Право и правосудие как парные правовые категории

Вместе с тем, с позиции научно обоснованной концепции интег­ративного правопонимання, во-первых, право и закон (законода­тельство) не различаются и не соотносятся как «разные феноме­ны и понятия». Право является родовым понятием, включающим в себя в том числе и закон. Как представляется, право в целом прежде всего выражается в принципах и нормах права, содержа­щихся в единой, развивающейся и многоуровневой системе форм национального и (или) международного права, реализующихся в государстве. Отсюда теоретически дискуссионно как ограничи­вать «право» «законом», так и «размывать» право неправом, относя к праву не только собственно элементы системы нрава, но и иные разнородные неправовые элементы, в том числе справедливость.

«Закон», «законодательство», а точнее национальные правовые акты — лишь одна из внешних форм и только российского права. Соотноситься между собой могут лишь исключительно однород­ные явления, в частности, различные формы международного и внутригосударственного права, например, международные до­говоры и федеральные законы (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ). При таком теоретическом подходе, во-вторых, представляется, по мень­шей мере, дискуссионным вывод о приоритете права перед зако­ном. Думаю, действительный приоритет имеют лишь принципы и нормы права, содержащиеся в одних формах права, перед прин­ципами и нормами нрава, установленными в других формах права, например, специальные принципы и нормы права, выработанные в международных договорах, перед специальными принципами п нормами права, содержащимися в национальных законах (ч.

В-третьих, с позиции научно обоснованной концепции интегра­тивного понимания права дискуссионным представляется также и само понятие «правової! закон». По существу, «закон» являет­ся одним из видов национальных правовых актов, которые в свою очередь являются только одной нз форм российского права, т. с. соотносятся как частное и общее, а не как «разные феномены и по­нятия». Другое дело, что далеко не все специальные принципы н нормы права, установленные в «законодательстве» («законе»), соответствуют основополагающим (общим) и (или) специальным внутригосударственным принципам и нормам права, содержащим*

ся, например, в Конституции РФ и (или) международных догово­рах.

Думаю, аналогичные возражения возможно приводить и в от­ношении понятия «верховенство нрава». Как правило, если гово­рить обобщённо, под этим понятием многочисленные зарубежные и российские авторы, исходя из юридического позитивизма или с позиции научно дискуссионных и разнообразных концепций ин­тегративного правопонимания, понимают «верховенство права» как верховенство «права» над «властью», «государством» или «за­коном». «законодательством». Такие широко распространенные взгляды научных и практических работников являются теоретиче­ски спорными и весьма неопределёнными, а практически неэффек­тивными и контрпродуктивными. Во-первых, понятие «власть» в юридической литературе традиционно рассматривается безмерно широко и неопределённо. Во-вторых, полагаю, соотносить между собой возможно лишь однородные правовые явления. Однако пра­вовые категории «право», «власть» и «государство» — разнород­ные правовые явления. В-третьих, «закон» — только один из видов национальных правовых актов, которые в свою очередь возможно рассматривать в качестве лишь одной нз внешних форм права в це­лом. При таком подходе закон — только часть целого, права.

Если право в соответствии с научно обоснованной концепци­ей интегративного нравононимания является родовым понятием, то оно объективно находит своё внешнее выражение не только в нормах права, выработанных в «законах», «законодательстве», а точнее в национальных правовых актах, ио также в принципах и нормах нрава, содержащихся в других внешних формах как наци­онального.

Термин «закон» также с позиции юридического позитивиз­ма, как в международном, так и в российском нраве нередко ото­

ждествляется с понятием «право». Например, в ст. 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. записано: «Право каждого лица на жизнь охраняется законом». В части 1 ст. 120 Конституции РФ установлено: «Судьи независи­мы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону». В этой связи возникают, как минимум, два вопроса. Первый: почему судьи «подчиняются», если в соответ­ствии с общей теорией права судьи «применяют» принципы и нор­мы права? Второй: почему «подчиняются» только «Конституции Российской Федерации и федеральному закону», т. е. принципам и нормам права, содержащимся лишь в национальных правовых актах? Очевидно, что принципы и нормы права, которые должны применяться судьями, содержатся также и в иных формах не толь­ко российского, но и международного права.

В то же время нередко в судебных актах возможно встретить следующую фразу: «в иске отказать по причине отсутствия осно­ваний в российском законодательстве». В то же время принципы и нормы нрава с позиции научно обоснованной концепции ин­тегративного правопоиимания содержатся не только в «россий­ском законодательстве», а точнее, в национальных правовых ак­тах, но также и в других формах как внутригосударственного, так и международного права, например, в Конституции РФ и в меж­дународных договорах. В конечном результате такие судебные акты как правило отменяются и дела направляются на новое рас­смотрение.

Например, Храбровой было отказано в вызове в суд свидете­лей. а в последующем и в иске о восстановлении на работе. В то же время 2 октября 2012 г. первая секция Европейского суда по пра­вам человека приняла постановление по делу «Храбровой против России», вступившее в силу 11 февраля 2013 г., в соответствии с которым «равенство сторон подразумевает, что каждой из сто­рон предусматривается адекватная возможность представлять свои интересы по делу, включая доказательства»’. Другой пример: Пугиева была уволена с государственной гражданской службы за прогул. В иске о восстановлении на работе ей было отказано ие-

' Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012. № 6 С. 46

смотря на то, что она на момент увольнения была беременной. От­казывая в иске, суд сослался на отсутствие оснований для восста­новления на работе в «законодательстве о гражданской службе». Конституционный Суд РФ в Постановлении от Об. 12.2012 №31-11 пришел к иному выводу: такое толкование права не соответствует Конституции РФ.

Научно дискуссионные и разнообразные концепции интегра­тивного правопонимання характеризуются объединением в единой системе нрава как принципов и норм нрава, содержащихся в фор­мах национального п (или) международного права, так и неправа в самых различных его видах, например, морали, судебных пре­цедентов. индивидуальных договоров, «правовых позиций» судов и т. д. Так, согласно п. 5 ч. 3 ст. 311 ЛИК РФ «новыми обстоятель­ствами» — основаниями пересмотра судебных актов в том числе являются «определение либо изменение в постановлении Плену­ма Верховного Суда Российской Федерации или в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации...» указа- ния...«иа возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в силу данного обстоятельства».

Наконец, научно обоснованная концепция интегративного пра- вопонимания основывается на объединении только права и права, прежде всего принципов и норм нрава, содержащихся в единой, развивающейся и многоуровневой системе форм национального и (или) международного права, реализующихся в государстве. На­пример. согласно ч. 1 ст. 17 Конституции России «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы чело­века и гражданина согласно общепризнанным принципам и нор­мам международного права и в соответствии с настоящей Кон­ституцией» (выделено мной. В. Е.).

Подводя итог краткому анализу правовой категории «право» с позиции юридического позитивизма, научно обоснованной, а так­же научно дискуссионных н разнообразных концепций интегра­тивного правопонимання, возможно сделать следующие выводы.

Право с позиции юридического позитивизма теоретически ди­скуссионно ограничивается прежде всего только нормами права,

¹ См.: Ершов В.В. Правовое н индивидуальное регулирование общественных от­ношений как парные категории//Российское правосудие. 2013 № 4 С. 4-23.

установленными в «законах», «законодательстве», а точнее в наци­ональных правовых актах. В результате неприменения на практи­ке основополагающих (общих) и специальных принципов, а также норм права, содержащихся в иных формах национального и (или) международного нрава, могут быть нарушены права и правовые ин­тересы физических и юридических лиц.

Научно дискуссионные и разнообразные концепции интегратив­ного правопонимания. сводящиеся к смешению либо отождествле­нию нрава и неправа, как правило, приводят к длительному рассмо­трению споров в судах, разнообразной и противоречивой судебной практике, нарушению прав и правовых интересов физических и юридических лиц.

Научно обоснованная концепция интегративного правопонима­ния сводится к ограничению «права» прежде всего основополага­ющими (общими) и специальными принципами, а также нормами права, содержащимися в единой, развивающейся и многоуровне­вой системе форм национального и (или) международного права, реализующимися в государстве. Как представляется, с позиции научно обоснованной концепции интегративного правопонимания право в большей степени становится определенным и может обес­печивать более эффективную защиту нрав и правовых интересов физических и юридических лиц. стабильную, своевременную и не­противоречивую судебную практику. Необходимо подчеркнуть: научно обоснованная концепция интегративного нравононимания синтезирует ие все типы правопонимания. а лишь те. которые про­верены объективной и длительной правореализационной и право­творческой практикой’.

Правосудие, как и любое иное правовое явление в юридиче­ской литературе, как правило, прежде всего исследуется с позиций юридического позитивизма либо научно дискуссионных и разно­образных концепций интегративного правопонимания. Напри­мер. в энциклопедическом словаре «правосудие» в самом общем виде определяется как формы (вид) государственной деятельное-

¹ Подробнее см., например: Ершов В.В. Международное и ннутригосударсгвен- ное право с позиции легизма и интегративного понимания нрава // Российское правосудие. 2011. N? 8. С. 5-26; Он же. Российское правое позиций легизма и итег- ративного понимания права // Российское правосудие 2011. № 10. С. 5-22.

ти но рассмотрению и разрешению дел судами’. Авторы Большой юридической энциклопедии, также относящие правосудие к виду государственной деятельности, выделяют несколько дополни­тельных признаков, присущих правосудию^{[737] [738]. Поскольку судебная власть относится к органам государственной власти, постольку В.М. Лебедев справедливо подчеркивает: «...правосудие должно рассматриваться как особый вид государственной деятельности, содержанием которой является рассмотрение и разрешение судами различных социальных конфликтов, связанных с действительным пли предполагаемым нарушением норм права»[739] [740].}

Анализируя проблемы рассмотрения гражданских дел. Г.А. Жи­лин предложил следующее понятие «правосудия»: «это деятель­ность судов общей и арбитражной юрисдикции по рассмотрению и разрешению отнесенных к их ведению гражданских дел, осу­ществляемая в соответствии с порядком, установленным нормами гражданского и арбитражного процессуального права, и обеспе­чивающая защиту прав, свобод и законных интересов участников гражданского оборота»¹. К сожалению, в данном определении правосудия, выработанном с позиции юридического позитивиз­ма, делается акцент лишь на деятельности, осуществляемой в со­ответствии с порядком, установленным нормами гражданского и арбитражного процессуального нрава и ничего не говорится о применяемых в процессе правосудия принципах и нормах права, содержащихся в иных формах национального и (или) международ­ного права.

А.Д. Бойков также с позиции юридического позитивизма опре­делял правосудие как осуществляемую судом в специальной про­цессуальной форме деятельность путём рассмотрения в судеб­ных заседаниях уголовных дел с вынесением общеобязательного,

обеспеченного государственным принуждением решения (акта правосудия)’. По существу, аналогичную позицию разделяют и многие другие авторы. Например, по мнению Н.Л. Граната, «содержание правосудия образуют деятельность суда по рассмо­трению споров о праве, разбирательство дел ... с использованием особой процессуальной формы»^{[741] [742]. А.Т. Боннер считает, что «право­судием ... является рассмотрение и разрешение судами в установ­ленном законом процессуальном порядке конкретных судебных дел с вынесением но ним законных, обоснованных и справедливых су­дебных постановлений»[743]. М.К. Треушников пишет: «Правосудие специальный вид государственной деятельности и осуществляется только судьями, наделёнными полномочиями в установленном за­коном порядке, и в строго процессуальной форме, установленной процессуальным законом»[744].}

Традиция рассмотрения права и правосудия с позиции науч­но дискуссионных и разнообразных концепций интегративного правопонимання существует уже многие столетия. Так, извест­ный римский юрист Цельс полагал: «Право есть искусство добра и справедливости»^[745]. Другой знаменитый римский юрист Ульпиан писал: «Изучающему право надо, прежде всего, узнать, откуда про­исходит слово jus; оно получило своё название OTjustitia (правда), справедливость»^{[746] [747]. В этой связи И.М. Байкин также пришёл, ду­маю, к дискуссионному выводу: «если рассматривать этимологию слов «право» и «судне», то получается, судить ио нраву, а значит, по справедливости»11.}

Данную позицию разделяют многие другие научные и практи­ческие работники, исходя из научно дискуссионных и разнообраз­ных концепций интегративного правопонимання, включающих

в право как собственно право, так и неправо, отождествляющих правосудие со справедливостью. Например. Н.М. Байкину пред­ставляется «правильным» мнение Л.В. Титовой о том, что пра­восудие в его подлинном смысле имеет место тогда, когда суд правильно выяснил все существенные для данного дела обстоя­тельства и безошибочно применил закон, приняв на этой основе справедливое решение* (выделено мной. - В. Е.). М.Л. Фокина высказывает ещё более категоричное и потому спорное мнение: «справедливость и правосудие — слова-синонимы. Справедли­вость в области гражданского судопроизводства является со­ставной частью социальной справедливости. Она является це­лью, принципом, движущей силой гражданско-процессуальной деятельности»^{[748] [749].}

Вместе с тем, данный вывод, выработанный с позиции научно дискуссионных и разнообразных концепций интегративного пра- вопонимания, представляется теоретически неубедительным, по­скольку при подобном подходе право по существу отождествляется с одним из видов неправа — справедливостью, Вместе с тем. являю­щейся, возможно, важнейшим регулятором общественных отноше­ний. Однако справедливость — регулятор моральный, но не право­вой. Кроме того, с точки зрения буквального толкования понятия «правосудие» («право» и «судне») все-таки «правосудие» означает «судить» не по справедливости, а по праву. Характерно, что в ре­зультате своих размышлений в дальиеіішем Н.М. Байкин пришел к весьма противоречивому выводу: «Под правосудием понимается осуществляемая на основании закона, принципах права (правовых аксиомах) судами деятельность по установлению справедливо­сти...»^[750]. Во-первых, с позиции научно обоснованной концепции ин­тегративного иравоионимания право, реализуемое в России, не ог­раничивается только законом. Во-вторых, принципы права спорно отождествлять с правовыми аксиомами даже с этимологической точки зрения. В-третьих, принципы права н правовые аксиомы имеют различную природу и не могут рассматриваться как пра-

вовне явления, совпадающие полностью или частично'. Отсюда возможно сделать вывод: понятие «правосудие» с позиции научно дискуссионных и разнообразных концепций интегративного пра­вопонимания как «рассмотрение, разрешение споров по справед­ливости» является теоретически дискуссионным, а практически КО 11Т Р11 род у КТ11 в н ы м.

В то же время понятие «правосудие» с позиции юридического позитивизма как «закопосуднс» также является теоретически спор­ным, поскольку право с позиции данного типа правопонимания прежде всего ограничивается только «законом», «законодательст­вом». Так, Т.В. Кашанпна и Л.В. Кашанин пришли к характерно­му выводу о том, что «правосудие — это осуществляемая в уста­новленном законом особом процессуальном порядке деятельность суда по разбирательству в судебных заседаниях при участии сто­рон гражданских и уголовных дел и их справедливому разрешению на основе закона (выделено мной. — В. Е.), направленная на защи­ту личности, сё прав и свобод, интересов общества от правонару­шителей, укрепление законности и правопорядка»-. В этой связи возникает риторический вопрос: должно ли правосудие быть также «основано» на Конституции РФ и международном праве? Думаю, ответ очевидный: безусловно, должно! Но термины «закон» н «за­конодательство» не тождественны терминам «Конституция РФ» и «международное право».

Термин «правосудие» весьма активно используется и в россий­ских правовых актах, например, в ч. 1 ст. 118 Конституции РФ, согласно которой «правосудие в Российской Федерации осуществ­ляется только судом», ст. 1 АПК РФ «Осуществление правосудия арбитражными судами» и ст. 5 ГПК РФ «Осуществление правосу­дия только судами». Однако, к сожалению, в данных нормах права содержание и сущность правосудия нс раскрыты. Статья 18 Кон­ституции РФ определила только цель правосудия — защита прав н свобод человека и гражданина. В то же время Конституция РФ, во-первых, не отвечает на вопрос: защита прав и свобод каждого

¹ См., например: Ершов В.В. Юридическая природа общих и гражданско-право­вых принципов: Дисс.. .канд. юрид. наук. М.. 2009. С. 52-82.

²Каманина ТВ . Каманин А.В. Основы россиііского нрава: Учебник. М.. 2000. С. 172.

человека п гражданина? Во-вторых, как данная, так и другие ста­тьи Конституции РФ не дают необходимого и полноценного ответа о всех формах национального и (нли) международного права, в со­ответствии с которыми возможно достижение данной цели.

В связи с изложенными теоретическими и правовыми аргумен­тами, учитывая буквальное толкование понятия «правосудие», «право» и «судне», исходя из научно обоснованной концепции ин­тегративного правопонимання, думаю, правосудие возможно более обосновано рассматривать как особый вид государственной дея­тельности. сущность которой состоит в рассмотрении и разрешении судами дел в соответствии прежде всего с принципами и нормами права, содержащимися в единой, развивающейся и многоуровне­вой системе форм национального и (или) международного права, реализующимися в государстве, с цслыо защиты нарушенных или оспоренных прав, свобод и правовых интересов лиц, как участвую­щих, так и не участвующих в данном споре.

Как представляется, такое понимание правосудия позволит, во-первых, подчеркнуть, что «правосудие» осуществляется только судом — специализированным органом государственной власти. Во-вторых, установить, что сущность «правосудия» состоит в рас­смотрении и разрешении лишь споров, а не дел. в которых ответ­чик не оспаривает свои обязанности, а лишь уклоняется от их ис­полнения. В-третьих, «нравом» при рассмотрении и разрешении споров является не только «закон», «законодательство», а «право» в целом, которое выражается прежде всего в принципах и нормах права, содержащихся в единой, развивающейся и многоуровневой системе форм национального и (или) международного нрава, реа­лизующихся в государстве. В-четвертых, цель правосудия состоит в защите не только нарушенных прав и свобод, но также и право­вых интересов (а нс только «законных интересов», т. е. интересов, предусмотренных законом). При таком теоретическом подходе подчёркивается: «просто» «интересы» лиц. не основанные на праве в целом (в том числе и на законе), судебной защите не подлежат. Суд должен защищать лишь интересы, основанные на праве, т. е. правовые интересы. В-пятых, суд должен защищать нарушенные или оспоренные права, свободы и правовые интересы не только лиц, участвующих в деле, но также и лиц, не участвовавших в деле,

поскольку нередко лица, чьи права, свободы или правовые интере­сы нарушены или оспорены, но каким-либо причинам не участву­ют в процессе рассмотрения дела, например, в суде первой инстан­ции. Однако в последующем эти лица намерены защищать свои нарушенные или оспоренные нрава, свободы и правовые интересы в вышестоящих судебных инстанциях.

Таким образом, на основе изложенных теоретических, правовых и практических аргументов, думаю, возможно сделать следующие итоговые выводы.

С одной стороны, анализ категорий «право» и «правосудие» с позиций юридического позитивизма, а также научно дискуссион­ных и разнообразных концепций интегративного правопоиимания представляется теоретически спорным, а практически контрпро­дуктивным. В конечном результате такие научные подходы спо­собствуют становлению нестабильной и противоречивой судебной практики, появлению многочисленных судебных ошибок, длитель­ному рассмотрению споров в судах, нарушению прав и правовых интересов физических и юридических ЛИЦ.

С другой стороны, исследование «права» и «правосудия» как парных правовых категорий в соответствии с научно обоснованной концепцией интегративного правопоиимания. думаю, является те­оретически более обоснованным, а практически — эффективным.

Рассмотрение правовых категорий «право» и «правосудие» с по­зиции научно обоснованного интегративного иравоионимания будет способствовать сокращению сроков рассмотрения споров в судах, формированию стабильной, ожидаемой и непротиворе­чивой судебной практики, а главное более эффективной защите в суде нрав, свобод и нарушенных правовых интересов физических и юридических ЛИЦ-