§ 2. Способы защиты от несправедливого ущемления интересов миноритарных участников частной компании в Великобритании

В Великобритании, как и в США, основным способом защиты на случай несправедливого ущемления интересов участника компании первоначально была ликвидация компании.

Требование о ликвидации компании по праву справедливости в

Великобритании является самостоятельным способом защиты, и сфера его применения гораздо шире, чем только защита от несправедливого ущемления интересов участника компании.

Однако ликвидация присуждается судами только в том случае, если не могут быть применены альтернативные способы защиты. Так, согласно ст. 125(2) Закона о несостоятельности 1986 г. иск о принудительной ликвидации по праву справедливости может быть удовлетворен судом, если, по его мнению:

(a) истцы заслуживают защиты своих прав или посредством ликвидации компании, или иным способом; и

(b) в отсутствие иных способов защиты будет справедливо ликвидировать компанию.

Данная норма не применяется, если суд также полагает, что истцам доступен другой способ защиты и что они действуют неразумно, заявляя о ликвидации компании вместо реализации другого способа защиты.

В редакции Закона о компаниях 1948 г. помимо ликвидации формально существовали альтернативные способы защиты интересов миноритариев, но они практически не применялись. Такая неэффективность во многом была обусловлена формулировкой нормы ст. 210 Закона о компаниях 1948 г., которая содержала большое количество условий для применения альтернативного способа защиты. Так, заявитель должен был сначала доказать основания для присуждения ликвидации по праву справедливости и лишь затем суд мог рассматривать вопрос об ином способе защиты. Поправки в Закон о компаниях 1980 г. внесли существенные изменения в данное правовое регулирование.

В редакции Закона о компаниях 1948 г. содержались только два возможных альтернативных решения, которые мог принять суд для защиты интересов обиженного миноритарного участника:

• решение об осуществлении контроля над порядком ведения дел компанией (этот способ защиты позволяет, к примеру, вынести решение о проведении общего собрания участников или принять развернутый свод правил, регулирующих дальнейшее ведение бизнеса компанией^[590]);

• покупка доли участника другими участниками компании или самой компанией (в последнем случае с дополнительным условием о соответствующем уменьшении уставного капитала).

В ст. 461(1) Закона о компаниях 1985 г. появились уже четыре способа защиты, включающие, помимо указанных выше:

• решение суда, предписывающее компании воздерживаться от осуществления действия, на которое жалуется заявитель, или, напротив, совершить действие, если заявитель жалуется на бездействие;

• разрешение заявителю подать иск от имени и в интересах компании на условиях, санкционированных судом (этот способ защиты практически не применятся на практике, поскольку не позволяет миноритарному участнику получить прямую компенсацию и восстановить нарушенные права и интересы)^[591].

В последней редакции Закона о компаниях 2006 г. возможные способы защиты интересов участников были дополнены пятым способом, который позволил суду потребовать от компании не вносить никакие (или определенные) изменения в устав компании без разрешения суда^[592].

При этом перечисление в законе конкретных способов защиты не исключает и не ограничивает общего положения о том, что если заявление должным образом обосновано, то суд может применить такой способ защиты, который он сочтет подходящим в конкретной ситуации. Когда несправедливое ущемление интересов участника компании установлено, судья должен оценить все возможные способы защиты и выбрать тот, который, по его мнению, применительно к обстоятельствам конкретного дела позволяет восстановить нарушенные интересы участника исходя из соображений справедливости.

Судебное решение по иску о несправедливом ущемлении интересов участника может быть вынесено как против компании, так и против участника, если оно касается покупки акций или ведения дел компании^[595]. Более того, суд может предоставить судебную защиту и против участника, который уже вышел из компании. Так, в деле Re a Company (No. 005287 of 1985)^[596] заявитель просил истребовать у прежнего участника выведенное из компании (в собственном интересе) имущество или взыскать с него стоимость такого имущество, и суд удовлетворил иск^[597].

Истцами в данном случае могут быть прежде всего участники компании. Вместе с тем, несмотря на отсутствие прямого указания в законе на то, что это должен быть миноритарный участник (или группа миноритарных участников), судебная практика склоняется именно к такому толкованию. Если участники обладают большинством голосов, то они, вероятнее всего, имеют контроль над компанией, а значит, не должны полагаться на суд при решении возникших проблем^[598].

Рассмотрим более подробно отдельные способы защиты миноритариев от несправедливого ущемления их интересов, а также особенности подхода Великобритании по сравнению с подходом США.

2.1. Выкуп акций миноритарного участника

Как и в США, в Великобритании выкуп акций миноритарных участников является наиболее распространенным способом защиты их интересов^[599]. Несмотря на то что закон позволяет требовать выкупа акций миноритарного акционера как от мажоритарного акционера, так и от самой компании, в судебной практике довольно редки случаи выкупа акций миноритария компанией, поскольку при этом могут быть нарушены интересы кредиторов^[600].

Однако, в отличие от США, в Великобритании до подачи иска в суд миноритарный акционер должен сначала реализовать предусмотренное уставом право и предложить остальным акционерам выкупить его акции по справедливой цене. Если ответное разумное предложение купить акции миноритария поступило от другого акционера, то в рассмотрении иска будет отказано в связи со злоупотреблением^[602]. Однако суд при этом оценивает разумность предложения о покупке. К примеру, если предложение не может быть профинансировано покупателем, то оно считается неразумным^[603].

В английской доктрине и судебной практике в основном обсуждаются все те же проблемные аспекты, которые были обозначены выше применительно к США; при этом главным из них является вопрос об определении справедливой цены выкупа.

Английская судебная практика не выработала какого-либо общего правила, предполагающего оценку миноритарного пакета либо пропорционально доле в имуществе компании, либо со скидкой за отсутствие контроля. Вместе с тем в одном из судебных дел была высказана довольно интересная позиция, согласно которой если заявитель соглашается на выкуп его доли в целях разрешения конфликтной ситуации, в которой его интересы несправедливо ущемляются и в этом нет его вины, то такой выкуп должен быть сравним с приобретением его пакета помимо его воли. Следовательно, он должен получать стоимость своей доли участия пропорционально стоимости всей компании (без каких-либо скидок)^[604]. Однако если сам миноритарий купил свою долю с дисконтом, то применение скидки будет оправданно и в этом случае^[605]. Кроме того, скидка оправданна тогда, когда сам миноритарий ведет себя так, что заслуживает исключения из общества^[606].

Однако указанная позиция об оценке доли миноритария без какой-либо скидки за отсутствие контроля применима лишь в отношении частных компаний, которые представляют собой квази-товарищества.

Что касается даты оценки, то в Великобритании по общему правилу она проводится на дату вынесения судебного решения о выкупе акций (правда, не вполне ясно, каким образом оценка может производиться на будущую дату). Однако, исходя из обстоятельств конкретного дела, данная дата может быть скорректирована^[610]. Например, если поведение, несправедливо ущемляющее права и интересы миноритария, заключается в выводе активов в интересах одного из участников, то суд должен определять цену доли заявителя на дату, предшествующую такому поведению^[611]. В результате цена акций будет определяться исходя из цены компании, получившей компенсацию за причиненные ей убытки. То есть в таком случае принудительный выкуп фактически будет сочетаться со взысканием убытков с контролирующего участника^[612]. Также в одном из дел в ситуации, когда стоимость компании падала, английский суд признал правомерным проведение оценки акций заявителя на момент обращения с иском, поскольку сам заявитель выбрал эту дату для обращения в суд в целях принятия необходимых мер против действий мажоритария^[613].

Помимо корректировки даты проведения оценки, суд может иным образом скорректировать цену выкупаемых акций, с тем чтобы достичь справедливого результата для миноритарного участника (к примеру, учесть завышенные вознаграждения и бонусы, которые уплачивались директору)^[614].

2.2. Взыскание убытков c контролирующего участника

2.2.1. Взыскание убытков в пользу компании

Как и в США, любой акционер компании (как частной, так и публичной) может подать против директора такой компании иск в ее интересах о взыскании убытков, причиненных компании нарушением возложенных на данного директора обязанностей или утратой доверия к нему.

Однако в Великобритании такое право предоставлялось акционерам не всегда. В знаковом деле Foss v. Harbottle^[615] миноритарии обратились с иском против директоров с обвинением в растрате имущества компании, а также в его неправомерной передаче в залог. Иск был подан в интересах компании. Суд отказал в иске и сделал два принципиальных вывода, которые стали отправной точкой для развития механизмов защиты миноритариев в дальнейшем:

1) если компании нанесен вред действиями ее директоров (или иных лиц), то только сама компания может обратиться в суд c иском за защитой своего нарушенного права;

2) если нарушение, о котором заявлено в иске, может быть утверждено или в действительности утверждено решением простого большинства на общем собрании акционеров, то суд не должен вмешиваться в данный вопрос^[616]. Поскольку с принятием данного решения миноритарии оказались в

совершенно незащищенном положении, судебной практикой были разработаны некоторые исключения из правила Foss v. Harbottle. К таким исключениям относились противозаконные действия директоров и действия с превышением полномочий, обманные действия по отношению к миноритарным участникам, нарушение личных прав акционера.

Одним из основных исключений из общего правила являлся случай обмана миноритарных акционеров (fraud on the minorities). Два взаимосвязанных элемента должны были быть представлены истцом для того, чтобы применялось данное исключение:

a) лица, против которых запрашивалась защита, сами должны были владеть или осуществлять контроль над большинством акций компании и не позволять подать иск от ее имени;

b) действия или поведение директоров должны были быть обманными (мошенническим) или выходить за пределы их полномочий.

Примером такого обманного поведения является прямое или косвенное присвоение имущества, денежных средств или возможностей, которые принадлежат компании или в которых другие акционеры тоже наделены правом поучаствовать^[617]. В последующих делах неправомерное присвоение имущества компании распространялось также на имущество или договоры, принадлежащие компании по праву справедливости^[618].

С принятием Закона о компаниях 2006 г. (ст. 260(1)) право участника компании подавать иск от ее имени против директора в связи с нарушением последним возложенных на него обязанностей по отношению к компании было признано на уровне закона и не требует более каких-либо дополнительных обоснований. При этом не имеет значения, стал ли истец участником компании до или после того момента, когда возникло основание для иска (ст. 260(4) Закона о компаниях 2006 г.).

Важно пояснить, что под директором в Законе о компаниях 2006 г. понимается не только наемный, но также фактический (de facto director) и «теневой» директор (shadow director).

Фактический директор включается в понятие «директор», поскольку таковым является любое лицо, занимающее позицию директора, как бы оно ни называлось (ст. 250 Закона о компаниях 2006 г.). Таким образом, имеет значение не столько формальная сторона вопроса, сколько осуществление лицом фактических управленческих функций директора компании, принятие на себя фактических обязанностей директора^[619].

«Теневым» директором является лицо, в соответствии с указаниями или инструкциями которого директора компании обычно действуют (ст. 251(1) Закона о компаниях 2006 г.).

Ученые признают, что понятия фактического и «теневого» директора могут пересекаться^[620]. Так, лицо может быть одновременно и фактическим, и «теневым» директором^[621]. Кроме того, существуют некоторые расхождения в позиции судов относительно возложения на «теневых» директоров фидуциарных обязанностей по отношению к компании, однако большинство судов все же склоняются к тому, что такие обязанности хотя бы в определенной степени на теневых директоров возлагаются^[622].

Мажоритарный акционер частной компании, если он принимает активное участие в управлении бизнесом (а, как правило, в частной компании это именно так), попадает в категорию либо фактического, либо «теневого» директора. То есть все те обязанности (duties), которые возлагаются Законом о компаниях 2006 г. на наемных директоров публичных компаний, в равной степени распространяются и на мажоритарного акционера частной компании, если он является фактическим или «теневым» директором. Так, общими обязанностями директоров, предусмотренными Законом о компаниях 2006 г., являются обязанность действовать в рамках полномочий, обязанность способствовать успеху компании, обязанность осуществлять независимое суждение, обязанность проявлять разумную заботу, профессионализм и осмотрительность, обязанность избегать конфликта интересов, обязанность не принимать какие-либо выгоды от третьих лиц, обязанность объявить об интересе в предполагаемой сделке или действии (ст. 171-177 Закона о компаниях 2006 г.).

2.2.2. Взыскание убытков в пользу миноритарного акционера

1) Недопустимость взыскания отраженных убытков

В английском праве по общему правилу действует принцип недопустимости взыскания отраженных убытков (“no reflective loss ’’ principle). Согласно данному принципу, если убытки причинены компании, только сама компания может взыскать их. Даже если акционер владеет компанией полностью, он не может взыскать ее убытки в свою пользу^[623].

Когда компании причиняются убытки в результате нарушения обязанности по отношению к ней, участник компании также несет убытки (к примеру, стоимость его акций может быть снижена, или ему не будут выплачены дивиденды). Такие убытки участника, которые будут возмещены, если компания взыщет причиненные ей убытки, называются отраженными^[624].

Однако нарушитель может нести обязанность не по отношению к компании, а непосредственно по отношению к ее участнику. В случае нарушения такой обязанности и причинения участнику убытков, которые не будут являться лишь отраженными, они могут быть взысканы участником с нарушителя^{[625] [626].}

Лорд Бингхэм в деле Johnson v. Gore Wood & Co.⁶²⁶ сформулировал данный принцип в виде трех постулатов:

• если компании причинены убытки в результате нарушения обязанности, установленной по отношению к ней, то только компания может подать иск об их возмещении. Даже если компания в лице уполномоченных органов не подает данный иск, акционер не приобретает право его подать;

• если компании причинены убытки, но она по каким-то причинам не имеет права подать иск о взыскании убытков, участник компании может подать иск, если у него есть право на иск, даже если его убытки являются отраженными;

• если компании причинены убытки в результате нарушения обязанности по отношению к ней и участнику причинены убытки в результате нарушения обязанности по отношению к нему лично и при этом такие убытки являются самостоятельными и отдельными по отношению к убыткам компании, и компания, и участник могут взыскать убытки, которые причинены непосредственно каждому из них^[627].

Таким образом, в английском праве применяется критерий прямого ущерба, в терминологии американской доктрины, с некоторыми особенностями, указанными выше. Даже если нарушенная обязанность возложена одновременно и по отношению к компании, и по отношению к ее участнику, однако при этом убытки участника являются лишь отраженными, приоритет будет иметь иск компании против нарушителя. Иск участника будет как бы погашен иском компании.

Примечательно, что, согласно принципу недопустимости взыскания отраженных убытков, участники не приобретают право подать иск, даже если компания не взыскивает убытки или если она заключила с ответчиком мировое соглашение на сумму, существенно ниже суммы реально понесенных убытков. В этом случае английские суды говорят о том, что участник понес убытки не в связи с действиями нарушителя, а в связи с решением самой компании, которая отказалась подавать иск или согласилась на меньшую сумму убытков. В этом случае участники могут воспользоваться иным способом защиты - иском против директоров компании в связи с допущенной ими неосмотрительностью при урегулировании спора или отказе во взыскании суммы убытков, причиненных компании^[628].

Но не все ученые поддерживают высказанную логику суда, указывая на то, что она полностью базируется на исходной посылке о запрете взыскивать отраженные убытки и если бы такого запрета не было, то не было бы и препятствий в установлении прямой причинно-следственной связи между

~6?9

нарушением и уменьшением стоимости акций^[629].

Существует несколько политико-правовых причин для применения данного принципа: во-первых, недопустимость двойного возмещения убытков; во-вторых, защита кредиторов, интересы которых могут быть ущемлены, если иск в пользу участника будет удовлетворен; в-третьих, защита интересов акционеров, которые не подали иск^[630].

Однако, по мнению отдельных ученых, указанные политико-правовые соображения серьезно переоценены и вполне могут быть учтены судом при разрешении конкретного спора, в связи с чем не должны являться препятствием для присуждения отраженных убытков. Так, к примеру, риск двойного возмещения может быть исключен судом, если все потенциальные участники спора будут привлечены в процесс и суд примет решение относительно того, в чью пользу следует удовлетворить иск^[631].

Что касается риска наложения двойной ответственности, то некоторые ученые, занимающиеся данной темой, не усматривают в этом проблемы, поскольку ответственность будет перед разными лицами, в отношении каждого из которых нарушитель несет самостоятельную обязанность^[632].

Также в литературе указывается, что соображение защиты кредиторов должно срабатывать лишь тогда, когда компания в результате действий нарушителя становится банкротом или создается серьезная угроза банкротства.

До тех пор пока угроза банкротства отсутствует, данное соображение не должно блокировать взыскание отраженных убытков напрямую в пользу участников компании. Такая позиция отвечает общему тренду о том, что финансовая состоятельность компании сама по себе обеспечивает защиту кредиторов и их дополнительная защита должна обеспечиваться лишь в случае несостоятельности компании^{[633] [634].}

Интересы других участников компании не пострадают, если им будет предоставлено аналогичное право подать иск о пропорциональном взыскании отраженных убытков или же если они будут привлечены в начатый процесс в качестве соистцов.

2) Исключения из общего правила

Однако несмотря на формулирование общего принципа английские суды иногда действуют вразрез с ним. Так, в деле Giles v. Rhind^y34 суд апелляционной инстанции постановил, что истец может взыскать убытки, причиненные ему в результате обесценивания его акций вследствие ущерба, причиненного компании. По мнению суда, стоимость акций отражает не только стоимость активов компании, но и потенциал, который имеет бизнес. Истец взыскивал убытки, связанные с полным разрушением бизнеса, а не просто отраженные убытки. Даже если компания взыскала бы причиненные ей убытки с ответчика, потерянный контракт не был бы восстановлен, а бизнес уже никогда не был бы таким же, как раньше, поэтому стоимость акций истца была безвозвратно утрачена в результате действий ответчика. В данном деле суд пошел дальше, чем другие английские суды в аналогичных делах, и постановил, что, когда бизнес компании разрушен, возмещение убытков компании не восстановит полную стоимость ее акций^[635].

В действительности данное дело поднимает важную проблему, связанную с тем, что уменьшение стоимости компании не всегда приводит к зеркальному или пропорциональному уменьшению стоимости акций или долей. В уже

обозначенном деле Johnson v. Gore Wood & Co. лорд Миллет признал, что на рыночную стоимость акций публичной компании влияют настроения рынка и прямой зависимости между стоимостью компании в целом и стоимостью акции может не быть. В случае же частной компании он признал такую зависимость более явной. Однако не все авторы согласны со столь категоричной позицией в отношении частной компании, поскольку на стоимость ее акций также могут влиять различные факторы, в том числе деловая репутация, деловые связи, а также потенциал компании^[636].

Кроме того, институт “unfair prejudice” (несправедливое ущемление интересов), предоставляющий возможность участнику компании применить тот или иной способ защиты против непосредственного нарушителя его интересов, в том числе против директора или мажоритарного акционера компании, вносит окончательную путаницу в данный вопрос и демонстрирует серьезное пересечение ущерба для компании с ущербом для самого акционера. Английская судебная практика демонстрирует наглядные примеры того, как акционер получает возможность взыскать в свою пользу убытки^[637], которые в действительности были причинены компании, в частности, в результате вывода из нее ценных активов мажоритарным акционером^[638]. Таким образом, судебная практика по данной категории дел не следует строгому правилу о недопустимости взыскания отраженных убытков, и суды взыскивают в качестве убытков уменьшение стоимости акций, произошедшее в результате несправедливого ущемления интересов участников^[639].

Английские ученые предлагают судам окончательно отказаться от строгого следования принципу недопустимости взыскания отраженных убытков и более гибко подходить к разрешению спора, исходя из фактических обстоятельств и руководствуясь прагматическими соображениями. При этом взыскание отраженных убытков, по их мнению, должно быть допущено тогда, когда не возникает риска двойного возмещения, а также причинения вреда интересам кредиторов и других акционеров общества^[640].

При проведении серьезной работы по разработке поправок в Закон о компаниях до его принятия в действующей редакции 2006 г. анализировались различные способы защиты интересов миноритарных участников, существующие в других правопорядках системы общего права. Среди прочего рассматривалось и пропорциональное возмещение в косвенном иске. И в Отчете, и в Справочной статье, подготовленных по результатам проведенного исследования в рамках указанной работы, данная идея была отвергнута. По мнению экспертов, все взыскиваемые по косвенному иску убытки должны выплачиваться в пользу компании, поскольку это отвечает природе косвенного иска. Кроме того, эксперты опасались, что признание такого способа защиты может стать причиной подачи необоснованных исков, направленных на персональное обогащение истцов^[641].

Несмотря на данное решение английского законодателя, отдельные ученые с ним не согласились. Так, профессор Бойль признает неприменимость данного способа защиты в контексте публичных компаний, акции которых обращаются на бирже, однако не видит оснований для того, чтобы не применять его в отдельных случаях в отношении частных компаний, поскольку это будет отвечать соображениям справедливости. Он полагает, что с учетом необходимости соблюдения прав акционеров, не участвующих в процессе, а также прав кредиторов компании возможность присуждения пропорционального удовлетворения требований миноритарных участников в рамках косвенного иска должна быть предоставлена английским судам в контексте небольших частных компаний^[642].

3) Нарушение личных прав акционера

Акционерам английских компаний предоставляется также право подать прямой иск, когда нарушаются их личные права как акционера, предоставленные законом, уставом компании или договором о создании компании, а также право собственности на акции. К личными правам акционера, подлежащим защите в судебном порядке, обычно относятся право быть включенным в реестр акционеров и препятствовать искажению внесенной информации, право голосовать на собрании акционеров, а также участвовать в обсуждении вопросов и предлагать поправки в повестку дня, право получать дивиденды, которые были объявлены или которые должны быть объявлены на основании устава, право преимущественной покупки, право получить ликвидационную стоимость при ликвидации компании или пропорциональную часть от стоимости погашаемых акций при уменьшении уставного капитала, право отчуждать акции. Однако акционеры не могут подать прямой иск, если общее собрание акционеров проводится нерегулярно, равно как не могут воспрепятствовать директорам действовать от имени компании после того, как срок их полномочий согласно уставу формально истек^[643].

Таким образом, не любое нарушение устава компании дает основание для прямого иска, а только то, которое посягает на личные права акционера, однако в отдельных случаях разрешение вопроса о том, какое нарушение дает право на иск, а какое нет, может вызывать серьезные сложности на практике. Кроме того, миноритарный акционер имеет право подать прямой иск о запрете заключения предполагаемой сделки, если она совершается с превышением полномочий директора или c выходом за пределы правоспособности компании (ultra vires). Однако миноритарный акционер не может по данному основанию оспорить уже совершенную сделку^[644].

Акционеры также вправе подать прямой иск в связи с нарушением акционерного соглашения, если таковое заключено между ними или между обществом и акционерами. В этом случае в английском праве применяется общее правило, как и при любом другом договорном нарушении^[645].

4) Нарушение директором прямой обязанности по отношению к участнику По общему правилу директора (в том числе контролирующие участники, выступающие фактическими или «теневыми» директорами) несут фидуциарные обязанности по отношению к компании, а не по отншению к ее участникам. Однако из данного правила английское право все же допускает некоторые исключения. Директор может нести фидуциарные обязанности непосредственно перед акционером при определенных фактических обстоятельствах. Такие обстоятельства могут возникнуть, когда директора вступают в прямые отношения с акционерами, которые предполагают доверие и верность, например:

• акционер доверил директору заботу об отчуждении или приобретении акций, т.е. директор выступает в качестве агента акционера;

• директор ввел акционера в заблуждение относительно существенных обстоятельств предполагаемой сделки;

• директор нарушил обязанность раскрыть существенную инсайдерскую информацию в случае поглощения компании;

• директор предоставил акционеру определенную информацию и совет, на которые акционер полагался^[646].

В этих случаях акционерам предоставляется право подать прямой иск против компании и директоров. Кроме того, подача прямого иска возможна в случае, когда директора злоупотребляют своими правами, предоставленными уставом, таким образом, что это причиняет прямой ущерб интересам миноритариев. Устойчивая судебная практика английских судов подтверждает то, что акционеры могут обратиться с прямым иском к директорам, если последние действовали недобросовестно или с какой-либо дополнительной целью^[647]. Также прямой иск акционеров к директорам возможен, когда в результате предоставления последними недостаточной информации в ситуации приобретения или продажи компании акционерам были причинены убытки^[648].