Необходимость создания единого подхода к применению мер косеенного принуждения

Вопрос о порядке разумного, взвешенного н вместе с тем эффективного применения мер косвенного принуждения в исполнительном производстве можно с уверенностью признать самым дискуссионным в рамках института ограничения личных прав должника.

Следует признать, что законодатель не находится в стороне от сложившейся дискуссии, и неоднократные изменения нормативной базы, регламентирующей применение мер косвенного принуждения, являются безусловным тому примером. Так, в Федеральный закон «Об исполнительном

производстве» было введено дополнение об установлении минимального размера задолженности, при котором допустимо ограничение права должника на выезд за рубеж, а при разработке положений об ограничении права управления транспортными средствами законодателем был предусмотрен перечень случаев, исключающих применение данной меры. Кроме того, и судебная практика также оказала существенное влияние на изменение и развитие института личных ограничений, о чем свидетельствует позиция, высказанная Конституционным Судом РФ, по вопросу о допустимости установления временного ограничения права на выезд без предоставления должнику срока для добровольного исполнения^[172]. На этом основании вполне справедливым представляется сделать вывод о том, что институт косвенного принуждения в российском исполнительном производстве постепенно эволюционирует и ряд проблем со временем получает необходимое решение.

Вместе с тем целый пласт актуальных вопросов, вызывающих споры как в науке, так и практике, не нашел отражения в принятых изменениях к законодательству об исполнительном производстве в данной области, и на сегодняшний день российская система принудительного исполнения не предусматривает универсальной и детально разработанной схемы применения косвенных мер принуждения, делая значительный упор на предоставление судебному приставу-исполнителю полномочий на широкое усмотрение при выборе способов воздействия на должника. Можно предположить, что такой подход законодателя обусловлен тем, что возникающие в практической сфере ситуации отличаются разнообразием, и создание единого порядка применения личных ограничений не удовлетворило бы всем возможным обстоятельствам, с которыми сталкивается судебный пристав-исполнитель при осуществлении своей деятельности. Бесспорно, невозможно и нецелесообразно полностью исключить свободный выбор судебного пристава-исполнителя в рамках

принуждения ДQTDICHHKa к исполнению судебных решений и актов иных юрисдикционных органов, однако крайне важно установить четкие границы его усмотрения. Разумеется, судебному приставу-исполнителю необходимо иметь в своем арсенале широкий спектр средств воздействия на недобросовестного должника с тем, чтобы принимать решение об установлении наиболее подходящих из них с учетом положения сторон исполнительного производства и соблюдения баланса между интересами взыскателя и должника. Именно на судебного пристав а-исполнителя возложена задача оценивать, насколько та или иная мера принуждения или их совокупность соответствует закону, требованиям исполнительного документа, конкретной ситуации, а также является ли она наиболее приемлемой для своевременного и полного исполнения содержащихся в исполнительном документе требований.

Вместе с тем при предоставлении судебному приставу-исполнителю полномочия косвенного воздействия на уклоняющегося от исполнения предписанных требований должника, необходимо установить на законодательном уровне пределы его усмотрения при применении личных ограничений, а также гарантии защиты не только интересов взыскателя, но и основных прав должника.

При создании комплексного подхода к применению мер косвенного принуждения необходимо оценить все существующие на сегодняшний день точки зрения по данному вопросу с тем, чтобы определить наиболее

оптимальный путь развития рассматриваемого института. Достижение максимально приемлемого компромисса поможет избавить институт ограничения личных прав должника от столь острой критики, которую он по сей день вызывает, нередко справедливой и аргументированной, но тем не менее не всегда заслуженной.

Таким образом, подводя итог изложенному выше, следует признать, что необходимость разработки единой концепции применения судебным приставом-исполнителем мер косвенного принуждения обусловлена множеством причин, и преследует следующие цели.

Во-первых, во избежание злоупотреблений как со стороны судебного пристава-исполнителя, так и взыскателя, который также вправе инициировать установление в отношении должника личного ограничения Не вызывает сомнений, что личный характер прав, на которые оказывается воздействие посредством косвенных мер, требует установления четких рамок их применения, ограничивающих в некоторых случаях инициативу взыскателя, который не всегда ведет себя добросовестно, а также большой предел усмотрения судебного пристав а-исполнителя, что позволит не допустить произвольное применение рассматриваемых мер и снизить коррупционные риски. Как указано в ч.2 ст.1 Федерального закона от 17 июля 2008 г. №172- ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» коррупцногенными факторами являются положения нормативных правовых актов или проектов нормативных правовых актов, устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, поэтому при реализации косвенного воздействия на должника усмотрение судебного пристав а-исполнителя должно быть ограничено разработанным на уровне закона единообразным механизмом использования ограничений личного характера.

Во-вторых, не преследуя цель умалить компетентность судебных приставов-исполнителей и их способность здраво и разумно оценить набор

обстоятельств при установлении в отношении должника той или иной меры принуждения, следует отметить, что при существующей загруженности H огромном количестве исполнительных производств, судебный пристав - исполнитель, как правило, не пытается тщательно разобраться в каждой сложившейся ситуации, а использует все возможные способы воздействия на должника, чтобы добиться исполнения требований исполнительного документа в максимально быстрые сроки с минимальной затратой ресурсов, и его трудно в этом упрекнуть. Вместо этого следует предоставить судебному приставу-исполнителю четко определенный законодателем механизм использования способов косвенного воздействия на должника, что в конечном итоге позволит ему значительно снизить нагрузку за счет сокращения временного ресурса, затрачиваемого на каждое исполнительное производство, а также устранит все неясности и спорные вопросы, с которыми в настоящее время сталкивается судебный пристав-исполнитель ввиду недостаточной разработанности нормативной базы.

В-третьих, единообразное применение личных ограничений в результате создания единой концепции будет способствовать повышению эффективности исполнения, поскольку многие существующие в настоящий момент проблемы, связанные с институтом ограничения личных прав, посредством конструирования комплексного подхода получат необходимое решение. В этом смысле высокий уровень проработанности законодательства обеспечит прозрачность и предсказуемость процедуры принудительного исполнения для граждан, а также, с одной стороны, гарантирует должнику защиту его прав, а с другой - предоставит взыскателю уверенность в том, что за счет пр еду смотренных законом механизмов воздействия, его нарушенные права будут в полном объеме восстановлены

В целях наиболее полного и всестороннего рассмотрения всех возможных концепций и подходов, необходимо разграничить существующие на сегодняшний день допустимые случаи применения мер косвенного принуждения в исполнительном производстве, оценить каждый из них на

разных этапах процедуры принудительного исполнения, а также при исполнении различных категорий требований. За рамками анализа применения мер косвенного воздействия следует оставить институт а стренга, поскольку, несмотря на то, что он относится к числу указанных мер, но существенно отличается от них в силу своей имущественной природы. Поэтому представляется необходимым сконцентрироваться именно на ограничении личных прав должника, порядок применения которых вызывает острую дискуссии и нуждается в совершенствовании.

1.2.