Принцип целесообразности

В доктринальной модели Основ уголовно-исполнительного зако­нодательства СССР и союзных республик предлагалось изменить цель деятельности ИТУ, сведя ее лишь к исполнению наказания³, что на том историческом этапе в большей степени было свойственно пенитенциар­ным система западных стран.

М. Г. Дебольский высказывал предположение, что причина такого стремления к данному изменению целей деятельности исправительно­трудовых учреждений состояла в том, что результаты исправления и пе­ревоспитания осужденных были весьма скромны⁴.

В. И. Селиверстов отмечает, что цели уголовно-исполнительного законодательства сформулированы как некий набор идеальных ценно­стей, которые служат ориентиром в деле противодействия преступности. Не всегда эти ценности, выступающие в качестве цели, достижимы, тем более в общественных процессах, коим является исполнение уголовных наказаний. Поэтому постановка вопроса об отказе от цели исправления осужденных по причине фактического неблагоприятного положения в уголовно-исполнительной системе напоминает собой капитуляцию перед криминалом и присущим сегодняшнему дню трудностям, а проще — сдачу на милость врагу^[269].

Качественное функционирование любой системы невозможно без четко установленных целей, которым должна соответствовать совокуп­ность основополагающих принципов. Принципы уголовно­исполнительного законодательства должны способствовать достижению целей уголовно-исполнительного законодательства РФ.

Слово «целесообразный» означает «соответствующий поставлен­ной цели, вполне разумный, практически полезный»^[270]. Целесообразность (то есть сообразность с целью, соответствие ей) является одним из важ­нейших признаков, критериев целостности систем, в равной степени зна­чимых для системы уголовно-исполнительного законодательства и уголовно-исполнительного правового регулирования.

В ст. 14 проекта Общей части Уголовно-исполнительного кодекса РФ 2017 г. предусмотрен принцип целесообразности. Проект статьи вы­глядит следующим образом:

«1. Порядок и условия исполнения и отбывания уголовных наказа­ний и иных мер уголовно-правового характера строго сообразуется с це­лями восстановления социальной справедливости, исправления осуж­денных, предупреждения преступлений осужденными и иными лицами.

2. Уголовно-исполнительное законодательство и деятельность учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания и иные меры уголовно-правового характера, не могут преследовать цели причинения физических страданий и унижения человеческого достоинства.

3. Средства обращения с осужденными и порядок их применения не должны препятствовать цели их исправления.

4. Ссылка на целесообразность недопустима для оправдания нару­шений иных принципов».

Принцип целесообразности предлагается в таком виде включить в уголовно-исполнительное законодательство впервые. Парадоксально, но все авторы, теоретики права и специалисты в отраслевых юридических науках, пространно и правильно рассуждающие о недопустимости про­тивопоставления законности и целесообразности, умаления законности в ущерб целесообразности, не придают последней значения правового принципа, что совершенно неоправданно^[271].

И. Н. Павлов отмечает, что для достижения целей наказания, по­вышения его роли как средства противодействия преступным проявле­ниям необходима система мер, обеспечивающих реальную возможность применения различных объемов правоограничений к осужденным в за­висимости от тяжести совершенного преступления, обстоятельств его совершения, рецидива и личности виновного. Решение этой важной за­дачи возможно только на основе раздельного содержания осужденных, которое позволяет использовать разнообразные формы средств исправ­ления к осужденным^[272].

Деятельность любой организации носит целевой характер. Цели деятельности задаются обществом, вышестоящей организацией и пред­полагают определенное состояние организации или достижение ожидае­мых результатов.

Цели определяют функции и структуру организации, «формируют критерии для оценки целесообразности предлагаемого образа действий, устанавливают стандарты для оценки достигаемой эффективности и да­ют общий ориентир для деятельности в целом».

Анализ, уточнение целей организации является важнейшей пред­посылкой любого нововведения. «Если мы ставим перед собой задачу совершенствования организации, не уточнив ее целей, мы рискуем пред­ложить лучшие способы выполнения ненужных функций или лучшие пути достижения неудовлетворительных конечных результатов»^[275].

Уточнение целей деятельности применительно к исправительным учреждениям необходимо также для того, «чтобы выработать требова­ния, которым должны отвечать исправительные учреждения»^[276]. От целей лишения свободы зависит выбор средств исправительного воздействия на осужденных, их объем, соотношение.

A. И. Зубков одним из требований принципа целенаправленности и плановости видел в согласованности частных целей при проведении отдельных мероприятий с основными задачами, стоящими перед администрацией^[277].

Принципы существуют отнюдь не наряду с системой права, а внутри нее, обеспечивают внутренние связи правового регулирования^{[278] [279].}

B. А. Уткин отмечает, что формируясь под влиянием всей сово­купности социальных, этических, аксиологических и иных условий, ру­ководящие идеи-принципы становятся внутренними регуляторами пра­вовой системы. Именно поэтому они способны обеспечивать целесооб-

3 разность системы правовых средств.

Согласованность частных целей при проведении отдельных меро­приятий с основными задачами уголовно-исполнительного законода­тельства являются необходимым условием исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.

Пр. 93 Минимальных стандартных правил ООН в отношении об­ращения с заключенными целями классификации определяет:

1) отделение заключенных от тех, кто в силу своего преступного про­шлого или своих черт характера грозит оказать на них плохое влияние;

2) разделение заключенных на категории, облегчающее работу с ними в целях их возвращения к жизни в обществе.

В случае успешного решения поставленных задач по достижению целей классификации осужденных к лишению свободы, возможно до­стижение целей и задач уголовно-исполнительного законодательства.