию наказания как «систему дифференциалов наказания, закрепленных в правовых нормах и регулирующих обеспечение соответствия наказания характеру и степе­ни общественной опасности преступления, обстоятельствам его совер­шения и личности виновного для достижения целей наказания»^[23].

В. А. Уткин разделяет основания классификации на фактические и юридические. К юридическим относятся законы и подзаконные норма­тивные акты, значительная часть которых предусмотрена в уголовном и уголовно-исполнительном законодательстве. Фактические основания ав­тор связывает с поведением осужденного в период отбывания наказания^{[24] [25].}

От эффективности дифференциации осужденных к лишению сво­боды зависит достижение целей уголовно-исполнительного законода­тельства. Они закреплены в ст. 1 УИК РФ. Ю. А. Головастова отмечает, что цели уголовно-исполнительного законодательства раскрываются че­рез определение целей наказания. Вместе с тем, несмотря на то, что они взаимосвязаны между собой, наблюдается их различие по времени и

3

средствам их достижения.

А. В. Лебедев в свою очередь выделяет критерии формулирования целей уголовного наказания. Во-первых, цель уголовного наказания должна достигаться в результате реализации только норм уголовного права (формальный критерий). Это связано с закрепленным в ч. 1 ст. 1 УК РФ императивным положением об Уголовном кодексе как един­ственном источнике отечественного уголовного законодательства. Рас­смотрение целей уголовного наказания в качестве межотраслевого инсти­тута уголовного, уголовно-исполнительного, уголовно-процессуального, административного права фактически приведет к невозможности их достижения.

Во-вторых, цель уголовного наказания должна быть достижимой, т. е. она представляет собой тот результат, который подлежит фиксации и учету как состоявшийся в реальной действительности (материальный критерий).

По мнению А. В. Лебедева, в качестве генеральной цели уголовно - исполнительной системы можно было бы определить ресоциализацию осужденного, то есть его возможность после отбытия наказания продол­жить жизнь в обществе.

Однако в настоящее время такой параметр, как ресоциализация в рамках системы никак не учитывается и, следовательно, никак не кон­тролируется. Нет сведений и о структуре рецидива, отсутствуют сведения об учреждениях УИС, вносящих наибольший вклад в борьбу с рецидив­ной преступностью, что при всех прочих положительных моментах от­рицательно сказывается на реализации генеральной цели системы^[26].

Целями второго уровня могли бы стать карающие и поощряющие внутрисистемные действия, а именно количество преступлений в УИС и злостных нарушений в местах лишения свободы.

Данные цели на сегодняшнем этапе развития уголовно­исполнительной системы представляются достаточно рискованными в силу непроизвольного стимулирования искусственной латентности пре­ступности. Для достижения положительных результатов в деятельности исправительных учреждений, уровень правонарушений и преступлений, совершаемых в исправительных учреждениях, необходимо знать макси­мально точно.

Целями третьего уровня могли бы стать показатели, способствую­щие осуществлению должного режима в местах лишения свободы, например численность сотрудников служб режима, безопасности и надзора в местах лишения свободы, обеспеченность их системами ви­деонаблюдения, обеспеченность их средствами связи, уровень безопас­ности объектов УИС^[27].

Завершающим этапом формирования целей системы является опре­деление критериев как количественной модели качественной цели. И очевидна проблема многокритериальности реальных задач, которая свя­зана с тем, что одной цели, как правило, соответствуют сразу несколько критериев.

Многокритериальность способствует повышению адекватности описания цели. И вопрос не в том, сколько критериев используется, а в том, чтобы они достаточно полно отражали цель. Это означает, что кри­терии должны описывать по возможности все важные аспекты цели, но при этом желательно минимизировать число необходимых критериев. Последнего можно достигнуть только в том случае, если все рассматри­ваемые нами критерии будут независимы друг от друга (например, неже­лательно использовать в различных составных критериях одинаковые измеряемые величины или величины, выводимые друг из друга).

В рамках теоретического анализа дифференциации осужденных к лишению свободы необходимо определение конкретных целей, которые при их конкретности и объективности будут способствовать достижению целей уголовно-исполнительного законодательства.

Цели, стоящие перед классификацией, могут быть самыми различ­ными: от простого удобства расположения материала до изучения объек­та, разработки мер по его использованию, изучению свойств и т. п. Раз­личают классификацию искусственную, т. е. построенную, исходя из удобства проведения систематизации объектов, и научную, проводимую по определенным, выражающим сущность класса признакам. Классифи­кация осужденных относится к научной (классификации).

Целью классификации является познание (теоретический аспект), а целью дифференциации является действие, основанное на познании. Не все классифицированное, дифференцируется.

Проблемы классификации осужденных являются одними из наиболее важных и многогранных. А. В. Бриллиантов отмечает, что это обусловлено множественностью задач, стоящих перед классификацией осужденных. Классификация важна как на стадии назначения наказания, так и на стадии исполнения наказания и решает на каждом этапе различ­ные задачи, что сопряжено с многообразием оснований и форм класси­фикации осужденных^[28].

А. В. Бриллиантов к целям дифференциации осужденных относит: 1) обеспечение дифференциации наказания; 2) создание оптимальных дифференцированных условий отбывания наказания; 3) разработку эф­фективных мер воздействия на осужденного в период отбывания наказа­ния; 4) прогнозирование поведения и разработка мер, направленных на недопущение совершения ими нового преступления, как во время отбы­вания наказания, так и после освобождения.

Дифференциация осужденных в значительной степени влияет на правовой статус осужденного, устанавливая различный объем карательно­воспитательного воздействия, проявляющегося в содержании режима и условий отбывания наказания.

Используя прием классификации, можно выделить наиболее ха­рактерные черты различных групп осужденных, спрогнозировать их возможное поведение в период отбывания наказания и принять необхо­димые меры реагирования на это поведение.

В силу того, что различия в осужденных важнее искать в самих осужденных, нежели в преступлении, которое они совершили, нами проявляется больший интерес к социологической школе уголовного права, нежели классической школе уголовного права.

Классификация производится в целях расширения познания опре­деленных свойств, признаков, черт исследуемого предмета. Научно обоснованная система дифференциации лиц, совершивших преступле­ния, позволяет органам правосудия, с учетом всех обстоятельств совер­шенного преступления и личности преступника, дифференцированно назначать наказание, а исправительным учреждениям исполнять его. Выбор признаков (оснований деления), по которым выполняется диффе­ренциация, не произволен^[29].

Если классификация и дифференциация — разные аспекты, то и их основания не совпадают. Дифференцирующие признаки являются лишь частью признаков классификации. С другой стороны, можно дифферен­цировать вне каких-либо признаков, например, направить осужденного в другое исправительное учреждение ввиду отсутствия мест.

В научной классификации в качестве оснований деления необхо­димо брать не случайные, а существенные признаки и притом — не про­изводные, а определяющие, от которых зависят другие признаки^[30]. Это относится и к дифференциации осужденных. Но даже при определенных классификационных признаках дифференциация может быть не обяза­тельна или не возможна.

Н. А. Стручков, В. Н. Брызгалов отмечают, что классификация осужденных делает исполнение наказания и исправительное воздействие в отношении каждого осужденного предметным и действенным^[31]. Дифференциация осужденных к лишению свободы является условием, способствующим повышению эффективности наказания и его предупредительного значения.

Дифференциация осужденных зависит от классификации преступ­лений и лиц, совершивших преступления. Обе эти классификации осно­вываются на нормах уголовного права, содержат исходные моменты для правильного решения вопроса о дифференциации осужденных к лише­нию свободы, основывающиеся на положениях как уголовного права, так и уголовно-исполнительного права.

Любое преступление является общественно опасным, однако объ­ективно степень опасности разных преступлений различна. По этой при­чине уголовное законодательство подразделяет преступления на различ­ные виды и группы в зависимости от их опасности (ст. 15 УК РФ).

Основанием деления преступлений на виды, прежде всего, следует считать объект посягательства. По объекту классифицируются преступ­ные деяния по видам. Практическое разрешение проблемы индивидуали­зации назначения наказаний, и прежде всего определения его вида и раз­мера, неизбежно предполагает разделение преступлений на возможно меньшие группы, наиболее сходные по основному из свойств, тяжести совершенного преступного деяния.

Несмотря на то, что преступления в зависимости от объекта пося­гательства имеют различный характер, степень их общественной опасно­сти при этом может быть в общем равнозначной. Именно поэтому статьи Особенной части УК РФ часто содержат одинаковые санкции за совер­шение разных преступлений.

Вопрос о распределении осужденных к лишению свободы по ИУ в соответствии с принятой системой дифференциации связан с другим вопросом: как следует реагировать на изменение поведения осужденных во время отбывания наказания. Каждое преступление имеет свои характерные особенности. Два преступления, предусмотренные одной и той же статьей УК РФ, не похожи друг на друга. Этого нельзя не принимать во внимание, а также необходимо учитывать специфику личности осужденного.

Общая часть УК РФ, классифицируя преступления по объекту по­сягательства, наряду с этим, распределяет их по степени тяжести на пре­ступления небольшой, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие преступ­ления. Одним из оснований назначения вида исправительного учрежде­ния является категория преступления.

Из классификации преступлений исходит классификация лиц, со­вершивших преступления. Отнесение преступника к определенной клас­сификационной группе определяется степенью общественной опасности его деяния.

Между степенью тяжести преступного деяния^[32] и степенью обще­ственной опасности преступника имеется взаимосвязь. Степень опасно­сти личности преступления, как правило, выражается в тяжести совер­шенного им деяния, но классификационные группы преступлений в та­ких случаях не предопределяются классификацией лиц, совершивших преступление, и следовательно, не изменяются. В данных случаях опре­деляющим признаком принадлежности преступления к той или иной группе является, как правило, не общественная опасность личности пре­ступника, а степень тяжести совершенного преступления.

В интересах решения вопроса об уголовной ответственности и освобождения от наказания действующее уголовное законодательство предусматривает определенную классификацию лиц, совершивших пре­ступления. Прежде всего, закон дает основание выделить группу лиц, со­вершивших особо тяжкие преступления. В рамках этой категории можно выделить некоторые самостоятельные подгруппы преступников. Среди лиц, осужденных за особо тяжкие преступления, закон выделяет само­стоятельную категорию, тех, кто совершил преступления, за которые может быть назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы.

По ранее действовавшему уголовному законодательству классифи­кация лиц, совершивших преступления, дополнялась еще одной класси­фикацией, имеющей своим основанием степень опасности виновного (классификация по субъекту). Она выражалась в наличии категории «особо опасных рецидивистов» (ст. 24.1 УК РСФСР 1960 г.).

Суд решает вопросы о виде наказания, размере наказания и о том, в каком именно исправительном учреждении предстоит отбывать наказа­ние осужденному. Прежде чем распределить осужденных по исправи­тельным учреждениям, следует установить их принадлежность к опреде­ленным классификационным группам, то есть произвести классифика­цию осужденных к лишению свободы.

Классификация преступлений и классификация лиц, совершивших преступления, преследуют цели, не служащие непосредственно решению задач организации отбывания наказания. Для наиболее целесообразного распределения осужденных к лишению свободы по исправительным учреждениям и организации исправления нужна еще одна стадия клас­сификации лиц, осужденных к лишению свободы.

Дифференциация осужденных должна объединить рассмотренные выше классификации, а значит исходить из оснований, являющихся ре­зультатом совмещения оснований обеих выше рассмотренных классифи­каций. Исходя из уголовно-правовой классификации преступлений и классификации лиц, совершивших преступления, наука уголовно­исполнительного права классифицирует осужденных к лишению свободы.

Отбывающие наказание в виде лишения свободы осужденные яв­ляются лицами разного возраста, пола, уровня образования, которые об­ладают различными чертами характера, разные по темпераменту и т. д. Одни из них совершили преступления по неосторожности, другие умышленные преступления разных категорий тяжести.

Классификация осужденных согласуется с классификацией лиц, совершивших преступления, но не является ей тождественной. Это объ­ясняется тем, что обе классификации преследуют цели уголовно­исполнительного законодательства, преследуют специфические, локаль­ные цели, свойственные именно им, на их этапе. Встречаются разные классификации лиц, совершивших преступления, и лиц, осужденных к лишению свободы, в силу того, что каждая из этих частных классифика­ций имеет свою непосредственную задачу. Постановка той или иной за­дачи, в свою очередь, обуславливает и выбор соответствующего основа­ния классификации.

Дифференциация осужденных к лишению свободы, осуществляе­мая вследствие их классификации и распределения по исправительным учреждениям, имея в своей основе классификацию преступлений и лиц, совершивших преступления, предполагает учет целого ряда дополни­тельных признаков.

Дифференциация осужденных не может представлять собой что-то незыблемое. Дифференциация осужденных, как и вся уголовно­исполнительная система, изменяется, под воздействием объективных условий развития общественных отношений, состояния и динамики пре­ступности, использования различных мер и способов борьбы с ней.

Оценить личность преступника помогает, главным образом, учет количества судимостей и факта отбывания наказания в исправительном учреждении. В соответствии с принятой практикой исполнения наказа­ния и отдельными нормами законодательства в вопросах раздельного со­держания осужденных к лишению свободы лицо, отбывавшее наказание и вновь совершившее преступление, по общему правилу представляет большую опасность с точки зрения отрицательного влияния на окружа­ющих, чем отбывающий наказание впервые.

Нормами права целесообразно установить лишь такую дифферен­циацию осужденных к лишению свободы, которая позволяет правильно распределять их по исправительным учреждениям, а тем самым диффе­ренцировать меры воспитательного воздействия и способствовать до­стижению целей уголовно-исполнительного законодательства РФ.

При психологическом анализе осужденных ряд авторов использу­ют социально-психологические типологии, где выделение типов проис­ходит на основе мотивации преступлений (корыстные, сексуальные и т. д.). Такие типологии позволяют вскрыть глубинные детерминанты преступного поведения и на их основе прогнозировать и корректировать поведение осужденного в местах лишения свободы.

В отношении насильственных преступников целесообразно приме­нять индивидуальный метод воздействия, прежде всего исходя из осо­бенностей его характера и темперамента.

В. П. Голубев, Ю. Н. Кудряков предлагают более развернутую ти­пологию, где выделяют:

■ личность корыстного преступника, включающую в себя коры­столюбивый и игровой типы;

■ личность насильственного преступника, включающую в себя возбудимый, импульсивный (неуправляемый), ригидный (упорный), ги­перактивный (активный), демонстративный, безвольный типы;

■ личность осужденного за сексуальные преступления;

■ личность осужденного за неосторожные преступления, характе­ризующуюся наличием чувства вины, личностной тревожностью.

В различных типологиях и классификациях повышенное внимание чаще всего уделяется системе отношений, характерологическим свой­ствам, волевой и нравственной сферам, жизненным планам, ценностным ориентациям, позитивным или негативным изменениям личности. В каждом конкретном случае сотрудники должны знать практическую цель типологии. Поведение осужденных не всегда определяется количеством судимостей, видом преступления и его тяжестью. Нередко лица, имею­щие первую судимость, оказываются запущенными в социально - педагогическом, нравственном отношении и более трудными для ис­правления, чем неоднократно судимые^[33].

В процессе исполнения наказания в виде лишения свободы и ис­правления осужденных необходимо осуществлять дифференцированный подход к различным группам или категориям осужденных. Н. А. Струч­ков отмечал, что непременным условием решения этих задач является выработка и закрепление в законе основных критериев деления осужденных на группы или категории, а также последующее их распре­деление по ИУ^[34].

В истории развития уголовно-исполнительного права применение различных классификационных систем изменялось в зависимости от ха­рактера преступности в стране, задач уголовной и уголовно- исполнительной политики, с учетом конкретно-исторических возможно­стей финансирования и материально-технического снабжения уголовно­исполнительной системы.

А. Л. Ременсон отмечал, что неизменными основаниями для клас­сификации заключенных всегда выступали: а) степень опасности пре­ступника, определяемая: классовой опасностью и характером совершен­ного преступления; прошлым заключенного (на первой фазе развития Советского государства важнейшее значение при этом имела классовая принадлежность осужденного); его поведением в местах заключения; б) физиологические признаки: пол, возраст, состояние здоровья^[35].

Сложный характер оснований дифференциации осужденных, бази­рующийся на учете сочетания ряда признаков, обеспечивает, с одной стороны, недопущение формального подхода к дифференциации, а с другой стороны — необходимую индивидуализацию дифференциации.

Родовая и видовая дифференциация осужденных к лишению сво­боды осуществляется как судом при назначении наказания, так и ИУ, его исполняющим.

Система родовой классификации осужденных к лишению свободы тесно связана с категориями преступлений в уголовном праве. Послед­ние в определенной мере оказывают влияние на дифференциацию осуж­денных, что отражает единство и взаимозависимость указанных инсти­тутов с точки зрения оценки характера и степени общественной опасно­сти преступлений при назначении и исполнении наказания.

Непосредственное отношение к родовой классификации осужден­ных к лишению свободы имеют многие нормы УК, определяющие кате­горию преступлений (небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие); рецидив преступлений, опасный рецидив и особо опас­ный рецидив; возраст с которого наступает уголовная ответственность; особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолет­них; формы вины (совершение преступления умышленно или неосто­рожно); срок и вид лишения свободы; судимость.

Перечисленные институты и нормы уголовного законодательства применительно к классификации лиц, осуждаемых к лишению свободы, предопределяют ее критерии. Они реализованы в ст. 58 УК, устанавли­вающей правила назначения осужденным к лишению свободы вида ИУ.

В уголовно-исполнительном законодательстве критерии видовой классификации и правила назначения осужденным вида ИУ не только закрепляются (ст. 74 УИК), но и развиваются дальше (ст. 80 УИК), предусматривая раздельное содержание разных категорий осужденных в пределах одного вида ИУ. Раздельное содержание осужденных в преде­лах ИУ одного вида является прерогативой уголовно-исполнительного законодательства.

Несовершеннолетние осужденные к лишению свободы отделяются от взрослых. Выделение их в самостоятельную группу обусловлено необходимостью предотвращения отрицательного влияния на них более запущенных в социально-нравственном и криминальном отношении пре­ступников, психофизическими особенностями их личности, а также спе­цификой организации воспитательного процесса при исполнении наказания.

Женщины выделяются в самостоятельную категорию осужденных главным образом в целях обеспечения их личной безопасности, а также необходимости проведения с ними воспитательной работы с учетом пси­хофизиологических особенностей их личности. Объем карательного воз­действия наказания при его исполнении в отношении указанных катего­рий осужденных к лишению свободы значительно снижен. В наиболее льготных условиях содержатся беременные женщины и женщины, име­ющие при себе детей.

Уголовный и уголовно-исполнительный законы при назначении и исполнении наказания учитывают форму вины. Как известно, преступ­ления, совершенные по неосторожности, представляют значительно меньшую общественную опасность, чем совершенные умышленно. По­этому при исполнении наказания в отношении лиц, совершивших пре­ступления по неосторожности, применяется меньшее по объему кара­тельное воздействие.

Уголовное и уголовно-исполнительное законодательство выделяют такую категорию лиц, как осуждаемые впервые к лишению свободы. В данном случае УК и УИК учитывают сам факт первого осуждения к это­му виду наказания. Если они ранее отбывали иные виды наказания, то это обстоятельство не учитывается при определении вида ИУ. Учет ука­занного критерия обусловлен тем, что лица, содержавшиеся ранее в ме­стах лишения свободы, приобрели криминальный опыт, более запущен­ны в социально-нравственном отношении, чем впервые осужденные, по­этому они отделяются от впервые осужденных к этому виду наказания.

Важным критерием дифференциации осужденных является срок лишения свободы, который назначается им за совершение деяния. В ши­роком смысле этот признак основной при разделении преступлений на категории.

Действующая система уголовного права ставит в зависимость при­чину (личность человека) от явления (его поступок, преступление). И. Я. Г онтарь отмечает, что должно быть все наоборот, если «находиться в добром согласии с такими науками, как логика, философия и психоло­гия»^[36], которые исходным началом любого поведения считают конкрет­ного человека (личность).

На подобной идее строится основная концепция социологической школы уголовного права, которая отдает приоритет симптому обще­ственной опасности преступника, а не преступлению, которое он совер­шил. Социологическая школа «рассматривала преступление только лишь как один из показателей опасности лица, о которой наряду с преступле­нием обычно свидетельствует множество других обстоятельств: связь с преступной средой, образ жизни и т. д.»^[37].

Наряду с указанными выше критериями в уголовно-исполнительном праве исследуются проблемы классификации в зависимости от степени исправления осужденных (социально-педагогические и психологические критерии), что является весьма актуальным прежде всего с позиции дальнейшего совершенствования уголовного и уголовно-исполнительного законодательства.

А. В. Бриллиантов отмечает, что исследование проблем дифферен­циации осужденных в зависимости от их исправления необходимо для разработки и применения мер дифференцированного и индивидуального воздействия на осужденных, а также для определения конечного резуль­тата деятельности ИУ^[38].

Д. Е. Тихомиров выделяет три этапа классификации осужденных. Он предлагает между первым этапом классификации, проводимой судом, и вторым, проводимым администрацией ИУ, включить еще один этап — классификацию, проводимую центральным аппаратом уголовно­исполнительной системы, заключающуюся в распределении осужденных по конкретным ИУ^[39].

По мнению А. В. Бриллиантова, эта позиция не совсем верна. Он считает, что с точки зрения механизма распределения осужденных по ИУ, позиция Д. Е. Тихомирова имеет право на существование, но с пози­ции классификации осужденных, этого этапа не существует, так как в основе распределения осужденных по конкретным ИУ лежит не их клас­сификация, а степень наполненности того или иного исправительного учреждения. Данный факт является основным доказательством необходимости проведения теоретического осмысления дифференциа­ции осужденных.

Криминологические критерии заключаются в выделении различ­ных категорий осужденных, в зависимости от криминологических харак­теристик личностей, в целях эффективного воспитательного воздействия на них и предупреждения совершения новых преступлений.

Критерии дифференциации осужденных и правила их раздельного содержания в различных видах ИУ, в том числе и различных видах ИК, как отмечалось, устанавливается уголовным и уголовно-исполнительным законодательством РФ. В целом же дифференциация осужденных к ли­шению свободы и распределение их по ИУ представляет собой ком­плексный институт уголовного и уголовно-исполнительного права. М. П. Мелентьев отмечает, что в ряде зарубежных стран дифференциа­ция осужденных к лишению свободы осуществляется только на основа­нии пенитенциарного законодательства^[40].

В английской пенитенциарной системе в основу деления исправи­тельных учреждений на виды положен функциональный критерий до­стижения конкретных задач уголовного правосудия. Открытые и закры­тые тюрьмы характеризуют степень охраны заключенных, которая отра­жает в большей или меньшей степени опасность, связанную с возможно­стью совершения побега. В зависимости от вероятности совершения за­ключенными побега, они подразделяются на четыре категории, от наиболее опасных до тех, кто не склонен к подобным противоправным действиям^[41].

Что касается одного из самых важный вопросов доказуемости кри­териев и оснований дифференциации, то он требует глубочайшего науч­ного осмысления. М. А. Ефимов отмечает, что осужденным за соверше­ние кражи и грабежа присущ взгляд на это имущество как на средство наживы для ведения нетрудового, паразитического образа жизни. По его мнению, в число признаков исправления таких лиц обязательно должно входить добросовестное отношение к труду, проявленное в течение дли­тельного времени, бережное отношение к социалистическому имуще­ству, реальное возмещение ущерба, причиненного преступлением, твер­дое осознание того, что собственность неприкосновенна. Преступников, осужденных за хулиганство, характеризует явное неуважение к обще­ству, пренебрежение к правилам человеческого общежития, нередко пристрастие к спиртным напиткам. Исправление таких заключенных предполагает не только изжитие отмеченных выше отрицательных черт характера и привычек, но и воспитание их в духе соблюдения правил внутреннего распорядка и требований режима, уважения к коллективу, его требованиям и мнению, а также активного оказания администрации помощи в укреплении дисциплины.

Убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, из­насилование часто совершается людьми, находящимися в состоянии опьянения. Кроме того, эту категорию осужденных характеризует эго­изм, пренебрежение к интересам других, ослабленное чувство ответ­ственности за свои поступки, недисциплинированность. Исправлению данной категории осужденных будет способствовать повышение обще­образовательного уровня, расширение своего кругозора, успешное про­хождение курса принудительного лечения для алкоголиков и воспитание способности воздерживаться от употребления спиртных напитков, ува­жение к интересам окружающих, строгое соблюдение правил внутренне­го распорядка и требований режима, повышение чувства ответственно­сти за свои действия^[42].

Особо трудную для исправления группу заключенных представля­ют рецидивисты. Их характеризует, как правило, паразитические устремления, нежелание честно трудиться, упорное несоблюдение зако­нов и правил человеческого общежития. Их поступками обычно движут эгоистические устремления. В подавляющем большинстве это люди с недостаточно развитым интеллектом и узким кругозором, неизменными интересами, бедными культурными запросами. Исправление данной ка­тегории осужденных обязательно предполагает не только вовлечение в общественно полезный труд, но и получение общего образования и про­фессиональное обучение, а также соблюдение требований режима^[43].

Безусловно, указанные размышления заслуживают уважения, но в контексте деления осужденных на группы внутри ИУ в целях обеспече­ния безопасности они представляют узкопрофильное значение.

Таким образом, дифференциация осужденных предполагает социально-демографические, уголовно-правовые, криминологические, уголовно-исполнительные, социально-педагогические, психологические и медицинские критерии или основания разделения осужденных на раз­личные группы или категории с целью дифференцированного, рацио­нального, эффективного исполнения наказания и применения мер ис­правления осужденных.

Дифференциация исполнения наказаний проводится на основе дифференциации осужденных по тем или иным однородным признакам (пол, возраст, наличие судимости, места жительства, состояние здоровья и т. п.). Предпосылкой уголовно-исполнительной дифференциации осужденных является уголовно-правовая, которая проводится судом при постановке обвинительного приговора.

Индивидуализация исполнения наказаний — это обеспечение мак­симально возможного соответствия наказания и соединяемых с ним некарательных мер личности осужденного характеру и тяжести совер­шенного преступления, а также поведению в период отбывания наказа­ния. Причем уголовно-правовые основания индивидуализации также со­держатся в обвинительном приговоре суда и в дальнейшем подлежат из­менению на основании норм уголовно-исполнительного права в лучшую, либо худшую сторону в процессе исполнения (отбывания) наказания, прежде всего в зависимости от поведения осужденного^[44].