В.-ПАМЯТНИКИ ЮРИДИЧЕСКАГО БЫТА, въ тъсномъ смыслъ ЭТОГО ПОНЯТІЯ.

Переходимъ теперь къ разсмотрѣнію памятниковъ юридическаго быта. Здѣсь м9 прежде всеґо остановимся на дошедшихъ до насъ памятнинахъ законодательства.

Бъ первоначальномъ правомъ быту всякаго народа всѣ юридическія отношенія опредѣляются исключительно такъ называемымъ обычнымъ правомъ, т.

обравнымъ примѣніемъ своимъ въ тѣмъ или другимъ отношеніямъ дѣйствительной жизни. Формою выраженія обычнаго права во внѣшности является—п p а в о в о й о б ы ч а й. Ha первыхъ стуаеняхъ развитія правовой живни народа это обычное право представляется даже неписаннымъ, но устнымъ, живущимъ въ памяти народа и передаваемымъ, какъ священный завѣтъ, отъ предвовъ потомвамъ, отъ поволѣнія въ поколѣніямъ, а вѣщателями нормъ этого неписаннаго обычнаго права являются старѣйшины, древніе „судные мужи“, „судные цѣловальвиви",—люды просвѣщенные долголѣтнимъ опытомъ жизни, которые и возвѣщаютъ это право на судѣ и наставляютъ въ немъ молодыя поколѣнія. Co временемъ обычное право начинаетъ записываться и, такимъ образомъ, возникаютъ старинные сборниви нормъ обычнаго права, существующіе наряду съ устнымъ обычнымъ правомъ.

Рано или поздно, вслѣдствіе дальнѣйшаго развитія правовой жизни народа, обычное право, вавъ развивающееся весьма медленно и, кромѣ того, весьма туго поддающееся прогрессу—становится уже безсильнымъ регулировать правовой бытъ, начинаетъ отставать отъ естестваннаго роста народной жизни. Тогда возникаетъ законодательная дѣятельность, т. e. творчество верховной власти въ дѣлѣ созданія и развитія права. Ha первыхъ порахъ своего существованія законодательная дѣятельность является средствомъ созданія права лишь вспомогательнымъ по отношенію въ обычному праву и сводится, главнымъ образомъ, въ формулированію на письмѣ п въ санвціи существующаго устнаго обычнаго права.

Исходною точкою развитія русскаго завонодательства слѣдуетъпризнать договоры веливихъ внязей Олега (907—912 г.) и Игоря (945 г.) съ Вивантіею; въ этихъ договорахъ впервые записываются иполучаютъ законо- дательную санкцію нѣкоторыя нормы обычнаго права древнихъ руссовъ; эдѣсь впервые упоминаются „уставъ и эаконъ русскій".

Въ 988-мъ году совершилось принятіе на Руси христіанства въ качествѣ государственной и господствующей религіи. Это событіе не могло остаться беэъ вліянія на историческій ходъ развитія русской жизни, вообще, и правовой жи8ни, въ частности: съ этого событія начинается воздѣйствіе на русскую жиэнь и ва русское право греко-византійскихъ началъ; съ этого момента возникаетъ и историческій вопросъ о вліяніи византизма на строй древней русской жизни. Вмѣстѣ съ христіанствомъ появился у насъ греческій сборникъ законовъ, которыми отнынѣ должны были регулироваться какъ жизнь русской церкви, такъ и отношенія свѣтскаго права, долженствовавшія теперь вѣдаться церковью или обсуживаться съ христіанской точки зрѣнія. Такимъ сборникомъ явился греческій Номоканонъ, заключавшій въ себѣ, съ одной стороны—свѣтскія уваконенія византійскихъ императоровъ, а съ другой стороны—каноническія постановленія. Въ нашемъ отечествѣ Номоканонъ получилъ названіе K о p м ч e й кн и г и, т. e. книги, имѣющей значеніе „кормчаго" для молодой русской церкви и для неокрѣпшаго еще въ христіанствѣ народа.

Наряду съ церковно-гражданскимъ законодательствомъ, въ первомъ періодѣ русской исторической жизни возникаетъ и памятникъ свѣтскаго права, въ которомъ _ч живо отразилось древнее обычное право руссовъ—Русская Правда. Русская Правда не была продуктомъ единовременной гаконодатель- HOfi дѣятельности: изученіе этого памятника обнаруживаетъ въ немъ постепенное наслоеніе отдѣльныхъ постановленій, формулировавшихся въ равличныя эпохи и, по мѣрѣ появленія своего, приписывавшихся къ основной Правдѣ. Поэтому, совершенно неосновательнымъ должно быть признано навваніе Русской Правды, во всемъ ея объемѣ—„Ярославовою*, названіе которое, однакоже, весьма нерѣдко употребляется. Дѣло въ томъ, что вавонодательной дѣятельности великаго князя Ярослава принадлежитъ далеко ве вся Русская Правда, но только та часть ея, которая иввѣстна подъ названіемъ „Краткой Русской Правды*; все же остальное содержаніе Русской Правды, вся такъ называемая „Подробная Русская Правда*—является уже позднѣйшимъ наслоеніемъ законодательныхъ нормъ къ этой основной Правдѣ самого Ярослава.

Законодательство ХІУ и первой половины ХУ вѣковъ развивалось путемъ изданія отдѣльныхъ грамотъ, которыя, имѣя ближайшею задачею своею регламентацію областного управленія, вмѣстѣ съ тѣмъ касались и нѣкоторыхъ сторонъ права, преимущественно уголовнаго и процессуальнаго; сюда относятся грамоты жалованньде, судныя иустав- н ы я. Лишь во второй половинѣ ХУ вѣка появляются въ русской вемлѣ болѣе или менѣе обширные законодательные своды, возникаетъ дѣятельность кодификаціонная и, прежде всего, въ сѣверно-русскихъ народоправствахъ псковскомъ и новгородскомъ. Здѣсь возникаютъ два въ высшей степени важные памятника права, извѣстные подъ названіемъ П с к о в с к о й Судной грамоты (1467г.) и Новгородской Судной грамоты (1471 r.). Названіе этихъ памятниковъ „грамотами*—ве совсѣмъ правильно: они представляются „сборниками*, притомъ первый изъ нихъ даже весьма обширнымъ. Появленіе обоихъ памятниковъ права внэвано было совершенно одинаковыми обстоятельствами: во второй половинѣ XY вѣка усиливающееся московское великое княженіе стало угро-

6

гать политической самобытности Пскова и Новгорода,—и вотъ псковичи и новгородцы, желая спасти свое право, спасти тѣ законы, по которымъ привыкли судиться они сами, ихъ отцн и прадѣды, постановляютъ на вѣчахъ составить сборники дѣйствовавшихъ у нихъ законовъ для того, чтобы эти послѣдніе не были вабыты послѣ присоединенія къ Москвѣ обоихъ народоправствъ.

Въ самомъ концѣ XV вѣка, именно въ 1497 году, появляется первый законодательный сборникъ московскаго rocy- дарства—Судебникъ великаго кня8я Іоанна ІІІ-го. Появленіе этого памятника имѣетъ важное историческое значеніе: Москва объединила передъ тѣмъ подъ своею властью почти всѣ отдѣльныя, бывшія прежде самостоятельными, области русскія, совершила централизацію территоріальную—н теперь стремится объединить и ваконодательства этихъ областей, стремится восполнить территоріальную централизацію— централизаціею законодательною, давъ въ первомъ Судебникѣ своемъ сборникъ законовъ уже общій для всѣхъ областей русскихъ.

Въ 1550 году появляется второй законодательный сборникъ московскаго государства: это—Судебникъ царя и великаго князя Іоанна IY-го, называемый также царскимъ, въотличіе отъперваго, называемаго княжескимъ; Судебникъ Іоанна IY представляетъ собою лишь исправленіе и дальнѣйшее развитіе перваго Судебника.

Къ эпохѣ царя ІоаннаІѴ относится и составленіе сборника Стоглава, 8амѣчательнагопамятника церковнаго законодательства половины XYI вѣка. Какъ и Судебники, Стоглавъ имѣетъ непосредственноесоотношеніе къзавершившейся передъ тѣмъ территоріальной централизаціи: если Судебники могутъ быть призваны выраженіемъ централизація законодательной, то Стоглавъ представляется попыткою централигаціи русской духовно-религіо8нойжизни. Стоглавъ—памятникъ высокаго интереса для ивученія условій внутренней жизни русской церкви ирусскагообщества половины ХУІвѣка,—жизни, еще полной борьбы христіанскихъ началъ съ началами я8ыческимн и переживаній языческаго періода живни нашихъ предковъ.

Послѣ изданія Судебника 1550 года русское законодательство снова вступаетъ на путь развитія своего путемъ явданія отдѣльныхъ ваконодательныхъ актовъ, восполняющихъ м раэвивающихъ теперь Судебникъ. Всѣ отдѣльные эаконода- тельные акты, изданные въ промежутокъ времени отъ 1550 тода по 1649 г. (годъ изданія Уложенія царя Алексѣя Михаиловича), извѣстны подъ навваніемъ д о п о л н и т e л ь н ы x ъ къ Судебнику укавовъ; они даютъ богатый матеріалъ для изученія государственной и правовой жизни русскаго народа во второй половинѣ XVI я въ первой половинѣ ХѴП-го вѣковъ. Дополнительные увавы, касавшіесяпредметовъ вѣдомства отдѣльныхъ приказовъ, записывались при послѣднихъ въ особыя книги итавимъобра80мъвознивли указныя или записныя указныя книги прикаэовъ: многія изъ этихъ книгъ дошли до нашихъ дней и часть ихъ издана въ свѣтъ. Всѣ приведенные выше памятники законодательства (кромѣ Кормчей книги и Стоглава) изданы, для цѣлей учебныхъ, профессоромъ кіевскаго университета M.

Наконецъ, въ 1649 году появляется третій законодатель< ный памятникъ московскаго государства—У л о ж e н i e ц a p я Алексѣя Михаиловича. Этотъ обширный законодательный памятникъ стоитъ уже на рубежѣ древняго и новаго русскаго 8авонодательства. Уложеніе 1649 года часто называется также „Соборнымъ®, такъ какъ оно было составлено при участіи созваннаго для этой цѣли земскаго собора. Въ царствованіе же Алексѣя Михаиловича, именно въ 1653 году, была въ первый разъ напечатана Кормчая книга, обращавшаяся до тѣхъ поръ въ рукописныхъ соискахъ.

Послѣ Уложенія наше эаконодателъство снованачинаетъ раввиваться посредствомъ изданія отдѣльныхъ уваконеній, вся совокупность которыхъ съ 1649 года по 1696 годъ (начало единодержавнаго царствованія Петра І-го) извѣстна подъ названіемъ Новоукавннхъ статей. Начиная съ Уложенія,* памятники русскаго законодательства находятся уже напечатанными въ Полномъ собраніи законовъ россійской имперіи, въ которомъ Уложеніе и помѣщено во главѣ перваго тома.

6*

Съ начала XYlII столѣтія развитіе русскаго законодательства совершается посредствомъ ивданія отдѣльныхъ законовъ самаго разнообразнаго вида и содержанія — p e г л a- ментовъ (такъ регламенты даны Петромъ I учрежденнымъ- имъ, взамѣнъ приказовъ, коллегіямъ), учрежденіе, уста- в о в ъ, п о л о ж e н i й, н а к а 8 о в ъ, у к а з о в ъ, м а н и ф e- стовъ и т. п. Несмотря ва неоднократныя попытки кодификаціи. вывывавшіяся въ XVIII и въ первой четверти XIX вѣка накопленіемъ законодательнаго матеріала, общаго сборника дѣйствующихъ законовъ или „новаго Уложенія" у насъ не появлялось вплоть до 1832 года, когда былъ изданъ нынѣ- дѣйствующій C в о д ъ з а в о н о в ъ p о с с i й с к о й и м п e- ріи. Подобно Уложенію и новоуказнымъ статьямъ, памятники русскаго законодательства XYIII и XIX столѣтій напечатаны въ Полномъ собраніи законовъ, въ которомъ всѣ вновь появляющіеся законодательные акты продолжаютъ въ такомъ же порядкѣ печататься и по настоящее время.

Кромѣ разсмотрѣнныхъ нами памятниковъ законодательства, памятниками правового быта нашихъ предковъ представляются также и а к т ы ч а с т н а г о г p а ж д а н с в а г о о б о p о т а. Сюда относятся: д у x о в н ы я грамоты, д о г o- в о p ы (рядныя грамоты), к у п ч i я крѣпости, м ѣ н о в н ы я, д а н н ы я и другія ваписи, м e ж e в ы я грамоты, з a e м н ы я к а б а л ы и т. п. акты. Затѣмъ сюда же должны быть отнесены акты процессуальнаго проивводства: ж а л о б н и ц ы, я в к и и ч e л о б и т н ы я (по которымъ вчи- нались иски), п p и с т а в в ы я, 8 а з ы в н ы я и с p о ч н ы я грамоты (которыми тяжущіеся вызывались на судъ), с у д н ы e с п и с к и (протоколы судоговоренія), O б ы C к и (допросы),, с к а 8 к и (показанія лицъ, участвующихъ въ процессѣ), п p a- выя и безсудныя грамоты (изложеніе судебныхъ рѣшеній), п о p у ч н ы я записи (которыми тѣ или другія лица давались ва поруки) и мн. др. Акты подобваго рода напечатаны, главнымъ образомъ, въ „Актахъ юридическихъ" и въ Актахъ, относящихся до юридическаго быта древней Россіи", изданныхъ Археографическою коммиссіею.