ИЗ ИСТОРИИ ПРАВОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СНАБЖЕНИЯ ВОЙСК

В ходе исторического процесса войны между государствами всегда сопровождались особыми, специфичными для них явлениями в экономической и правовой жизни. Однако эти явления затрагивали институты гражданского права в частности институт собственности, лишь в строго ограниченных размерах.

Основные материальные потребности войска—это потребность в оружии, обмундировании, средствах транспорта и продовольствии.

В эпоху, когда военная техника была несложной, ка ждый воин имел свое оружие и своего коня, не говоря уже об одежде (военная форма впервые была введена во Франции при Людовике XIV)]. В период феодализма [2]

содержание войск входило в натуральные феодальные повинности. То, что не доставлялось из публично-правовых источников, приобреталось для армии в порядке купли- продажи или подряда. Этот гражданско-правовой путь широко использовался еще и в римском государстве.

С появлением в XIV—XV вв. пороха и введением артиллерии возросла роль вооружения, но методы его приобретения попрежнему определялись общим гражданским оборотом. Огнестрельное оружие производилось ремесленным путем. Пушкаоные мастера составляли своего рода цех и смотрели на свое искусство, как на профессиональную тайну 1. Свою продукцию они продавали на тех же основаниях, что и прочие ремесленники. Энгельс характеризует положение в эту раннюю эпоху артиллерии следующим образом: «Для приобретения пороха и огнестрельного оружия требовались промышленность и деньги, а этими двумя вещами владели горожане.. . Неприступные до тех пор каменные твердыни дворянских замков пали перед пушками горожан, а пули их винтовок пробили рыцарские латы» [3] [4].

Наряду с закупками и заказами у оружейных мастеров началось казенное производство пушек. Энгельс замечает, что «артиллерия же заставила присоединить к военному ремеслу чисто промышленный отдел — инженерную часть» [5].

Абсолютистский период развития феодального государства, сосредоточивший военное снабжение в руках короля, повел тем самым к производству вооружений на казенных оружейных, пороховых и других заводах, в арсеналах, на казенных верфях и т.

имели характер частных предприятий и не вносили никаких отступлений в принципы права частной собственности— феодальной, а затем буржуазной.

В буржуазных государствах XIX в. из двух источни- • ков военного снабжения — казенных заводов и частной промышленности — определенный перевес имела последняя. Производство вооружений явдялось одним из наиболее прибыльных видов вложения капиталов так же как и поставка для армии обмундирования и различного снаряжения. Поавительственные субсидии на развитие производства, обеспеченный сбыт, возможность преступных сделок с интендантами-чиновниками, определявшими цены и производившими качественную приемку, — все эти обстоятельства делали снабжение войск источником беззастенчивой наживы Крупнейшие состояния наживались на «гнилых подметках» солдатских сапог и другой недоброкачественной продукции.

В руководстве государственных аппаратов всегда находились лица, заинтересованные в оказании покровительства частным контрагентам казны в ущерб развитию казенных военных заводов. Рост последних отставал от потребностей военной техники. Это отставание проявилось, например- в царской России, когда в начале первой мировой войны расчеты военного ведомства обойтись продукцией казенных заводов потерпели неудачѵ1. Основным способом заготовки вооружений было приобретение их от частных фабрикантов на основе граждан- с к о-п равовой кѵпл и-п родажи или ее разновидности— поставки. Осуществление этих сделок ничем не затрагивало поава частной собственности как на средства производства оружия, т.

Отступления от принципа добровольности отчуждения собственником нужных для ведения войны объектов допускались лишь в узко определенной области реквизиции сельскохозяйственных продуктов, лошадей, транспортных средств (телег, подвод) и некоторых других предметов. Реквизиции как пережиток натуральных повинностей феодальной эпохи являлись способом приобретения государством предметов, имеющихся в массе в частных хозяйствах (т. е. не производимых в определенных специализированных хозяйствах). в основном — в земледельческих хозяйствах.

С развитием капитализма и провозглашением принципа неприкосновенности буржуазной частной собственности реквизиции получили характер чрезвычайных мероприятий. являвшихся специально оазрешенным отступлением от этого принципа1. Так, в Англии революция отменила в 1660 г. феодальное право короля на принудительное приобретение предметов, необходимых для содержания двора и войска[7] [8]. Но уже в ближайшие годы отдельные статуты начали устанавливать право на изъятие предметов, необходимых для снабжения армии во время войны. Это изъятие рассматривалось как нарушение прав соб- Оственников и допускалось лишь на условии возмездности. ■ ^ Впоследствии право реквизиции регулировалось в Англии в ежегодных законах об армии или в законах об обо- ІГ) роне, издававшихся периодически главным образом в связи с войнами.

R Геомании в XIX в. реквизиции регулировались специальными законами о военных поставках (Kriegsleitungs- gesetze), начало которым было положено еще "при наполеоновских войнах.

Общины принудительно изымали соответствующие объекты у населения. В общем закон был рассчитан на обеспечение армии, находящейся в походе, за счет местных ресурсов. Расчеты производились с общинами, которые уже от себя расплачивались с собственниками.

Во Франции правила о реквизициях, установленные законами 1877, 1906 и 1911 гг., были шире по кругу объектов, предусматривая возможность возмездной реквизиции не только продовольственных продуктов, фуража и транспорта, но и механизмов и материалов, потребных для выполнения военных работ. Закон 1911 г. допускал возможность реквизиции промышленных предприятий и запасов на складах *. На практике, однако, вмешательство в капиталистическую собственность во Франции никогда не осуществлялось до первой мировой войны.

В царской России под реквизициями понималось возмездное отобрание от жителей всякого рода местных средств в военных и иных государственных целях. В Своде военных постановлений они назывались «принудительным приобретением» и регулировались ст. 139 главы 6 книги 18 Свода, а также правилами 6 октября 1916 г. В дореволюционном русском праве особенно подчеркивалось, что реквизиции как мероприятие, «затрагивающее принцип неприкосновенности частной собственности», могут иметь место в узких рамка-х военной необходимости и за «справедливое» вознаграждение[9] [10].

Юридическая сторона реквизиции заключается в том, что определенные объекты, находящиеся в собственности определенной категории субъектов, передаются за возмещение в собственность государства на основе распоряжения 'административной власти, неповиновение которому влечет за собой уголовные санкции.

В объявлении о реквизиции указывается род вещей;

количество' определяется иногда в цифровом выражении, иногда же указывается, что подлежит сдаче все наличное количество. Всеми этими признаками реквизиции отличаются от практикуемого в мирное время в буржуазных государствах «принудительного отчуждения (экспроприации) в целях общественной пользы». Последнее направлено на индивидуальные объекты, чаще всего на земельные участки, принадлежащие одному или немногим собственникам и необходимые для тех или иных государственных потребностей, — общественных сооружений, борьбы с эпизоотиями и т. д. Административный акт о принудительном отчуждении сам по себе дает государству собственность на указанный в нем объект. Реквизиция не является прямым вторжением в право' собственности и уничтожением его, каким является экспроприация. Однако, создавая обязанность сдачи государству определенных объектов собственности, реквизиция поражает одно из основных правомочий собственника — правомочие распоряжения вещью. В силу этого она представляла отступление от общих норм о праве собственности в рамках буржуазного права и рассматривалась как специфически военное мероприятие. Реквизиции подвергались, почти как общее правило, лишь предметы, нужные для продовольствования армии, и средства конного транспорта, но не предметы вооружения или сырье для их изготовления. Задача приобретения вооружения разрешалась, как уже-было сказано выше, либо в порядке гражданско-правовой купли или поставки, либо — в меньшей доле — в порядке производства его на казенных заводах, являвшихся по природе своей частными предприятиями государства.

В эпоху империализма быстрое развитие техники, и в частности военной техники, изменило описанный выше порядок.

Первая мировая война 1914—1918 гг. внесла в экономику капиталистического общества ряд временных изменений, соответственно отразившихся на гражданском праве, в частности на регулировании права собственности.

Изменения эти затрагивали не только область военного снабжения и снаряжения, но и ряд областей, касавшихся жизни тыла.

Особенно заметными были изменения, введенные во время войны в хозяйственную организацию Германии. Не довольствуясь законом 1851 г. об осадном положении, дополненным законом 1915 г., дававшим военному командованию возможность устанавливать предельные цены и реквизировать сырье, Союзный совет (позже Рейхсрат) широко использовал чрезвычайные полномочия, предоставленные ему законом 4 августа 1914 г. В 1915 г. было издано постановление (дополненное в 1917 и 1918 гг.) «Об обеспечении военного снабжения» (Sicherung des Kriegsbedarfes), в силу которого собственность на предметы военного снабжения и на все потребное для их производства могла быть передаваема от одного субъекта другому по постановлениям военного ведомства; допускалось и прямое изъятие этих объектов. Этот закон, использованный при организации капиталистического военного хозяйства Германии, оставившего военную промышленность в руках частных предпринимателей, расценивался тем не менее как вторжение в частную собственность в неведомой в конституционном государстве степени Г

Дополнением к этому закону явились постановления об обязательности подачи сведений о наличных запасах ряда товаров. На основе этих сведений делались попытки учета военных ресурсов.

В Англии в первую мировую войну военное регулирование собственности в основном опиралось на прежнее законодательство. Устанавливаемая ежегодным законом об армии (Army Act) возможность реквизировать по рыночным ценам транспортные средства была в 1914 г. дополнена установленной законом о снабжении армии ('Army Supply Act) возможностью реквизировать продукты питания, фураж и различные запасы. «Законы об обороне королевства», издававшиеся в связи с войнами, начиная с 1798 г., и консолидированные 27 ноября 1914 г., предоставляли правительству возможность использовать в определенных военных целях частную собственность. Кабинету было предоставлено право требовать передачи правительству продукции предприятий, производивших вооружение и снаряжение, а также использовать в военных

і Н е у m а п n, op. cit., S. 53.

целях заводы и мастерские. На практике эти полномочия были использованы в довольно ограниченных размерах. Государственное вмешательство в частную военную промышленность осуществлялось при помощи специально созданного министерства вооружений, регулировавшего продукцию, цены, использование рабочей силы, но не прибегавшего к реквизициям в широком масштабе.

Во Франции упомянутый выше реквизиционный закон 1911 г. предусматривал в отношении промышленных предприятий две возможности: на собственника могла быть возложена поставка продукции под надзором правительственных агентов; в особых случаях военное ведомство забирало в свое владение предприятие с имевшимися материалами и само эксплоатировало его. Это последнее мероприятие носило временный характер, причем собственник получал возмещение за все связанные с ним убытки.

Наряду с регулированием военной промышленности во всех воюющих странах в 1914—1918 гг. проводились мероприятия в области регулирования цен, продовольственного дела, жилищного найма и других вопросов, касавшихся также и жизни тыла. Все эти мероприятия в той или иной степени затрагивали поавомочия владевших соответствующими объектами собственников и расценивались с их точки зрения как нарушение принципов неприкосновенности частной собственности. Однако на самом деле эти стеснения отдельных правомочий, чаше всего правомочия по распоряжению вещью, не затрагивали существа капиталистической частной собственности, так как за собственниками сохранялось получение прибавочной стоимости. Всякое изъятие собственности влекло за собой денежное возмещение причиненных этим изъятием убытков. В каждой стране был установлен сложный порядок определения «справедливой» цены отбираемых у собственников объектов, созданы специальные органы — административные или судебные, рассматривавшие споры по оценке и вообще все претензии собственников. Использование хозяйственных ресурсов страны в целях ведения войны было в высшей степени осложнено тем, что интересы государства оказывались в конфликте с интересами отдельных групп господствующего класса. Характерно, что немецкий автор Неушапп. писавший вскоре после завершения первой мировой войны о правовых формах немецкого военного хозяйства, сам указывал, что законодательство опре

делилось интересами предпринимателей и что основным его фактором была военная прибыль!. Отклонение от нормального порядка регулирования частной собственности повлекло за собой в рамках капиталистического хозяйства ряд противоречий и осложнений, не дав в то же время полного удовлетворения материальных потребностей ведения войны.