Юридическая
консультация:
+7 499 9384202 - МСК
+7 812 4674402 - СПб
+8 800 3508413 - доб.560
 <<
>>

§ 2. История развития правовой регламентации азартных игр и пари в зарубежном законодательстве*

По образному выражению А.П. Сергеева, история правового регулирования игр - это история их запретов63. Действительно, в зарубежных государствах настороженное отношение к азартным играм со стороны законодателя имело место практически на всех этапах исторического развития той или иной страны.
Такое мнение находит подтверждение в словаре Брокгауза и Ефрона: «...государство всегда следило за тем, чтобы азартные игры не происходили публично, не привлекали обширного круга людей и не отражались, таким образом, тяжело на материальном благосостоянии массы населения, потому как не только богатые и обеспеченные, но и менее состоятельные и даже низшие классы населения весьма легко поддаются страсти к азартным играм, и, в погоне легкой наживой, приносят жертву свои трудовые гроши»64.

На вопрос о том, когда впервые появились азартные игры, достоверно ответить сложно, но в остатках материальной культуры древнего человека археологи находят предметы, применявшиеся в азартных играх в Египте еще за 3500 лет до нашей эры. Нередко это фигурки, рисунки на камнях или керамике, изображающие людей или богов кидающими бабки65. В Греции и Риме в бабки играли взрослые и дети и даже изготавливали их копии из камня и металла, украшенные вырезанными фигурками66.

Самые ранние игральные кости из Ирака и Индии датируются 3000 г. до P. X. Где-то около 1400 г. до P. X. была изобретена современная разметка шестигранных игральных костей, где сумма точек на противоположных гранях всегда равна семи. Вполне вероятно, что бабки, метательные палочки и игральные кости могли использоваться ие только в азартных играх, но и для предск«'1зания будущего*2, окончания спора, разделения или распределения имущества*3.

Сказанное свидетельствует о том, что влечение к азарту была присуща человечеству еще с самых отдаленных времен, однако необходимость в государственном упорядочивании и урегулировании этого явления возникла лишь только когда игры стали основной сферой досуга большей части населения древних городов.

Впервые на законодательном уровне регулирование института азартных игр было осуществлено древнеримским правом, отметившим свое дифференцированное отношение к играм и пари. Так, например, в римском частном праве было закреплено правило о том, что «всякий другой долг от игры ничтожен, а уплаченное можно потребовать назад в течение пятидесяти лет»84. В случае нежелания проигравшего потребовать возврата проигранных денег, городская общииа, к которой он принадлежал, могла осуществить это право требования вместо него. Таким образом, требование выигрыша оказывалось лишенным правовой защиты. Более того, на протяжении достаточно длительного периода времени организация азартных игр и участие в них были запрещены и уголовно наказуемы. Первый известный закон об играх «Lex aleatoria», принятый в III веке до н.э., рассматривал выигрыш как приобретение имущества по недействительной сделке. Объяснением такой жесткой позиции законодателя служило отношение общества к играм. Г. Дернбург, имея в виду понимание игр в Риме, указывал: «Игра представляет собой противоположность серьезным занятиям...и часто

82 А.В. Пуриик. Игорный бизнес. / НВЦ «Библиомаркет», М., 1994 . - 208 с.

hltp: //www. 1 i brary • ru

** С.Н. Романов. Игорный бизнес в России. История, законодательство, налогообложение, лицензирование. / Рязань: Узоречьс, 1999 г., С. 10.

Ю.Барон. Система римского гражданского права. Вып.третий. Книга IV: Обязательственное право. - СПб., 1910. С.31.

вызывает вред, т.к. при игре подрывается благосостояние отдельных личностей, а иногда и целого круга лиц»67.

Однако не все игры являлись запрещенными и уголовно наказуемыми. Так, в виде исключения, были дозволены игры проводившиеся в местах массового скопления людей с целью развлечения общественности. Частным случаем дозволения игры на деньги являлись «Ludi virtutis causa» (борьба, военные деньги), т.е. игры, проводимые с целью физического упражнения. Юстиниан признавал всего пять видов таких игр (метание копья, метание дротика, бег, прыжки и борьба), к тому же под условием: «ставить не больше одного солида»68. Все остальные азартные игры на деньги признавались ничтожными сделками и подвергались уголовному преследованию.

Наряду с азартными играми, широкое распространение в Риме получили также и пари. Раскрывая смысл римских пари, Г. Дернбург отмечал: «Пари встречается при столкновении противоположных мнений; его цель - подкрепление своих мнений, равно как и разрешение спора»4', поэтому, в отличие от азартных игр, осуждение пари как такового исключалось.

Прямо противоположную позицию законодатель занимал и по вопросу о судебной защите прав и интересов, нарушенных при участии в азартных играх и в пари. Так, возможность правовой защиты участников азартных игр почти полностью исключалась, в то время как офаничений по защите прав участников пари практически не существовало, за исключением тех пари, что носили фиктивный характер и по своему содержанию являлись азартной игрой. Определенные итоги развития римского законодательства об азартных играх и пари подвели Дигесты Юстиниана, в которых отчетливо прослеживалось негативное отношение как к самим ифам, так и к их организаторам и исключалась возможность защиты их прав и интересов: «Если тот, у кого, как будет заявлено, ведется игра в кости, будет кем-либо избит или потерпит иной ущерб или что-либо во время игры будет у него похищено, я не дам иска. Устроитель игры, побитый или потерпевший ущерб, не защищается иском нигде и никогда, поэтому кража, совершенная в доме во время игры, остается безнаказанной, даже если совершивший кражу не был игроком»69.

Дигесты также устанавливали специальный запрет на принуждение к участию в азартной игре или в пари. На случай такого принуждения определялось наказание: «карается тот, кто принуждает к игре, или штрафом, или приговаривается к работе в каменоломнях или к содержанию в оковах»70.

Римское право оказало значительное влияние на последующее развитие института игр и пари т.к. правовые нормы» принятые римскими законодателями в данной сфере, в дальнейшем были реципированы целым рядом зарубежных государств.

Еще больший интерес - научный и практический - вызывает вопрос об особенностях правовой регламентации игр и пари в современном зарубежном законодательстве, особенно в тех государствах, где игорное дело получило наиболее широкое распространение, и правовые системы которых объединяются либо в семью общего права, либо в континентальную семью.

Как отмечает Д. Рене, романо-германская правовая семья занимает особое место и имеет наиболее важное значение для развития юридической теории и практики, охватывая большую часть стран Африки, все страны Латинской Америки, страны Востока, включая Японию, а также страны континентальной Европы. Правовые системы последних подразделяются на две группы: романскую и германскую. К первой группе относятся правовые системы Франции, Италии, Испании, Бельгии, Люксембурга и Голландии, ко второй группе - правовые системы прежде всего таких стран, как Германия, Австрия и Швейцария.9*

Обращаясь к истории развития правовой регламентации азартных игр в государствах, относящихся к романской группе, целесообразно рассмотреть исследуемую проблематику на примере Франции, вклад которой в индустрию игр сложно переоценить. Именно Франция открыла всему миру рулетку71, и благодаря французам процветают многие казино в различных европейских странах, прежде всего, в Германии и Монако.

При этом негативное отношение к играм во французском законодательстве наблюдалось на протяжении довольно длительного периода. На рубеже XI-XII в.в. пристрастие к игре в карты было предметом особого внимания со стороны законодателя. Это, в свою очередь, способствовало рецепции норм римского права, касающихся игр и пари, и введению этих норм на территории французского государства уже в видоизмененном виде, адаптированном к национальной специфике общественных.

Итогом такой работы явился Эдикт Людовика Святого 1254 г., ставший первой законодательной реакцией на бурный расцвет карточных игр в Европе и запретивший под страхом наказания кнутом карточную игру в пределах Франции72. Несколько позднее законодатель, идя по пути смягчения наказания и частичной легализации азартных игр и пари, предоставил возможность делать ставку в игре или в пари, не превышающую одного экю золотом, ибо, в противном случае, вся сумма, находившаяся «на кону», подлежала обращению в доход казны73.

В XVI веке азартные игры, изначально являвшиеся прерогативой представителей светского общества, стали распространяться среди различных слоев населения. Предприимчивые граждане организовывали в своих домах места для проведения игр, а участники таких игр платили организатору определенный процент от выигрыша. Именно французы - Братья Перрснь из Лиона первыми открыли заведение наподобие игорного дома и явились его учредителями .

Со временем азартные игры стали претерпевать законодательные ограничения. Особенно строгими в XVII в. во Франции были законы по отношению к карточным играм. Так, например, домохозяева, в квартирах которых проводились игры, объявлялись лишенными гражданских прав и изгонялись из города. Закон не признавал карточных долгов и обязательств, более того, отцы имели право взыскивать по суду деньги с тех, кому проиграли их дети.74

Последующие законы еще более ужесточили это положение: выигравший должен был не только вернуть деньги, но и уплатить штраф в три тысячи ливров или даже понести наказание в виде тюремного заключения. В 1791 г. Национальное собрание Франции запретило все азартные игры, установив строгие карательные меры, но не для игроков, а для содержателей притонов и даже для жильцов, которые не донесут, что в доме открыта игра.75

С приходом к власти Наполеона Бонапарта правовой режим азартных игр изменился. Осознав невозможность полного искоренения азартных игр в стране, Бонапарт принял решение взять игры под жесткий контроль, введя лицензирование игорной деятельности и систему налогообложения, превратив, таким образом, игорную сферу в легальный бизнес76. Такое положение просуществовало до 1836 г., пока Луи Филипп 1 не подписал закон, запрещавший игры и пари и послуживший причиной закрытия игорных домов на территории всей страны77.

Столь жесткие законодательные меры способствовали перемещению игорной сферы за рубеж78, однако и в самой Франции игры не исчезли полностью. Практически на всех французских курортах можно было принять участие в игре, однако предлагались такие шры в ограниченном количестве, и ставки в них были незначительными. Так, например, в середине XIX в. широкую популярность приобрела игра пти-шво («лошадки»)79.

К таким незначительным проявления азарта власти проявляли толерантность на протяжении полувека, пока в 1884 г. не был принят закон, полностью запретивший все игры, в том числе и те, что проводились на курортах.80 Такой запрет действовал до 1907 г., до принятия закона, регулирующего организацию и проведение азартных игр и пари и, хотя и с небольшими изменениями, действующего на сегодняшний день. Изначально игорная деятельность могла осуществляться исключительно на территории городов-курортов, но степень отдаленности от Парижа в Законе не определялась. Такое положение продолжалось до принятия в 1920 г. поправок к Закону, закреплявших возможность образования казино в городах-курортах лишь при условии их расположения не ближе чем за 100 километров от Парижа.

Наряду с территориальными ограничениями Законом был установлен особый порядок лицензирования игорной деятельности, где важная роль отводилась местным органам власти, без специального соглашения которых получение лицензии было невозможно. Кроме муниципалитетов в данном процессе участвовал также специально созданный при Министерстве внутренних дел Франции в 1934 г. орган - Верховная комиссия по азартным играм (La Commission Supreme des Jeux de hasard)81, полномочная рассматривать дела соискателей лицензий и осуществлять проверку их финансовой состоятельности. Заключение Комиссии об удовлетворении ходатайства того или иного соискателя и соглашение с муниципалитетом являлись необходимыми условиями для получения лицензии па осуществление игорной деятельности. Непосредственная выдача искомой лицензии осуществлялась Министерством внутренних дел Франции.

Причиной упадка игорного бизнеса во Франции стана Вторая мировая война, по окончании которой французские казино продолжительное время не смогли восстановить свои довоенные позиции по причине консервативного законодательства, не желавшего учитывать потребности нового времени82.

С приходом к власти в 1981 г. социалистов законодательная политика Франции, касающаяся игорной сферы, постепенно стала смягчаться. Это выразилось в том, что в 1984 г. на сотрудников игорных заведений начали распространяться стандарты европейского сообщества о труде, устанавливающие равные права для мужчин и женщин. До этого момента женщинам запрещалось работать дилерами во французских казино.104

Придя к власти, коалиция Ж. Ширака, реализуя план создания необходимых правовых условий для успешной деятельности игорных заведений, в 1987 г. внесла поправки в игорное законодательство, снизившие возраст для посетителей игорных заведений, существенно расширившие перечень дозволенных азартных игр и значительно понизившие налоговые ставки и отменившие обязательную плату за вход105. 5 января 1988 г. был принят закон, отменивший решение Национального совета Франции об образовании казино исключительно в городах-курортах, расположенных не ближе чем за 100 километров от Парижа. Содержащиеся в указанном законе нормы закрепляли право на создание игорных заведений во всех городах Франции с численностью населения более 500 тысяч жителей.106

Такие законодательные изменения существенно способствовали возрождению и дальнейшему развитию игорного бизнеса, которое, однако, было прервано парламентскими выборами во Франции 1988 г., где победу снова одержали социалисты. Осознав, что полностью остановить развитие игорного бизнеса в стране нс удастся, новая власть приняла решение замедлить этот процесс, введя усложненную процедуру получения разрешений на открытие игорных заведений, действующую во Франции и в настоящее время.

Так, вопросами лицензирования игорного дела в стране занимается входящая в структуру Министерства внутренних дел Верховная комиссия по азартным играм, которая на основании рассмотренных документов (среди которых одним из основных являются решения муниципальных образований) выносит решение, носящее рекомендательный характер. Срок принятия такого решения по каждому конкретному делу колеблется в 104

Журнал POKER GAMES // http:/Av\v\v.cgm.ru/content 1735.html 105

The law on games 1987 // http:/A'ib.adib92.ni/main.mhtml?PublD=2692 106

Журнал POKER GAMI'S // htlp://www.cgm.ru/content 1735.html диапазоне от 6 месяцев до одного года. Подписанное Комиссией решение утверждается Министром внутренних дел, после чего вновь возвращается в муниципалитет для окончательного утверждения.83 Таким образом, муниципальные образования Франции играют главную роль в механизме лицензирования игорных заведений.

Государственным органом контроля индустрии игр является одно из подразделений службы общей разведки МВД Франции (Direction Centrale des Renseigncmcnts Generaux)los, сотрудники которого (gaming police) проводят регулярную инспекцию игорных заведений.

Игорная деятельность во Франции также регулируется и специальной главой «Об играх и пари» Гражданского кодекса Франции84, ст. 1967 которого закрепила отсутствие у проигравшей стороны права требования возврата добровольно уплаченного ею выигрыша, за исключением случаев, когда со стороны выигравшего был допущен обман. Относительно правомочий выигравшей стороны в ст. 1965 Кодекса предусмотрено, что закон не предоставляет права на предъявление иска о взыскании долга, возникшего из игры, и о платеже пари.

Определяя характер данной нормы, JI. Жюллио де ла Морандьер отмечал: «...правило о возражении из игры, которое проигравшая сторона вправе выдвинуть против требования выигравшей стороны, носит императивный характер. Поэтому суд вправе сослаться на него по своей инициативе, а сторона вправе выдвинуть его в любой, в том числе и кассационной стадии процесса»85.

Определенные исключения из указанного правила установила ст. 1966 ГК Франции, закрепившая правило о том, что на игры, требующие ловкости и физических упражнений, включая упражнения с оружием, бег, борьбу, прыжки, игру в мяч, правила ст. 1965 Кодекса не распространяются, если только суду не покажется чрезмерной истребуемая таким образом сумма.

Определенной спецификой рассматриваемый институт обладает в Италии, т.к. в этой стране объединены приверженность католицизму, негативно относящемуся к различным проявлениям азарта, и темпераментность итальянцев, имеющих пристрастие к риску, а, следовательно, и к азартным играм, основанным на нем. Однако такое положение существовало далеко не всегда. Так, например, в 1626 г. Городской Совет Венеции выдал разрешение на проведение публичных игр, послужившее законным основанием для организации известного игорного дома «Ридотто», уплачивавшего десятину в пользу местных властей, но, приобретя скандальную репутацию, в XVIII веке игорный дом был закрыт, а новое казино появилось в Венеции только в XIX веке86.

Крайне неблагоприятным для развития игорного бизнеса в Италии стал XX век. Первая мировая война, рост националистических настроений в обществе привели к повсеместному закрытию игорных заведений и к запрету азарта вообще.87

В 1923 г. премьер-министр Б. Муссолини одним из направлений своей деятельности избрал борьбу с любыми проявлениями азарта, в следствие чего Кабинетом министров было принято постановление, объявившее все азартные игры противоречащими достоинству итальянской нации88.

Но даже полный запрет игорной деятельности в стране не мог кардинально изменить ситуацию в данной сфере, поэтому, идя по пути смягчения законодательных мер, касающихся азартных игр, в 1927 г. Правительством, в виде исключении из общего правила, было выдано разрешение на открытие единственного в Италии игорного заведения - казино в Сан Ремо, здание которого было передано в собственность соответствующего муниципалитета. Все иные ходатайства о предоставлении права на организацию игорного дела итальянскими властями бескомпромиссно отклонялись.

Как отмечал Муссолини, «шорный бизнес в Италии запрещен, а существование казино в Сан Ремо является исключением, которое обусловлено серьезными политическими экономическими факторами, но данное исключение только подтверждает4 общее правило»1 ы.

В 1983 г. игорная сфера в Италии была подвергнута рейдам, сопровождаемым показательными арестами высокопоставленных чиновников, сотрудников казино и гангстеров по фактам нарушения законодательства и взяточничества. Это послужило причиной установления жесткого законодательного контроля и ограничения деятельности казино: Правительством Италии был назначен специальный уполномоченный, осуществлявший контроль за деятельностью организаторов игр и пари89.

На сегодняшний день все здания игорных заведений принадлежат муниципалитетам. В названиях всех итальянских казино присутствует слово «Муниципальное». Управлением казино занимаются как муниципалитеты, так и частные компании.90

В Бельгии первое игорное заведение - казино появилось в XVII веке в небольшом городке Спа. Его открытие положило начало бельгийской истории правового регулирования игорной деятельности. Действовавшие практически во всех частях страны игорные заведения находились под покровительством местных властей и защищались местным законодательством. В 1903 г. правительство Бельгии приняло решение о запрете азартных игр. Юридически такой запрет действовал до 1999 г., однако фактическое его исполнение продолжалось недолго, и уже в 1911 году формально незаконные казино вновь продолжили осуществление своей деятельности91.

В 1952 году прокуратурой Бельгии, с целью наведения порядка в игорной сфере были выпущены специальные инструкции, действовавшие до 1999 г., согласно которых деятельность по организации и проведению азартных игр и пари должна была соответствовать следующим требованиям: 1.

количество казино на территории Бельгии должно быть не больше восьми; 2.

здания, земля, оборудование казино должны принадлежать соответствующим муниципалитетам; 3.

казино должны быть организованы по типу частных клубов; 4.

все клиенты игорных заведений должны подлежать регистрации с дальнейшей идентификацией и обязаны платить за вход в казино (клубная система); 5.

установленное возрастное ограничение на посещение игорных заведений - 21 год."8

Инструкциями также устанавливался запрет на участие в азартных играх юристов, нотариусов, военнослужащих, полицейских и всех категорий государственных и муниципальных служащих. Любая реклама игорных заведений находилась под строгим запретом. Наряду с прокуратурой регулирование игорной деятельности осуществлялось в Бельгии Министерством финансов, устанавливавшим ставки налогов и сборов для игорных заведений и контролировавшим их финансовую деятельность.

В таком виде игорная деятельность осуществлялась в Бельгии вплоть до 7 мая 1999 г., когда был принят закон «Об азартных играх, игорных заведениях и защите игроков»92, являющийся в настоящее время основой правового регулирования игорного дела в стране. В этом законе бельгийскому законодателю удалось выработать и воплотить решение, способное не только удовлетворять интересам игорного сообщества, но и защищать наиболее уязвимые слои общества.

Наряду с указанным Законом в Бельгии также действует ряд подзаконным нормативных актов, способствующих устранению законодательных пробелов в сфере регулирования игорного бизнеса и препятствующих развитию коррупции. Следует отметить, что такой ответственный законодательный подход весьма содействует бурному развитию игорного бизнеса, притоку иностранных инвестиций.

Главной особенностью правовой регламентации азартной сферы в Голландии на протяжении длительного времени являлось стремление законодателя использовать не запретительные, а регулятивные механизмы. Законом «Об игорной деятельности» 1964 года93 прямо разрешались лишь организация и проведение лотерей и тотализаторов, в то время как сфера азартных игр на законодательном уровне никак не регулировалась. В связи с отсутствием контроля за организацией и проведением азартных игр в 70-е годы XX века страна столкнулась с проблемой хаотично развивающего криминального бизнеса: клиентов в игорных заведениях регулярно обманывали, нередко избивали и угрожали, но при этом владельцы заведений получали колоссальные доходы.

Преследуя цель изменить сложившуюся ситуацию, Парламент в 1975 г. принял поправки к Закону 1964 года94, не только легализовавшие деятельность казино и проведение азартных игр, но и установившие основные правила осуществления процедуры лицензирования игорной деятельности. Вопросы лицензирования и регулирование основных аспектов игорного бизнеса были возложены на специальный орган - Комиссию по азартным играм.

1 января 1996 года на основании поправок, внесенных в игорное законодательство, вместо Комиссии по азартным играм был образован Совет по контролю за азартными играми (College van toezicht op de kansspelen), состоящий из семи членов, назначаемых правительством.95 Несмотря на то, что Совет формально входит в структуру Министерства юстиции Голландии, практически он является независимым подразделением, свободным в принятии своих решений. В компетенцию членов Совета входит рассмотрение дел соискателей лицензии на осуществление игорной деятельности и выдача рекомендательных заключений для Министерства юстиции, решения которого являются окончательными.

В настоящее время процесс открытия новых игорных заведений в Голландии представляет собой хорошо отлаженный механизм, активное участие в котором принимают Совет по контролю за азартными играми, Министерство юстиции страны и местные органы власти, наличие общего согласия которых является важнейшим условием для открытия нового игорного заведения.

Наряду со странами, относящимися к романской группе, азартные игры и пари получили свое распространение и в странах германской группы.

Важнейшей особенностью немецкой модели законодательного регулирования игорного бизнеса является ее полная децентрализация, причиной которой послужила феодальная раздробленность Германии в средние века, повлекшая за собой образование множества княжеств и вольных городов. Основные вопросы регулирования азартной сферы относятся к предмету ведения не федеральных властей, а земель Германии.

За всю историю Германии федеральная власть вмешивалась в игорную сферу лишь дважды. В первом случае вмешательство было обусловлено, в основном, созданием в 1871 году Германской империи. Игорные заведения, не соответствовавшие идеологии нового государства, признавались аморальными, разрушающими семейные, общественные устои, поэтому в 1872 году имперское правительство запретило азартные игры.96

Вторичное вмешательство в игорную сферу произошло после Первой мировой войны с осуществлением правительством Германии мер, носивших уже не запретительный, а ограничительный характер. Такие меры выразились в принятии летом 1933 года специального закона, разрешавшего открывать игорные заведения на территории только тех земель, которые ежегодно посещают не менее 70 тысяч туристов97.

С падением третьего рейха игорное дело в Германии начало постепенно возрождаться, чему в значительной степени способствовала Конституция ФРГ 1949 года98, закрепившая положение о том, что сборы с игорных заведений поступают в пользу земель (п.6. ч.2. ст. 106).

Существенная либерализация немецкого законодательства в сфере игорного дела произошла в 1973 году, когда территориальные земли получили право на размещение игорных заведений по своему усмотрению без каких-либо ограничений. В 1980 году федеральное правительство закрепило за землями право устанавливать налоги на игорный бизнес, передав им возможность таким образом контролировать игорную сферу99.

На сегодняшний день основные вопросы, связанные с регулированием игорного бизнеса (в т.ч. и лицензирование), решаются, как привило, министерствами внутренних дел земель. Местные власти, в свою очередь, следят за исполнением решений властей земли, а в случае установления факта нарушения закона местные власти вправе применять различные меры ответственности, от штрафа и вплоть до закрытия конкретного игорного заведения.

В Швейцарии до 1874 года правовое регулирование азартных игр и пари осуществлялось исключительно на уровне субъектов федерации (кантонов). Налоги, уплачиваемые от игорной деятельности, поступали не в федеральный, а в местные бюджеты. Недовольство федеральных властей существовавшим положением нашло свое отражение в Конституции Швейцарии 1874 г., установившей запрет на открытие и содержание игорных домов (ст.35)100. При этом ни в Конституции, ни в федеральном законодательстве нс содержалось определения понятия «игорный дом», что позволяло продолжить существование некоторых разновидностей игр. В дальнейшем ст.35 Основного закона была дополнена положениями, разрешавшими (до весны 1925 г.) проведение обычных игр для развлечения в курзалах101, поскольку такие игры признавались необходимыми для поддержания и развития туризма. Наряду с выдачей разрешений на организацию игорного дела Кантоны также вправе были устанавливать запрет на проведение тех или иных азартных мероприятий, не соответствовавших требованиям закона. Таким образом, федератьная власть частично сложила с себя обязанности по регулированию игорного бизнеса.

В 1928 году в ст. 35 союзной Конституции были внесены новые поправки. Во-первых, ставки в азартных играх не могли превышать двух франков102; во-вторых, лицензии на занятие игорным делом, выдаваемые кантонами, должны были пройти утверждение федеральными властями; в- третьих, четвертая часть валового дохода от игр должна была поступать в пользу Конфедерации, обращающей эти средства, независимо от собственных ассигнований, в пользу жертв стихийных бедствий, а также на мероприятия, преследующие публичные интересы103.

Такой правовой режим азартных игр действовал до 1 апреля 2000 г., когда одновременно вступили в силу ст. 106 Конституции Швейцарии от 18 апреля 1999 года104 и Союзный закон от 18 декабря 1998 года «Об азартных играх и игорных домах»105.

Так, согласно ст. 106 Конституции Швейцарии, законодательство об азартных играх подлежит ведению Союза (ч.1), полномочного осуществлять выдачу лицензий на учреждение и открытие игорных домов, учитывая при этом региональные условия и опасности азартных игр (ч.2). Сказанное, однако, не означает, что возможность кантонов и муниципалитетов влиять на судьбу соискателей лицензии на осуществление игорной деятельности полностью исключена. Хотя выдача специальных разрешений (разрешения на конкретное месторасположение игорного заведения и так называемые «операционные» разрешения) и относится к компетенции федерального правительства, при выдаче таких разрешений правительство обязано учитывать мнение соответствующего кантона и муниципального образования, на территории которых будет расположено игорное заведение. В компетенции кантонов также находится «допуск игральных автоматов, дающга возможность выигрыша благодаря ловкости играющего» (ч.4 ст. 106).

Сборы, взимаемые Союзом с игорных домов, направлены на удовлетворение публичных интересов, т.к. используются для покрытия союзных субсидий на случай старости, потери кормильца и инвалидности. Они зависят от дохода игорных заведений и не Moiyr превышать 80 процентов получаемого в результате игр валового дохода от эксплуатации игорных домов (ч.З. ст. 106).

Действие Закона Швейцарии «Об азартных играх и игорных домах» распространяется на все существующие в Швейцарии виды азартных игр, которые могут проводиться исключительно в заведениях, имеющих соответствующие лицензии. Запрещается организация и проведение азартных игр с использованием телекоммуникационных систем связи, в том числе и Интернета; все вопросы, связанные с лицензированием, контролем и налогообложением оператора игорного бизнеса, решаются федеральными властями.

В Австрии до 20-х гг. XX века азартные игры широкого распространения не получили, хотя они и проводились в отдельных частных игорных домах. Бурное развитие игорного дела началось после Первой мировой войны и было вызвано стремлением обеспечить пополнение государственного бюджета разоренной страны. Властями, одновременно с введением лицензирования игорной деятельности ш, было принято еще одно важное решение, являющееся и в настоящее время основой игорного бизнеса Австрии: право на организацию и проведение азартных игр было предоставлено одной единственной компании106. Это решение разумно и целесообразно, т.к. обеспечить контроль за одним оператором несложно, к тому же многие аспекты деятельности этой компании жестко регламентируются и контролируются властями.

В 1938 г. в Австрии, подчиненной фашистской Германии, начало действовать немецкое законодательство, установившее запрет на игорную деятельность в стране. Предпринятая в 1946 г. новыми органами власти попытка реанимировать игорный бизнес в восточной части страны (на курорте Баден) оказалась неудачной107, и азартные игры стали возвращаться только в западную зону Австрии и только с 1950 г. В 60-х гг. правительством Австрии было принято решение установить тотальный государственный контроль над всеми игорными заведениями. Вновь была учреждена компания, ставшая единственным оператором игорного бизнеса108.

Историю регулирования азартных игр на территории Великобритании в полной мере можно назвать историей запретов. Известно, что уже Ричард I Львиное Сердце установил запрет в своей армии игры на деньги, не распространявшийся, однако, на рыцарей. В 1388 году Ричард II запретил игры в кости на территории всего Королевства. С появлением игральных карт в Европе Эдуард IV вначале наложил запрет на их ввоз в страну, но в дальнейшем проведение карточных игр на территории Великобритании, хотя и в крайне незначительный 12-ти дневный рождественский период, все же получило законодательное разрешение109.

В середине XVII в. власть сменила политику, касающуюся игорного дела, с запретительной на ограничительную. Так, в 1664 году Чарльз II подписал закон, по которому размер проигрыша не мог превышать 100 фунтов.110

В обобщении английских источников, предпринятом Э. Дженксом, было отмечено: «все договоры, направленные на шру или пари, ничтожны и недействительны.., не допускается предъявление иска или присуждение по иску...»111. Подтверждением тому служит Акт Королевы Анны 1710 г., отнесший уплату суммы проигрыша к «делу чести», ибо игорный долг не влёк правовых обязательств для проигравшего.112

Принятый в Англии в 1845 г. Акт об азартной игре113 объявил вне юрисдикции все долги, возникавшие из игры. В случае выигрыша победитель не имел возможности взыскать с проигравшего выигранную сумму денег в принудительном порядке, используя силу закона. Такие законодательные меры, коснувшиеся азартных игр, привели к тому, что во второй половине XIX в. небывалую популярность обрели пари, а букмекер стал центральной фигурой азартной жизни страны.

Массовое распространение тотализатора, никак не регламентируемое на тот момент, привлекло внимание парламентариев. Так, в 1901 г. был создан специальный комитет в палате лордов, который, изучив состояние дел в игорной сфере, установил в 1906 г. запрет на деятельность уличных букмекеров.114

Во второй половине XX века становилось все сложнее сдерживать нараставшее недовольство игрового сообщества, вызванное жесткой законодательной политикой. Возникшие в данной сфере противоречия были разрешены с принятием в 1960 г. специального Акта115, закрепившего, в отличие от ранее принятых законов, не запрет на азартные игры, а механизм их регулирования, и создавшего основу для развития легального игорного бизнеса Великобритании. Правила, закрепленные в данном нормативном акте, имели слишком упрощенный характер: во-первых, запрещалось любое преимущество в игре со стороны как игорного заведения, так и игрока, и, во-вторых, игры разрешались лишь в специальных клубах. Такой лояльный законодательный подход к регламентации игр и пари способствовал массовому распространению объектов игорного бизнеса.

В 1968 г. был принят закон «Об азартных играх»1*14, в исполнение которого был учреждён специальный орган, занимающийся лицензированием и контролем за предприятиями игорного бизнеса, - Совет по азартным шрам116 (Gaming Board), напрямую подотчётный Министерству внутренних дел. В процессе лицензирования активное участие принимали местные органы власти. В игорных заведениях были запрещены любые виды развлечений (шоу-программы, выступление артистов и т.п.). Запрещалась любая реклама казино.

Такой правовой режим действовал до сентября 2007 г., когда вступил в силу новый закон «Об азартных играх»117 (далее - Закон).

В настоящее время Закон лежит в основе правового регулирования игорного бизнеса Великобритании, вполне соответствующей требованиям современности и способствующего развитию игорного дела. Так, законом, состоящим из 18 глав (более 350 статей), предусматривается новый режим лицензирования, новые виды лицензий, а также провозглашаются три основных цели: предотвращение ухода игорного бизнеса на нелегальное положение и сращивание его с криминалом; гарантирование честной и открытой игры; защита детей и других «уязвимых персон» от втягивания в азартные игры118.

Достижение указанных в Законе целей осуществляется посредством решения особых задач, возложенных на специально созданные органы, к которым, прежде всего, относится Национальная Комиссия по азартным играм (Gambling Commission), осуществляющая, параллельно с лицензирующими органами, контроль над деятельностью по проведению азартных игр. К компетенции Комиссии относится также наложение штрафов за нарушение игорного законодательства и расследование фактов незаконного проведения азартных игр. Решения, принятые Комиссией, могут быть оспорены заинтересованными лицами в учрежденном Законом Апелляционном Трибунате по азартным играм (Gambling Appeals Tribunal).119

Новый Закон, учтя значительные технологические изменения, произошедшие в мире за последние годы в области телекоммуникаций, легализовал Интернет-игры, введя понятие «удаленные игры» (remote gambling) - азартные игры посредством Интернета, телефонии, радио или любых других видов электронных и иных технологий, обеспечивающих коммуникации. При этом Законом предусмотрено жесткое правило об установке на сайтах фильтров-программ, позволяющих установить возраст посетителя для предотвращения допуска к игре несовершеннолетних.1'19

В то же время следует указать на достаточную либеральность Закона, отменившего многие ограничения, предусмотренные ранее действовавшим законом «Об азартных играх» 1968 г. Так, например, было отменено требование открывать игорные заведения только в специализированных зонах; стала дозволенной круглосуточная работа казино; отменено правило о 24 часовой предварительной регистрации; в крупнейших казино стали допустимыми нелимитированные джек-поты и развлечения; тотализатор перестал быть запрещенным на Страстную пятницу и Рождество; получили разрешение на открытие в Великобритании казино нового типа, так называемы Суперказино (аналогичные казино Лас-Вегаса), площадью не менее 5000 кв.м., совмещенные с гостиницей, ресторанами, барами, магазинами, развлекательным центром. Суперказино, так же как и обычным казино, в первое время действия Закона предоставлено право на рекламу осуществляемой ими игорной деятельности (Закон «Об азартных играх» 1968 г. такой возможности не предусматривал).120

На основе изложенного можно сформулировать следующие выводы: Азартные игры, возникшие еще в древней культуре, с течением времени заняли в общественной жизни особую нишу, став не просто разновидностью досуга, но и сферой трудовой деятельности многих i-раждан, что обусловило необходимость законодательной регламентации данного явления. На становление и развитие института игр и пари игр во многих зарубежных государствах значительное воздействие оказало древнеримское право, в котором впервые в мировой истории были сформулированы и развиты основные правила, определявшие права и обязанности участников игр и пари, возможность их охраны и защиты, а также правовые последствия игорной деятельности.

Рецепция государствами континентальной правовой системы и системы общего права положений об играх, сформулированных римскими юристами, заложила фундамент для дальнейшего развития в данных государствах законодательной регламентации игр и пари. Главной особенностью регулирования отношений, возникавших в этой сфере практически во всех европейских государствах, является его ярко выраженный динамичный характер: на различных исторических этапах законодательный подход к регламентации игр и пари неоднократно изменялся, причем иногда в прямо противоположном направлении, в зависимости от целого ряда экономических, политических и иных факторов, обусловливавших необходимость ужесточения, либо, напротив, смягчения соответствующих законодательных мер.

Запреты и ограничения игорной деятельности, неоднократно устанавливаемые зарубежными и отечественными законодателями в различные исторические периоды, ни в одной из стран не принесли желаемых результатов. Напротив, такие запреты и ограничения, как правило, способствовали определенному увеличению распространения азартных игр, провоцируя лиц, имеющих пристрастие к азартным играм, искать не всегда законные возможности обойти устанавливаемые государством запреты, потребность обусловлена не только особым психологическим пристрастием многих граждан, но и общественными факторами - возможностью получения дополнительных средств в соответствующие бюджеты и перспективами трудоустройства лиц, занятых в этой сфере.

Законодательные запреты, как правило, приводили к прямо противоположному результату - способствовали определенному увеличению распространения азартных игр, провоцируя лиц. страдающих игорной зависимостью, искать не всегда законные возможности обойти устанавливаемые государством запреты. Анализ основных этапов развития законодательной регламентации игр и пари в большинстве европейских государств, относящихся как к романо-германской, так и к континентальной правовым системам, свидетельствуют о наличии необходимости правового признания игорной деятельности и формирования полноценного правового института игр и пари. § 3. Становление и развитие института азартных игр и пари в отечественном правопорядке.

История становления и развития института азартных игр в России имеет свою специфику. Первоначально отношения, возникающие из игр и пари, законом не регулировались. В законодательстве Древней Руси, в частности, в таких фундаментальных источниках права, как Русская Правда, Псковская и Новгородская Судные грамоты, вообще отсутствовали нормы, относящиеся к азартным играм и пари.

Самое раннее законодательное упоминание об игре содержится в Соборном Уложении 1649 года, в котором закреплено: «А которые воры на Москве и городах воруют, карты и зернью121 играют, и, проигрався, воруют, ходя по улицам людей режут и грабят, и шапки срывают, и о таких ворах на Москве и в городах и уездах чинить заказ крепкой... Да кто таких воров, изымав, в приказ приведет и в приказе таких воров расспрашивая, ...да будет про воровство их сыщется допряма..., и тем ворам чинить указ тот же, как писано выше сего о татях»122. При этом в качестве наказания за указанные действия Уложение предусматривало «бить игроков кнутом и рубить руки и пальцы»123.

Анализ приведенных положений позволяют сделать вывод о том, что уже в этот период законодатель усматривал в шрс общественный вред, так как в случае проигрыша игроки зачастую совершали поступки, носящие противоправный характер.

Политика законодательного запрета азартных игр, проводимая Алексеем Михайловичем, была продолжена Петром I. Так, указ Петра I 1696 года предписывал: «обыскивать всех, кого подозревали в желании поиграть,

и тем людям, у кого карты и зернь вынут, чинить наказание - велеть их бить

154

кнутом» .

Следующим шагом на пути абсолютного запрета игр стал Указ 1717 г., согласно которому «играть в деньга было воспрещено всем, под угрозою тройного штрафа имеющихся в игре денег»124, а «шинки, зернь, картежные игры и другие похабства, и всякие такие мерзости испровергнуть»125.

Нормативные акты, принятые в период царствования Анны Иоаниовны, также основывались на принципе абсолютного запрета организации, проведения азартных игр и участия в них. В Указе от 23 января 1733 г., было установлено: «Чтобы никто, съезжаясь в партикулярных и вольных домах, как в деньги, так и на пожитки, дворы и деревни и на людей ни в какую игру отнюдь не играл»126. В обоснование устанавливаемого запрета императрица сделала указание на то, что «игроки не только в крайнее убожество и разорение приходят, но и в самый тяжкий грех впадают и души свои в конечную погибель приводят» ,38.

Буквальное толкование приведенной нормы позволяет утверждать, что запрет устанавливался лишь в отношении тех игр, которые влекли указанные негативные последствия, следовательно, не исключалась возможность возникновения обязательств и игр, отношение к которым со стороны закона могло бы быть нейтральным.

Первая попытка отойти от принципа установления тотального законодательного запрета на все виды игр была предпринята Елизаветой I. Указ от 16 июня 1761 г. проводит дифференциацию азартных игр, впервые на законодательном уровне определяя, какие из них являются запрещенными, а какие дозволенными. В основу такого деления был положен критерий субъективного намерения игроков, то есть цель их участия в игре: «Позволяется употреблять игры в азартных дворянских домах; только ж не на большие, но на самые малые суммы денег, не для выигрыша, но единственно для препровождения времени»127. Таким образом, игра признавалась дозволенной лишь в том случае, если она проводилась преимущественно для «препровождения времени», а не для выигрыша, поскольку именно цель, преследуемая игроками, рассматривалась законодателем в качестве главной причины возможных негативных последствий.

Политику неоднозначного законодательного подхода к правовой регламентации игр продолжила Екатерина II, страстная любительница игры в карты128. Подписанный ею 8 апреля 1782 г. Устав Благочиния,6,(далее - Устав) разделил игры на разрешенные и запрещенные исключительно по цели (намерению) игроков - обогатиться или приятно провести время.

Так, в параграфе 67 Устава закреплено: «Игры домашние и игрища, поскольку в оные не входит беззаконие или противное узаконению, полиция не запрещает; в запрещенной же игре смотреть на намерение, с каким играли, и обстоятельства. Буде игра шроку служила забавою или отдохновением посреди своей семьи или со друзьями, игра не запрещена, то вины нет. Буде же игра игроку служит единственным упражнением и промыслом или дом, в коем происходила игра, открыт день и ночь для всех людей без разбора, и что тут же и от того происходит прибыток запрещенный, то о том исследовав, учинить по законам. Просьба же и иск о долге по игре да уничтожаться»129.

Особое внимание следует обратить на последнюю фразу приведенного параграфа, являющуюся первой в отечественной истории нормой, лишавшей судебной зашиты обязательства, возникавшие из игр. При этом запрет относился не ко всем обязательствам, а лишь к тем, что были прямо запрещены, следовательно, обязательства, возникавшие из разрешенных законодателем азартных игр и пари, пользовались судебной защитой наряду с другими гражданскими обязательствами.

К разрешенным играм, согласно Уставу, относились: -

игры, основанные на силе и проворстве телесном; -

игры, основанные на искусстве и случае; -

игры домашние, для отдыха в кругу семьи или друзей.

Перечень запрещенной азартной деятельности содержала статья 215 Устава, которая впервые на законодательном уровне закрепила термин «азартные игры»: -

картами, или иным чем играть в игры, основано единственно на случае или газардные; -

дом свой или нанятой открыть днем, или ночью игрокам и ради запрещенной игры; -

от запрещенной игры иметь единственное пропитание; -

купцам или ремесленникам или маклерам, быть или находиться тут при запрещенной игре, или в той игре записывать или отчет держать, или замечать чем, или способствовать игре, или для той игры носить с собой, или посылать, или в займы давать, или брать, или обещать, или инако прямо, или стороною, доставить для этой игры золото ли серебро, монетою, или в деле или ассигнациями, или медные деньги, или драгоценные каменья, в деле, или не в деле, или вещи или иной товар

какого бы звания не были, или вексель; - в игре всякой употребить мошенничество130.

За совершение указанных деяний Устав Благочиния предусматривал различные наказания. Так, в частности, за участие в запрещенной игре с игрока взыскивалась пеня в размере суточного содержания задержанного в смиренном доме, а за открытие игорного дома для проведения запрещенных законом игр с виновного взыскивалась пеня в шестикратном размере

164

суточного содержания содержанного в смирительном доме.

Относительно мягкие санкции за организацию азартных игр и участие в них, установленные Екатериной II, не могли сдерживать повсеместное распространение азартных игр, поэтому дальнейшее развитие правого регулирования общественных отношений в рассматриваемой сфере вновь характеризовалось ужесточением норм, направленных на борьбу с любителями азартных игр.

Мерам, направленным на искоренение азартных игр, много внимая уделял Александр I. Это подтверждается Указом, принятым 11 июня 1801 года, который запретил все карточные азартные игры131. Мотивацией такого решения служило следующее: «Признавая зло сие вреднейшим в своих последствиях, нежели самое открытое грабительство, коего оно есть благовидная отрасль, и, зная, сколь глубоко при малейшем попущении может оно пустить свои корни в сих скопищах разврата, где толпа бесчестных хищников, с хладнокровием обдумав разорение целых фамилий, из рук неопытного юношества или нерасчетливой алчности одним ударом исторгает достояние предков, веками службы и трудов уготованное и, ниспровергая все законы чести и человечества... Я признаю справедливым обратить всю строгость закона на сие преступление»132. Виновных, которыми признавались как участники, так и организаторы игр, император требовал «безо всякого различия мест и лиц, брать под стражу и судить»133.

На полицию возлагалась обязанность следить за тем, чтобы запрещенные игры нигде не проводились, а в случае выявления такого правонарушения требовалось выяснить все обстоятельства: установить личность участников, время, место, род и орудие игры, а так же цель, которую играющие преследовали. Если в результате проверки устанавливалось, что имела место игра запрещенная, полиция должна была действовать крайне осторожно, ибо окончательное решение мог вынести только суд, рассматривавший дело.

Такая позиция законодателя вызвала в тот момент массу возражений. О возникавших по этому поводу спорах видные цивилисты того времени сделали немало критических заметок. Так, например, Н.А. Неклюдов отмечал: «Наша доктрина справедливо указывает на то, что по русскому праву могут подлежать наказанию одни только лица, устроившие или допустившие запрещенную игру: лица, вовлеченные в игру или принявшие участие в игре, уже устроенной, не должны преследоваться в уголовном порядке»168.

Однако Николай I продолжил политику своего предшественника и так же, как и Александр I, пропагандировал необходимость всеми силами бороться «с пагубной страстью к запрещенной игре»134.

В отличие от рассмотренных выше законодательных постановлений, регламентировавших правоотношения, возникающие из азартных игр преимущественно методом запрета, Свод законов Российской Империи135 подошел к разрешению этой проблемы необычным способом. Этот нормативный акт, действовавший вплоть до Октябрьской революции, не содержал специальных норм, регулировавших отношения, непосредственно возникавшие при проведении игры и пари. Упоминание об играх содержалось лишь в двух статьях Свода (ст.ст., 2014 и 2019), непосредственно затрагивающих отношения между одной стороной такого договора и третьим лицом, возникавшие по поводу займа, предоставляемого последним в непосредственной связи с играми и пари.

Так, в ст. 2014 Свода законов закреплено: «Заем почитается ничтожным, если по судебному решению найдено будет... что он произошел по игре или произведен для игры с ведома о том заимодавца»136. Данная норма вызвала немалые трудности на практике и стала объектом активных дискуссий. Например, В.Л. Белов отмечал: «С точки зрения современной гражданско-правовой терминологии, перед нами оспоримая, но никак не ничтожная сделка».

Что касается законодательного подхода к разрешению вопроса о дифференциации игр на дозволенные и запрещенные, то большой интерес вызывает позиция Г.Ф. Шершенсвича, который отмечал: «...Свод законов говорит только о долгах по игре и для игры, а не о самой игре»137. Из смысла приведенного высказывания можно заключить, что игра и отношения, возникавшие из нее, в целом считались разрешенными, но только до тех пор, пока расплата по ней производится наличными деньгами. В том же случае, когда игра велась в долг, она была запрещена.

Определяя сущность займа по игре, следует привести указание Г.Ф. Шершеневича на то, что «заем по игре составляет, в сущности, не заем,

173

а долг по игре, платеж которого.. .составляет дело чести» .

В зависимости от цели и характера займа, Свод законов (п. 3 ст. 2014) различал два вида займа: -

заем, произведенный по игре; -

заем, произведенный для игры.

Заем, произведенный по игре, в свою очередь, включал в себя два вида займа: 1.

долг проигравшего выигравшему; 2.

действительный заем, произведенный с целью погашения долга по игре.

В обоих случаях заемное письмо признавалось безденежным, если было доказано, что займодавец знал о том, что деньги занимаются для игры.

Решением Xs 591 за 1872 год признавались недействительными заемные обязательства, «выданные по игре»138. В свою очередь, решение № 368 за 1879 год определяло, что «всякий заем, учиненный по игре, признается недействительным, хотя бы он был облечен в форму домашнего заемного письма»139.

В отношении денежных займов, произведенных для игры, действовало правило, в соответствии с которым они признавались недействительными только в тех случаях, когда займодавец в момент предоставления займа знал или должен был знать о том, что заем производится для игры. Так, статья 2019 Свода законов устанавливала: «Заем, учиненный, хотя и для игры, но при отсутствии сведений об этом у займодавца, сохраняет полную свою силу». Правительствующий Сенат своим решением № 591 за 1872 год закрепил: «Заем не почитается ничтожным только в том случае, когда он делается у третьего лица, коему не известна цель займа»140.

Данную норму Г.Ф. Шершеневич иллюстрирует примером из реальной жизненной ситуации: «Несколько лиц играли в карты и один из игроков, проигравший свыше бывшей у него суммы, занимает у другого игрока или у одного из присутствовавших при игре для продолжения игры. Это лицо не могло не знать, для какой цели совершается заем, и поэтому договор с ним, по смыслу закона, недействителен, его требование к занявшему не может иметь юридической силы. Если же, например, проигравший обязан заплатить свой долг на другой день и ввиду этого едет к своему ;ipyi*y, занимает у него деньги, не говоря о цели займа, то его обязательство имеет полную силу» 141.

Свод законов Российской Империи норм о пари и возникавших из них долгов не содержал. Однако, это не исключало возможности использования на практике этой конструкции наряду с играми. Прямые указания на этот счет содержались, в частности, в решении Сената № 157 за 1883 год: «По общему правилу, пари - это такое соглашение, которое, имея все внешние признаки договора, вызывается не действительными и серьезными потребностями жизни, а прихотью или страстью, и в котором стремление достигнуть известного результата лишь путем риска составляет

178

единственный мотив соглашения» .

С момента учреждения первых тотализаторов на скачках и показательных бегах и, соответственно, признания за ними юридической силы (1876 год) неоднократно возбуждались ходатайства о запрещении учреждения тотализаторов со ссылкой, по сути, на те же обстоятельства. Однако, несмотря на отрицательную их оценку Александром III «Тотализатор есть огромное зло и безобразие, и развращает нс только публику, но и администрацию скаковых обществ»142, решающее значение для отказа в удовлетворении возбужденных ходатайств имели опасения лишиться значительных налоговых поступлений, направляемых, главным образом, на обеспечение нужд благотворительных учреждений и, прежде всего, на строительство жилых строений для нуждающихся в жилье.

С течением времени Свод законов Российской Империи перестал отвечать социально-экономическим потребностям. Он страдал отсутствием логической системы и представлял собой «сведение в одно целое законов, изданных в продолжение столетий, без необходимого их согласования, исправления и дополнения»143. Эти обстоятельства обусловили необходимость принятия Гражданского Уложения в Российской Империи, Проект которого был подготовлен в 1882 г. Перед Редакционной комиссией стояла задача не составить абсолютно новое Уложение, а, «оставаясь на исторической почве, и, по возможности, не нарушая основных начал действующего права, лишь пересмотреть гражданские законы, то есть постановления устаревшие и несправедливые заменить такими правилами, которые соответствуют новым условиям гражданского быта и новым понятиям о справедливости, а так же восполнить пробелы и устранить противоречия»144.

Включенная в Проект Гражданского уложения, так и не успевшего стать законом, Глава XXI «Игры и пари», подобно действовавшим к тому времени Гражданским кодексам ряда зарудежньгх стран, исключала судебную защиту требований, вытекающих из игр и пари. Так, статья 2539 Проекта предусматривала: «Из игры и пари (биться об заклад) не возникает обязательств, пользующихся судебной защитой»145. Одновременно было особо предусмотрено, что «долг, происшедший по игре и пари, хотя бы и облеченный в форму долгового акта, не подлежит ни взысканию, ни зачету»146. В свою очередь, статья 2539 Проекта устанавливала одинаковые последствия обязательств, возникавших как из игры, так и из пари, исключив возможность альтернативного толкования данного вопроса.

Объясняя причину провозглашенного отказа в судебной защите обязательств, возникавших из игр и пари, составители Проекта указывали: «Чтобы требование, возникающее из договора, пользовалось защитой закона, недостаточно, чтобы договор удовлетворял только таким отрицательным условиям, как нарушение закона или доброй воли сторон. Необходимо еще, чтобы договор приводил к удовлетворению существенных потребностей не только тех лиц, которые вступают между собой в соглашение, а тем более одного из них в ущерб другому, а потребностей общества и государства; необходимо, чтобы договор делал возможным достижение общеполезных целей, а не вызывался желанием удовлетворить личную прихоть, капризы. Вот почему покровительством закона обыкновенно пользуются лишь те договоры, которые отвечают требованиям народного благосостояния»147.

Анализ положений, содержащихся в Проекте, позволяет отметить, что в тех случаях, когда игра приводила к обогащению одной стороны в ущерб другой, при отсутствии какого-либо взаимного обмена ценностями и услугами, она также считалась запрещенной. С позиции законодателя того времени «игра на деньги может иметь лишь развращающее влияние, которое значительно возросло бы, если бы суд принял под свою защиту возникающие из таких иф требования, хотя бы эти игры велись добросовестно и не были запрещены правительством. Но нс следует забывать, что при игре на деньги происходят сплошь и рядом весьма неблаговидные проделки, шулерство, вовлечение в азарт, немалую роль при этом играют вино и женщины. Возникшие при таких условиях обязательства, хотя облеченные в форму долговых актов, не могут и не должны пользоваться защитою закона, так как это было бы противно добрым нравам и деморализовало бы общество»148.

Однако, законодательный запрет, содержащийся в Проекте, распространял свое действие отнюдь не на все игры. Так, например, игры, направленные на развитие физических и умственных сил, признавались «незапрещенными играми»149. Что же касается тех игр, что служили приятному времяпрепровождению или сближению играющих, то, с позиции составителей Проекта Гражданского уложения, они считались непредосудительными, но, вместе с тем, возможность предъявления в отношении данного вида игр каких-либо требований в судебном порядке законом не предусматривалась.

Таким образом, граждане могли, безо всякого риска быть наказанными, принимать участие в тех играх, которые, хотя законодательно и не были разрешены, но вместе с тем и не запрещались.

Что же касается вопроса о долговых обязательствах, возникавших из азартных игр и пари, статья 2539 Проекта Гражданского уложения закрепляла правило о том, что «долг, происшедший по игре или пари... не подлежит ни взысканию, ни зачету».

В Проекте Гражданского уложения получил также разрешение важный вопрос, связанный с возможностью проигравшего требовать возврата уплаченных по игре денежных средств. Так, в статье 2542 было закреплено: «Добровольно уплаченный выигрыш по игре или пари может быть требуем обратно в том лишь случае, если выигравшая сторона действовала недобросовестно»150. Любопытно, что первоначальная редакция приведенной нормы выглядела иначе: «Добровольно уплаченный выигрыш по игре или пари не может быть требуем обратно». В ходе обсуждения данной редакции А.А. Книрим, являвшийся одним из членов Комиссии по составлению Проекта Гражданского уложения, указал: «Если на исход договора пари или игры имело влияние такое деяние, которое предусмотрено уголовными законами, то в этом случае право проигравшей стороны требовать возвращения проигрыша должно обеспечиваться нс одним только применением уголовных законов, но потерпевшему должно быть предоставлено искать защиты и пред гражданским судом, требуя восстановления своего имущественного права, нарушенного недобросовестным действием противной стороны»188. Вероятно, сочтя справедливым это высказывание, Комиссия приняла решение изменить формулировку статьи 2542 Проекта и изложить ее в приведенной выше редакции.

Таким образом, нормы, включенные в Проект Гражданского уложения, имели своей целью устранить имевшиеся законодательные пробелы, и, несмотря на то, что эти нормы так и не получили своей практической реализации, следует, тем не менее, отметить «достижение поставленных перед Комиссией целей, заключавшихся в изменении действующих постановлений согласно потребностям времени и восполнении недостатков законов»189.

В XIX веке карточные игры приобрели еще более широкое распространение. В трактирах, клубах и увеселительных заведениях допускались разнообразные коммерческие игры (лото, домино, бинго), а также игры с использованием тотализатора на скаковых и рысистых скачках.

По мере увеличения численности заведений, в которых официально были разрешены коммерческие игры, в клубах стали допускаться запрещенные администрацией азартные игры в карты и всевозможные механические приспособления. Наряд)' с этим существовала масса тайных игорных притонов, где главным доходом его содержателей служила продажа карт. Колода которых продавалась по 3 рубля, а игра стоила 6 рублей. Игры в

!**Там же. С. 1172.

187 Гражданское Уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения / Сост. А.А. Саатчиан / Под ред. И.М. Тютрюмова. Т. 1. Кн.5.. СПб.. 1909. С. 1172.

карты тайно велись в отдельных кабинетах, ресторанах и номерах гостиниц151.

Таким образом, в XIX веке азартные игры, несмотря на наличие запрещающих норм, были широко распространены, а устанавливаемые законодателем запреты не давали ожидаемого эффекта. Это положение крайне негативно оценивалось многими государственными деятелями. Подтверждением тому служит датированный 1889 годом доклад министра внутренних дел Императору Александру III, в котором отмечаюсь: «Это огромное зло, безобразие и развращение не только публики, но и администрации скакового общества»152.

Негативное отношение к азартным играм сохранилось и после Октябрьской революции 1917 года. Так, 24 ноября 1917 года Петроградский военно-революционный комитет постановил «закрыть все клубы и притоны, где производится шра в карты»153. Решительность большевиков, с которой они начали борьбу с азартными играми, объяснялась не только заботой о морально-нравственном облике граждан, но и тем, что в полулегальных частных клубах и тайных притонах, где осуществлялись различные игры, нередко искали заговорщиков против советской власти.

Однако, как отмечает А.И. Гуров, борьба с азартом в тот период велась все же недостаточно активно: «с ним тогда, как и со многими другими правонарушениями, не боролись, поскольку силы республики отвлекались на борьбу с контрреволюцией и бандитизмом. Оказалась пассивной и роль судов»154. Игральные карты, как и иной обнаруженный «реквизит», подлежали конфискации, изъятые деньги передавались в распоряжение местных Советов. Игорные клубы закрывались, а на их месте создавались различные учреждения. Но предпринимавшиеся репрессивные меры не привели к уничтожению азартного вектора в жизни страны. Его поклонники, преследуемые советской властью, были вынуждены переместиться на частные квартиры, в новые, нелегально открытые заведения.

Кардинальные изменения в этой сфере начались в 1921 г. «Осознав, что загнанную внутрь общества болезнь вылечить не удалось, В.И. Ленин 9 ноября подписал постановление, разрешающее продаж)' игральных карт на внутреннем рынке России. Наркомат финансов должен был в течение 48 часов установить цену на этот вид товара»155. Однако, никакие дальнейшие действия предприняты не были. Так, не получили возрождения общественные собрания, по-прежнему была запрещена деятельность игорных домов. Однако, в постановлении Совета народных Комисаров № 651 от 11 августа 1922 года «О разрешении частных заведений с неазартными шрами»156 разрешилось открытие заведений для платной игры в неазартные игры в каждом особом случае с разрешения губернского и уездного управления. Данным постановлением была установлена дифференциация дозволенных в тот период игр, которые делились на неазартные (кегли, бильярд и т.п.) и игры для физических развлечений (качели, карусель и т.п.). При этом па открытие заведений для организации и проведения карточных игр и лото был установлен запрет.

8 мая 1928 года СНК СССР принял постановление, в котором было предписано всем Совнаркомам союзных республик «принять меры к немедленному закрытию всех заведений для игр в карты, рулетку, лото и других азартных игр»157.

В этот период, как свидетельствует анализ литературных источников, в России азартные игры и пари в общественных местах встречались довольно редко, объяснением чему является карательно-репрессивная политика, проводимая государством. Однако, активное стремление законодателя, органов власти и управления искоренить проявления азарта с течением времени привело лишь к новым его вспышкам, относящимся к периоду 1960- х годов, когда стремительно распространялись не только игры и пари, но сопровождавшее их игорное мошенничество.

Стремясь подавить данное негативное социальное явление, законодатель впервые за весь советский период закрепил нормы, непосредственно направленные на борьбу с организаторами азартных игр. Таким актом явился Уголовный кодекс РСФСР 1960 года158, действовавший до вступления в законную силу Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 года159, который, в свою очередь, легализовал азартные игры и, тем самым, их декриминализировал.

Так, статья 208 УК РСФСР в отношении лиц - организаторов азартных игр (карты, наперсток, рулетку и т.п.) на деньги, вещи и иные ценности, к которым в течение года применялись меры административно-правового характера за аналогичное правонарушение, предусматривала, во-первых, лишение свободы на срок до одного года; во-вторых, исправительные работы на срок до двух лет; в-третьих, штраф до десяти минимальных размеров оплаты труда, как с конфискацией имущества, так и без таковой. В тех случаях, когда указанные действия совершались лицом, ранее судимым за обозначенные преступления, предусматривалось более суровое наказание - лишение свободы на срок до трех лет с конфискацией имущества. Статьей 210 УК РСФСР предусматривалась ответственность за вовлечение несовершеннолетних в занятие азартными играми, а статья 226 кодекса устанавливала меры ответственности за содержание игорных притонов.

Таким образом, Уголовный кодекс РСФСР 1960 года устанавливал ответственность за организацию, вовлечение в игру, содержание игорных притонов, т.е. предусматривал конкретные меры борьбы именно с организаторами, не упоминая об ответственности игроков непосредственных участников игр, откликнувшихся на «оферту». Такой законодательный подход, как представляется, с одной стороны, свидетельствует о некотором смягчении карательно-репрессивной политики государства, но, с другой, изначально снижал эффективность мер, направленных на борьбу с азартом, которые не могли достичь желаемого результата без установления мер ответственности в отношении не только организаторов, но и непосредственных участников азартных игр.

Ввиду негативного отношения органов власти к азарту, нашедшего свое отражение в нормах Уголовного кодекса РСФСР, азартные игры, как это уже не раз случалось на протяжении истории их существования, были переведены на нелегальное положение. На протяжении 1960-1970 гг. создавались подпольные игорные дома, в которых проводились карточные игры, где зачастую имело место шулерство, а иногда и открытый грабеж игроков.

Из мелких, менее доходных видов игорной деятельности наиболее широкое распространение получила игра в карты в поездах. Обычно двое картежников - профессионалов, пользуясь специальными приемами, основанными на знании психологии, выбирали в поезде жертву. Предлагая поиграть в несложные игры, вначале давали немного выжрать, а, затем, после предложения повысить ставки в игре, дабы дать возможность отыграться проигравшим, без особых усилий обыгрывали жертву.

В начале 1980-х годов по всей стране широко распространилась игра в наперстки. Она оказалась значительно проще и доходнее карточной игры. «Играющий раскатывал на гладкой поверхности шарик тремя стаканчиками, останавливался в положении, когда шарик оказывался под одним из стаканчиков, и окружающим, за денежное вознаграждение, предлагалось угадать, под каким из стаканчиков лежит шарик. Далее события разворачивались по известному сценарию. Весь секрет этой игры заключался в том, что шарик изготавливался из эластичного материала (в основном из паралона), и катающий, в нужный ему момент, мог с легкостью спрятать шарик в своей руке»160.

Одной из причин, способствовавших в тот период развитию азарта в общественных местах, являлось отсутствие конкретных норм, прежде всего, административно-правового характера, предусматривавших ответственность игроков. Так, принятый в 1984 году Кодекс РСФСР об административных правонарушениях161 (далее КоАП РСФСР) не предусматривал административную ответственность за азартные игры, и только в 1986 году Указом Президиума Верховного Совета162 в КоАП РСФСР была введена статья 1641 «Азартные игры», которая за участие в азартных играх (карты, рулетку, «наперсток» и др.,) на деньги, вещи и иные ценности, а равно принятие ставок частными лицами на спортивных и иных состязаниях, предусматривала предупреждение или наложение штрафа в размере от 5 до 10 рублей с конфискацией игральных принадлежностей, а также денег, вещей и иных ценностей, являвшихся ставкой в игре или без таковой. За те же действия, совершенные лицом, которое в течение года подвергалось административному взысканию за одно из указанных в данной статье нарушений, предусматривалось наложение штрафа в размере от 50 до 300 рублей с конфискацией игральных принадлежностей, а также денег, вещей и иных ценностей, независимо от того, являлись ли они ставкой в игре или нет. За организацию азартных игр комментируемая статья устанавливав самое строгое наказание - штраф до 500 рублей, с конфискацией игральных принадлежностей, денег, вещей и иных ценностей, являвшихся ставкой в игре.

Помимо ранее действовавших Уголовного кодекса РСФСР и Кодекса РСФСР об административных правонарушениях, упоминание об азартных играх содержалось также в актах уголовно-исполнительного законодательства. В частности, запрет на организацию и проведение азартных игр предусматривался § 3 «Основные права и обязанности осужденных в исправительных учреждениях» Правил внутреннего трудового распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста РФ от 30 ноября 2005 г. № 205163, положения которого устанавливали для

203

осужденных запрет на игры с целью извлечения материальной и инои выгоды.

Отношения, связанные с организацией и проведением азартных игр и пари, вновь попали в сферу гражданско-правового регулирования на уровне закона благодаря включению соответствующих норм в главу 58 Гражданского кодекса Российской Федерации, получившую название «Проведение игр и пари» и состоящую из двух статей - 1062 «Требования, связанные с организацией игр и пари и участием в них» и статьи 1063 «Проведение лотерей, тотализаторов и иных игр государством и муниципальными образованиями или по их разрешению».

Анализируя положения, закрепленные в них, можно прийти к выводу о том, что современный гражданский закон не обеспечивает защиты ни организаторам, ни участникам игр, к ним нельзя предъявить исковые требования и обратиться в суд с требованием о защите. Вместе с тем, Кодекс предусмотрел два исключения из закрепленног о положения.

Во-первых, нарушенные права можно восстановить с помощью судебной защиты в случае проведения игры Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями или лицами, получившими от уполномоченного государственного или муниципального органа разрешения (лицензии).

Второе исключение относится к случаям, когда участник игры действовал под влиянием обмана, насилия, yi-розы или злонамеренного соглашения представителя с организатором игр и пари и в связи этим понес ущерб.

На основании проведенного историко-правового исследования отмечается неустойчивость и противоречивость позиции отечественного законодателя в сфере правового регулирования отношений, связанных с играми и пари.

Жесткая позиция законодателя в XVII в. по вопросу регламентации азартных игр и пари, выражавшаяся в полном запрете любого вида игорной деятельности, в XVIII в. была несколько смягчена, в результате чего получили разрешение игры, проводимые с целью времяпрепровождения. Тогда же, впервые в отечественной истории, было легально закреплено понятие «азартные игры», а обязательства, возникавшие из дозволенных игр, получили не предусматривавшуюся ранее возможность судебной защиты. Однако, такое положение просуществовало недолго, и уже в начале XIX в. законодатель вновь занял позицию запрета игровой деятельности и уголовного преследования организаторов и участников данной сферы.

Законодательные представления о регулировании азартных игр и пари, получившие свое закрепление в Своде Законов Российской Империи, отличаются от ранее действовавших актов отсутствием четкой законотворческой позиции по вопросу дозволения или запрета азартных игр и пари. Во второй половине XIX в. (тогда же получил правовое закрепление и термин «пари») в процесс регулирования игр и пари была внесена определенная ясность путем закрепления в Проекте Гражданского Уложения Российской Империи правил, предусматривавших возможность проведения игр, направленных на развитие умственных, физических сил, а также игр, служащих приятному времяпрепровождению, не предоставлявших, однако, судебной защиты требований, возникавших из таких действий.

В советский период отношение к азартным играм и пари было резко негативным, за исключением игр, служивших для физических развлечений, а также игр, признававшихся неазартными (кегли, бильярд и т.п.). Предусматривая различные карательные меры имущественного характера (конфискация реквизита, закрытие игорных клубов), законодатель, постепенно ужесточая ответственность, закрепил в УК РСФСР 1960 г. различные меры уголовно-правового характера в отношении организаторов азартных игр. В дальнейшем в КоЛП РСФСР 1986 г. была предусмотрена возможность привлечения к ответственности за участие в азартных играх.

Отношения, связанные с организацией и проведением азартных игр и пари, вновь попали в сферу гражданско-правового регулирования на уровне закона благодаря включению соответствующих норм в главу 58 Гражданского кодекса Российской Федерации, получившую название «Проведение nip и пари» и состоящую из двух статей - 1062 «Требования, связанные с организацией игр и пари и участием в них» и статьи 1063 «Проведение лотерей, тотализаторов и иных игр государством и муниципальными образованиями или по их разрешению».

<< | >>
Источник: РОМАНОВА Ирина Николаевна. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПО ОРГАНИЗАЦИИ И ПРОВЕДЕНИЮ АЗАРТНЫХ ИГР И ПАРИ: ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ И НОВЫЙ ПРАВОВОЙ РЕЖИМ / Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2008

Еще по теме § 2. История развития правовой регламентации азартных игр и пари в зарубежном законодательстве*:

  1. Степень научной разработанности темы исследования.
  2. § 2. История развития правовой регламентации азартных игр и пари в зарубежном законодательстве*
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -