Предисловие к 1-му изданию

Для того, чтобы приобрести всесторонний взгляд на римское право и уразуметь его значение, недостаточно рассмотреть его существенные качества - ясность, сжатость выражения, определенность и практическую мудрость настоящее усвоение сущности римского нрава обусловливается также исследованием времени его появления и развития, изучением составных его элементов, равно как ясным пониманием его источников.

Однако при чтении и исследовании источников римского права не малую трудность представляет их язык-юридическая терминология. Возникновение технических терминов данного народа, как и других выражений его языка, обусловливается влиянием всевозможного рода событий, экономических условий, верований, - словом всей исторической жизнью этого народа, в большинстве случаев отличной от жизни того народа, наследственным достоянием которого делаются эти чужие произведения; естественно, что их уразумение представляет немало трудностей. Не только начинающим, но даже ученым юристам попадаются иногда в отдельных отрывках источников римского права такие термины, точного значения которых они не в состоянии определить; встречаемые нередко противоречия в науке возникают почти исключительно вследствие неясного толкования самых текстов. После этого не удивительно, что университетская молодежь пренебрегает изучением источников, представляющим столько трудностей, и обращается к ним только в редких случаях. А, ведь, всякому студенту-юристу необходимо прочесть в подлиннике, по крайней мере, Институции Гая и Юстиниана и главнейшие отрывки Дигестов,

Для устранения трудностей языка и для точного понимания исследуемых источников лучшим пособием может, конечно, служит такой словарь, который был бы составлен специально к источникам римского права. Такого рода словарь становится при толковании Юстиниановых сборников тем полезнее, чем он полнее по количеству приведенных слов и чем точнее и основательнее объяснены значения, в каких эти термины употребляются в источниках: в латинском языке мы встречаем множество случаев, где один и тот же термин обозначает различные предметы, отношения, понятия. Притом подобного рода словарь может вполне отвечать своему назначению только тогда, когда при каждом слове будут указаны и важнейшие места источников, в которых оно или какая-нб. форма или значение его встречаются, чтобы таким образом в самом исчислении различных значений имелась некоторого рода история данного термина.

Издавая такой специальный словарь, мы прежде всего имели в виду юристов, изучающих римское право в университетах; но не сомневаемся, что он может иметь значение и для юристов-практиков, для которых настоящий труд, обнимающий подробный перечень технических выражений и главный материал до и после Юстиниановых сборников, облегчит чтение древних памятников и послужит в качестве руководства. Смею думать, что предлагаемый словарь может принести известную пользу и филологам, которые обыкновенно не обращают внимания на чисто юридический смысл терминов, встречающихся в произведениях латинских авторов.

При составлении настоящего словаря мы пользовались трудами Бриссония*(1), Дукера*(2), Дирксена*(3), Брунса*(4), изданными на латинском языке. Что же касается расположения порядка слов и внешней системы собранных выражений с указанием соответственных мест источников, то в основу этого положен латинско-немецкий словарь Гейманна*(5), единственное специальное и солидное справочное пособие при чтении источников Юстиниановых сборников. Предлагаемое издание латинско-русского словаря разнится, однако, от немецкого тем, чтo, на основании вторичного сравнения и проверки текстов, пришлось нам сделать известные поправки и дополнения касательно значения юридических выражений, приняв во внимание также термины закона XII таблиц. Вместо длинных цитат из самого текста, легко поддающихся проверке в corpus iuris civilis или в ius anteiustinianeum, изданным Гушке*(6), мы сочли более соответствующим расширить материал гражданского права, который мог бы облегчить молодому юристу понимание терминов при чтении отдельных отрывков. При изложении и объяснении выражений, входящих в пределы истории римского нрава, нам пришлось, ввиду громадного прогресса науки по этому предмету, сделать некоторые изменения и дополнения, касающиеся главным образом литературной деятельности отдельных римских юристов.

Наша скромная, но далеко не легкая задача состояла в том, чтобы пополнить недостаток в специальном латинско-русском словаре в источниках римского права и этим облегчить чтение и разбор их для университетской молодежи.

В области терминологии мы по возможности придерживались общепринятых в науке юридических выражений, заботясь о точном их соответствии латинским, и избегали неологизмов, которые следовало бы вновь объяснять тем или другим образом. Когда нельзя было приискать подходящего термина, то нам оставалось только пользоваться описательным объяснением, особенно хорошо заменяющим термин в тех случаях, если то понятие, которое он должен был бы означать, редко встречается в юридической жизни.

Однако, при самом большом старании с нашей стороны невозможно было избегнуть при такого рода труде известных неточностей, касающихся или языка или определения отдельных терминов. Каждый, кто знает приемы составления подобного словаря, должен согласиться, что практическая ценность его может быть выяснена только при продолжительном пользовании им.

Если издание предлагаемого латинско-русского словаря поможет молодым юристам при усвоении источников и будет содействовать точному пониманию ими основных положений римского права, то главная цель наша будет достигнута.

Варшава

Ф. Дыдынский.

30 апреля 1890 года.