2.2. Результаты допросов сведущих лиц

В практике сведущие лица допрашиваются как в ходе предварительного расследования, так и в суде с различными целями, чему дается наименование «допрос специалиста» или «допрос эксперта» подчас без учета специфики данных процессуальных действий. Поэтому актуально обратиться к последовательному рассмотрению правовой природы и деталей получения показаний эксперта, результатов допроса специалиста (консультаций), показаний сведущего свидетеля.

Итак, допрос эксперта и его показания.

1 Лупинская ПЛ. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе. Российская юстиция. 2002. № 7. С. 5.

72 Как известно, судебная экспертиза зарождалась как институт, близкий к свидетельским показаниям, по крайней мере, по такому признаку, как обязательность личного участия эксперта в судебном заседании и его допроса.

Собственно, в период зарождения института судебной экспертизы речь шла об устной или письменной форме экспертного заключения. Однако письменная форма, включаемая в уголовное дело, сразу стала неотъемлемым атрибутом в представлении о том, что такое экспертное заключение. Но не само по себе личное участие эксперта в процессе демонстрации его заключения предопределило создание нового действия - допроса эксперта. Оглашение экспертом своего заключения не есть допрос.

Допрос экспертов был предусмотрен ст. 695 Устава уголовного судопроизводства 1864 года:

«За представлением сведущими людьми их заключения, им могут быть, с разрешения председателя, предложены вопросы как судьями и присяжными заседателями, так и сторонами».

В задавании вопросов и получении ответов эксперта допрос эксперта заключается и сегодня. Таким образом он был регламентирован УПК РСФСР 1960 г., таким - и сейчас, УПК РФ.

Как справедливо подчеркивается в современном нам комментарии (данном JI.X. Уразгильдеевым), «допрос эксперта в отличие от допроса свидетеля начинается не свободным рассказом обо всем известном по делу, а постановкой конкретных вопросов, нуждающихся в разъяснении или дополняющих вопросы, разрешенные в заключении эксперта»1. Таким образом, по смыслу закона, письменное заключение эксперта, не рассчитанное, как и любой документ, на детальное соответствие восприятию любого читателя с его различным уровнем эрудиции, знания терминологии, представления о методах исследования и т.п., может быть дополнено устными пояснениями следователю, суду и всем участникам судебного разбирательства в ответ на заданные ими вопросы.

УПК РСФСР 1960 года предусматривал это действие - допрос эксперта, - но ничего не говорил о его показаниях. Значение по-

1 Уразгильдеев Л. Допрос эксперта в суде // Российская юстиция. 1997. № 6.

73

казаний эксперта как самостоятельного доказательства подтвердилось в практике применения названного Кодекса. В теории уголовного процесса доказательственное значение результатов допроса эксперта находило следующее объяснение.

Одни ученые считали, что эти результаты являются дополнением, продолжением заключения, выступают как его составная часть.

Другие, не соглашаясь с этим, указывали на особую процессуальную форму допроса эксперта. Такого мнения придерживается, в частности, Л.Х. Уразгильдеев: «Допрос эксперта осуществляется в другой процессуальной форме.

Думается, подобие здесь показано не совсем верно: понятой и специалист, участвовавший в следственном действии, допрашиваются в качестве свидетелей, поясняющих, как производилось это действие в смысле соблюдения предписаний закона. Их показания имеют характер вспомогательных контрольных доказа- тельств2> призванных подтвердить допустимость и достоверность соответствующих протоколов следственных действий в части, не ясной после прочтения протокола. В таком же порядке и с теми же целями в качестве свидетеля может быть допрошен эксперт, участвовавший в следственном действии.

О каком-либо ином значении допроса понятого, специалиста, участвовавшего в следственном действии, ничего не известно. Лишь в новых условиях, когда законодателем уничтожены некоторые чисто формальные барьеры (запрет на совмещение функций эксперта и специалиста, следователя и государственного обвинителя, отсутствие возможности в исключительных случаях обойтись без понятых), а на первый план выходят компетентность и компетенция следователя, специалиста, понятого - воз-

1 Уразгтъдеев Л. Допрос эксперта в суде // Российская юстиция, 1997. № 6. О вспомогательных контрольных доказательствах см.: Хмыров А.А. Кос венные доказательства. М.: Изд-во «Юридическая литература», 1979.

можны разработки в направлении развития допроса всех этих участников процесса по типу допроса эксперта, то есть с целью разъяснения и дополнения протокола следственного действия в содержательном (поисковом), а не формальном аспекте, и - выяснения компетентности.

Но в части современного понимания допросов понятых и специалистов следует ограничиться лишь их допросом в качестве свидетелей. Эксперт тоже может быть допрошен в качестве свидетеля для пояснения о том, как произведено следственное или иное процессуальное действие, в котором он участвовал или при котором присутствовал, либо, например, для того, чтобы засвидетельствовать, что слов в своем заключении не зачеркивал, зачеркнутые кем-то свои слова подтверждает.

Однако в ходе допроса эксперта допрашиваемое сведущее лицо фигурирует не в роли свидетеля, а в роли эксперта.

Других аргументов, опровергающих понимание значения результатов допроса эксперта как дополнения и составной части экспертного заключения, за исключением указания на неполноту такого представления о допросе эксперта, не имеется. Указание же на неполноту, как показывает практика, здесь вполне справедливо: эксперт иногда сообщает новые сведения о фактах, имеющих значение для правильного разрешения дела, не требующие для своего выявления дополнительного исследования. Это признано законодателем, включившим в перечень источников доказательств показания эксперта.

Но в какой-то части сведения, получаемые от эксперта в ходе его допроса, являются именно разъяснением и дополнением заключения, дополняющим его как составная часть. На это рассчитана и предложенная нами классификация экспертных заключений, призванная уравновесить бесперспективность применения к этим доказательствам деления на первоначальные и производные (так как они всегда первоначальные).

Напомним, что экспертные заключения предлагается подразделять на два вида:

1) вполне «развернутые», не требующие разъяснения и дополнения при допросе эксперта,

2) могущие потребовать допроса эксперта, например, не содержащие обоснования выбора методики (если эксперту она представляется утвердившейся в практике, не требующей обоснования)1.

В ходе допроса устраняется и тот недостаток, что в заключении нет ни обоснования выбора методики, ни указания на источники. Так, например, на допросе в суде эксперты пояснили, что исходили из того, что повреждение в виде кровоизлияния было не только в легких тканях, но достигло и солнечного сплетения и привело к первичному шоку с рефлекторной остановкой сердца, однако механизм первичного шока наукой еще полностью не установлен. При допросе выяснилось, что данный метод избран экспертами - сотрудниками одной из кафедр медицинской академии, так как разработка этого метода относится к перспективным направлениям научных исследований кафедры.

Значение составной части заключения эксперта имеют также разъяснения употребляемых в нем терминов, технических величин и используемых научных положений. Например, иногда эксперта-автотехника просят расшифровать такие специальные термины, как коэффициент сцепления шин с дорогой, коэффициент эффективности торможения, время срабатывания тормозного привода, время нарастания замедления и т. п.2. Могут потребовать разъяснения такие психологические термины, как «реактивная тревожность», «ситуативность поведения». Судебно-меди- цинскому эксперту в практике задаются вопросы: «Что такое точки травматического воздействия?». Или: «Что такое прижизненные повреждения, что - посмертные?».

Как уже говорилось, сведения консультационного, справочного характера, то есть сведения о фактах, общеизвестных среди специалистов, могут содержаться, помимо других источников, в экспертных заключениях и сообщениях о невозможности дать 1

Например, в заключении указывается: «исследование проводилось по схемам и методикам, изложенным в пособии «Криминалистическое исследование волокнистых материалов и изделий из них». Вып. 1-2. М., 1983. 2

Уразгильдеев Л. Допрос эксперта в суде // Российская юстиция. 1997. № 6.

заключение эксперта. В этих источниках они бывают помещены в виде логического звена в цепи рассуждений, в качестве большой посылки силлогизма. Например, «в психологии известно, что эмоциональное состояние человека в значительной степени определяется субъективным восприятием явлений, зависящим от индивидуально-психологических особенностей»1.

Особенность их значения в доказывании заключается в том, что для таких разъяснений экспертного заключения может быть приглашено другое сведущее лицо, не эксперт (например, эксперт болен или в длительной командировке). Это сведущее лицо выступает здесь в роли специалиста. Такой специалист может быть привлечен и защитником, в суде он может быть допрошен.

Например, по одному из уголовных дел краснодарской практики в качестве специалиста был допрошен JL, которому предоставлено для ознакомления заключение судебно-медицинского эксперта Н. с просьбой изучить его и пояснить, что означает ответ, помещенный в пункт «в»: «при исследовании трупа обнаружено сквозное огнестрельное пулевое ранение легких тканей правой половины туловища, могло быть причинено из огнестрельного оружия, заряженного пулей, и у живых лиц оценивается по исходу». Специалист JI. дал ответ: «Поскольку экспертом Н. повреждений сосудисто-нервного пучка по ходу раневых каналов не указано, нарушений целостности костей по ходу раневых каналов не описано, то данные повреждения опасными для жизни не являлись. При отсутствии хирургической обработки

' Из заключения эксперта-психолога по делу П., приведенное в пример в монографии О.Д. Ситковской «Аффект: криминально-психологическое исследование». М.: Изд-во «Юрлитинформ», 200І. С. 148.

легких тканей по ходу раневых каналов всегда сопровождается длительным расстройством здоровья на срок свыше 3-х недель и по этому признаку у живых лиц квалифицируется как вред здоровью средней тяжести».

В данном примере JI. не только разъяснил, что значит «у живых лиц оценивается по исходу», но и оценил опасность повреждений, основываясь на чтении чужого заключения. При всей, на первый взгляд, очевидности пользы такого допроса, следует признать, что по правилам действующего УПК его результаты недопустимы, не обеспечена достоверность вывода. При допросе самого Н., возможно, выяснилось бы, что он не описал, например, выявленных повреждений сосудисто-нервного пучка и т. п. Несмотря на, возможно, справедливую убежденность следователя в небывалости подобных упущений, здесь нет достоверности доказательства, то есть установления следователем не только «истины для себя», но и «истины для всех». Недаром УПК предусматривает единство сведений о фактах и соответствующих источников. Вывод по результатам специального исследования делает только сам исследователь, то есть эксперт, а не другое сведущее лицо, прочитавшее заключение.

И, наконец, третья из возможных составляющих допроса эксперта - сообщение им новых сведений о фактах.

Показания эксперта - это сообщенные им новые данные об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, в ответ на вопрос, не решавшийся в заключении, но доступный для решения экспертом, который провел исследование. Например, мог ли потерпевший передвигаться после полученного ранения, какое расстояние он мог преодолеть и т.п.1.

Другой пример. Заключением судебно-баллистической экспертизы установлено, что на исследование представлена ручная граната РГД-5, снаряженная тротилом, являющаяся боеприпасом осколочного действия, пригодным для производства взрыва, самодельной сборки, с деформированным штатным кольцом стандартного взрывателя (из-за чего взрыв не произошел). У суда возник дополнительный вопрос, была ли при взрыве гранаты

1 См.: Орлов Ю.К. Производство экспертизы в уголовном процессе. М., 1982. С 42. опасность поражения находившихся в непосредственной близости от нее потерпевшей и ее детей, была ли опасность повреждения квартиры потерпевшей и соседних квартир. Эксперт дал показания: «Учитывая поражающие свойства гранаты, при ее взрыве опасность поражения находившихся в непосредственной близости от нее потерпевшей и ее детей была достаточно велика. Вместе с тем, с учетом пояснений потерпевшей об отсутствии мебели в квартире, где упала граната, наличии там встроенных в стену шкафов, полагаю, что взрыв гранаты не повлек бы каких- либо значительных повреждений не только квартир соседей, но и квартиры потерпевшей, так как поражающее действие гранаты было бы погашено встроенными в стену шкафами и дверью»1.

Как указывает JI.X. Уразгильдеев, «если на допросе выяснится, что эксперт не указал в своем заключении обнаруженные им при исследовании факты, которые влияют или могут влиять на конечные выводы, то такая неполнота заключения перерастает в его необоснованность, делающую необходимым назначение повторной экспертизы»2. В то же время, «эксперт может быть допрошен и о таких фактах, которые по тем или иным причинам не нашли отражения при описании исследования». Таким образом, автор подразделяет не указанные в заключении, но выясненные при исследовании факты на влияющие или могущие влиять на конечные выводы и - все остальные. В таком подразделении имеется большой практический смысл.

Об этом говорит следующий пример. Во время пьяной драки одному из ее участников - Григорию М. был нанесен удар обломком кирпича по голове, в область левого виска. Потерпевший, находившийся в сознании и сохранивший координацию движений, вместе со своим братом Михаилом М. выехал на мотоцикле преследовать обидчика. По дороге потерпевший, сидевший на заднем сиденье мотоцикла, упал, потеряв сознание и способность передвигаться самостоятельно. Испугавшийся Михаил бросил брата в таком состоянии на дороге и уехал, не сообщив никому о случившемся. Потерпевший был обнаружен в бессознательном 1

Уголовное дело № 2-79/ 2000 (78033) архива Краснодарского краевого суда. 2

Уразгильдеев JI. Допрос эксперта в суде // Российская юстиция. 1997. № 6. С. 28.

состоянии лежащим на дороге и доставлен в больницу, где, не приходя в сознание, скончался. Причиной его смерти явилось кровоизлияние под твердую оболочку головного мозга, вызванное переломом основания черепа. Это повреждение могло быть следствием как удара кирпичом по голове, так и удара при падении с мотоцикла на дорогу.

Первоначально судебно-медицинский эксперт пришел к выводу, что причиной телесного повреждения у Григория М. был удар головой о дорогу при падении с мотоцикла. Однако следователь не согласился с этим заключением и вот почему: при осмотре трупа экспертом было зафиксировано косвенное доказательство того, что кровотечение появилось у потерпевшего до падения с мотоцикла. Этим доказательством был засохший потек крови из левого уха, направленный вертикально вниз1.

Таким образом, показания эксперта - это сообщенные им новые данные об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, в ответ на вопрос, не решавшийся в заключении, но доступный для решения экспертом без проведения дополнительного исследования. Ответ на вопрос, который был поставлен и решен, но без учета некоторых выявленных обстоятельств (пример: потек крови на виске потерпевшего) не составляет содержание показаний эксперта. Если такие факты и обсуждаются в беседе с экспертом, то в свете свидетельских показаний о том, как производилось исследование. Они могут прояснить основания назначения повторной или дополнительной экспертизы.

А как быть с фактами, о которых был поставлен вопрос перед экспертом, но ответ о которых почему-то не дан? С точки зрения положений закона, если не требуется дополнительное исследование, о них также могут быть получены показания эксперта.

На первый взгляд, игнорирование вопроса следователя и ответ на другие вопросы явно свидетельствуют о некомпетентности эксперта. Но в практике нередко пропуск вопроса, хотя и обусловлен профессиональной гордостью эксперта, но - на фоне его грамотности в области специальных познаний, желания продемонстрировать, как само собой разумеющееся, что точный ответ на этот вопрос дан быть не может.

1 Хмыров А. А. Проблемы теории доказывания. Краснодар, 1996. С. 47.

80

Например, по одному из уголовных дел краснодарской практики судмедэксперту был задан вопрос: «При назначении судебно-медицинской экспертизы был поставлен вопрос о времени наступления смерти потерпевших, однако Вы на данный вопрос не ответили. Можете ли Вы, ссылаясь на судебно-медицинское исследование, ответить, когда наступила смерть потерпевших?». Эксперт ответил: «От момента наступления смерти до производства судебно-медицинской экспертизы прошло более суток, что подтверждается морфологическими свойствами трупных изменений, описанных в моих исследованиях. Более конкретно высказаться о давности наступления смерти потерпевших с указанием конкретного времени не представляется возможным, так как трупные изменения при осмотре трупов на месте происшествия зафиксированы не были в связи с моим отсутствием на месте происшествия по причине болезни».

Результат допроса специалиста уже описан вкратце в связи с заключением эксперта и общеизвестностью фактов. Сведения о фактах, общеизвестных специалистам, иначе говоря, сведения консультационного, справочного характера, могут содержаться: в экспертных заключениях;

в сообщениях о невозможности дать заключение эксперта; в составленных по запросу следователя (дознавателя, прокурора, суда) справках;

в справочных и научных источниках; в устных сообщениях сведущих лиц.

Эти сведущие лица участвуют в уголовном судопроизводстве в качестве специалистов.

Специалист может быть привлечен к участию в процессе как следователем (дознавателем, прокурором, судом), так и защитником (п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФ). В суде он может быть допрошен. В соответствии со ст. 58 УПК РФ, специалист привлекается к участию в уголовном судопроизводстве для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Допрос специалиста-консультанта в ходе предварительного расследования законом не предусмотрен, но и не запрещается. Правда, решение о таком допросе целиком зависит от следователя (дознавателя, прокурора).

Среди полномочий защитника хотя и предусмотрено привлечение специалиста в порядке ст. 58 УГПС РФ, но отсутствует механизм такого привлечения, за исключением привлечения консультанта к участию в судебном разбирательстве и для дачи письменных консультационных заключений - в течение всего процесса.

В случае оспаривания защитником результатов допроса специалиста следователем по причине отсутствия указания в законе на такое действие, хотя это действие и легитимно по сути, для исключения спора возможна замена допроса письменной справкой.

Устные и письменные справки равнозначны друг другу по доказательственной ценности, требуют лишь разных действий по фиксации сведений: устные - всеми обеспечительными средствами допроса, письменные - подписями, печатями и т. п. реквизитами документов.

Результаты допросов специалистов - не свидетельские показания, а сообщения об общеизвестных среди специалистов фактах. Свидетельские показания - сведения о фактах, исследуемых в ходе судопроизводства. «Показания сведущих свидетелей» - показания, включающие выводы на основе специальных познаний. Это наименование дано им в теории и потому несколько условно, ведь имеется в виду, что такие показания могут давать и потерпевший, и подозреваемый, и обвиняемый. Но обычно не говорят о сведущем обвиняемом, сведущем потерпевшем, а используется термин «показания сведущего свидетеля». Правильнее их называть «показания, основанные на применении специальных познаний». Такой свидетель видит больше, большее может сообщить. Например, автотехник оказался очевидцем автомобильной аварии.

Итак, допрос сведущего лица может быть: -

допросом эксперта; -

допросом специалиста-консультанта; -

допросом сведущего свидетеля.