Каким образом управляющая организация может реализовать предоставленные ей полномочия?

Л

расписывается в собственной недееспособности» .

Как правило, в штате управляющей организации, осуществляющей полномочия единоличного исполнительного органа нескольких дочерних обществ, имеется несколько единиц управляющих или исполнительных директоров, которые осуществляют свои полномочия на основании доверенности, выданной руководителем управляющей организации. В трудовых договорах с этими лицами может быть предусмотрено исполнение обязанностей управляющего (исполнительного директора) в одном конкретном хозяйственном обществе холдинга или без указания такового. В последнем случае происходит ротация управляющих (исполнительных директоров) в структуре холдинга.

Очевидно, что цена услуг за выполнение функций по управлению будет зависеть от различных обстоятельств: масштаба хозяйственной деятельности управляемого общества, численности персонала, наличия имущества, объемов производства и продаж продукции (работ, услуг), профиля деятельности, специфики рынков и других условий, сопровождающих ведение бизнеса конкретным хозяйствующим субъектом. В договоре может отсутствовать фиксированная цена, а предусматриваться порядок ее определения исходя из результатов руководства текущей производственно- хозяйственной деятельностью общества. Такой подход представляется нам более разумным. Для этого в договоре должны оговариваться основания определения цены услуг управляющей организации или, по сути, критерии оценки эффективности ее деятельности. Таковыми критериями, например, могут быть достижение запланированного размера прибыли от деятельности управляемой организации, обеспечение определенного уровня рентабельности продукции (работ, услуг), увеличение объемов продаж, расширение рынков сбыта и др. Недостижение управляющей организацией предусмотренных в договоре показателей эффективности управленческой деятельности может быть основанием для его досрочного расторжения. Следует заметить, что в системе холдинга условия договора с управляющей организацией, по сути, формирует основное общество. Дочернее общество имеет слабое влияние на этот процесс.

Срок договора оказания услуг не должен превышать установленный уставом срок полномочий единоличного исполнительного органа. Если в договоре срок не указан, правильным будет считать, что он заключен на срок полномочий исполнительного органа, определенный в уставе.

В правоприменительной практике очень часто возникают вопросы, связанные с реализацией полномочий управляющей организации в качестве единоличного исполнительного органа, в том числе с оформлением сделок, совершаемых от имени управляемой организации.

Интересным для рассмотрения, особенно для холдингов, где управляющие организации являются единоличными исполнительными органами сразу нескольких хозяйственных обществ, представляется вопрос - будет ли передоверием и соответственно требует ли в силу п. 3 ст. 187 ГК РФ нотариального удостоверения доверенность, выданная исполнительным директором управляющей организации, который уже сам действует на основании доверенности? Среди специалистов нет единой точки зрения на этот вопрос. Так, Д. Степанов считает, что в этом случае будет иметь место передоверие «не в отношении управляемой организации, а в отношении управляющей организации»555. В.А. Белов пишет: «Предметом передоверия являются полномочия, инкорпорированные в первоначальной доверенности и переданные представляемым представителю. Результатом передоверия является замена представителя, причем происходящая без появления нового доверителя. Имеет ли место подобное явление в рассматриваемой ситуации?» Рассматривая схему взаимоотношений управляющего и управляемого общества, исходя из сущности деятельности управляющей организации именно как органа юридического лица управляемого общества, автор приходит к выводу, что доверенность выдается управляющей организацией в лице своего представителя от имени управляемого общества, чьим органом управления она является, а поэтому не относится к числу доверенностей, выданных в порядке передоверия (курсив автора - В.Б.) .

Заканчивая рассмотрение проблемы о правовой природе и существенных условиях договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации, еще раз подчеркнем такую его особенность, как сочетание обязательственных и корпоративных отношений, поскольку управляющая организация выступает как бы в двух статусах, с одной стороны, как сторона по гражданско-правовому договору, а с другой - как участник внутрикорпоративных отношений. Н.В. Козлова по этому поводу пишет: «Думается, что между юридическим лицом и гражданином либо организацией, выполняющим функции единоличного исполнительного органа... существуют гражданско-правовые корпоративные отношения. Элементом содержания указанных отношений являются права корпоративной власти и обязанности корпоративного подчинения, которые они, как самостоятельные и независимые субъекты гражданского права, добровольно передают по отношению друг к другу в соответствии с законом, учредительными документами юридического лица и заключенными между ними договорами (курсив по тексту - автора)556.

С.Д. Могилевский задается вопросом: становится ли управляющая организация при передаче ей полномочий единоличного исполнительного органа хозяйственного общества органом управляемой организации, и делает правильный, с нашей точки зрения, вывод, что здесь мы «имеем дело с уникальной ситуацией, когда управляющая организация не является органом юридического лица, а лишь играет эту роль, реализуя полномочия,

л

полученные от органа этого юридического лица» . Подобной же позиции придерживается и Е.А. Суханов, полагающий, что управляющая организация (управляющий) «действует в роли органа юридического лица» .

Важным для рассмотрения вопросом является процедура принятия решения о передаче полномочий управляющей организации.

Кодекс корпоративного поведения предлагает уставом или внутренними документами предусмотреть требование о конкурсной процедуре отбора управляющей организации557.

При оформлении передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации следует исполнять требования антимонопольного законодательства: согласно п. 1 ст. 18 Закона о конкуренции приобретение лицом (группой лиц) прав, позволяющих осуществлять функции исполнительного органа, требует предварительного согласия антимонопольных органов. Это требование распространяется на хозяйствующих субъектов, суммарная балансовая стоимость активов которых превышает 30 млн. МРОТ или если один из них занесен в Реестр хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара более 35%.

Решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа акционерного общества управляющей организации может быть принято общим собранием акционеров только по предложению совета директоров (п. 1 ст. 69 Закона об АО). В ООО этот вопрос также относится к компетенции общего собрания (пп. 4 п. 2 ст. 33 Закона об ООО). Следует заметить, что Закон об АО, в отличие Закона об ООО, не требует обязательного закрепления в уставе права общества передавать функции единоличного исполнительного органа управляющей организации.

В обществе с ограниченной ответственностью условия договора с управляющей организацией утверждает общее собрание участников (пп. 4 п. 2 ст. 33 Закона об ООО). Очевидно, что, воспользовавшись нормой пп. 18 п. 1 ст. 65 Закона об АО, утверждение условий договора с управляющей организацией акционерного общества надо закрепить в уставе в качестве дополнительного полномочия совета директоров, в нашем случае - дочернего, формально нанимающего управляющую организацию. От имени общества с ограниченной ответственностью договор с управляющей организацией должен подписать (не заключить, т.е. определить его существенные условия, а именно подписать) председательствующий на собрании или по решению собрания иное лицо; от имени акционерного общества - председатель совета директоров или иное лицо, уполномоченное советом.