ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Состояние природной среды в Россий­ской Федерации представляет угрозу жизни и здоровью людей. Так, более поло­вины граждан проживает в населенных пунктах, где качество атмосферного воз­духа не соответствует экологическим нормативам¹.

4

ское водохранилища и др.

В отдельных районах Тюменской и Томской областей концентрация нефтя­ных углеводородов в почвах превышает фоновые значения в 150-250 раз. На се­вере Тюмени площади оленьих пастбищ сократились на 12,5%, т. е. на 6 млн га,

замазученными оказались 30 тыс. га. В Западной Сибири выявлено более 20 тыс. га, загрязненных нефтью толщиной слоя не менее пяти сантиметров¹. Ежегодно около 300 тыс. человек гибнут из-за неблагополучного состояния окружающей среды, причиной смерти 40 тыс. из них является исключительно поражение дыха­тельной системы.

Воздействие загрязненной окружающей среды на организм человека вызы­вает тяжелые заболевания. Так, около 25% всех болезней в мире, по данным Все­мирной организации здравоохранения (далее - ВОЗ), обусловлено загрязнением окружающей среды, причем на долю детей приходится более 60% подобных за­болеваний^[7]. Ртутные соединения, такие как метилртуть, влияют на развитие мозга эмбрионов и маленьких детей; свинец - на центральную нервную систему. Кад­мий оказывает кумулятивное токсическое воздействие на растения, животных и микроорганизмы, может переноситься из загрязненных почв на сельскохозяй­ственные культуры и животных, а также через пищу в организм человека, в ре­зультате чего страдают его почки и кости^[8]. Распространение малых концентраций мутагенов увеличивает число онкозаболеваний и неопухолевых форм отдален­ной патологии (развитие катаракты, пневмо- и нефросклероза, ослабление эла­стичности кожи, различные нейродистрофические расстройства), в том числе и нарушений нейроэндокринной регуляции, снижающих адаптивные возможности организма^[9].

Сокращение объемов промышленного производства в России по сравнению с 1980-ми гг. не привело к существенному уменьшению негативного воздействия на природу. Загрязнители природы не выделяют в достаточном количестве

средств на внедрение новых технологий, оберегающих природу, замену устарев­шего технологического оборудования, ремонт отдельных агрегатов и устройств, строительство природоохранных объектов. Применение морально устаревших технологий, использование некачественного сырья и топлива, техногенные ава­рии в конечном счете нивелируют положительный эффект от снижения эмиссии загрязняющих веществ в окружающую среду. Следует констатировать: принцип, содержащийся в ст. 42 Конституции Российской Федерации, провозгласивший, что каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, в нашей стране не соблюдается.

Уголовный закон обязан оперативно и эффективно реагировать на каждое незаконное вторжение в область экологических интересов общества. Однако надежды на то, что со вступлением Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 г. (далее - УК РФ) в силу будет осуществляться более действенная борьба с экологическими преступлениями, не оправдались.

Статистика по делам указанной категории (за исключение браконьерских составов - ст. ст. 256, 258 и 260, ч. 2 ст. 253 УК РФ) демонстрирует несовершен­ство уголовного закона. Соответственно, количество осужденных по таким делам исчисляется единицами (табл. 1)^[10].

Приведенные данные создают иллюзию того, что в Российской Федерации отсутствуют факты преступного воздействия на природу. Однако информация природоохранных органов свидетельствует об ином. Например, только в 2010 г. в

Уфе зарегистрировано 11 случаев превышения ПДК¹ по этилбензолу в 24 раза; в Екатеринбурге - 8 подобных фактов с превышением ПДК почти в 20 раз; в Красноярске - 11 случаев, когда максимальное значение ПДК по бенз(а)пирену превысило 20 ПДК^[11][12]. В 2011 г. в Череповце выявлено 22 факта превышения ПДК по сероводороду в 10 и более раз, в Новороссийске - 17 случаев превышения ПДК по формальдегиду в 10 и более раз, в Архангельске - 8 фактов, где максимальное значение ПДК по бенз(а)пирену превышено в 23 раза, а в Магнитогорске - 4 та­ких случая^[13]. В 2011 г. на 21 водном объекте Кольского полуострова зарегистриро­ваны 141 случай высокого загрязнения и 50 - экстремально высокого загрязнения; в бассейне реки Колыма - 14 случаев экстремально высокого загрязнения и 30 фактов высокого загрязнения водных объектов соединениями меди, марганца,

4

взвешенными веществами и т. п.^[14]

Ежегодно растет число выявляемых экологических правонарушений.

Проблема заключается также в том, что изучение процессуальных актов ор­ганов следствия и суда, научной литературы показало наличие диаметрально­противоположных решений по многим вопросам квалификации преступлений, названных в главе 26 УК РФ.

Такое положение дел требует немедленного устранения имеющихся проти­воречий, которые должны быть разрешены на основе глубокого теоретического анализа уголовно-правового регулирования в этой сфере общественных отноше­ний и сложившейся правоприменительной практики.

Таблица 1 - Количество зарегистрированных преступлений, дел, направленных в суд, и осужденных по нормам главы 26 УК РФ (за исключением браконьерства) за 2009-2012 гг.

Кроме того, интерес к теме исследования обусловлен тем, что Указом Пре­зидента Российской Федерации от 10 августа 2012 г. № 1157 в России 2013 г. объ­явлен Годом охраны окружающей среды.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют об актуальности, теоретиче­ской и практической значимости темы научной работы и, соответственно, по­требности в проведении диссертационного исследования по проблемам уголовной ответственности за преступления против природной среды.

Степень разработанности темы исследования. Вопросы уголовной ответ­ственности за преступное воздействие на природную среду и ее компоненты освещались в работах таких авторов, как: Ю. С. Богомягков, И. Ш. Борчашвили, М. М. Бринчук, Т. А. Бушуева, Н. Н. Гагаров, О. Л. Дубовик, А. Э. Жалинский, Э. Н. Жевлаков, Л. В. Иногамова-Хегай, В. В. Круглов, Н. А. Лопашенко, Ю. И. Ляпунов, В. А. Навроцкий, В. Д. Пакутин, В. В. Петров, А. М. Плешаков, П.Ф. Повелицына, В. Г. Пушкарев, Б. Б. Тангиев, Г. Н. Хлупина и др.

Диссертационные исследования в интересующей нас сфере научного зна­ния, проведенные после вступления в силу УК РФ, посвящены, как правило, ана­лизу уголовно-правовой защиты отдельных компонентов природной среды. Так, вопросы борьбы с преступлениями против флоры и фауны (ст.

A. И. Исаева, С. Е. Каленов, В. Н. Каплунов, И. А. Конфоркин, А. П. Короткова, Н. А. Крылов, А. С. Курманов, А. А. Лачин, Ю. А. Ляшева, А. М. Максимов, Ю. А. Мечетин, О. М. Неудахина, Л. Г. Овсепян, И. А. Паршина, В. Г. Пушкарев,

B. М. Раднаев, Е. М. Снытко, Ю. Б. Самойлова, А. В. Смирнов, Н. А. Соколов, И. Г. Травина, В. Н. Шутова, О. В. Шарипова, А. В. Черепахин. Борьбу с преступ­ным загрязнением природы (ст. ст. 250, 251, 252, 254 и 358 УК РФ) рассматривали в своих трудах такие ученые, как О. Ю. Греченкова, И. А. Елисеева, П. В. Еремкин, П. Ю. Иванов, А. Ф. Ивлева, П. У. Исмаилова, А. А. Клочкова, О. Н. Кузнецова, Н. А. Манакин, Ю. В. Надточий, А. В. Намчук, Е. В. Овчаренко, Ю. В. Попова, А. А. Романов, Е. А. Сухова, С. Т. Фаткулин, А. Ю. Филаненко, Н. А. Чертова,

Д. А. Черных. Нарушения правил охраны окружающей среды при производ­стве работ, обращения экологически опасных веществ и отходов, охраны и использования недр (ст. ст. 246, 247 и 255 УК РФ) исследовались

Е. Л. Владимировой, Т. А. Давыдовой, А. Р. Зартдиновой, Д. М. Зумакуловым, Т. Е. Недураевым, А. А. Пирмагомедовым; защита территорий с особым природо­охранным статусом - Е. А. Лачиной, Д. А. Хашимовым; вопросы криминологическо­го характера - З. Б. Бахмудовым, О. Г. Благовым, А. А. Гареевым, Я. Б. Дицевичем, Е. Г. Клетневым, Н. В. Свердюковым. Некоторые авторы (например, А. Б. Баумштейн, Д. А. Крашенинников, А. Ф. Шарипкулова) анализировали от­дельные элементы и признаки составов преступлений, указанных в главе 26 УК РФ. Комплексное исследование вопросов борьбы с экологическими преступлениями проводили Е. В. Виноградова, М. И. Веревичева, В. Н. Кузьмин, В. Д. Курченко, И. В. Лавыгина, Д. Б. Миннигулова, Н. Л. Романова, В. А. Чугаев.

Однако работы вышеперечисленных авторов в основном были защищены в первые годы действия УК РФ и ввиду отсутствия сложившейся правопримени­тельной практики основывались в большей степени на теоретических предпосыл­ках. В своих трудах названные исследователи не затрагивали понятия «преступ­ление против природной среды» и не раскрывали его содержания. Соответствен­но, не было сформулировано понятие такого преступления, его внутренних свя­зей, их системы в рамках главы Уголовного кодекса и в структуре Кодекса в це­лом, объективных и субъективных признаков, соподчиненности с административ­но-правовыми нормами.

Разработка понятия «преступление против природной среды» позволит решить имеющиеся теоретические и практические проблемы применения норм главы 26 УК РФ, создаст прочную, легко используемую уголовно-правовую кон­струкцию, что повлияет на эффективность борьбы с этим видом асоциального поведения.

Цель исследования состоит в определении стратегических направлений уголовно-правового воздействия на охрану окружающей природной среды; разра­ботке авторской концепции понятия «преступление против природной среды»,

которое стало бы основой для включения в главу 26 УК РФ уголовно-правовых норм, защищающих природу и ее отдельные компоненты; концептуальном по­строении норм данной главы, обеспечивающем максимально эффективное при­менение уголовно-правовых норм, запрещающих посягательство на среду обита­ния человека и других живых существ; выявлении причин редкого применения норм, предусматривающих ответственность за преступления против природной среды; формулировании предложений по совершенствованию уголовно-правовых норм и практики их применения.

Для реализации указанной цели были поставлены задачи, нашедшие свое отражение в структуре работы:

- в рамках историко-правового метода научного поиска выявить закономер­ности в установлении уголовно-правового запрета в сфере взаимодействия обще­ства и природы;

- изучить и систематизировать опыт и основные тенденции развития уго­ловного законодательства по вопросам защиты природы, сопоставить зарубежный опыт с состоянием регулирования данных вопросов в современном российском праве и выявить все существенные совпадения и различия;

- оценить состояние дел в сфере международно-правовой защиты окружа­ющей среды, в том числе уголовно-правовыми методами, и выработать понятие международного преступления против природной среды;

- проанализировать, de lege lata, практику применения норм главы 26 УК РФ, выявить то, как складывается судебно-следственная практика в разных реги­онах страны при квалификации типичных ситуаций, и наметить основные подхо­ды к решению проблем применения уголовного закона;

- обосновать необходимость уголовно-правового запрета в исследуемой об­ласти общественных отношений;

- обосновать содержание и объем понятия «преступление против природ­ной среды» и выработать дефиницию такого преступления;

- исследовать объективные и субъективные признаки состава преступления против природной среды;

- выработать систему норм главы 26 УК РФ и их соотношение с админи­стративно-правовыми нормами;

- разработать предложения, de lege ferenda, по концептуальному измене­нию норм, устанавливающих ответственность за преступления против природ­ной среды.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследова­ния выступали общие закономерности, конкретные правоотношения и проблемы, возникающие при реализации уголовных норм, устанавливающих ответствен­ность за преступления против природной среды.

Предметом исследования стали российское и зарубежное уголовное законо­дательство, международные нормативные правовые акты, нормы конституцион­ного и административного отраслей права, судебные акты, материалы судебно­следственной практики и теоретические разработки, касающиеся проблем приме­нения уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за пре­ступления указанной категории.

Методология и методы исследования. Методологическую основу диссер­тационного исследования составили всеобщий метод познания - материалистиче­ская диалектика и общенаучные методы исследования - исторический и логиче­ский, анализ и синтез, дедукция и индукция, а также частнонаучные методы - ло­гико-юридический (догматический), статистический, системный анализ, сравни­тельный, анкетирование, моделирование.

При рассмотрении отдельных проблем темы диссертации использовались универсальные логические средства познания: анализ, синтез, индукция и дедук­ция, восхождение от абстрактного к конкретному и др. Кроме того, автор опирал­ся на системный метод, ориентирующий на многосторонний анализ сложных ди­намических целостностей, части которых находятся между собой в органическом единстве и взаимодействии, а также на выделение различных типов связей в предмете исследования.

Благодаря применению историко-правового метода выявлены основания установления уголовно-правового запрета в экологической сфере, корни совре­

менного правового регулирования, определен вектор развития действующего уго­ловного законодательства. Сравнительно-правовой метод помог показать уровень отечественного уголовно-правового законодательства в исследуемой области от­носительно других стран.

В аксиологическом плане определены система ценностей и категория «при­родная среда» как главная ценность, основа существования живых существ на пла­нете, что позволило по-новому взглянуть на объект уголовно-правовой охраны.

В ходе исследования были использованы положения теории уголовного права, работы отечественных дореволюционных и современных ученых в области уголовного, административного, гражданского права.

В результате применения различных методов и научных достижений в ком­плексе был раскрыт предмет диссертационного исследования в обобщающих за­кономерностях, а также решены поставленные задачи.

Нормативно-теоретическую базу исследования составили документы международного публичного права в сфере охраны природы, Конституция Рос­сийской Федерации, нормативные правовые акты по природопользованию и за­щите окружающей среды, действующее уголовное и административное законода­тельство, постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и СССР, положения уголовного законодательства России более раннего периода (УК РСФСР 1960, 1926, 1922 гг.; Уголовное уложение 1903 г.; Устав о наказани­ях, налагаемых мировыми судьями, 1864 г.; Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.; Полное собрание законов Российской Империи; Свод за­конов Российской Империи и др.); уголовное законодательство стран Содруже­ства Независимых Государств и Европейского Союза. В ходе научного поиска были изучены источники отечественного уголовного законодательства, уголовное законодательство зарубежных стран, труды российских и иностранных ученых в области уголовного права, криминологии и т. д.

Выводы, сформулированные в диссертации, изложены с учетом работ уче­ных, которые внесли существенный вклад в развитие общетеоретических проблем уголовного права и криминологии: А. И. Бойко, В. В. Векленко, Б. В. Волженкина,

Р. Р. Галиакбарова, Л. Д. Гаухмана, Ю. В. Голика, М. С. Гринберга, П. С. Дагеля, А. Э. Жалинского, Б. В. Здравомыслова, С. Г. Келиной, М. И. Ковалева, И. Я. Козаченко, А. П. Козлова, Ю. А. Красикова, Л. Л. Кругликова, В. Н. Кудрявцева, Н. Ф. Кузнецовой, Б. А. Куринова, В. В. Лунеева, А. И. Марцева, А. В. Наумова,

З. А. Незнамовой, Б. С. Никифорова, Г. П. Новоселова, С. В. Познышева, А. А. Пионтковского, А. И. Рарога, В. Г. Смирнова, В. Д. Спасовича, Н. С. Таганцева, А. Н. Трайнина, В. Д. Филимонова, И. Я. Фойницкого, А. И. Чучаева, М. Д. Шаргородского, Т. В. Церетели, П. С. Яни и др.

В настоящем исследовании использованы научные труды ведущих юри­стов в сфере экологии: С. А. Боголюбова, М. М. Бринчука, М. И. Васильевой, Н. Д. Вершило, А. К. Голиченкова, О. Л. Дубовик, Т. В. Злотниковой, А. И. Казанника, О. С. Колбасова, И. О. Красновой, В. В. Петрова, Т. В. Петровой и др.

Эмпирическая база диссертационного исследования представлена мате­риалами: 488 уголовных дел о преступлениях против природной среды, проверок, проводимых в порядке ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), находившихся в производстве органов предвари­тельного расследования (дознания) и судов Сибирского, Уральского, Приволж­ского, Центрального федеральных округов за 1998-2013 гг.; архивов судов Ом­ской области за 1975-2013 г.; а также опросами 251 сотрудника Следственного комитета Российской Федерации, которые осуществлялись в Омской области и Алтайском крае по специально разработанному опросному листу. Проанализиро­ваны статистические данные ГИАЦ МВД России и Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2000-2012 гг.

Научная новизна диссертационного исследования определяется поста­новкой и решением крупной и многоаспектной научной проблемы формулирова­ния и обоснования теоретико-правовых основ уголовной ответственности за пре­ступления против природной среды, включающих анализ концептуальных начал и уголовно-правовых проблем законодательства, теории и практики борьбы с пре­

ступным загрязнением природной среды и изъятием ее компонентов из есте­ственной среды обитания (нахождения).

Системность и комплексный подход к исследованию вопросов темы позво­лили сформировать авторскую позицию, не имеющую аналога в научно-правовой литературе и содержащую теоретические положения, способствующие решению комплекса научных и практических проблем, возникающих при конструировании и применении норм, регулирующих уголовную ответственность за преступления против природной среды, с учетом существующих социально-правовых условий и тенденций развития законодательства и правоприменительной практики.

Новизна диссертации обусловлена и тем, что она представляет собой одно из первых монографических исследований, в которых проблемы реализации норм главы 26 УК РФ выявлены путем анализа, de lege lata, сложившейся правоприме­нительной практики: в диссертации комплексно рассмотрены проблемы примене­ния уголовно-правовых норм, закрепляющих ответственность за преступления против природной среды. Внесены предложения по квалификации преступлений против природы, а также, de lege ferenda, по совершенствованию установления уголовно-правового запрета посягательств на природную среду. Научное развитие получили такие важные вопросы, обеспечивающие правильное применение уго­ловного закона, как социально-правовая природа, содержание и объем понятия «преступление против природной среды». В ходе исследования были выделены и решены частные проблемы законодательства и правоприменения.

Новизна диссертационного исследования также состоит в предложениях, подготовленных автором, для внесения изменений в постановление Пленума Вер­ховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 «О применении судами законода­тельства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования».

Положения, выносимые на защиту:

1. Обосновано концептуальное положение о том, что видовым объектом главы 26 УК РФ, учитывая общественную опасность этого вида преступлений, должны признаваться общественные отношения по поддержанию экологического равновесия, обеспечивающего осуществление естественных процессов саморегу­ляции природной среды, ее возможности самовосстановления и самоочищения, в целях сохранения среды обитания человека и других живых существ. В главе 26 УК РФ должны размещаться составы, в которых основной непосредственный объект преступления соответствует видовому объекту. Составы с иными основ­ными непосредственными объектами преступления следует перенести в другие главы УК РФ: ст. ст. 248 и 249 - в главу 25 «Преступления против здоровья насе­ления и общественной нравственности», ст. ст. 253 и 255 - в главу 22 «Преступ­ления в сфере экономической деятельности». В свою очередь, составы, которые содержатся в других главах Уголовного кодекса, но имеют в качестве основного непосредственного объекта общественные отношения, соответствующие видово­му объекту главы 26 УК РФ, следует расположить в данной главе Кодекса. В частности, таким составом является уничтожение или повреждение природных комплексов (ст. 243 УК РФ).

2. Отстаивается идея о том, что глава 26 УК РФ должна получить наимено­вание «Преступления против природной среды», поскольку круг охраняемых нормами этой главы общественных отношений определяется с учетом наимено­вания главы Уголовного кодекса, а также используемых в ней понятий. Слово «экологический» полисемично, что не приемлемо для уголовно-правового терми­на. Отсутствие четкого представления о том, какие преступления следует отно­сить к преступлениям, названным в главе 26 УК РФ, привело к включению в нее уголовно-правовых запретов, которые не имеют в качестве ближайшей цели за­щиту природы или ее компонентов и направлены на охрану иных, нежели при­родная среда, объектов.

3. Концептуальный подход к видовому объекту преступлений, указанных в главе 26 УК РФ, позволил вывести авторское определение понятия «преступление

против природной среды», под которым признается виновно совершенное обще­ственно опасное деяние, разрушающее либо подвергающее угрозе разрушения естественные процессы саморегуляции природы, нарушающее ее способность к самовосстановлению и самоочищению и повлекшее указанные в уголовном за­коне последствия, наказание за которое установлено Уголовным кодексом Рос­сийской Федерации.

4. Доказывается тезис о том, что объективную сторону состава преступле­ний, предусматривающих ответственность за загрязнение и иное негативное воз­действие на природный компонент, должны составлять действия (бездействие), влекущие последствия первого уровня (загрязнение, засорение и иные негативные последствия), т. е. сам факт вредного воздействия, без ссылки на нарушения пра­вил взаимодействия общества и природы. Деяние становится преступлением, если совершается без правовых оснований (общая противоправность) и влечет указан­ные в Уголовном кодексе последствия второго уровня - причинение вреда окру­жающей среде или ее компонентам (а в качестве квалифицирующего признака - причинение вреда жизни и здоровью человека). В связи с этим предмет доказыва­ния по уголовному делу должен сместиться с выявления конкретной нормы пра­вил, нарушенной преступником, на доказывание отсутствия правовых оснований для вредного воздействия на природную среду.

5. Обоснована позиция, в соответствии с которой субъектом преступления против природной среды должно признаваться любое вменяемое физическое ли­цо, достигшее возраста уголовной ответственности - 16 лет. Действует общая для всех граждан конституционная обязанность, согласно которой каждый обязан со­хранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богат­ствам. Выделение фигуры специального субъекта может быть оправдано в каче­стве квалифицирующего признака.

В диссертации подвергнута критике и признана нецелесообразной идея о внедрении института уголовной ответственности юридических лиц.

6. Утверждается, что на уровне уголовного закона не решен вопрос о форме вины в составах преступного загрязнения природной среды. Смысл введения в

Уголовный кодекс Российской Федерации ч. 2 ст. 24 заключался в том, что не должно быть в Уголовном кодексе неосторожных деяний без прямого указания об этом в законе. Редакция ч. 2 ст. 24 УК РФ, установленная Федеральным зако­ном от 25 июня 1998 г. № 92-ФЗ, позволяет считать преступными неосторожные деяния и в случае, когда об этом прямо не говорится в статье Особенной части УК РФ, в связи с чем смысл введения данной нормы утрачен.

Предлагается вернуться к прежней редакции ч. 2 ст. 24 УК РФ, а в нормы главы 26 УК РФ, по мере необходимости, внести указание на форму вины. Учи­тывая различную степень общественной опасности лиц, совершивших преступле­ние умышленно и неосторожно, отметим, что дифференциация уголовного нака­зания может быть осуществлена путем отнесения деяний, совершаемых по не­осторожности, в отдельную часть статьи либо путем внедрения в Уголовный ко­декс отдельной статьи, предусматривающей ответственность за неосторожные преступления против природной среды.

7. Сделан вывод о том, что система норм главы 26 УК РФ имеет сложную структуру. Часть норм посвящена защите отдельных компонентов природной сре­ды, другая запрещает определенные действия, которые ведут или могут привести к причинению вреда компонентам природной среды. Такое положение влечет неми­нуемую конкуренцию норм первой и второй групп. Выбор правовой нормы с по­мощью правила о конкуренции общей и специальной нормы затруднен, поскольку при создании главы 26 УК РФ не закладывался принцип субординации «общая - специальная» норма. Ввиду этого правоприменитель, выбирая норму как специ­альную и не найдя ее признаков в совершенном деянии, отказывает в возбуждении уголовного дела, а когда оно возбуждено - прекращает его.

Внутри главы 26 УК РФ необходимо выделить три основных блока: 1) пре­ступное загрязнение природной среды; 2) преступное изъятие флоры и фауны из естественной среды обитания; 3) защиту территорий с особым экологическим статусом. Первый блок предоставляет защиту отдельным компонентам природ­ной среды от загрязнения и иного негативного воздействия и содержит общую норму, которая вступает в действие за менее тяжкие последствия для природной

среды, чем предусмотрены в специальных нормах. Такое предложение соответ­ствует рекомендации IX Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Каир, 1995 г.). В статье 246 УК РФ следует оставить ответственность только за нарушение требований в области охраны природной среды при проектировании промышленных, сельскохозяйственных, научных и иных объектов.

8. Правоприменительная практика показывает, что ввиду отсутствия четких критериев криминализации преступлений, названных в главе 26 УК РФ, право­охранительные органы не всегда могут дать правильную правовую квалификацию выявленному противоправному юридическому факту, предпочитая более простую административную юрисдикцию. Поскольку характер общественной опасности экологических преступлений и проступков совпадает, то разграничение прово­дится по степени общественной опасности - интенсивности воздействия на обще­ственные отношения, которая проявляется во вредности наступивших негативных последствий. Но диспозиции норм главы 26 УК РФ и главы 8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) не всегда позволяют это сделать.

Необходимо ввести систему соподчинения норм КоАП РФ нормам УК РФ. Это должно проявляться в том, что, во-первых, каждой уголовно-правовой норме главы 26 УК РФ должна корреспондироваться норма КоАП РФ, во-вторых, дис­позиция такой нормы главы 8 КоАП РФ должна содержать указание на то, что ответственность наступает в случае отсутствия признаков соподчиненного со­става преступления.

9. Аргументируется тезис о том, что концептуального изменения требуют критерии криминализации деяний, посягающих на природную среду. Подход, за­ложенный в УК РФ, согласно которому преступны только деяния, повлекшие очевидное, массированное уничтожение представителей животного или расти­тельного мира либо причинившие вред жизни и здоровью человека, неверен. Концепция уголовно-правовой защиты природы должна исходить из позиции, со­гласно которой в уголовном законе должен быть установлен запрет причинения

вреда путем систематического, продолжительного загрязнения природы концен­трациями, не вызывающими резких последствий в виде массовой гибели живот­ных или растений.

Реализация такой концепции может быть осуществлена путем введения де­нежного критерия криминализации деяния, который имманентно связан с разме­ром вреда, причиненного природной среде преступлением. Подобный критерий следует вводить в отношении тех природных компонентов, которые продолжи­тельное время сохраняют следы загрязнения и иного негативного воздействия, что позволяет зафиксировать их и рассчитать размер причиненного вреда, а также в составах преступлений против флоры и фауны. Вместе с тем полностью отказы­ваться от таких оценочных признаков состава, как массовая гибель животных, существенный вред, иные тяжкие последствия и т. п., в настоящий момент нельзя, поскольку не будет учитываться в полной мере экологический фактор совершен­ного преступления. Денежный критерий криминализации деяния должен лишь дополнить оценочные признаки норм главы 26 УК РФ.

10. Преступление против природной среды может влечь необратимые эко­логические последствия как для отдельного региона, так и для мирового сообще­ства. Сложная, неустойчивая международная обстановка, вызванная различными экономическими, политическими, религиозными противоречиями, может приве­сти к ситуации, когда руководство субъекта международного права совершит экоцид либо будет покрывать лиц, виновных в этом. Международное уголовное право позволяет преодолеть национальный суверенитет и привлечь виновных к ответственности. Поскольку подобное деяние затрагивает интересы как населе­ния, живущего в пределах отдельного государства, так и всего человечества, ми­ровое сообщество не только вправе, но и обязано вмешиваться в национальную юрисдикцию. Следует вернуться к идее включения в международное уголовное право нормы, позволяющей распространить юрисдикцию Международного уго­ловного суда на такие деяния.

Предлагается следующая дефиниция международного уголовного преступ­ления против природной среды: умышленное воздействие на среду обитания чело­

века и других живых существ, повлекшее уничтожение или необратимое повре­ждение природных объектов либо экосистем двух и более субъектов международ­ного права, либо природных объектов, включенных в список всемирного наследия и находящихся под охраной ЮНЕСКО, что привело к широким, долгосрочным или серьезным последствиям для окружающей природной среды. Данная дефиниция должна войти в Римский Статут Международного уголовного суда.

11. Доказывается вывод о том, что до тех пор, пока у каждого члена обще­ства не сложится внутренний экологический императив, согласно которому каж­дое потенциально опасное для природы решение должно приниматься с учетом возможных негативных последствий, надеяться на то, что удастся решить про­блему защиты природы социально-нравственными или экономико-правовыми ме­ханизмами, нельзя.

Одной из составляющих формирования такого императива является реали­зация принципа неотвратимости уголовной ответственности. Сегодня в сложных социально-экономических условиях только боязнь подвергнуться уголовному преследованию побуждает лиц, ответственных за соответствующие решения, де­лать выбор в пользу сохранения природы: внедрять новейшие природосберегаю­щие технологии, устанавливать очистные сооружения и оборудование, своевре­менно проводить обслуживание и ремонт потенциально опасных объектов, устройств и агрегатов. Принимая во внимание низкий уровень экологического воспитания и правосознания, отметим, что именно уголовное право может влиять на принятие управленческих решений с учетом экологических интересов обще­ства.

Это обусловливает необходимость продолжения поиска путей совершен­ствования уголовно-правовых норм главы 26 УК РФ, которые бы способствовали эффективной борьбе с данным видом асоциального поведения, ведь уголовное право - лишь инструмент в такой борьбе, но данный инструмент должен быть удобен в применении, и его использование должно достигать тех целей, ради ко­торых он существует. Подобными направлениями должны стать: а) совершен­

ствование системы норм главы 26 УК РФ и ее соотношение с нормами КоАП РФ; б) реализация принципа, согласно которому основной непосредственный объект состава преступления соответствует видовому объекту указанной главы; в) уста­новление четких критериев криминализации деяний, для чего в нормы вышена­званной главы следует ввести денежный критерий, который имманентно связан с размером вреда, причиненного природной среде.

12. В диссертации, de lege ferenda, представлен проект новой редакции гла­вы 26 УК РФ.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что в диссерта­ции сформированы теоретико-правовые основы уголовной ответственности за преступления против природой среды, включающие анализ концептуальных начал и уголовно-правовых проблем законодательства, теории и практики приме­нения норм главы 26 УК РФ.

Существенным вкладом в теорию уголовного права можно признать выде­ление общего понятия преступления против природной среды, исследование эле­ментов и признаков состава таких преступлений, проблем их законодательного отражения и толкования в правоприменительной деятельности.

Практическая значимость исследования заключается в том, что сформу­лированы практические рекомендации для правоохранительных органов и суда по квалификации преступлений против природной среды.

Выводы, содержащиеся в диссертационном исследовании, могут быть ис­пользованы:

- в правотворческой деятельности по совершенствованию законодательства о преступлениях против природной среды;

- в практической деятельности правоохранительных органов, осуществля­ющих расследование преступлений против природной среды;

- при разработке методических рекомендаций по вопросам квалификации содеянного по нормам главы 26 УК РФ, отграничения этих деяний от смежных составов, а также по иным вопросам противодействия уголовно наказуемым дея­ниям данных видов;

- при подготовке обзоров и разъяснений о практике применения уголовно­правовых норм о преступлениях, названных в главе 26 УК РФ;

- при подготовке учебников, лекций, учебных пособий и методических ма­териалов для юридических образовательных учреждений;

- в учебном процессе при преподавании курсов «Уголовное право» и спец­курса «Преступления против природной среды» (Экологические преступления).

Апробация результатов исследования и внедрение. Сформулированные концептуальные положения и результаты диссертационного исследования нашли отражение в 49 опубликованных научных работах общим объемом 56,85 п. л., среди которых монография, учебное пособие и 47 статей, в том числе 17 статей в изданиях, входящих в перечень ВАК Министерства образования и науки Россий­ской Федерации.

Основные положения диссертационного исследования использовались в выступлениях на научных конференциях, в том числе международных: IX между­народной практической конференции «Право на защите прав и свобод человека и гражданина» (Москва, 2008), IX международных Лихачевских чтениях (Санкт- Петербург, 2009), X международной научно-практической конференции «Про­блемы ответственности в современном праве» (Москва, 2009), всероссийской научно-практической конференции «Проблемы правоприменения в современной России» (Омск, 2010), Восьмой международной научно-практической конферен­ции «Уголовное право: стратегия развития в XXI веке» (Москва, 2011), междуна­родной научно-практической конференции «Уголовное право: поиск гармонии» (Геленджик, 2011), всероссийской научно-практической конференции «Фролов- ские чтения» (Омск, 2011), IX международной научно-практической конференции «Уголовное право: стратегия развития в XXI веке» (Москва, 2012), VII Россий­ском конгрессе уголовного права «Современная уголовная политика: поиск опти­мальной модели» (Москва, 2012), VI международной научно-практической кон­ференции «Кутафинские чтения» (Москва, 2012), всероссийской научно­практической конференции «Структура российского права» (Омск, 2012), между­народной научно-практической конференции «Современные тенденции правового

регулирования экологических отношений» (Республика Беларусь, Минск, 2013), международной научно-практической конференции «Правовые проблемы пуб­лично-частного партнерства в сфере аграрных, земельных, экологических и кос­мических отношений» (Украина, Киев, 2013).

Результаты исследования внедрены в практическую деятельность След­ственного управления Следственного комитета по Омской области и Следствен­ного управления Следственного комитета по Алтайскому краю, Омской межрай­онной природоохранной прокуратуры, а также в учебный процесс Омской юри­дической академии.

Структура диссертационного исследования определена целью и задачами исследования, включает введение, шесть глав, заключение, список использован­ных источников и приложение.