§ 2. Формирование станичного суда

Судебные функции на местном уровне отправлялись орга­нами станичной власти, которые состояли из станичного атамана (председателя), выборных стариков в количестве от двух до десяти (заседателей) и есаула (пристава), собиравшихся в станичной (ста­новой) избе, а также станичников (присяжных), созываемых в ка­зачий круг.

чительной, и в основном он следил за правопорядком среди мест­ных казаков и несением ими внутренней полицейской, конвойной или почтовой службы, давал «отзыв» (характеристику) казаку, на основе которого сыскные начальства выдавали «удостовере­ния», использовавшиеся при отдачи лица под суд, рассмотрении ходатайства об отпуске, награждении или отставке^[20]. Кроме того, атаман организовывал задержание подозреваемых, председатель­ствовал в станичном круге и при оглашении местному казачеству приговоров стариков. Поэтому даже появилось выражение, что атаман не может сам сделать и доклада по делу^[21], и если местные казаки не соглашались с вынесенным станичными стариками при­говором, то судебное разбирательство приобретало всенародный характер, но окончательное решение оставалось за толпою.

«Сбор происходил по закличке около станичной избы. Закличка делалась так: по улицам ходил есаул и. кричал: “Ата­маны-молодцы, вся честная станица Курмояровская! Сходитесь на беседу ради станичного дела! А кто не придет, тому станичный приговор - осьмуха! (третник ведра водки)”. Когда казаки собе­рутся, к ним выходил станичный атаман с есаулом и. вызывали обвиняемого в каком-либо проступке... “Вот честная станица! - го­ворил атаман, - старики присудили наказать его плетями за то-то! Как прикажете? Простить ли его или выстегать?”»^[22] Рассмотрение дела осуществлялось всеми наличными казаками в становой избе, и на сборе обычно всегда было шумно, так как каждый стремился высказать свое мнение.

его решения^[23]. После его вынесения обжалование приговоров осу­ществлялось в «Главном войске», но это делалось не так часто.

Между тем на основе ордера Григория Потемкина от 07.05.1775 в юртах Войска Донского были учреждены «станичные правления» в составе атамана и выборных стариков^[24], а утверж­дение вынесенных решений в казачьем круге уже не требовалось, и они могли приводиться в исполнение без всенародного объяв­ления. Станичный атаман в случае совершения преступления на территории станицы или ее юрта, не дожидаясь приезда сыскного начальника, проводил «словесный розыск» и осуществлял задер­жание подозреваемых. В распоряжении станичного атамана для охраны правопорядка находился есаул и казачья команда, исполь­зуемая для дежурства в правлении.

В конце XVIII века при становых избах стали повсеместно появляться станичные писари, подчинявшиеся местному атаману, что создавало условия постепенного перехода к формализованно­му судопроизводству. «Должность станичного писаря состояла в прочтении войсковой опасной грамоты. и другого какого пове­ленья, коих не списывали, а прочитав, отправляли в другие стани­цы. Копии с повелений начали списывать с 1783 г. Суд станич­ный также не записывался. Даже приговорная станичная книга была заведена только с 1795 г.»^[25] Анализируя состояние делопроиз­водства, в официальной переписке отмечалось, что «.книги сде­ланы тетрадями в четверть листа, а прочие хотя и на целых ли­стах, но все сшиты беспорядочно и притом без шнура и печати, и никем по листам не закреплены. Из числа употребляемого расхода во многих статьях не пояснено, для кого именно последовали дан­ные издержки, а в других не означено оным ни месяца, ни числа, да и записывается расход с некоторых станицах первоначально на

разных малых клочках, а потом вводятся книги, пропустя доволь­ное после того время, и хранятся сии книги у себя дома, а у иных станиц те книги не с начала нового года, а со вступления каждо­го атамана в должность.

Между тем после Есауловского бунта 1792-1794 годов наказ­ным атаманом Андреем Мартыновым по требованию князя Алек­сея Щербатова, участника подавления восстания и председателя специально созданной следственной комиссии, размещавшейся в Димитри евской крепости, в 1794 году было издано «Наставле­ние. для станичного правления». В «неспокойных поселениях» образованы «станичные начальства», члены которых назначались войсковым атаманом и при подготовке решений никогда не апел­лировали к мнению местного казачества, не созывая его для выслу­шивания оного и голосования, таким образом выполняя приказа­

ния вышестоящего начальства как подчиненные ему должностные лица^[27]. Сам же станичный суд включал атамана, двух выборных стариков (станичных судей) и двух их помощников, определенных Андреем Мартыновым. Впрочем, в особых случаях ограничения самоуправления временно вводились еще при атаманах Ефремо­вых.

Однако чрезвычайные меры продержались недолго и были отменены войсковым атаманом Василием Орловым. В «Наказе станичным правлениям» от 17.08.1797 предусматривалось упразд­нение «станичных начальств» и восстановление выборных «ста­ничных правлений» по типу созданных в 1775 году Григорием По- темкиным^[28]. Станичники, избрав атамана, обязывались подавать сыскному начальнику проекты заключений о его годности для утверждения войсковым атаманом. Кроме того, в Наказе опреде­лялось доскональное и незамедлительное выполнение местным начальством поступающих приказаний, а обычным донцам следо­вало знать древний обычай уважения всех старших и почтенных^[29].

Предлагалось выбирать предводителей казачьих обществ из числа инициативных и «добрых в поведении людей. Ради пособия им во всегдашних словесных судопроизводствах выбирать из сте­пенных стариков, которые прежде именовались подписными, че­тырех человек или более. Обязанность атамана и стариков состоя­ла в немедленном исполнении распоряжений сыскных начальств, в словестном разбирательстве всяких спорных дел. Все тяжебные дела на сумму не свыше 50 рублей могли быть решаемы на станич­ном сборе. Недовольные решением, станицы могли переносить свои дела в сыскное начальство. Станичные атаманы и старики могли судить уличенных в разных преступлениях, особенно в ма­лых воровствах»^[30]. Сами же старики были обязаны мирить ссо­

рящихся, по делам публичного характера брали штрафы напоем, объявляли на станичном круге виновных в преступлениях и ожи­дали общественного приговора (казни или помилования), а также знали очереди станичников в нарядах на службу и на обществен­ные работы, а также давали «сказки об отставке»^[31].

Соответствующие изменения были утверждены сенатским указом от 06.11.1797^[32], восстановлен станичный суд, существо­вавший до 1775 года и состоявший из «общего станичного сбора казаков» и «станичного правления». Дела, рассматриваемые на «станичном круге», откладывались до наступления праздничных дней и общего сбора местного казачества, а «станичные прав­ления» (атаман, старики и писарь) вершили суд в любое время. Вопросы, превышающие власть атамана, решались на собрании общины, а дела, превышающие ее власть, отсылались в сыскное начальство^[33].