Источники церковного права

Источники церковного права делятся на реальные и формальные. Реальными источниками считаются лица и институты, создающие правовые нормы. Формальные источники — это документы, письмен­ные памятники, в которых изложены эти нормы.

Реальные источники церковного права

Первым реальным источником церковного права является Боже­ственный разум и воля Иисуса Христа — Основателя Христианской Церкви. Разум и воля Создателя раскрываются в Божественном от­кровении, в котором содержится полнота истины о Боге и человеке. Главное содержание Откровения — это догматы веры и нравственные заповеди. Вместе с тем Откровение содержит и собственно правовые нормы, которые регулируют устройство Церкви, способы поддержания церковного мира, средства восстановления нарушенного церковного порядка. Они содержатся в книгах Священного Писания.

Вторым реальным источником церковного права является сама Церковь. Разум и воля Церкви выступают реальным источником пра­ва только в том случае, когда её разум и воля прямо вытекают из Бо­жественного разума и воли и не противоречат им. Церковь — Бого­человеческий организм. Она обладает двойственной природой.

Церковь была основана Иисусом и получила название Тело Христово. Иисус является «Главой Церкви, которая есть Тело Его, полнота На­полняющего всё во всём (Еф. 1. 22—23)».

Формальные источники церковного права — это книги Священ­ного Писания и письменные памятники Священного Предания. В Церкви признано, что правила Вселенских Соборов, каноны важ­нейших Поместных соборов, правила Святых Отцов изречены не про­сто земными людьми, но сформулированы при содействии Святого Духа. Эти письменные памятники являются частью Священного Пре­дания. Они совместно с книгами Священного Писания составляют Божественное право, или Боговдохновенное право. Оно отличается непо­грешимостью, абсолютностью, неизменностью. Божественное право не сведено в единый законодательный кодекс, который мог бы опреде­лять весь строй церковной жизни.

Формальные источники церковного права располагаются в следу­ющем порядке (протоиерей В. Цыпин):

1. Каноны, которые являются частью Священного Предания и вы­ражаются в письменных памятниках:

• Правила Святых Апостолов.

• Церковные каноны 6 Вселенских Соборов.

• Каноны 10 важнейших Поместных Соборов (Анкирского, Не- окесарийского, Гангрского, Антиохийского, Сардикийского, Лаодикийского, Карфагенского, Константинопольского, Дву­кратного Софийского и Большого Софийского).

• Правила тринадцати Святых Отцов Церкви.

2. Частное церковное законодательство.

Церковное законодательство в отличие от Священного Предания является собственно человеческим правом Церкви. Оно создаётся по воле людей без участия Святого Духа. Люди формулируют юридические правила неточно и неполно в силу слабости и немощи своего сознания по сравнению с Разумом Бога. Непогрешимость присуща Вселенской Церкви по обетованию Христа. Однако нет оснований полагать, что непогрешима воля высших органов власти поместных церквей или воля епископов. В силу этого следует считать, что церковное челове­ческое законодательство относительно, неполно, неточно.

Церковное законодательство создаётся высшими органами власти поместных церквей, а также органами, стоящими на более низких

ступенях иерархической лестницы. Самой низшей законодательной инстанцией в Церкви является епископ.

Наиболее подробно разработано и кодифицировано церковное законодательство в Католической Церкви. Первые попытки кодифи­кации церковных норм были предприняты ещё в ХІІ веке, когда в Церк­ви появился так называемый «Декрет Грациана». К 1500 г. был под­готовлен Корпус канонического права (лат. Corpus juris canonici), включавший в себя Декрет Грациана и дополняющие его папские декреталии. В 1580 г. Корпус был одобрен папой Григорием XIII и оста­вался в силе до 1918 г. В 1918 г. вступил в силу одобренный папой Бе­недиктом XV Кодекс канонического права, который в отличие от средневекового Корпуса представлял собой не механическое собрание законов, а универсальный и систематизированный правовой акт.

Каноническое право является действующим правом в некоторых современных государствах. Например, в Германии оно является частью правовой системы страны.

В СССР действовало «Положение об устройстве русской право­славной церкви», принятое Поместным собором в 1945 г. Оно регули­ровало внутреннее устройство церкви. Архиерейский Собор, состо­явшийся в августе 2000 года, принял ныне действующий «Устав Русской Православной Церкви». Главной новеллой «Устава» 2000 г. стало пере­распределение полномочий Поместного и Архиерейского Соборов в пользу расширения компетенции Архиерейского Собора. В Уставе утверждается: «1. Архиерейский Собор является высшим органов ие­рархического управления Русской Православной Церкви и состоит из епархиальных архиереев, а также из викарных архиереев, возглавля­ющих Синодальные учреждения и Духовные академии или имеющие каноническую юрисдикцию над подведомственными им приходами.

2. Архиерейской Собор созывается Патриархом Московским и всея Руси (Местоблюстителем) и Священным Синодом не реже одного раза в четыре года и в преддверии Поместного Собора, а также в исключи­тельных случаях. . . ».

3. Акты статуарного церковного права.

Монастыри, церковные братства и общества создают свои особые уставы, статусы, правила. Однако акты этих корпораций должны со­ответствовать актам епископов и законодательству высших органов власти помесной Церкви.

4. Обычаи.

До сих пор в Церкви действуют неписаные правила — обычаи, хотя сфера их использования постепенно ограничивается по мере развития положительного законодательства. В Церкви принято, что для при­знания законности обычая требуется его разумность и известная дав­ность. «Обычай без истины, — учит Св. Киприан Карфагенский, — есть застарелое заблуждение».

5. Мнения авторитетных канонистов.

Труды выдающихся канонистов восполняют пробелы в церков­ном праве. Их труды приобрели высокий авторитет. Сочинения ка­нонистов написаны в виде ответов на вопросы, трактатов, толкований канонов. Они включаются в современные церковные собрания за­конодательства.

В православной церкви особым авторитетом пользуются великие византийские канонисты XII века: Алексий Аристин, Иоанн Зонара и Антиохийский Патриарх Феодор Вальсамон, а также кано­нист XIV века иеромонах Матфей Властарь.

М. Властярь точно описал иерархическое расположение правовых норм по их силе в зависимости от реальных источников права. В сло­варе по церковному праву «Алфавитная Синтагма» он пишет: «О чём нет никакого закона, в том следует соблюдать обычай и согласную с ним практику, а коли нет и его, нужно следовать тому, что имеет более сходства с тем, что мы ищем, а если нет и этого, то должны иметь силу мнения мудрых, и притом большинства». Следовательно, по мыс­ли М. Властяря, иерархия источников такова: писаный закон, обычай и судебный прецедент, аналогия с существующим законом, мнения авторитетных канонистов. Вместе с тем высшим источником права неизменно остаются книги Священного Писания.

6. Государственное законодательство о церкви.

Источниками права для Церкви служат не только собственно цер­ковные нормативные акты, но и государственные законы.

Церковь — это социальная организация, которая объединяет в себе священнослужителей, действующих на профессиональной основе, и мирян — простых верующих. Священнослужители орга­низованы в строго иерархическую систему во главе с первосвящен­ником.

Государственное законодательство является суверенным источни­ком права для Церкви и не встраивается в иерархию церковных ис­точников права, указанных выше.

Вместе с тем, может ли государство вторгаться внутрь самой церк­ви — регулировать внутрицерковное устройство? Католическая Цер­ковь отвергает возможность участия государства в регулировании внутрицерковных отношений. При этом протестантская религия со времён Реформации рассматривает государство как полноправный орган правового регулирования отношений внутри организации ве­рующих. При этом сами законодатели могут не исповедовать веру тех лиц, отношения между которыми они регулируют.

Православная Церковь в истории своего существования допуска­ла государственное регулирование внутрицековных отношений, но это право ограничивалось рядом важных обстоятельств. В Византии и далее в царской России сам глава государства был носителем право­славной веры, но он никогда не признавался более чем мирянином, а не иерархом церкви. Император, в лучшем случае, наделялся правом представлять совокупный голос всех мирян. Государь, издавая указы о внутрицерковном устройстве, действовал только путём достижения согласия с мнением иерархов Церкви и православного народа. Госу­дарственные законы издавались в строгом соответствии с основными неизменными актами церковного права. Этот принцип законотвор­чества лежал в основе византийской симфонии церковной и светской власти. Эта симфония иногда, разумеется, нарушалась. Известны случаи, когда императоры издавали такие законы, которые нарушали церковные каноны, однако под действием коллективного разума ду­ховенства и силы церковной традиции эти законы изменялись или

отменялись вовсе. Император Юстиниан закрепил это отношение в строгом правиле: всякий государственный закон теряет силу, если противоречит канонам.

Петр I в России нарушил хрупкое равновесие между церковной и светской властью. Синодальная система церковного управления создавалась архиепископом Феофанов (Прокоповичем), который вдох­новлялся протестантской теорией государственного права. Он наделял монарха практически неограниченным могуществом устанавливать «всякие обряды гражданские и церковные, перемену обычаев, упо­требление платья, домов строения, чины и церемонии в пированиях, свадьбах. . . ». Составленный Феофаном «Духовный регламент» стал основным церковно-правовым документом для Русской Церкви. Од­нако Святейший Синод сгладил крайности Регламента. Святитель Московский Филарет отметил: «Духовную Коллегию, которую у про­тестанта перенял Петр I, Провидение Божие и церковный дух обра­тили в Святейший Синод».

До Октябрьской революции церковное право входило в правовую систему Российской империи и преподавалось во всех учебных заве­дениях России. 20 января 1918 года СНК РСФСР принял Декрет об отделении церкви от государства.

В настоящее время в Российской Федерации правовой статут Церкви определяется Конституцией РФ и Федеральным законом РФ от 26 сентября 1997 «О свободе совести и религиозных объединений». Статья 14 Конституции РФ устанавливает: «Российская Федерация — светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. 2. Религиозные объ­единения отделены от государства и равны перед законом». Статья 8 Конституции РФ провозглашает равенство всех форм собствен­ности, в том числе корпоративной собственности духовных конфес­сий на территории РФ. Церковное право, регулирующее имуществен­ные отношения в Церкви, рассматривается как часть отрасли гражданского права.

В современной России государственные законы не регулируют внутрицерковное устройство. Церковное право преподаётся в учебных заведениях Патриархии РФ, на богословских факультетах универси­тетов России. В светских учебных заведениях введён курс «Религио­ведение», который, в частности, знакомит студентов с основами цер­ковного права.

13.13.