Принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказания

Необходимость дифференциации осужденных к лишению свободы отражена в ст. 11 Минимальных стандартных правил в отношении обра­щения с заключенными 2015 года (Правил Н. Манделы), где отмечается, что различные категории заключенных содержатся в разных учреждени­ях или в разных частях одного и того же учреждения, с учетом их пола, возраста, предшествующей судимости, юридических причин их заклю­чения и предписанного вида режима...».

Основы рассматриваемого принципа в советский период закрепля­лись в Положении об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах 1958 г. Оно существенно развивало принцип дифференциации и индиви­дуализации исполнения наказания.

Вместо трех видов лишения свободы (исправительно-трудовая ко­лония, исправительно-трудовой лагерь, тюрьма) Положение устанавли­вало всего два вида — исправительно-трудовая колония и тюрьма. Для индивидуализации наказания утрачивал значение формальный признак, на основе которого заключенные попадали в лагерь (наказанные лише­нием свободы на срок более 3 лет) или в колонию (наказанные на срок не более 3 лет). А. Л. Ременсон отмечал, что это имело существенное поло­жительное значение, так как исправительно-трудовые лагеря находились в местностях, отдаленных от прежнего места жительства осужденного, следовательно, часто количественный признак (срок наказания) мог по­влечь за собой отрыв заключенного от семьи, что в большинстве случаев не способствовало, а осложняло перевоспитание осужденного^[248].

Ликвидировалось ранее обязательное правило «в каждом подраз­делении — один режим». На тот период развития уголовно­исполнительного регулирования в одном подразделении могли быть два или три участка с разными режимами. Такие участки, хотя и были изо­лированы друг от друга, но находились в непосредственной близости друг к другу и возглавлялись одним, общим для всех участков, началь­ником колонии.

Принцип дифференциации и индивидуализации исполнения нака­заний, по мнению В. А. Уткина, относясь к числу специальных, должен подразделяться на два взаимосвязанных, но самостоятельных принципа, распространяющихся на исполнение наказания в широком смысле слова, включающем в себя применение соединяемых с наказанием иных нека­рательных исправительно-предупредительных мер, а также на реализа­цию иных мер уголовно-правового характера.

Суть дифференциации исполнения наказания заключается в созда­нии различных условий отбывания наказания, различном правовом по­ложении осужденных, основанном на их классификации в зависимости от возраста, пола, общественной опасности личности и степени исправ­ления. При этом обеспечивается также и раздельное содержание осужден­ных различных групп, дифференцированное карательно-воспитательное воздействие применительно к каждой категории осужденных.

Дифференциация исполнения наказания является объективной необходимостью, без обеспечения которой достижение целей уголовно­исполнительного законодательства было бы нереальным^[250].

Говоря о принципе дифференциации исполнения наказания, И. А. Сперанский отмечал, что этот принцип является одним из специ­фических отраслевых принципов уголовно-исполнительного права. В нем находит свое выражение объективная необходимость распределения всей массы осужденных на отдельные однородные категории в целях их раздельного содержания, исключения вредного влияния рецидивистов и лиц, совершивших тяжкие преступления, на других осужденных и обес­печение карательно-воспитательного воздействия в отношении каждой группы в зависимости от степени ее общественной опасности^{[251] [252].}

А. Л. Ременсон отмечал, что индивидуализация при исполнении наказания необходима. Эта необходимость вытекает как из требования надежной охраны общества от преступлений, так и из глубинной заинте­ресованности народа в исправлении осужденных преступников, т. е. из 4 задач наказания.

Требование надежной охраны общества от преступлений лежит в основе уголовной политики. Для наиболее эффективного осуществления этого требования чрезвычайно важное значение имеет правильный учет опасности преступника. Чем более опасен преступник, тем более надеж­ной должна быть охрана общества от преступлений, которые он может совершить. И наоборот, меньшая опасность преступника дает возмож­ность успешно оградить общество от преступлений путем применения о наименее суровых средств принуждения.

Опасность преступника учитывает суд при назначении ему наказа­ния. А. Л. Ременсон задавался вопросом: достаточно ли этого учета? Ко­нечно, нет! Назначаемые судом наказания в виде лишения свободы, но­сят срочный характер, причем эти сроки выражаются годами. В течении этих сроков могут произойти (и, как правило, происходят) глубокие и се­рьезные изменения в степени опасности осужденного. Когда именно произойдут эти изменения, в каком именно направлении они будут осу­ществляться — в сторону уменьшения или увеличения опасности осуж­денного, — суд предвидеть не в состоянии.

Индивидуальные изменения в опасности преступника, наступаю­щие уже после назначения наказания, с необходимостью требуют инди­видуализировать наказание в процессе его исполнения. С другой сторо­ны, изменения в степени опасности личности требуют индивидуализации наказания осужденного в целях наиболее быстрого и глубокого его исправления^[253].